Фанфики с участием: "Alfedov"

Это просто повседневка где Джаст и Альфедов попали в офисное АУ

Жизнь явно не готовила Модди к тому, что из космодесантника он превратится в космического дальнобойщика. Но, как известно, капитан предполагает, а команда… А команда изо всех сил старается все предположения опровергнуть, чтобы этому самому капитану не было скучно! И чего он вечно недоволен?

сборник драбблов по джф. очень, очень... хаотичный сборник по джф. (ОЧЕНЬ experimental И unstable)

Литературный сборник хедканонов на персонажей Майншилда.

— Я могу уходить сразу же после выполнения заданий, так ведь? В остальное время я свободен? – Уточнил конце концов Секби. Если бы он только знал, что после присоединения в недавно открывшиюся контору его жизнь изменится и перевернется на 360°... Стал бы он соглашаться на это предложение? Секби приобрёл нечто большое чем просто работа на пару месяцев, но в конечном итоге стоило ли всё этого?

Они называют друг друга чудовищами. Одни жаждут крови, другие — мести. В мире, где всё как будто бы это замкнутый круг, охоты друг на друга.

Джаст — юный поэт, живущий в поместье своего двоюродного брата. Пугод приезжает туда с семьёй, дабы посвататься к Санчезу. Но что, если особенно сильно его заинтересует... не совсем тот, кто должен?

Не так давно Джаст узнал о «Войде» - пространстве, которое можно было назвать просто абсолютной пустотой, так как там не было ничего. Одним из её обитателей оказался Войдмен. Джаст пару раз мельком замечал того, но он всячески избегал прямых физических контактов, даже если в предложение входил просто разговор, а не что-то ещё. Но вот суть в том, что Войдмен стал постоянно сам затаскивать Джаста в своё измерение. Но зачем, раз он не любит эти пустые разговоры и прочую ересть?

— Почему ты не защитил меня? Тело немного передёрнуло. От холода или чего-то другого - не ясно. Мозг сам собой рисовал картины. Непрошенные, жуткие, ледяные.

Что чувствует стеклянный ребёнок? Давление. Со всех сторон. Каждый день — экзамен на право быть удобным, незаметным, идеальным. Альфёдов знал все ответы. Но однажды, у доски по физике, его сердце взорвалось тихой паникой, а в дневнике появилась роковая двойка. Он знал, что ждёт его дома. Он знал формулу родительского гнева. Но на этот раз переменная боли оказалась чересчур велика. Это история о том, как хрупкость становится оружием против самого себя.

алфёдов идя по тротуару в кафешку столкнулся с парнем, подняв на того голову казалось влюбился с первого взгляда, ведь тот был его идеалом, белые волосы, чуть загорелая кожа, тёмные-тёмняе карие глаза, буквально тот кого он ждал всю его жизнь, его противоположность

Один прилёт, одно сообщение и одно знакомство объединит две веры против неменуемого.

"Я.. ощущаю себя живым, не куклой, не ходящим мясом, а..живым, настоящим человеком. Рядом с ним. Но есть те, кто хотят помешать моему счастью и забрать его у меня. Не позволю, никогда не в этой жизни, и не в следующей."

Когда тело становится чужим раньше, чем ты успеваешь это заметить, остаётся лишь считать. Считать, как тогда, как считаешь овечек перед сном. Потому что твой разум, твое тело, ты — принадлежишь ему. ты слаб, ты привязан и это делает тебя уязвимым перед ним, но ты добиваешь себя очередной дозой и тогда, ты точно уже падаешь на колени. А он стоит. И в этом всё. В этом весь он.

Может, эти "тайны" и не должны были вскрываться?

— Чёрт подери, газы гуляют, да? Живых сюда не привозят... Напугал меня, — со смешком произнёс парень, притрагиваясь двумя пальцами к зоне сонной артерии. — Не привозят ведь?..

Вы знаете как выживать на острове полном психов, нет? Чтож эта история для вас, давайте посмотрим, как Леоша будет выкручиваться из столь интересной ситуации) [Издательство прекращено]

Алфедову тяжело дается даже минимальный контакт с окружающим миром, из за его психологических расстройств. Сможет ли Джаст, который только перевелся в их школу, завоевать доверие снеговика и помочь ему?

Случайные истории о Джасте и Алфедове — огне и льде, хаосе и покое. Их странная связь, сотканная из нежности, смеха и потери контроля, исследуется в алфавитном сборнике, где каждая глава — новая грань отношений, балансирующих на грани между вечной враждой и спасением.

Больница. Первая любовь, возможно и последняя