История Харуко

Весна постепенно сменилась летом, а затем и осенью. Приближался день памяти предков, в который золотые цапли, летя с востока на запад, призывали своим клёкотом жителей леса и гор вспомнить об ушедших навечно. Прохладной ночью Харуко открыла глаза едва не закричав. Тяжело дыша, она присела на постели и обвела комнату тревожным взглядом. – Снова этот сон... Почему?.. За что?..,- шептала кицунэ, обхватив руками колени и уронив голову. По щекам Харуко текли слёзы, которые она время от времени вытирала. В коридоре послышались торопливые шаги маленьких лап. Лисёнок протиснулся сквозь приоткрытую дверь и остановился рядом с футоном. – Иди ко мне, цветочек сакуры,– тихо сказала кицунэ, указав на место рядом. Зверёк уже был готов запрыгнуть на постель, но Харуко покачала головой. – Помнишь, что я говорила? Лисёнок остановился и, поджав уши, обернулся девочкой в ночной рубашке. – Да, мама. Не забираться под одеяло в облике лисы. – Правильно. Что ж, теперь можешь сесть рядом. Девочка улыбнулась и, оказавшись на футоне, крепко обняла маму. – У тебя на щеках дорожки от слёз... Тебе плохо? Я могу помочь? – Не беспокойся, Морико. Всё хорошо. Просто плохой сон. – Тебе приснился мой отец?,- не раздумывая спросила девочка. Несколько секунд они молчали. Наконец, тишину нарушила Харуко. – Да. Я видела во сне тот день, когда... Он пожертвовал собой ради нас. На этот раз маленькая кицунэ промолчала, боясь сказать что-либо и ещё больше расстроить мать. – Я расскажу... Хоть мне и больно об этом говорить, но ты должна знать, что с ним произошло. Солнце понемногу заходило за горизонт. Харуко слегка покачала колыбель, баюкая новорожденную девочку. Стараясь не шуметь, к ней подошёл Юки. – Она красавица,– тихо сказал молодой рыбак, смотря на малышку. Чуть помедлив с ответом, Харуко так же тихо произнесла: – Прости, что не подарила тебе сына. – Не переживай. Я рад, что у нас теперь есть Морико. – Морико? Это значит "ребёнок леса". – Да, я хочу назвать её так. – Мне нравится,– сказала Харуко улыбнувшись и постаравшись скрыть от любимого тень страха, промелькнувшую в глазах. – Ты всё же думаешь, что легенды об этом правдивы? – Да... И мне... Мне страшно. Юки прижал возлюбленную к себе. – Не бойся. Если злой рок нас всё же настигнет... Я готов. – Что ты имеешь ввиду? – Я без колебаний сделаю что угодно, чтобы у вас была возможность жить спокойно. И если это значит пожертвовать собой, значит так тому и быть. В ответ Харуко лишь заплакала, положив голову на плечо мужа. – Не беспокойся об этом. Лучше думай о Морико. – Хорошо... Юки?.. – Да? – Я обещаю, что расскажу ей о тебе, если она не будет помнить. – Спасибо. О большем я и не прошу. В те дни Харуко надеялась, что злой рок минует их и легенды окажутся вымыслом. Но всё же она ошиблась. Прошло несколько месяцев. В ту ночь они были в горах. Юки готовил постель, а его возлюбленная, уложив дочь в корзину и покачивая её, смотрела на звёзды. Внезапно земля начала трястись, а с вершины близлежащей горы полетели камни. В одно мгновение Харуко встретилась взглядом с любимым и прочла в его глазах всё. Он знал о том, что могло произойти и был готов к этому. Не медля ни секунды он крикнул: – Бери дочь и спасайтесь! Бегите! Кицунэ помедлила только несколько секунд. Быстро подхватив на руки Морико, она что есть сил побежала в лес, что рос у подножия. Землетрясение вскоре закончилось, но Харуко всё равно торопилась уйти как можно дальше. Силы довольно быстро иссякли, и она всё же упала на землю, провалившись в беспамятство. Плач Морико заставил кицунэ очнуться. Не найдя в себе силы встать, она поползла к дочери, лежавшей неподалёку. Добравшись до малышки и удостоверившись. что та не ранена, Харуко погладила дочь по голове и запела колыбельную. Слушая песню, Морико постепенно заснула. После этого кицунэ позволила себе закрыть глаза. Наутро Харуко, взяв дочь, поспешила вернуться на гору, надеясь, что Юки остался цел. Когда она дошла, перед её глазами был только разрушенный лагерь, в котором они не так давно хотели заночевать. Неподалёку лежала груда камней. Подойдя к ней, Харуко поняла, что надежда тщетна. – Морико... Теперь мы остались одни...,– прошептала ёкай, смотря на дочь. Шестилетняя девочка плакала прижавшись к матери. – Да. И я по нему скучаю,- тихо произнесла Харуко, обнимая дочь. Девочка никак не могла успокоиться. Слёзы непрерывно текли по её щекам. – Всё хорошо, Морико. Не переживай. Так они сидели до самого утра. Лишь с первыми лучами солнца они отпустили друг друга, готовые встречать новый день.