Шрамы

Когда я вернулся в класс, Ито передал мне очередной конверт. Я знал, что в нем. И я знал, что он предназначался совсем не мне. - Не посмотришь? – с усмешкой спросил Ито, раскачиваясь на стуле и переглядываясь с Хидео, молча наблюдавшим за нами. - А смысл? – я засунул письмо в стол, чтобы в конечном итоге выбросить его. Я не делал это сразу из-за дурацкой условности. Выбросить его сейчас означало проиграть, а я не хотел проигрывать. Но каждый раз, таясь, я чувствовал себя пораженным. Это делало ситуацию еще более абсурдной, но такова была моя роль в этой игре, и я пока не был готов сдаться. - А вдруг кто-то хочет тебя, а не его? – Ито махнул головой в сторону Хидео. Мы с Хидео переглянулись. Он едва заметно напрягся, но в целом не проявил интереса к теме. Я не верил, что Хидео действительно ни капли не волнует все это внимание. Мы все живые люди, и нам хочется кому-то нравиться, разве нет? Ито рассмеялся. - Зачем ты их собираешь? Коллекционируешь? - Иди на хрен, - проворчал я. - Ты слишком правильный, - констатировал Ито. Хидео постоянно признавались в любви. Ему приносили письма, окроплённые духами, и, клянусь, я перенюхал столько женских духов, сколько не продается ни в одном парфюмерном магазине. Сначала Хидео читал письма, а потом перестал делать это и просто выбрасывал их. Я сказал что-то вроде: «Подумай о чувствах этих девушек и хотя бы прочти письмо, прежде чем выбросить». И тогда Хидео заявил, что я могу забирать себе все письма до единого, потому что его это не интересует. С тех пор Ито отдавал все конверты мне. Его забавляла сложившаяся ситуация. Вернувшись домой, я принял душ и разогрел еду. Из школы Хидео уходил в компании, а это означало, что вернётся он не скоро, так что я мог заниматься чем угодно, но почему-то все равно выбрал смотреть эту идиотскую передачу про призраков. Я сидел на диване и доедал свой обед, когда замок входной двери щёлкнул и вошёл Хидео. Он бросил сумку на пол и молча разулся. Я проводил его взглядом до дверей в нашу комнату. Он всегда закрывал дверь, когда переодевался, или делал это там, где я не увижу. Без понятия, работало это со всеми или только со мной. С каких вообще пор Хидео начал стесняться переодеваться при мне? Я попытался вспомнить, когда в последний раз в школе проводили медосмотр и был ли там Хидео, и с удивлением обнаружил, что не видел его. Не видел или не запомнил. Переодевшись, Хидео вышел и оставил дверь открытой, как и всегда. Я наблюдал за ним, пока он не заметил это или пока не устал делать вид, что не замечает, и спросил меня: - Что? - Ничего, - машинально ответил я, но тут же передумал и задал вопрос: - Тебя, правда, не интересуют все эти признания в любви? - Почему ты заговорил об этом сейчас? - Не знаю. Просто вдруг подумал. - Ничего вдруг не бывает. - Какая разница? Ты ответишь или нет? Хидео выдержал мой настойчивый взгляд, но заговорил только, когда я сдался, потеряв надежду получить ответ. - Да, меня не интересуют эти признания. Я снова обратил на него свое внимание. - Почему? Хидео попытался прочесть что-то на моем лице. - Зачем тебе это? – спросил он. - Я не могу поговорить с братом? Хидео опустил голову. - Можешь. Грустная интонация в его голосе заставила меня растеряться. Я не сразу заметил, как дрожат его пальцы. - Мне кое-кто нравится, - признался, наконец, Хидео. Его голос звучал на удивление глухо и неуверенно. Мне даже стало как-то неловко, будто я залез туда, куда не следовало. - Похоже, этот кто-то нравится тебе очень сильно, - констатировал я. Хидео поднял глаза, и нежность в его взгляде поразила меня. Не думаю, что он осознавал, какими глазами смотрит. Неожиданно для себя я позавидовал тому человеку, который творит с Хидео такие чудеса. - Похоже на то. Мы долго всматривались друг в друга, но потом выражение лица Хидео резко изменилось, будто в его голове переключили рубильник. - Допрос окончен? – от былой нежности не осталось и следа. - Это не было допросом. Хидео издевательски приподнял бровь. - Правда? - Почему ты всегда такой? - Какой? Хидео сделал шаг в мою сторону. - Такой… - я развел руками, указывая на него. – Такой. - Какой? – повторил Хидео более настойчиво. Он был зол непонятно из-за чего. Если мой вопрос разозлил его, зачем он вообще ответил? А если не вопрос, то я вообще ничего не понимал. - Забудь, - выдохнул я. Хидео высоко задрал подбородок, разглядывая меня сверху вниз с каким-то нетерпением и раздражением. Мне показалось, что он хотел что-то сказать, но, возможно, мне просто показалось. - Что? – не выдержал я. Хидео мотнул головой, будто пытаясь разогнать мысли. - Ничего. Он зашел ненадолго в комнату, а вышел уже полностью одетый. Обувшись под моим пристальным взором, он скрылся за входной дверью. Вот теперь, я был уверен, он точно придет не скоро. Но и тут я ошибся. Тетя еще не успела вернуться с работы, а Хидео уже находился дома. Он был нервный, будто ему шило вставили в задницу, но, тем ни менее, он был. Ему несколько раз позвонили, и на каждый звонок он ответил отказом. Уж не знаю, что там у него происходило. Пока тети не было, он курил на балконе, поворачиваясь спиной к улице и лениво поглядывая в комнату, а когда она пришла, он сливался на пожарную лестницу в конце коридора. Тетя знала, что Хидео курит – он и не скрывал, – но все равно криво посматривала на него. Она понимала, что ругаться бесполезно: это Хидео, и если он хочет курить, он будет курить. Когда Хидео в очередной раз ушел на лестницу, тетя спросила меня: - У него что-то случилось? Я не мог ответить, потому что ни черта не знал об этом Хидео. Если подумать, то я никогда по-настоящему его не знал, пусть мы и были братьями. Когда Хидео вернулся, то сразу отправился в комнату. Он закрыл дверь, значит собирался переодеваться. Чуть позднее, зайдя в комнату, я обнаружил Хидео в постели, отвернувшимся зубами к стенке. Он всегда так делал, когда не хотел разговаривать: отворачивался и накрывался одеялом с головой. Наверное, мне не должно было, но все же стало легче, потому что я наконец-то узнавал своего брата, а значит у меня еще был шанс его понять.