Следуя за бабочкой

      Связка ключей дзынькнула, когда самый длинный из них два раза провернулся в скважине. Зайдя в квартиру, первым делом парень швырнул чёрную сумку на длинной лямке на пол, а ключи на тумбочку. Обведя свои владения уставшим взглядом, Бакуго Кацуки вздохнул и наклонился, чтобы развязать шнурки.       Он переехал сюда недели две назад, но коробки, всё ещё наполненные вещами из квартиры родителей, пылились то тут, то там. Возможно, действительно стоило оставить этот хлам дома и не тащить в новую квартиру. По большей части все эти вещи ему и не нужны — с этой жизнью университет-дом Бакуго совсем приуныл, в чём не хотел признаваться самому себе. Единственное, что его хотя бы как-то радовало, это небольшой цветочный горшок на подоконнике и непонятное растение, каким-то чудом выживающее при полном отсутствии воды. Каччан не изверг, он поливает его… когда не забывает.       Когда он въехал в этот дом и впервые поднялся на свой пятый этаж, первым его встретила даже не домовладелица, а этот горшок. Он стоял на окне в холле, явно умирая от жажды и сухости. Со скуки Бакуго решил взять его себе, и когда пристарелая женщина, которая и сдавала юноше квартиру, увидела, что он забрал несчастное растение, облегченно выдохнула. Теперь ей не нужно было его поливать. Так Кацуки и завёл первого приятеля после переезда. И так началось обрастание бесполезным хламом — сначала купил лейку, ведь поливать из стакана не так круто, потом кофеварку, потому что одним чаем не напьешься. В итоге Бакуго пришел к нынешней жизни — с кофеваркой и лейкой.       Перешагнув через коробку, он ткнул пальцем на кнопку включения кофемашины и подошёл к окну в гостиной. Серое растение через стекло смотрело на такую же серую улицу, и Каччан, подлив воды в горшок, тоже посмотрел в окно. Раньше он жил в отдельном доме, поэтому первое время такой вид из окна его изумлял. А потом этот пятый этаж уже так приелся, что смотреть на людей с высоты стало не так интересно.       Он обернулся, когда кофеварка весело сообщила, что готова к работе. Однако подумав чуть-чуть и оценив своё состояние, Бакуго решил, что лучше уж он пойдет вздремнёт, а затем сядет за домашку. Добивать свой и так истощенный организм тоннами кофеина он точно не собирался.       Зайдя в ванную, чтобы смыть с рук и лица чувство собственной ничтожности, Каччан встретился со своим отражением в зеркале. Он и сам толком не заметил, как 172-х сантиметровый парень с горящими глазами и больно острым языком превратился в… это. Дылда с давно не стриженными волосами и серыми синяками под глазами криво улыбнулась Бакуго из зеркала. Ну, это всё поправимо. Скоро летняя сессия, а там каникулы — отоспимся, подстрижемся и жизнь заиграет новыми красками. Желательно, цветными. А не градациями серого, как всё выглядит сейчас.       Обратно перешагнув через коробку Каччан заплыл в спальню и прямо в одежде завалился на кровать. Он вытянул из-под себя край покрывала и завернулся в него, как гусеница, и лёг на спину, вперив взгляд в серый потолок. Сейчас не хотелось ни о чем думать, только бы дать голове отдохнуть, но она уже сама вцепилась в какие-то мысли, насильно заставляя Бакуго о них думать.       «На какой день, интересно, нам надо было делать проект…» — задумался он, прикрывая глаза. Сначала он пытался вспомнить, кто был четвертым в их группе по проекту. Затем, выбрали ли они вообще тему. Да и какие там были темы?.. Было что-то про введение в базовые что-то-там. Или это вообще не их тема?       Он открыл глаза, услышав громкое пение птиц, и тут же в голову ударило такое количество цветов, что парень попытался проморгаться. Голубое небо, трава, какая-то даже бирюзовая. Подняв глаза, Бакуго увидел сиреневые полосы, мелькающие на небе. Он стоял на тропинке, которая дальше просто уходила за горизонт. Вокруг, казалось бы, ничего и не было — только поле. И птицы. Точнее, птиц видно не было, но пели они так громко, будто сидели у Бакуго на плече.       Он опустил взгляд и осмотрел себя: показалось, что Каччан в этом мире самый блёклый и серый, однако он чувствовал себя намного лучше, чем раньше. И цвет кожи выглядел явно здоровее.       «Прелести снов», — подумал он, засовывая руки в карманы. Кацуки пытался не зацикливаться на этой мысли, потому что обычно после этого его выкидывало из сна. А сейчас можно и расслабиться.       Однако расслаблялся он недолго. Птицы, наконец, чуть притихли, и стал слышен шепот ветра, треплющий высокую траву. За спиной послышался тихий вздох, и Бакуго вздрогнул. Он медленно обернулся…       — Ой ё… моё… — шикнул он и отшатнулся в сторону, когда перед собой увидел чью-то макушку. Девушка вздрогнула и резко обернулась, чёрные короткие волосы подскочили, и, когда она своими светло-серыми глазами встретилась с Бакуго, она вскрикнула.       — Ааа!       Незнакомка дёрнулась в сторону, но оступилась, и её нога соскользнула с дорожки. Каччан дёрнул к ней руку, чтобы она не упала, но не успел дотянуться. Девушка съехала в траву и её тут же затянуло в … воду?       Каччан, всё ещё пребывая в неком шоке и потрясении, заглянул в высокую траву, не спускаясь с тропинки, но девушки там уже не было. Парень нахмурился и оглянулся по сторонам. Он впервые в жизни видит эту особу, так почему она здесь? Разве во сне не должны быть образы, похожие на реальных людей?       — Ты кто такой? — послышалось раздраженное ворчание позади и хлюпание воды. Бакуго обернулся и увидел, как девушка вылезает на тропинку из травы совсем в другом месте. И хотя она выбиралась явно из воды, её одежда была совершенно сухой.       — А ты кто такая?       — А я первая спросила! Я тебя не знаю, ты что тут делаешь?       — Я откуда знаю?       — Но это же мой сон.       Бакуго взметнул брови и растерянно посмотрел на девушку, которая, отряхнувшись, подошла ближе.       — Я тоже сплю.       Так Кацуки завёл второго приятеля после переезда.