Следуя за бабочкой

      Девушка нахмурилась. Затем внимательно прошлась глазами по Бакуго и в конце концов вернула пристальный взгляд на его лицо. Кацуки даже опешил — чего это она так на него вылупилась. Да и кто «она»? Однако он не успел задать ни один вопрос, потому что девушка фыркнула и сложила руки на груди.       — Да что ты брешешь.       Бакуго чуть воздухом не подавился, удивленно взметнув брови.       — Совсем что ли? — Эта полу-обвинительная перепалка его действительно забавляла. Обычно ему ничего не снилось, или сны были какими-то сюрреалистичными, однако такое с ним было впервые. Смирившись с тем, что его, вероятно, скоро выбросит из сна, он решил вернуться к этой теме. — Я только что пришел домой из уника и лёг спать.       — Так я тоже… сплю… — Напористый серьёзный взгляд девушки явно смягчился. Толика сомнения начала закрадываться в её самоуверенность. — На сто процентов уверена. Точнее, уже на девяносто девять.       Девушка замолкла и огляделась по сторонам. Провела растерянным взглядом по зелёным полям, на горизонте сливающимся с голубым небом. Странные фиолетовые полосы то и дело разрезали небо, напоминая то ли падающие звезды, то ли непонятные разрывы. Бакуго в это время скользнул глазами по самой девушке — ну… девушка как девушка, обычная. Чёрные блестящие волосы не доходили даже до плеч, а одежда — белая футболка и зеленые джинсы — была совершенно сухой и чистой, несмотря на то, что незнакомка только что вылезла из канавы.       — Получается, ты только что тут появился? — спросила она, наконец снова обращая внимание на Бакуго. От былого запала и резкости не осталось и следа. — Просто я тут уже всё обошла вдоль и поперёк. Хотя я тут не так давно… наверное. Я не помню.       — Муть какая-то. А как зовут тебя помнишь? — Бакуго почесал затылок, не совсем уверенный в том, что вообще происходит.       — Го… Фамилию не помню.       Кацуки вздохнул и засунул руки в карманы. Это всё, конечно, очень интересно, но заниматься этим он был явно не настроен. Даже появилось желание поскорее проснуться, ему ещё с домашкой разбираться…       — О, так у меня есть отличная идея! — девушка хлопнула в ладоши, отвлекая Бакуго от мыслей. Он перевёл на неё утомлённый взгляд и снова вздохнул. — Сейчас ты проснёшься, найдёшь меня и разбудишь. Вот и отличненько! Не могу же я спать вечно.       — Не.       Радость от такой гениальной идеи Го мгновенно испарилась. Она подняла глаза на уставшее лицо Бакуго и нахмурилась.       — Почему?       — Ну ты прикалываешься? Не буду я тебя искать, я вообще понятия не имею, кто ты. — Каччан развернулся на пятках и поплёлся куда-нибудь подальше отсюда. Однако Го от него так просто отстать не планировала — девушка зашагала за ним, то и дело обгоняя и становясь на пути.       — Ну пожалуйста! Тебе же ничего не стоит, а мне приятно. Это не ты тут застрял на чёрт знает сколько.       Бакуго резко остановился, заставляя Го случайно проскочить дальше. Огонёк надежды затеплился у неё в глазах.       — Хорошо. Мне нужна твоя фамилия, чтобы искать.       — Я не помню…       — Адрес?       — Не помню… — Го явно приуныла.       — Телефон?       Она уже даже не ответила.       — Лет-то тебе сколько?       — Двадцать! — девушка оживилась и улыбнулась, поднимая глаза на Бакуго. Однако встретив всё такое же недовольное лицо, которое доказывало, что ничего от этой информации не меняется, снова поджала губы.       — Отлично. Го, двадцать лет. Уже вызываю поисковый отряд, — злобно усмехнулся Бакуго и обошел девушку, продолжая свой путь.       — Ну пожалуйста!       — Да отстань, — лениво ответил он, и голова стала чуть ватной. Видимо, скоро Каччан проснётся.       — Скажи хотя бы своё имя! — крикнула ему вслед Го, оборачиваясь в ту сторону, куда он ушёл, но молодого человека там уже не обнаружила. Пропал, будто просто растаял в воздухе. — Чёрт…

***

      С трудом разлепив глаза, Бакуго уставился на серый потолок. После короткого отдыха ему стало ещё хуже — даже во сне ему не давали ни минуты покоя… Молодой человек сполз с кровати, голыми ногами вставая на холодный пол, и нашарил под покрывалом свой телефон. Разблокированный светлый экран обжёг глаза, но прищурившись, Бакуго всё-таки разглядел время — четыре утра. Поспал так поспал…       Он заставил себя переодеться и хотя бы немного привести свой внешний вид в порядок. Окатив лицо холодной водой, Кацуки снова взглянул в зеркало — на секунду на заднем плане ему померещилась фиолетовая линия, такая же, как те, что прорезали небо во сне. Но Бакуго только проморгался и снова погрузил лицо в ледяную воду.       До выхода из дома оставалась уйма времени — пары начинались в одиннадцать, — и Бакуго был настроен успеть сделать задания, которые планировал выполнить вчера вечером. Однако сделал он всё равно только половину — сам не понял, почему, но время пролетело слишком быстро. Голова не соглашалась думать ни о чем, и ничего с этим поделать Каччан не мог.       Свалив тетрадки в сумку, он закинул её на плечо и собрался выходить на улицу, когда взгляд притянул цветок на подоконнике. Пожертвовав драгоценной минутой, которая, по правде говоря, вообще ничего не меняла, Бакуго подошёл к растению и заглянул под листья. Хотя он поливал его вчера, земля вся потрескалась от сухости. Подлив воды в горшок, Кацуки с чувством легкого удовлетворения и выполненного долга отправился на учёбу.       Он почти забыл о своём сне, но стоящая рядом с ним на пешеходном переходе девушка легонько тряхнула его сознание. Тёмные короткие волосы, белая футболка. Бакуго невольно наклонился, заглядывая незнакомке в лицо, но когда встретил растерянный взгляд карих глаз, вздохнул. Не то.       Теперь мысль о том, что ему приснилось, вообще его не отпускала. То голос знакомый в толпе послышится, то опять причёска похожая окажется у кого-то на улице. Бакуго уже даже полностью мерещилась Го — подняв взгляд на билборд на здании, он увидел слишком яркую для его обыденной серости картинку с девушкой с серыми глазами. Однако моргнув, это наваждение Кацуки уже не увидел. Только серую рекламу какой-то музыкальной группы.       Терпеть это всё стало невыносимо, когда каждое слово «пожалуйста», исходящее от преподавателя в аудитории, в голове Бакуго отражалось эхом женского голоса:       «Ну пожалуйста!»       Не выдержав этого морального изнасилования, Каччан пообещал своей старосте, что купит ей шоколадку, и ушёл домой с последней пары. Когда он вернулся обратно в квартиру, то открыл нараспашку все окна, чувствуя явный недостаток кислорода, и снова прямо в одежде завалился на кровать. Ей уже не помочь, всё равно придется менять.       Смирившись с тем, что нормального режима сна ему не видать, Бакуго закрыл глаза и тяжело вздохнул, будто он не поспать собирался, а упорно работать. Хотя, теперь и не понятно, где он больше отдыхает — во сне или наяву.

***

      Го уже надоело идти. Пейзаж не менялся уже несколько часов, да и опознавательных знаков тут оставить не получалось. В какой-то момент она в отчаянии сняла ботинок и положила его посередине дороги чтобы быть уверенной, что она не идёт по кругу, однако как только она забыла про этот несчастный ориентир, внезапно заметила, что розовые кеды вообще-то всё это время были у неё на ногах. Го рассерженно прорычала, опять снимая обувь и со всей силы швыряя её подальше от дороги, куда-то в траву, где слышался всплеск воды.       Однако всплеск повторился где-то за её спиной и девушка обернулась, наблюдая, как её ботинки со всей дури вылетели из травы и попали ровно в блондина, опять из ниоткуда появившегося на дороге. Он цыкнул, потирая плечо, и нагнулся, чтобы поднять её кеды. Распрямившись, он безысходно посмотрел на Го и протянул ей обувь.       — Ладно, давай искать твоё тело. Меня, кстати, зовут Бакуго. Бакуго Кацуки.