Вальс Падших Или Звездная Дорога Уся/сянься

Кровавая бойня, особое мясо. Я не смогу сбежать. Сигналы глушили, из леса тащили. Так страшно себя терять. Судебные иски, телесная влага. Я не прошел этап. Били ногами, под простынями Я просто бесправный раб.

- Так, ладно, товарищи, всем охранять спокойствие, - наконец отмер великий ван. После ударной волны все так и остались лежать на земле, неожиданно запамятавшие о том, что умереть второй раз у них вряд ли получится. Мебель и черную бухгалтерию разметало по округе. - Слушайте, - проворчала Мама-Джан, - а где наш мусорщик? Но его уже давно никто не видел. Бес неуклюже поднялся с земли, принимая руку помощи госпожи Си Ван Мун, которая и сейчас оставалась убийственно покойной. - В нас прилетело или Кеша сработал? Иннокентий вышел вперед: - Никак нет! - Подожди-ка, - нахмурилась госпожа, - почему выстрела в сторону врага не было? Ты че там наворотил? - Да это - начальник стражи почесал затылок, - отсырел таймер-то. - Как отсырел? Все вопросительно уставились на госпожу Си Ван Мун. - Впрочем, это и не важно, - отмахнулась она. - Главное, все мы мертвы, части тела при нас. Не высасывайте кровь из пальца, в конце концов! На пустом месте заебут! В итоге все немного успокоились и привели лохмотья в порядок. Бес Смертный отдал приказ о заседании первого триумвирата в головном склепе. Когда администрация могильника была в сборе, Бес постучал косточкой по стакану, привлекая внимание. - Дорогие, напоминаю, что я Н.Е.К.Р.О.Вэ.Тэ.Фэ. глав. инспектор из Ада. Я призываю вас выражаться без мата. Прошу, распишитесь за инструктаж. Мама-Джан, прекратите жевать лаваш. - Итак, - Геннадий, как главный секретарь, восседал за печальной машинкой. - Собрание союза трех мужей объявляю открытым. На повестке дня следующие вопросы для рассмотрения: некая особа подала жалобу о домогательстве в особо крупном разрезе, сильнейший взрыв и наше плачевное положение, а также и чих-пых, и чих-пых. - Кстати, - вспомнила Мама-Джан, - ты узнал что-то и просил отменить бойню. - Точно! Милорды, это крайне важно! Боюсь, все хуже, чем мы себе представляем! Пророчество для любимого бастарда дало сбой! - Важно? - взволнованно переспросил Бес. - Крайне! - Отложим на потом? Все проголосовали за. С первыми петухами все постановления были согласованы и адресованы. Собрание уже почти закончили, когда Бес Смертный вдруг застонал и повалился с престола. - Господин! - Мама-Джан вскочила с места. - Мудрейший! - госпожа Си Ван Мун камнем бросилась ему на шею. - Повелитель! - заплакал Геннадий. - Корвалол? - Полынь? - Мясцо? - Оно здесь, - хныкнул Бес. - Мое яйцо! - Древостук, древостук. Я не очистил историю. Я погиб, погиб, - в панике шептал профессор Воскрешенский, уползая подальше от расщелины. После ударной волны все так и остались лежать на земле, неожиданно вспомнившие о том, что умереть у них очень легко получится. Палатки и черную бухгалтерию разметало по округе. - Берегись! Что-то лезет оттуда! - закричали подопытные крыски, разбегаясь с полигона. Из трещины показалась гигантская звериная морда с двумя длиннющими кариесными зубами. Когда огромная кроличья туша поднялась на поверхность Мистер Грыз завизжал и отдал хвосты. Все четыре лапы монстра с оглушительным грохотом опустились на болотистую почву, с хрустом давя мелкие тушки. В общем плаче и страшных воплях профессор Воскрешенский продолжал читать свою мантру, отползая по еще живым фрагментам в поисках безопасного места. Мутировавший Крол принюхался и, почуяв вонь слабости, двинулся в сторону профессора, дробя грызунов на части. Из его пасти бежала слюна, не давая выжившим жертвам шанса на спасение, вибрисы рубили головы. Внезапно он резко остановился. Громкий рвотный позыв заглушил крысиную возню. Его брюхо надулось, красные глаза вылезли из орбит и из широко распахнутой глотки, разрывая пополам поганую тушку раздалось грозное: - КРЯ-Я-Я!!! - Ой, бля... Ну угораздило же, мать вырезать вашу рать. Мага давно отключил автопилот и выпендривался навыками вождения по разбитой дороге. Узкую тропку, по которой они ехали всю ночь, преграждал упавший ствол столетнего дуба. - Делай ставки, сколько еще средств передвижения мы сменим. Он повернулся к Стасу, но тот продолжал крепко спать, глубоко и свободно дыша. - Как обычно разгребать все мне, - вздохнул лесовик, вышел из москвича и подошел к дереву. - Тук-тук, здесь есть кто-нибудь? - осторожно постучал он по стволу. - Баро? Иуда? Дэнис? Клер? Х-м-м. Фиалка? Вий? Галина? - Еще, - простонал Стас во сне. - Ладно, - кивнул Мага. - Сергей? Луциний? Туллий? Пьер? А может, Буратино? Родственники не отозвались. Значит, дуб настоящий. - Пиздюк спит, машина стоит, - резюмировал Магомед и огляделся по сторонам. - В принципе, если применить некоторые математические подсчеты и воспользоваться методом рычага... Обдумывая план спасения, он отправился на поиски добротной коряги. Пару минут спустя, убедившись, что поблизости никого нет, здоровенный лохматый куст вышел из укрытия и подошел к машине. - Ку-ку, - ласково поздоровался он со спящим героем. - М-м-м, какой хороший живой мальчик. Тощие руки-ветки лешака вытащили Стаса из салона. Для пущей уверенности он крепко приложил его о землю, разбив нос и закинул на плечо.  Весело посвистывая он покатился в свою берлогу. Землянка скрывалась под невысоким холмиком, длинные гибкие лианы прикрывали вход от потусторонних сглаз. Почтовый ящик зеленел адресочком: Дом Кишлака. Скинув тушу на кучу соломы в углу, Кишлак принялся разводить огонь в очаге, вырывая палки для розжига прямиком из тела. Когда пламя весело разгорелось он снял с полки глубокий казан и установил его в центр топки. Из закромов была достана потрепанная книженция. Послюнявя сучок, лешак полистал желтые страницы и, найдя нужную, поставил поваренную книгу на пюпитр. - Так-так, - промурчал он, - посмотрим-посмотрим. Берем чуток корицы, срезаем ягодицы. Ведро смолы и желчь туды. Моток кишок - издох лошок. - Да-да. Cлавно-славно. Снаружи захрустели ветки. Побродя по окрестностям Мага вернулся к машине, но никого не найдя в ней, отправился на поиски. Утренний лес мягко шелестел мутированной хвоей. - А мне надо это? - ворчал он про себя. - Куда иду? За кем иду? На кой черт согласился? Знал же, что эти авантюры не по мне уже. Стар я стал да немощен. Выйдя на опушку и заприметив почтовый ящик, а затем и скрытое кустами вентиляционное окошечко, лесовик прослезился. - Да за что мне это?? Не пойду! - решил он. - Скажу, погиб ваш этот героем и все такое. Пусть сами разбираются. Однако сам шаг за шагом продвигался к землянке. Заглянув в вентиляцию Мага сразу увидел Стаса. Тот без сознания валялся в углу с окровавленным лицом. Нутро старого лесовика похолодело. - Как же так, он же имба, - успел прошептать он. А потом на его макушку опустилась тяжелая дубина. За далекими полями, За глубокими морями, Через долы и леса Жили-были чудеса. Там сатиры и инкубы Содержали некро-клубы. А красавица Лиса Продавала телеса. Сын царя удрал из дома, Угодил в разврат содома. Выслали за ним Ахилла, Но и тот дурак-детина. Серый волк в ночи страдал, Пока глотки вырывал. Он погнался за гетерой, Занятой своей карьерой. Вышла утка изо рта, Ван боялся неспроста. Крах бессмертного в яйце, Страх и ужас на лице. Сказка будет продолжаться Нам-то нечего бояться. Что еще грозит юнцу? Возвратимся к пиздецу. Сознание медленно прояснялось. В висках долбила свинцовая тяжесть, ресницы слиплись от натекшей из носа крови. Уши оглушала болезненная пульсация. С трудом продрав глаза, расфокусированным зрением Стас разглядел земляной потолок со свисающими корешками. От пылающего очага повсюду бегали кривые тени. Он повернул голову, скривившись от тупой боли, и увидел рядом без чувств лежащего лесовика. По лицу ударила капля. Стас слизнул ее и почувствовал железный вкус. Его подорвало с сена, и он начал громко отплевываться, оттирая рот грязным рукавом фуфайки. Голова закружилась и к горлу подступила тошнота. Когда приступ немного прошел Стас поднял взгляд и увидел огромный сопрелый куст, который с интересом разглядывал его. - Ну-ну, - радушно проворковал Кишлак. - Вкусно? Свисающие коренья оказались подвешенными кусками тел, из которых еще сочилась сукровица. В руках-прутьях лешак держал большой мясницкий топор, блестевший остро заточенным лезвием. Когда он двинулся в сторону Стаса, тот схватил Магу за бороду и попытался отползти к стене, выискивая пути отступления. Однако, шанса на спасение ему не дали. Приблизившийся Кишлак вырвал лесовика из рук и отбросил в сторону. Затем, поймав Стаса за шиворот, он впечатал его в пол и занес топор. - Нет-нет, - нежно предупредил он. - Бежать нельзя. И одним ударом топорища раздробил лодыжку. Кровь и ошметки мышц брызнули в стороны, и Стас захрипел, задергался, разбрасывая комья земли вокруг. Кишлак погрузил ветки в рваную рану и шутливо покачал выступающую кость. По Волшебному лесу прокатился дикий вопль, срывая птиц-мутантов с насиженных мест. За много верст лисица навострила ушки и испуганно посмотрела на спутницу. - Терпи-терпи, - Кишлак слизал кровь и прошелестел к очагу. - Мясо должно созреть. Дьявольская боль затупила сознание, заполняя собой нутро. Кровь утекала из задетой артерии. Невозможность вдохнуть и бешеный пульс лишали последних сил. Как же я найду тебя, пронеслась в голове единственная мысль и что-то внутри с глухим стуком оборвалось.  От мучительных тихих стонов Мага пришел в себя. Его взгляд остановился на покалеченном парне и лесовика пробрал ледяной ужас. Стопа держалась на одном сухожилии. - Да как же это, - прошептал он и подполз к Стасу. Ласково погладил его по голове, убирая с лица налипшие пряди. Тот лежал на спине, бешено вращая зрачками и хрипло дыша. Лесовик оглянулся. Кишлак, весело насвистывая, изящно подсаливал воду в казане. Вода закипала. Мага осмотрелся по сторонам. Из маленького окошка им вдвоем не выбраться, выход из землянки был завален булыжником. Что он может сделать? Прижавшись к стене, он попробовал прорыть небольшое отверстие, вдруг удастся выбраться так. Холм был небольшим в диаметре, можно будет вылезти с другой стороны. Конечно, план был так себе. Ждать, пока старенький лесовичок пророет тоннель, никто не собирался. Кишлак достал большую деревянную доску и водрузил ее на низкий стол. Подхватил свой топорик и повернулся к Стасу. - Мальчик-мальчик, одолжи мне пальчик, - пропел он. Стас, оставаясь в сознании, все понимал. Он попытался встать, но тут же упал назад, приложившись головой и задев открытым мясом грязный пол. Мага тщетно попытался закрыть его своим маленьким телом. Кишлак непринужденно скинул лесовика как мелкую блошку и, схватив Стаса за волосы, поволок к столу. Ступня тащилась по полу оставляя темный багровый след. Перехватив руку замученного парня, лешак положил ее на доску, заставляя Стаса остаться на коленях. Мага хотел проснуться от кровавого кошмара. Кишлак отхватил лезвием топора сразу три пальца. Под звуки чужой агонии он пнул от себя еле живое от страданий, уже не трепыхающееся тело и начал готовить маринад. Мы сегодня молодцы. Повар - я, а жертва - ты. Мы накрутим голубцы. Повар - я, а мясо - ты. Приготовлю ужин нам. Папе, маме, мне, друзьям. Собираем всю семью Накормить я всех люблю. Мальчик сладенький лежит Как свинья от мук визжит. Мы всего тебя съедим. Никому не отдадим. Мага закрыл уши руками, раскачиваясь из стороны в сторону. Он просто не понимал, что делать. Кишлак хорошенько проперчил свежие пальцы, натер их горчицей и оставил мариноваться. Хозяин Волшебного леса знал о поварском искусстве все и слыл лучшим в своем деле во всей родословной лешаков. Сегодня должны были пожаловать на ужин важные гости, поэтому торопиться с готовкой нельзя. Соблюсти все правила, дозировки, время томления - залоги успеха. - Тук-тук, - он постучал веткой по голове парня, - хочешь продолжить? От болевого шока и кровопотери Стас не приходил в сознание. - Ага-ага, - решил что-то про себя Кишлак. - Забери пока. Одеревеневшими конечностями Мага прохромал к изувеченному мальчишке. Он не знал за что взять, как прикоснуться, чтобы не сделать еще хуже, если хуже только могло быть. Аккуратно подхватив уцелевшую правую руку, он поднырнул под нее и медленно пополз в угол, оставляя кровавые следы. Уложив Стаса на лохмотья соломы, он разорвал подол своей рубахи и перевязал культи на руке. Мизинец, безымянный, средний. Стопа оставалась висеть. Он перетянул тканью артерию, не задевая уцелевшее сухожилье. Теперь надо бояться воспаления, думал Мага, воды бы горячей и водки. Землянка наполнилась запахом парной крови и жаркого. Вечерело. Мурлыкая себе под нос Кишлак начал накрывать на стол. Три деревянных кубка по краям, миски и огромное дымящееся блюдо в центре. - Тук-тук, - раздалось у входа. - Да-да, - счастливый Кишлак откатил булыжник. В землянку вошли два трухлявых, покрытых мхом и лишайником пня. Один из них снял шляпу и повесил на торчащий гвоздь. Второй скинул на пол сумочку. Втроем они соединили палки-ветки и замерли. У Стаса начался жар. Он покрылся испариной, рубаха прилипла к телу. Его била сильная дрожь заставляя зубы громко стучать друг о друга. - Хорошо-хорошо, - наконец решили пни и зашуршали к столу. Кишлак гордо продемонстрировал содержимое блюда. Пни одобрительно захлопали. Каждая миска наполнилась горячей тиной и кореньями. - Деликатес-деликатес. В миски разложили по пальцу. - Мама, - тихо простонал Стас, открывая глаза. На бледном лице ярко выделялись темные синяки, опухший нос посинел. Лесовик наклонился к нему, бережно оберегая мальчика от вида на страшную трапезу. - Ты хорошо держишься, - зашептал он. - Мы почти выбрались. - Так болит. - Ты молодец. Прости меня. - Я уже всех спас? Мага кивнул. - Конечно. - Ням-ням. - Вкусно-вкусно. - Рад-рад. Лешаки пожирали свои помои чавкая и порыгивая от удовольствия. - Еще-еще? - Скоро-скоро. - Мне надо идти. Стас попытался перевернуться на бок, чтобы встать, и увидел свою ногу. Затем перевел взгляд на руку. - Ляжь, прошу, - взмолился Мага, промакивая испарину с его лба. - Я ухожу. Тело подвело, и он повалился обратно. Когда трапеза подошла к концу, каждый из лешаков взял по кухонному топорику, одобрительно шурша об остроте лезвий. - Вон-вон, - указал Кишлак на угол. - Мальчик-мальчик. - Ах-ах! - восхитился один из пней. - Хорош-хорош. - Расчленим-расчленим? - Щас-щас. - Надо торопиться, - продолжал шептать Стас в бреду. Кишлак ухватил беспомощного лесовика за бороду и подвесил на крючок у потолка. Крепкая рубаха не дала слабину. Подтащив не вырывающегося Стаса за ногу, старый пень поднял его над полом вниз головой. - Бедро-бедро? - Идея-идея. Кишлак сунул ветки в рот парня и вытащил язык. - Вай-вай, - одобрила мама-пень, занося топор. Горела тусклым зеленым светом полная луна. Финист с бдсмщиком подъехали к кладбищу. Настало время знакомить мужа с семьей.