Paralysé.

Каждому человеку нужно какое-нибудь хобби — якобы с целью «выйти из стресса», — но ты-то прекрасно понимаешь, что на самом деле люди попросту пытаются выжить и не сойти с ума.

***

Ярмарка в честь праздника де флёрс фэстивел. Одно из самых грандиознейших событий всего континента Сорселии, но в то же время одно из самых опасных. На этот праздник в Лиавр съезжается весь континент, а иногда бывает, что приплывают и с других стран, поэтому охрана вокруг столицы усиливается в несколько раз, ведь король Дженён не хотел бы повторить той трагедии, которая произошла полтора года назад. На празднике охрана была повсюду, чтобы жители и гости уж точно чувствовали себя в безопасности. Конечно, были те, кто отлынивал и не выполнял свои обязанности, однако таких было чертовски мало.  Площадь была усеяна цветами. Они не источали сильных запахов, ведь понятно дело, среди горожан могли находиться и аллергики. Однако для таких людей так же продавали специальные зелья, чтобы те в такую пору легче переносили всю эту гамму насыщенных ароматов. Повсюду звучала различная музыка. Со всего света были приглашены самые лучшие музыканты и артисты, способные повеселить народ. Везде можно было услышать звуки той же скрипки или виолончели в сочетании с барабаном или трубой. Удивительно, но всё это прекрасно гармонировало между собой, сливаясь в единую мелодию, окутывающую весь город.  На каждом углу стояли шатры или прилавки, набитые различной едой и сувенирами, а так же имеющие при себе толпы покупателей, желающих выкупить себе самую лучшую безделушку, по типу волшебных ходиков, имеющих вместо стрелок расположение планет, или хлопушек, которые, при взрыве, создают столпы искр, складывающихся в волшебные двигающиеся картинки. Такие были у всех, однако каждый в очереди стремился почему-то опередить других. Ближе к центру площади появлялись факиры и укротители волшебных животных. Тут почти не было ничего интересного, кроме того, что их зазывалы постоянно выкрикивали уже поднадоевшее «подходите, подходите! Только сегодня, только сейчас!…». Но и это было не самым главным событием, ведь как бы то ни было, центр площади не разрешалось занимать никому. Там не было шатров и прилавков, не было актёров и шарлатанов…. Лишь редкие музыканты, играющие музыку на заказ, и простые горожане, веселящиеся и танцующие под общий гомон со стороны улюлюкающего народа….   Феликс даже не думал, что брат согласится пойти с ним на праздник. Он думал, что у Минхо слишком много дел, чтобы посещать подобные мероприятия. Однако сам Ликс даже не догадывался, что для Хо это приглашение было поводом для огромной радости, ведь сам он думал, что для младшего Матье такие праздники - детсадовщина и пустая трата его драгоценного времени. Наверное именно поэтому он и решил озвучить это за обеденным столом. — Ликси, Чарми, ты уверен, что хочешь пойти? Всё таки ты часто утверждаешь, что подобные праздники - совершенно не для тебя. Что там слишком людно, шумно и душно. - как бы невзначай поинтересовался граф.  — Деабль, Хо. Перестань. Перегибаешь, ясно? Я же тоже человек. Если я не посещаю часто подобные места, это не значит, что у меня отсутствует желание их посещать. К тому же, я ещё ребёнок. Не делай из меня взрослого занятого комте, на коего хочешь походить сам. - напрягся Феликс, раздражённым взглядом прожигая брата. — Не дерзи. Я и так понимаю это. Просто беспокоюсь за твой комфорт. - как отрезал, сказал Лино. Младший тут же заткнулся, недовольно жуя салат. - Аш, я всё понимаю, у тебя сейчас такой возраст, но будь повежливей. Иначе твой острый язык и скверный характер принесёт тебе огромных проблем. — Да понял я, понял. - пробурчал блондин, закатывая глаза. И вот любит же братец его учить… — Славно. Ах, и кстати. С нами пойдёт Сынмо, он ещё сказал, что возьмёт с собой своего помощника. Вроде вы одного возраста…. Чем повод не познакомиться?  — Я не терплю новых знакомств. - резко ответил мальчик, пряча взгляд. Разговор начинал ему надоедать. — Просто познакомься. Никто не заставляет тебя потом с ним общаться. — Нет. — Феликс…. — Мин, я сказал, что не собираюсь с ним знакомиться. - отбросил вилку Ликс, корча лицо. Минхо устало вздохнул, а потом строго посмотрел на младшего. — Не хочу слушать никаких возражений. Они идут с нами. Не хочешь - не знакомься. Твоё право. Но присутствие их, уж изволь, но потерпи. - не повышая голос ответил брюнет. - Иначе вообще никуда не пойдём. — Не ставь меня перед выбором. — А то что? Братья сцепились взглядами. Один - яростным и не желающим уступать, другой - холодным и уставшим. Посидев так не много, Феликс подскочил, вылетая из обеденного зала и явно признавая свой проигрыш. Минхо же, дождавшись, пока с грохотом хлопнет дверь, ударил кулаком по столу, видимо, выпуская наружу всю напускную суровость. — И вот что я делаю не так?…  — Может, слишком часто балуешь его? — А! Граф вскочил, с неким испугом смотря на Сынмина, который стоял у дверей, облокотившись спиной на отполированную древесину. — И тебе привет, дорогой Лино. — Напугал. Стучаться не учили? — Вы тут так яро спорили, что смысла в этом не было. И вообще, возмущаешься так, будто первый день знакомы. - съязвил его друг, корча рожицу. Минхо в ответ состроил похожую. — Молчать, пёс. Я, в отличие от тебя, хотя бы пытаюсь наладить отношения с оставшимся родственником.  — Оно и видно. - хмыкнул алхимик, предпочтя проигнорировать слова друга. Достав из кармана продолговатый предмет, а точнее, волшебную палочку, он направил её на кружку чая, которая стояла на столе. - Воуль. Кружка медленно поднялась в воздух, плавно подлетая к руке Сынмо, после чего тот подхватил её, опуская палочку. Матье, тем временем, скептически смотрел на то, как светловолосый убирает палочку обратно в рабочую мантию. — Давно ли палочку решил приобрести?   — Магический фиксатор никогда не помешает. - пожал плечами алхимик, отхлёбывая немного чая. - Ммм, зелёный? — Другое не пьём. — Да похуй. Это ж чай. Лино выдохнул, качая головой. Когда же это светловолосое нечто научится наконец вести себя прилично и уберёт сквернословие из своего лексикона?… — Летрео, ты неисправим. - закатил глаза брюнет, морща лоб. — Кстати. Краем уха услышал, Феликс не хочет знакомиться с Чонином. — Ох, Минни, прости. Не думал, что ты узнаешь. Неприятно получилось. Всё таки он твой помощник…. А Ликси…. — Я знаю, какой характер у нашей маленькой принцесс - капрёзес. Не учи учёного. Пол жизни с ним провозился. Но знаешь что, Лино? Ему не хватает строгости с твоей стороны. Он чувствует, что ты можешь под ним прогнуться, понимаешь? Да и…. Что уж говорить, уход из жизни господина Джэхва Алена и леди Рене Джессики сильно повлияли на него. Он теперь думает, что весь мир ему обязан за их смерть, и в этом его главная проблема. Он винит невинных людей, поддавшимся инстинктам самовыживания, заложенных в них самой матушкой-природой. За то, что они спасали свои жизни вместо того, чтобы вытащить ваших родителей. Но ему нужно отпустить их. Иначе это плохо закончится для него.  — Да ты прям философ, как я погляжу. Хочешь сказать, что так хорошо знаешь моего брата? - фыркнул Хо, хватаясь руками за голову. Он остро ощущал чувство безысходности и очень чётко понимал, насколько же сильно Сынмо прав. — Это видно, Лино-Мино. - на губах брюнета появилась слабая улыбка. Так его друг называл с детства. За то, что он любил музыку. «Лино-Мино». Музыкально и мило. - И знаешь… Ему нужен кто-то, кто поставит его на ноги. Кому он сможет доверить свою жизнь и открыться так, как не открывался даже тебе, своему брату. Кстати говоря, тебе и самому не мешало бы прислушаться к моему совету. — Всмысле? Что ты имеешь ввиду? — Ты тонешь, братка. И это слишком заметно. Тебе нужна та, или тот, кто вытащит тебя на берег. Потому что на тебя уже смотреть больно. Сам себе могилу роешь, разве не видно? Только землицей засыпать осталось. - горько хмыкнул алхимик. Неужели он единственный в этой ситуации понимает, насколько всё плачевно? — Ты выдумываешь. Я вполне себе хорошо себя чувствую. — А давно ли принимать зелье выдержки равно чувствовать себя хорошо? - вот тут-то Минхо понял, что попал. - Думал, я не узнаю? — Как давно? — Недели две назад нашёл у твоей тумбочки пару склянок. По надписям было уже не трудно догадаться, что это и какое предназначение имеет. — Что ты забыл в моей комнате? - настороженно сощурил глаза брюнет, глядя на друга. — Эх, ты, дырявая бошка. Тебе бы и для памяти зелья попить. Сам же меня туда отправил. Чтоб я тебе документы принёс. — Точно…. Лино крепко задумался. Если у него такие пробелы в памяти, значит действительно всё становится очень плохо. Но ведь на нём поместье…. Как же тогда справлялся отец? Нет, он должен выдержать. Всё будет хорошо. — Не будет хорошо, Мино. Если ты думаешь, что сможешь справиться в одиночку, то глубоко ошибаешься. У Джэхва была Рене. А ты один. Смекаешь? Просто не вывезешь. — У меня есть Феликс!… - попытался возразить Матье, но наткнулся на осуждающий взгляд алхимика. — Которого ты даже под контроль взять не можешь, просто потому, что боишься ему навредить ещё больше и он начнёт тебя ненавидеть? — Могу! — Он не слушает тебя. — Да с чего ты вообще взял это?! С чего бы тебе знать моего брата лучше меня?! - вскочил с места Хо, уперевшись руками в дубовый стол, и тяжело дыша. Сынмо приподнял бровь. Успокоившись, он присел обратно, тихо сказав. - Прости. — А я о чём? — Что? — Ты угасаешь, Мино. Медленно, но верно. Сначала проблемы с эмоциями, потом с головой, а в конце концов и с физическим здоровьем. Ты же так с ума сойдёшь. - Сынмин сложил руки на груди, устало покачав головой. - Ладно. Я тебе не нянька. Решай сам. Повисла тишина, нарушаемая лишь тиканьем часов. Минхо думал. Думал, насколько же его друг прав. Ещё немного, и он просто не выдержит. Но признавать своей неправоты он не хотел. Он был слишком горд, чтобы признавать такое. — Пора бы выдвигаться. Обед почти закончен. - Мин развернулся к двери, собираясь выходить, но чуть задержался, собираясь задать последний вопрос. - Собираешься мириться с Феликсом? — Иди уже. Сам решу. — Как знаешь. Светловолосый пожал плечами, покинув столовую. Когда Лино понял, что остался один, его руки схватились за голову, зарываясь в волосы и сжимая отдельные пряди, а по комнате разнёсся безмолвный крик.

***

Феликс лежал на кровати, уткнувшись носом в подушку. Почему? Почему Минхо так сильно давит на него? Ликси и так старается, как может! Вон, даже хочет пойти на ярмарку, чтобы хоть как-то поддерживать социум! Что он делает не так?…  Ему правда трудно…. Особенно после смерти родителей…. Они были для него опорой, а сейчас… Сейчас он видит их лишь во снах. В кошмарах, где их навсегда забирает это ужасное чудовище…. Минхо ведь тоже пережил это, так почему он просто не может понять его? Ещё и этот разговор в столовой…. Ликс не горел желанием знакомиться с кем-то в данный момент. Ну вот вообще желания не было. Он и так не помнил этого Сынмина, хотя его брат почему-то твердил, что они уж точно должны были быть знакомы, а теперь ещё и его помощник, с которым он должен мило беседовать… Как будто бы звучит, как беспредел. К тому же, если это и алхимик, который варит ему зелья, да и по сути является его лечащим врачом, это не даёт ему никакого права брать на прогулки кого-то ещё. Почему Минхо этого не понимает?! Разозлившись на ситуацию, Феликс схватил подушку, со всей злостью кидая её в дверь, которая в этот момент начала открываться. Послышался сдавленный вздох, после чего Ликс растерянно поднял взгляд зарёванных глаз на проём, где чудным образом оказался его брат. Минхо стоял, тихо шипя и потирая рассечённую бровь над слепым глазом, которая так и не заросла за эти полтора года. Феликс хотел было помочь старшему и извиниться, но вдруг вспомнил, что обижен на него. Это отобразилось на его лице злостью, после чего он отвернулся. — Феликс?  В ответ тишина. Хо вдохнул поглубже, собираясь с мыслями. Он хотел исправить ситуацию, а не усугубить ещё больше, поэтому с его братом надо говорить осторожней.  — Чарми, я бы… Хотел поговорить с тобой, слышишь? Феликс всё так же молчал, однако в ответ послышалось какое-то шевеление, означающее, что он слушает. Лино присел на край кровати, сложив ручки вместе. Почему-то нужные слова на ум не шли. С родными всегда так сложно мириться?  Минхо сглотнул ком в горле, неуверенно начиная. — Прости, Ликси. В чём-то я был не прав. Наверное, не стоило так давить на тебя. Я… Знаешь, я понимаю, после смерти мамы и папы… - тут он запнулся, услышав тихий всхлип. - Феликс, ты что, плачешь? — Отстань, Ене, не до тебя сейчас. - совсем уж разревелся блондин, пихая брата рукой. Тот слабо улыбнулся, вопреки сопротивлениям  младшего притягивая того к себе.  — Ликси, родной, знаю, я обидел тебя, но…. — Да не в этом дело, дурень! Не в этом! Просто, просто…. - хрипел между всхлипами мальчик, пытаясь связать всё воедино. - Ты ведь пытаешься м-мне помочь, а я… Я… Я-я….  — А ты хочешь сделать, как ты хочешь. Я понимаю, Чарми. Но… Как бы объяснить… Я хочу научить тебя жить. И чтобы в будущем с твоим характером у тебя не было проблем. Сейчас у тебя такой своеобразный юношеский максимализм, когда ты всем вокруг хочешь доказать, что ты прав, а они нет. Или, как бы сказал Сынмо, «я Д’Арно, все»…. Ну, ты и сам знаешь. Я конечно рад, что ты можешь постоять за себя и всё такое, но иногда…. Ты немного… Перебарщиваешь, честно говоря. Феликс поднялся, красными от слёз глазами глядя на брата. Минхо же в это время мягко, чуть виновато улыбнулся. В этот момент их обоих можно было понять. Они оба в раннем возрасте остались без родителей, оба не могли простить другим их смерть, и обоим пришлось рано повзрослеть.  Ликсу пришлось познать взросление практически в одиночку вместе с тем фактом, что на него так же легла ответственность за семейное дело, которое должно было перейти к нему в будущем совместно с его братом. Лино же принял на себя весь удар в плане незаконченных дел отца, важных документов, о которых он понятия не имел, управления поместьем, прочей наследнической дребедени, которая ждала его в будущем и которой он экстренно стал обучаться, но и это ещё не всё. Дело в том, что хоть времени у него почти не оставалось, Минхо всё таки хоть как-то, но пытался воспитывать своего брата, пусть и в одиночку. Хо хотел, чтобы смерть родителей не дала сильную осечку в детстве младшенького, и он смог сгладить углы. Однако выходило у него это пока что, не сказать, что хорошо. Матье смотрели друг на друга, говоря между собой глазами. Им не нужны были слова, чтобы рассказать о том, чего не хватает каждому, чтобы у обоих всё было нормально. Феликс лишь снова всхлипнул, а после прижался к брюнету, тихо рыдая тому в плечо. Ему просто нужно было выплеснуть кому-то эмоции, которые он держал в себе последние года, не решаясь открыться. Лино же крепко прижимал брата к себе, мягко поглаживая по светлой головушке и будто боясь потерять. Он чуть не лишился его тогда, он не хочет оставаться без него сейчас. И если бы Ликси в такой момент отдалился от него, это было бы для Минхо тяжёлым ударом, который он бы вряд ли выдержал. — Ене…. — М? — Прости меня… Я… Я правда постараюсь сделать всё, чтобы тебе было легче за мной присматривать. Наверное, я не совсем осознаю то, насколько тебе тяжело, ведь сам не был на твоём месте, но… — Не нужно, Ликси. Ты понял, что я хотел тебе сказать, а это главное, но…. - тут Лино замялся. Феликс понял, чем была вызвана данная пауза, а потому, нехотя, но добавил. — Пусть идут. Но если он будет приставать ко мне с распросами, то я за себя не ручаюсь. — Хорошо. Какое-то время они просидели в тишине. Видимо, каждому надо было обдумать случившееся. Ссоры между ними возникали совсем не часто, а потому никто из братьев просто не представлял, как вести себя в подобных ситуациях. Извиняться перед кем-то впринципе не было в стиле семьи Матье, а потому пробовать на вкус слово «прости» для каждого было в новинку. Обдумывая это, они просидели в обнимку несколько минут, а может и часов. А может прошли всего секунды…. Кто знает? Однако в конце концов царившее молчание нарушил голос Лино. — Может… — Нет. Пока это обсуждать я не готов. — Феликс, когда-нибудь, но нам придётся затронуть тему смерти родителей. — Когда нибудь - да. Но не сейчас. Хорошо? — Ладно.  Минхо поджал губы, а после выдохнул. Разговор почему-то совсем не клеился. Значит, пора было бы расходиться для того, чтобы подобрать наряды на ярмарку. Всё таки идти так - в обычных рубахе, жакете и штанах - было бы преступлением против современной красоты! — Чарми, поможешь выбрать мне что-нибудь на нашу прогулку? Всё таки ты куда более близок к миру волшебной моды, чем я. Феликс закатил глаза, сложив ручки на груди, а после сделал вид, что задумался. Сейчас он уже не сильно был похож на того, кто несколько минут назад ревел потому, что вспоминал о прошлом и раскаивался в своём характере. — Ну не знаю…. — Феликс. — Тц, ладно. Уговорил. Ковыляй в комнату. Последующие полтора часа братья выбирали, что им надеть, да и впринципе проводили время с пользой в приятной компании друг друга. Оба давно не чувствовали себя так хорошо, как сейчас, и оба были рады тому, что им наконец выпал шанс побыть наедине и хоть немного, но расслабиться. Изредка из апартаментов Минхо слышались возмущённые возгласы и крики, однако можно было сразу понять, что парни просто придуривались. Всё таки, давно не проводили время вместе. В итоге, перерыв огромную кучу вещей, скиданную в одну большое общее мессиво на кровать старшего, Феликс подобрал для Лино парадный костюм, состоящий из серых штанов и надетой поверх атласной сиреневой рубашки жилетки. Сверху сего одеяния Минхо решил набросить синюю мантию, больше похожую на мундир.  Сам Ликси же предпочёл классическую бежевую водолазку, а поверх неё рубашку, расшитую золотыми нитями и заправленную в чёрные шорты по колено.  Посмотрев на это, Хо усмехнулся, поправляя рукава своей мантии. — Ну прямо жених. Сейчас только выйдешь на улицу, так сразу всех девчонок соберёшь. - Феликс приподнял бровь, в недоумении глядя на брата, и собираясь напомнить, насколько самого брюнета в своё время заколебали этой фразой, но Минхо опередил его, потрепав по кучерявым волосам. - Слушай, не возникай, а. Шутки, просто шутки.  — Если ты продолжишь так шутить, мы из дома не выйдем. Лино закатил свой единственный глаз, выражая подобие возмущения, а потом скорчил гримасу Феликсу, который в ответ показал старшему язык. Сынмина с Чонином они обнаружили около выхода. Сам алхимик стоял, нервно глядя на карманные часы и явно начиная раздражаться, в то время как его помощник жался позади него в явной нерешительности, репетируя, как же он будет официально знакомиться с младшим Матье. — Чонин… Чонин Клеман… Или просто Айен… Да, просто Ай-айен… Младший помощник алхимика господина Сынмина Обера. Я-я… Я буду очень рад… - запинался молодой человек, повторяя данную фразу слишком много раз, от чего Сынмо уже потихоньку начал выходить из себя. — Йени, душка, я, конечно, всё понимаю, но мне кажется, что ты уже достаточно повторил текст. Настолько, что уже я сам могу тобой представляться, дословно повторив всё то, что ты сказал. — Ах, д-да… Простите, господин Сынмин… Я… Я просто очень волнуюсь… — Не стыдно ученика попрекать, пёс? А то смотри, тебя ещё послушает столько, да уйдёт отсюда, после такого то обращения. - послышался голос откуда-то с лестницы. Чонин тут же засуетился, немного возмущённо отозвавшись. — Что Вы?! Уйти с должности помощника от господина Сынмина от такого пустяка?! Да я бы никогда!… Ой…. - тут он заметил, с кем говорит, а потому резко замолчал, а после поспешил извиниться. - Велите миловать, Милорд!… Не понял, кому имел честь дерзить!…. Лино усмехнулся, а Феликс, шедший рядом, лишь закатил глаза, морща аккуратненький носик и пихая руки в карманы шорт. Это вот этот то мелкий шкет и есть то недоразумение, с коим ему придётся знакомиться? — Цени его, Минни. Я б лично за тебя так не цеплялся, с твоим то языком и характером. Просто не вытерпел бы. — Ой, ты там не мявкай, а. Сам не лучше. Чонин же тем временем перевёл взгляд со старшего Матье на младшего, а после спохватился, поклонившись и быстро затараторив слова приветствия. — Здравствуйте! Я Айен… Ну, тоесть Чонин, но можно и Айен, но…. Моя фамилия Клеман…. Я ученик, помощник….  — Ой, да знаю я, кто ты, заткнись уже, а. Пошлите скорее, опоздаем.- Ликса обстановка, да и компания в целом, явно не устраивала. А потому он бы хотел уже выйти на улицу и наконец создать иллюзию, что он якобы не с ними. Йени, явно не ожидавший такого поворота и предполагающий, что его хотя бы терпеливо выслушают, растерянно выпрямился и пробормотал, совсем потерянно смотря на братьев. — И-извините…. — Да-да, ан эвэй. - раздражённо прошипел блондин, растолкав старших, и протиснувшись на улицу. Минхо, смотрящий вслед обнаглевшему брату, лишь устало покачал головой, а после обратился к Чонину. — Ты его всерьёз не воспринимай. Он у меня такой…. С характером чутка. Так что на личный счёт слова его не бери.  — Ах, не стоит, Милорд! Я совсем не в обиде! Просто…. Не ожидал… - всё ещё растерянно покачал головой светловолосый.  Лино кивнул, после чего они вышли на улицу следом за Феликсом. До ярмарки решили добираться с помощью жезла. Жезлы - волшебные телепорты, позволяющие в мгновение ока оказаться там, где ты только пожелаешь. Штуки правда полезные, особенно когда преодолеваешь огромные расстояния, однако не всегда надёжные. К тому же, многих после подобных практик может подташнивать, а тем более тех, кто страдает морской болезнью. Поэтому, такие бедолаги обычно сидят дома, или путешествуют в каретах или на мётлах.  К счастью, в нашей же компании страдающих подобным заболеванием не было, а потому добираться они могли вполне безопасно.  Выйдя на прилегающую к владениям Матье полянку, Минхо достал из кармана небольшой золотой жезл, протягивая один его конец Сынмину, а после крепко взял Феликса за руку. Сынмо повторил аналогичные действия с Чонином, хватаясь за другой конец волшебной палки. — Не забыл хоть, что говорить то надо? - не упустил возможность подстебнуть друга Хо. Тот ответил ему спокойным голосом. — Сам главное не мямли. А то в прошлый раз чуть в ебеня не улетели. На этом их странный и очень информативный диалог был закончен. Оба глубоко выдохнули, а после, прижимая к себе младших, хором выкрикнули место, куда направлялись. — Руэль ду жю! Громкий хлопок, и вот на месте, где только что стояла небольшая компания, осталась лишь примятая трава, напоминающая о том, что здесь всё таки кто-то, да был. Оказались они в центре столицы, считай, в мгновенье ока. Чонин с Феликсом, правда, при приземлении чуть покачнулись, ведь в столь раннем возрасте переносить подобные нагрузки на свой организм им было пока ещё трудновато, а вот старшие прибыли вполне в хорошем настрое. Пока Айен стоял, облокотившись об плечо Сынмина, поддерживающего своего ассистента, чтобы тот случайно не свалился от только что пережитого перемещения, а Ликси пытался унять дрожь в руках, Минхо осматривал место, куда они приземлились. Это была окраина центрального района, где только зарождалась атмосфера праздника. Здесь было совсем мало торговцев и музыкантов, однако само присутствие праздника чувствовалось на каждом шагу. И чем дальше пробиралась наша компания в центр столицы, тем больше их окутывало всё то веселье, царившее вокруг.  Младшенькие уже не были такими поникшими после приземления, а старшие же понимали, что в скором времени им придётся расчехлять свои кошельки и тратить драгоценные монеты на различные сладости и дорогие подарки.  Раскрыв свой кошелёк, Айен горестно вздохнул. В данный момент внутри со сбережениями было не густо.  На континенте Сорселия в основном была единая система денежных исчислений. Всего существует четыре вида драгоценных монет. Самая мелкая единица - дармета, бишь медная монета. Такие монетки обычно бросают в фонтаны или используют, как мелочёвку. Следом идут астмосы - серебрянные монеты. Один астмос равен примерно одиннадцати дарметам. Астмосы в народе используются чаще всего. Выше астмосов стоят картары - золотые монеты. Один картар равняется четырнадцати астмосам и примерно ста пятидесяти четырём дарметам. И наконец - самые дорогие монеты, изготавливающиеся из особого сплава редких металлов: тэнды. Таких монет в мире не сказать, что много, а потому обычно они хранятся у очень влиятельных семей. Один тэнд может равняться семидесяти картарам, и эта цена может повышаться из раза в раз. Так вот, почему же дорогой помощник алхимика так горестно вздыхал? На данный момент в его кошельке осталось всего сто пятнадцать дармет, двадцать три астмоса и пять картаров. Кто-то, посмотрев описание выше, может подумать, что грустит Чонин просто так, и нечего тут жаловаться, однако этот человек просто не был в Лиавре, и не видел здешних цен. Особенно на ярмарках. Смотря на свои «пять копеек», Йени поджал губы, а после захлопнул кошелёчек, убрав его в карман. Сегодня он без подарков.  Стоящий рядом Феликс мельком заметил полупустой кошель нового знакомого, и чуть сморщил нос. — Это всё? Не мог денег побольше взять? Ты что, не знал куда шёл? - Йени испуганно обернутся на него, а после потупил взгляд. Ему было нечего ответить. - Тебе ж этого почти ни на что не хватит, Пабо.  — У…. У меня больше нету. Эти деньги - всё что есть у меня на данный момент, и…. Мне жить на это ещё минимум неделю, поэтому…. - совсем смущённо ответил Клеман, опуская голову и под конец совсем понижая голос. Ему было очень стыдно признавать то, что у него почти не осталось денег. Феликс смотрел на него с неким недопониманием и осуждением. — Кретин, смысл тогда было переезжать в столицу, если знал, что не потянешь? — Думал, найду хорошую работу…. Да и нашёл же… И вообще! - вдруг осмелел светловолосый, поднимая немного обиженный взгляд на юношу. - Вы так говорите, потому что не были на моём месте! Вам ведь не приходится думать о деньгах…. Тут младший Матье даже как-то опешил, что очень хорошо читалось по его лицу. А ведь действительно, он никогда не был на месте людей, которые нуждались в средствах. В его доме деньги водились всегда, и он даже не задумывался о том, что в какой-то момент их может не стать. В какой-то момент он наткнулся на взгляд Лино, который, видимо, следил за диалогом младших. Во взгляде его единственного глаза читалось чёткое слово «извинись». Ликс нахмурил брови. Извиняться? С чего бы? Он сказал что-то не то? Однако расстроенный вид Чонина говорил о том, что, вероятно, его слова задели хрупкую натуру начинающего алхимика. Но просить прощения…. Хоть убейте, не будет. Немного помолчав, блондин гордо вздёрнул подбородок, а после, как будто невзначай, бросил. — Что ты хочешь? — Что простите? — Что ты хочешь здесь приобрести? - немного раздражаясь пояснил Феликс. Растерянный и невдупляющий взгляд Айена ясно говорил о том, что он не понял, к чему вопрос, а потому Ликси продолжил, терпеливо разжёвывая мысль. - Я оплачу. Чего ты хочешь?! — Ах, не стоит, господин, я сам…. — Ты ведь только что сказал, что денег у тебя почти нет. Так почему отказываешься? Соврал чтоли? - лицо Ликси явно говорило о том, что он начинал выходить из себя. Что он опять не так делает? — Нет, господин, это сущая правда, но…. Я бы не хотел, чтобы вы тратили свои карманные расходы на меня… - замялся Йени, лишь больше смущаясь. — Мне это ничего не стоит. Пошли. - Ликс схватил Чонина за руку, таща в сторону прилавков, пока тот пытался всячески его отговорить.  Минхо смотрел на эту картину с некой усмешкой. — Они подружатся. — Думаешь?  — Знаю. Если Чонин переодически будет маячить у Ликси перед глазами, он привыкнет к нему, а впоследствии привяжется, хотя, конечно, не покажет это. Могу поставить на то, что в будущем он потребует Клемана, как своего личного лечащего врача. - Хо сложил руки на груди, глядя вслед парнишам. Сынмо посмотрел на него с удивлением и недоверием. — Шутишь чтоли, Мино? Феликс сломает Айена раньше, чем закончится его пубертат. Думаешь, они выстоят друг с другом? Абсурд!  — Верю в это. Видно в Чонине какой-то потенциал чтоли? Вообщем, он у нас задержится.  — Если он сломает мне Йени…. — То что? - посмотрел на друга Лино с неприкрытым ехидством. - Защищаешь его, как своё достоинство. — Он мой помощник. — Только ли? — Только. Что-то ещё, Мино? Какое-то время брюнет смотрел на алхимика с нескрываемым интересом. Что-то тот от него явно скрывал. Хотя и не только от него - от себя тоже. — Предлагаю пари. Спорим, что они подружатся? — Пф, ерунда. На что спорим? — Я бы на твоём месте не был так уверен, пёс. Не боишься проиграть? — С чего бы? Лучше скажи ставки. - тут губы Минхо расплылись в кошачьей ухмылке. — На тэнд. — С ума сошёл? Я тебе его где найду то? - удивился Сынмин, вытаращив глаза. Настолько Минхо был уверен в победе? — У тебя будет время подкопить. Ну что, спорим? Или зассал? — Деабль, Матье, ты безумец! Однако руки они всё таки пожали. Это означало только одно - спор вступил в силу.

***

В центре становилось слишком шумно, однако Лино не понимал, почему. Отовсюду доносились шум и гам, многие улюлюкали, а на площади образовалось живое кольцо из мимо проходивших зевак, явно желающих посмотреть представление, которое было внутри. Сынмин увёл мальчишек смотреть другие развлекаловки, а потому пока что Минхо был здесь один, предоставленный самому себе.  Пробиваясь через толпы людей, о чём-то шепчущихся, или громко кричащих, брюнет потихоньку начал слышать прекрасную мелодию скрипки, доносившуюся откуда - то из центра. Посередине кольца почти никого не было, кроме смелых танцующих, выплясывающих под задорный ритм неизвестного скрипача. Лино смотрел на это с широко распахнутыми глазами и приоткрытым ртом. Он очень любил танцевать. Можно сказать, танцы были его главной страстью, которую он не мог побороть. Ноги сами так и просились пуститься в пляс. Рука сама собой начала отбивать ритм в такт мелодии, а сам молодой человек в блаженстве прикрыл глаза, приятно и мечтательно улыбаясь. Давно он не чувствовал такого облегчения. Однако тут его запястье внезапно схватили, утягивая в середину площади. Хо распахнул глаза, уже приготовившись защищаться, но тут взгляд его единственного видящего зрачка устремился в шоколадные, почти чёрные глаза напротив, моментально в них утопая. Ах, как же они были прекрасны! А эти каштановые кудри? Мама родная, а кудри!…. Незнакомец приятно улыбался, тихо говоря. — Разрешите пригласить вас на танец, мусью? И, отпустив запястье Лино, протянул ему руку. Тот, будто заколдованный, вложил свою ладонь в его, одними губами шепча. — Разрешаю…. На них смотрели все. Их танец был словно един с музыкой, он будто олицетворял собой слово «суприматие». Пока всемогущий скрипач играл воистину волшебную музыку, они танцевали, сливаясь в одно целое. Минхо не знал, прошла секунда, или уже прошли столетия. Он никогда не испытывал подобного. И вряд ли испытает вновь уже с другими людьми. Этот мужчина перед ним… Истинный колдотворец, чародей. Он околдовал его лишь своим видом, чертами лица и… Голосом. Словно…. Тут в глазах Лино появилась ясность. Неужели инкуб? Словно прочитав немую догадку в глазах своего партнёра, незнакомец улыбнулся. — Не совсем. И всё. Больше никаких намёков. Несмотря на своё предположение, после которого Минхо вполне мог остановиться и уйти, он продолжил танцевать, смотря на темноволосого затуманенным взглядом. Он правда дурманил…. И Матье ничего не мог с этим поделать. И даже мысль о том, что его сейчас могли просто развести, ничего ему не давала, никак не помогая выпутаться из оков красоты молодого человека перед ним.  Но увы, всё хорошее имеет свойство заканчиваться. Музыка прекратилась, а Лино поклонился партнёру в знак уважения, как делали все сорселийцы после окончания танца. Незнакомец поклонился в ответ, прошептав. — Ещё увидимся, красивый мужчина.  И стоило Хо моргнуть, как тот исчез. Словно сон, приятное видение. Отойдя в сторонку, Мино попытался прийти в себя. И… Что это только что было? Кто этот загадочный молодой человек? И почему где-то в груди появилось непреодолимое желание лицезреть его снова?  Минхо осмотрелся, в поиске своей компании, с которой он прибыл на праздник, однако увидел одного лишь Феликса. Взгляд его был направлен на скрипача, игравшего столь виртуозную музыку. И в этом взгляде Минхо прочитал лишь одно слово, которое он не спутает ни с чем. Привычное, но дорогостоящее слово «хочу».