Второй шанс: Форкс

      Театральная пауза, повисла в абсолютной тишине. Аро не торопился заканчивать предложение, казалось наслаждался всеобщим вниманием и искрящим вокруг напряжением. Я тоже замерла, украдкой взглянув на всех окружающих, особенно на Эдварда, что не отрывал взгляда от Аро. Стараясь понять по выражению лица телепата, видит ли он в мыслях владыки смертный приговор. Лицо Эдварда мрачное, серьезное, словно состарилось на пару десятков лет. Моя ладонь сильнее сжала ладошку Кристофера в немой уверенности, что ничего хорошего нас не ждет, но готовой сражаться до конца.       — Забрать детей в Вольтеру. Они будут расти под нашим присмотром, и мы сможем беспрепятственно изучать их способности, — продолжил Аро фразу.       — Нет! — тут же выступил вперед Карлайл.       — Никогда! — вторил ему Эдвард, тоже наступая на владыку.       Аро удивленно взглянул на них:       — Карлайл, разве во времена твоей юности король или лорды не брали детей своих вассалов в услужение? И родители с радостью отдавали их.       Карлайл продолжал молчать. Его ладони сжались в кулаки, а вся фигура говорила об угрозе, пожалуй, таким я его видела всего лишь один раз в своей жизни, в тот далекий вечер в парке.       — Сейчас уже давно не семнадцатый век, — прорычала Белла, прижимая к себе дочь. — И их тебе никто не отдаст.       Аро же даже бровью не повел, кивая Феликсу и Деметрию, что были ближе к нам, и те тут же ринулись в нашу сторону. Карлайл и Эдвард встали вперед, загораживая и нас, и детей. С другой стороны к нам на помощь бежали Розали и Эммет. Не успели они добежать, как по полю разнеслось четкое и хлесткое:       — Боль!       На мгновение я словно почувствовала, как множество острых, раскаленных игл впились не просто в мою кожу, а, казалось, проникли сквозь нее, пронзая насквозь все органы. Я сложилась пополам в инстинктивном желании уйти от боли, не закричав лишь потому, что голосовые связки просто отказались работать. В ту секунду, когда мне показалось, что от болевого шока я уже потеряю сознание, боль исчезла. Я шумно вдохнула морозный воздух и с благодарностью посмотрела на Беллу, понимая, что той, несмотря на страх, удалось расширить свое защищающее поле, делая бесполезными атаки стражей-близнецов.       Но вот от физических атак никакой щит оградить не мог.       И тут я услышала звук, что пробрал меня до костей, хотя слышала я его впервые: хруст, с которым отрываются конечности у вампиров.       — Розали! — взревел Эммет.       Обернувшись в их сторону, я старалась понять, что произошло. Видимо, Розали, услышав, что Аро намерен забрать детей в Вольтеру, тут же ринулась в бой и в мгновение была схвачена Феликсом. Он, выученный многовековой практикой убийств, схватил блондинку за горло и рванул в сторону, и тут же голова девушки с закатившимися глазами откатилась в сторону. Эммет кинулся на Феликса. Ослепленного яростью и горем потери вампира было уже не так просто победить, но на помощь гиганту Феликсу поспешил Деметрий, заскочив на спину Эммета, он стал рвать того на куски с отвратительным до тошноты хрустом.       Первые мгновенные шока от случившегося превратились в отчаянную злость, и уже Карлайл с Эдвардом ринулись на помощь Эммету.       Я же, как и Белла, боялась отпустить руку ребенка. Лохматой молнией к нам прыгнул Джейкоб. Его огромная фигура, больше напоминающая медвежью, на секунду скрыла нас от глаз вампиров. Белла закинула Карли на спину волка. Когда я тоже сделала с Кристофера, он вцепился в мою руку:       — Мама!       — Не бойся! Я тебя найду! — пообещала я малышу. — Держись крепче!       — Уноси их отсюда! — скомандовала Белла другу.       Второй раз повторять Джейкобу было не нужно. Волк огромными прыжками уносился в сторону леса, следом за ним, по приказу Аро, несколько вампиров из свиты Вольтури ринулись следом, но им тут же преградили путь как и другие волки из стаи, так и вампиры из числа наших свидетелей. Убедившись, что Джейкобу удалось прорваться к лесу, я оглянулась в поисках Карлайла, что сцепился с одним из стражей.       Снежное поле превратилось именно в то, что сулило: место последней битвы.       Аро, Кай и Маркус отступили за ряды своей свиты, наблюдая за ходом нарастающей битвы. Ну да не дело «королям» биться, их прерогатива выносить смертные приговоры.       Желание добраться до них было велико, но я устремилась на помощь к Карлайлу, замечая, как Джейн сверлит его злым взглядом. Во всей этой суматохе Белле каким-то чудом удалось не только удерживать щит, но и расширить его практически на всех присутствующих, что делало ментальное нападение бесполезным. До Карлайла я так и не добралась. Краем глаза я заметила всполох. Яркий оранжевый всполох пламени, что множеством микроскопических радуг отразился в кристалликах снега. Незнакомый мне вампир из свиты Вольтури, держа над головой факел, спешил в ту сторону, где я последний раз видела тело Розали.       — Нельзя дать им ее поджечь! — крикнул мне Эдвард, схватившийся с Деметрием.       Я изменила траекторию, но схватившая меня за руку вампирша из свиты с головой окунула меня в снег.       — Бенджамен! — только и успела крикнуть я, надеясь, что он, проследив за моим взглядом, поймет.       Я понимала, что мне нужно сконцентрироваться на противнике, но все еще следила за факелоносцем, надеясь, что хоть кто-то из союзников успеет его остановить. Эммета все также держал Феликс, видимо, впервые найдя себе противника по силам. Вампир же неминуемо приближался в сторону Розали. Я изо всех сил оттолкнула вампиршу, услышав ее сдавленный вдох, мне удалось освободиться от нее, и, не оглядываясь, побежала. На бегу хватая горсть снега, я слепила снежок и кинула его практически не прицеливаясь, чтобы погасить огонь. Снежок полетел прямо в цель, но внезапно шагнувшие дерущиеся на траектории снежка вампиры поймали его своим телом, заставляя меня выругаться. Слепить второй снежок мне не дала нагнавшая меня вампирша, и в то же мгновение я увидела, как факел уже опасно близко приблизился к Розали, заставляя как в конвульсиях биться Эммета, пытающегося вырваться из хватки Феликса, разрывающего собственную кожу на руках.       Словно в замедлении я наблюдала за тем, как кричит Эдвард, тоже пытающийся добраться до вампира. Карлайл, в последнее мгновение отрубая голову противнику и устремляясь вперед, только, как и я, понимая, что ни при какой вампирской скорости мы уже не успеем.       И тут в абсолютном безветрии холодный порыв ветра пронесся мимо, поднимая клубы снега, создавая настоящую метель. И эта метель целенаправленно приближалась к вампиру с факелом, потушив ее. Прошлась дальше, затушив и сам костер, заботливо охраняемый кем-то из стражи. Оставалось надеяться, что на то, чтобы снова его зажечь, уйдет время.       Я облегченно выдохнула. Бенджамен меня услышал. Обернуться и поблагодарить парня я не успела, так как вампирша, что нагнала меня, не собиралась так просто сдаваться.       — Значит, ты новая девушка Карлайла, — зло зашипела вампирша.       — Не девушка, жена, — фыркнула я, отбрасывая соперницу. — А ты, по-видимому, бывшая?       Вампирша рыкнула, не настроенная на продолжение разговора. Она ринулась в атаку, стремясь снести мне голову. Я успела увернуться, вспоминая все уроки Гаррета за эти недели.       Соперница промахнулась, но успела зацепить меня когтями. Я почувствовала, как футболка промокла и на ней образовалось пятно.       — Что за хрень? — посмотрела на расплывшуюся по ткани кровь.       — Не расслабляйся, крошка, — фыркнула я, нанося свой удар так, как учил Гаррет, со всей силы, не жалея соперника.       Та успела отскочить и, обойдя меня сбоку, нанесла еще один удар, как она думала, по открытой ране, но облажалась, так как рана уже затянулась.       Я толкнула ее ногу, заставляя перекувыркнуться, и поспешила ударить ее до того, как она встала на ноги. Но не тут-то было, та, используя каким-то хитрым приемом, повалила меня на землю, навалившись сверху.       Ее ладони на моей шее болезненно сдавили гортань, заставляя поморщиться от боли. Страх застилал разум, выбивая из головы все изученные приемы. Я сгребала пальцами острый и холодный снег, стараясь вернуть себе самообладание.       Удар сверху откинул от меня вампиршу. Я вскочила, повернувшись, и увидела Гаррета, отряхивающего ладони от снега:       — Не расслабляйся, ученица! Не позорь меня!       Я не успела поблагодарить, сосредоточившись на противнике. Та, отряхнув снег с лица, снова кинулась на меня, но в этот раз я была готова.       Блокировав ее удар, я вложила в свой всю силу новообращенного вампира. Весь свой пережитый страх и злость. Треск ее кожи под моими пальцами походил на то, как ломается корочка льда.       Оторвав ей обе руки, я одним точным движением поставила ее на колени.       — Карлайл — мой, и никому из вашей братии я не дам ему навредить, — пообещала я шепотом, прежде чем рвануть ей голову и откинуть в сторону.       Тут же подняв взгляд, поняла, что битва уже разрослась. В бой вступили и волки, и практически все вампиры. Взгляд натыкался и на волчат, лежащих на боку и тонко скулящих, и на оторванные то тут, то там фрагменты вампирских тел, что белели на снегу, как свежие кости.       На меня надвигалось еще трое вампиров из свиты Вольтури. Я отступила назад, но вдруг почувствовала руки Карлайла на своих плечах.       — Не бойся, я рядом.       — Мы все тут, — кивнул мне Эдвард.       Белла, Гаррет, Бенджамин и клан Денали тоже стояли невдалеке, готовясь встретить надвигающихся стражей. Чуть позади я услышала угрожающее рычание волков, также готовых к атаке.       Когда до первого удара оставалась секунда, поляну огласил знакомый голос откуда-то со стороны леса:       — Прекратите бой, владыки, если не хотите сегодня умереть!       Все тут же замерли. Воздух, что уже был наэлектризован и разгорячен пылом битвы, вдруг потянул свежестью. Тягучее и липкое спокойствие, на грани апатии, словно туман стелился вокруг нас. Я видела, как расслаблялись готовые к схватке противники: вставшие посреди атаки и словно забывшие, что они делали. Мной самой овладело искусственное спокойствие.       — Джаспер, — шепотом выдохнул Карлайл.       — И Элис, — подтвердил Эдвард.       Они вышли из леса. Именно голос Элис разнесся по поляне, останавливая бой. Следом за ними бежали трое незнакомцев, первой была высокая мускулистая женщина с растрепанными темными волосами — очевидно, Качири. Она тоже вся была какая-то удлиненная, как и остальные Амазонки, в ней это проявлялось даже больше, чем в остальных. Второй была вампирша с оливковой кожей, ее черные волосы были заплетены в длинную косу, покачивавшуюся у нее за спиной. Взгляд глаз цвета бургунди нервно метался, осматривая последствия короткого боя.       Последним был молодой человек… не такой быстрый, не такой легкий в своем беге. Его кожа была насыщенного темно-коричневого цвета. Его взгляд бегло скользил по собравшимся. Цвет глаз был теплого оттенка дерева. Черные волосы также были заплетены в косу, но более короткую. Он был очень красив.       Как только он приблизился к нам, новый звук вызвал волну шока, прокатившуюся по наблюдавшим вампирам — звук еще одного сердцебиения, усилившегося от нервного напряжения.       Элис шагнула вперед и представила незнакомцев:       — Это — Хайлин и ее племянник, Науэль.       Глаза Кая сузились, когда Элис назвала отношения между Хайлин и Науэлем. Свидетели Вольтури зашептались между собой. Мир вампиров изменялся, и все это понимали.       — Говори, Хайлин, — приказал Аро, — расскажи нам то, ради чего вас привели сюда.       Невысокая женщина нервно взглянула на Элис. Та ободряюще кивнула ей, а Качири положила свою длинную руку на маленькое плечо вампирши.       — Меня зовут Хайлин, — представилась женщина на внятном английском, но со странным акцентом.       Когда она продолжила, стало понятно, что она готовилась, чтобы рассказать эту историю. Звучала она так, будто старая сказка:       — Полтора века назад я жила со своими соплеменниками в племени Мапуче. Мою сестру звали Пиир. Наши родители назвали ее в честь снега в горах из-за ее очень светлой кожи. Она была очень красива — слишком красива. Однажды она рассказала мне об ангеле, которого встретила в лесах, и который приходил к ней ночью. Я предостерегла ее, — Хайлин мрачно покачала головой, — как будто синяки на ее теле не были достаточным предупреждением. Я знала, что это Демон смерти из наших легенд, но она не стала меня слушать. Она была околдована. Когда она была уверена, что в ней растет ребенок темного ангела, она рассказала мне об этом. Я не стала отговаривать ее от побега из племени, я знала, что наши родители согласятся с тем, что ребенка надо уничтожить, и Пиир вместе с ним. Я ушла вместе с ней в самую чащу леса. Она долго искала своего демона в ангельском обличии, но так и не нашла. Я заботилась о ней, охотилась для нее, когда она совсем ослабела. Она ела сырое мясо, пила кровь животных. Мне стало совершенно ясно, кого именно она вынашивает внутри себя. Я лишь надеялась, что мне удастся сохранить ей жизнь до момента, когда я смогу убить монстра. Но она любила этого ребенка внутри нее. Она назвала его Науэлем, как дикую лесную кошку, после того как он стал сильнее и стал ломать ей кости — и все равно она любила его. Я не смогла спасти ее. Ребенок вырвался из нее наружу, она быстро умерла, все это время умоляя о том, чтобы я заботилась о ее Науэле. Это было ее последнее желание, и я согласилась. Он укусил меня сразу же, как только я вынула его из ее тела. Я уползла подальше в джунгли, чтобы умереть там. Далеко уползти мне не удалось — боль была слишком сильной. Но он нашел меня. Новорожденный младенец сам пробрался через густой подлесок, чтобы остаться возле меня. Когда боль утихла, я увидела его свернувшегося во сне рядом со мной. Я заботилась о нем, пока он не научился охотиться самостоятельно. Мы охотились в деревнях, окружающих наш лес, но всегда были только вдвоем, сами по себе. Мы никогда не покидали наш дом. Но Науэль захотел увидеть ребенка здесь.       Хайлин опустила голову, когда закончила свой рассказ и отступила назад, частично спрятавшись за спиной Качири.       Губы Аро сжались в линию. Он уставился на темнокожего юношу.       — Науэль, тебе сейчас сто пятьдесят лет? — с сомнением спросил он.       — Плюс-минус десятилетие, — ответил он звонким голосом, с приятным теплым тембром. — Мы не считаем.       — И в каком возрасте ты стал взрослым?       — Спустя приблизительно семь лет после моего рождения.       — И с тех пор ты не менялся?       Науэль пожал плечами: — Нет, я не заметил.       Услышав это, я облегченно выдохнула, понимая, что Кристофер не повзрослеет, состарится и умрет в течение года, как какая-нибудь бабочка, а проживет долгую, возможно бессмертную жизнь.       — Чем питаешься? — с нажимом спросил Аро, вопреки самому себя проявляя любопытство.       — В основном кровью, но могу есть и человеческую пищу. Сойдет вполне для выживания.       — Ты смог создать бессмертную? — Аро жестом указал на Хайлин, и в его голосе опять послышалась не уверенность.       — Да, но никто из остальных этого не может.       Шокированный ропот пробежал по всем собравшимся. Брови Аро взлетели вверх:       — Остальные?       — Мои сестры, — Науэль снова пожал плечами.       На мгновение у Аро был совершенно дикий взгляд, но потом он взял себя в руки.       — Не расскажешь ли нам остальную часть своей истории, видимо, там есть еще кое-что.       Науэль нахмурился.       — Через несколько лет после смерти моей матери объявился мой отец, он искал меня, — его красивое лицо исказилось, — он был рад тому, что нашел меня, — судя по тону Науэля, он не разделял чувства своего отца, — У него было еще две дочери, но сыновей больше не было. Он рассчитывал, что я присоединюсь к нему, как это сделали они. Мои сестры не обладают ядом, но зависит ли это от пола, или это случайность… кто знает. У меня уже была семья с Хайлин, и он меня не заинтересовал, — интонацией он придал иное значение последнему слову, — возможными переменами. Я вижу его время от времени. Теперь у меня еще одна сестра, она повзрослела где-то десять лет назад.       — Имя твоего отца? — спросил Кай сквозь сжатые зубы.       — Джохэм, — ответил Науэль, — он считает себя ученым. Он думает, что создает новую сверхрасу.       Науэль даже не пытался скрыть отвращение в своем голосе.       Кай посмотрел в сторону Беллы:       — Твоя дочь ядовита?       Та замотала головой.       Кай недовольно фыркнул, смотря на Аро. Тот же продолжал молчать, слишком занятый своими собственными мыслями. Он, сжимая губы, внимательно посмотрел сначала на Карлайла, потом на Эдварда и Беллу, наконец, его глаза замерли на мне.       — Брат, — мягко обратился он к Каю, — здесь нет никакой опасности. Безусловно, это необычная мутация, но я не вижу в ней угрозы. Похоже, что эти полу вампиры очень похожи на нас.       — Это твое решение? — спросил тот. — Но они напали на нас!       — Мы всего лишь защищали своих, — запротестовал Эдвард.       Аро же лишь махнул рукой:       — Эта небольшая стычка не нанесла много вреда, — оглядел он стражников, что выглядели потрепанными, но живыми. Некоторые несли в руках собственные конечности, другие помогали более пострадавшим собратьям, буквально собирая их по кускам. Оглядываясь на них, я посмотрела в сторону волков, что с помощью союзников уносили в сторону леса ранимых.       — Есть несколько серьезных травм, но никто не умер, — ответил на мой молчаливый вопрос Эдвард.       — Я посмотрю их позже, — отозвался Карлайл.       Сейчас все наше внимание было сосредоточенно на Аро, что продолжал с интересом расспрашивать взрослого полукровку о его жизни.       — Мы обязательно отыщем твоего отца и призовем его к ответу, — пообещал Аро.       — Только сестер не трогайте, — тут же попросил Науэль.       Аро благодушно кивнул.       — А что будем делать с той, что так опрометчиво ввела нас в заблуждение?! — снова подал голос Кай, и, судя по тону, он жаждал пролить хоть чью-то кровь сегодня.       Тут же из толпы под руки вывели Ирину. Она с ужасом смотрела на окружающих ее Вольтури, а потом и в нашу сторону, ища глазами сестер. Кейт тут же напряглась, готовая бежать к сестре на выручку, но ее, обнимая и прижимая к себе, остановил Гаррет, за что тут же получил неслабый удар током.       — Не надо, Кейт! Не надо! — шипя сквозь боль, уговаривал он ее.       Таня также ринулась вперед и была остановлена Карлайлом:       — Спокойно, Таня, прощу.       Та зло посмотрела на него, но осталась на месте.       В воздухе снова запахло дымом от разгорающегося костра. Во взгляде Ирины все больше и больше нарастал страх и осознание скорой смерти. И тут я не знаю, что потянуло меня, но я выступила вперед, привлекая внимание владык.       — Простите, можно мне высказаться в защиту Ирины?       Аро посмотрел в мою сторону с удивлением:       — Что ж, говори, юная Дженнифер.       Кай тут же нахмурился, но промолчал. Я откашлялась, что было, наверное, и не нужно, но ощущение, что меня уже схватили за горло, не давало начать:       — За что вы собираетесь казнить Ирину?       — Она обманула нас! В конце концов, стала первопричиной всего этого, — тут же возмутился Кай, обведя окружение руками.       — Но сделала это ненамеренно и беспокоясь за сохранение тайны, — я услышала, как негромко фыркнула Белла, у которой, видимо, на этот счет были какие-то свои мысли, но я не собиралась останавливаться: — Неужели это справедливо так сурово наказывать того, кто стремился соблюсти закон? Притом, что ошибиться было совсем просто.       Я замолчала, решив, что не стоит напоминать, скольких усилий нам стоило убедить Вольтури выслушать нас и посмотреть на детей.       Аро нахмурился, видимо понимая, что жажда хоть на ком-то отыграться выставляет правителей в неблагоприятном свете, которые, по сути, наказывая за правильный поступок.       — Кай, — повернулся к вампиру Аро. — Я думаю, что мудрая Дженнифер права. Ирина повела себя ответственно, да, поспешила немного с выводами, но кто тут небезгрешен, — он хихикнул, видимо вспоминая и о собственной поспешности с выводами. — А поэтому я считаю, что следует отпустить женщину к сестрам.       Кай недовольно фыркнул, но спорить с Аро не стал, видимо тоже понимая, насколько не обоснована будет такая казнь. Он лишь кивнул стражам, и те отпустили Ирину, которая без лишних проволочек как можно скорее поспешила в объятья сестер. Взглянув на все это, Аро чуть скривился, но, встретившись взглядом с Карлайлом, тут же натянул на лицо улыбку:       — Надеюсь, Карлайл, ты не забудешь, что я твой друг?       — Конечно, — кивнул ему он. — Я помню обо все Аро.       Они обменялись молчаливыми взглядами, значение которых были понятны только им.       Вольтури исчезли с поляны также быстро и без следа, как и появились. Мы все переглянулись, не в силах поверить в то, что все закончилось. Я заметила, что Науэль и его тетя также пошли следом за правящем кланом. Разбредаться стали и многочисленные свидетели со стороны Вольтури, оборачиваясь то на нас, то на волков с любопытством и опаской.       Только сейчас я заметила, что из леса вернулся Джейкоб в образе волка. Мы с Беллой тут же подбежали к нему, снимая с его спины Карли и Кристофера.       — Мама! Папа! — Кристофер был искренне рад вернуться из этого недолгого, но довольно далекого путешествия, о чем тут же сообщил мне. — Там начался уже совершенно другой лес. Мы раньше туда не добирались даже когда охотились!       — Здорово, но, надеюсь, в ближайшее время так далеко нам гулять не придется, — обняла я, целуя сына в щеку.       — Все будет хорошо? Больше не будет войны? А где Розали и Эммет? С ними все хорошо? — он стал оглядываться в их поисках, а я, к своему стыду, поняла, что со всеми этими событиями даже как-то забыла про них.       Я посмотрела на Карлайла. Тот кивнул в сторону, и, оглянувшись, я увидела Эммета, сидящего прямо на снегу и держащего на руках Розали. Голова вампирши была уже «на плечах» и даже, судя по всему, приросла обратно к телу, но картина ее отделения все еще стояла перед глазами кадром из фильма ужасов.       — Как она? — спросила я.       — Все будет в порядке, — успокоил меня Карлайл.       — Может, голова поболит несколько часов, — добавил Эдвард.       — Хорошо, — улыбнулась я, хотя все еще не могла полностью осознать факт того, что отделение головы от тела для вампиров не было чем-то фатальным.       — Это тебя надо благодарить, — улыбнулся мне Эммет. — Если бы ты не помешала сжечь ее.       — На самом деле помешал Бенджамин, — оглянулась я на египтянина.       Тот только улыбнулся, помахав рукой. Все вокруг были счастливы и, казалось, не верили в то, что мы победили, что никого из нас даже не убили.       — Спасибо, — ко мне подошла Ирина. — Ты спасла меня.       Она порывисто обняла меня, заставив неловко замереть, смутившись.       — Тебя бы не пришлось спасать, если бы ты не понеслась сломя голову в Вольтеру, а хотя бы приблизилась поближе, чтобы убедиться! — рыкнула на Ирину Белла.       Та мгновенно потупилась:       — Я виновата. Признаю, что в этот момент мной овладел страх и злость.       — И желание отомстить, — окончательно припечатала ее Белла.       Ирина, казалось, опустила голову еще ниже.       — Полно, Белла, — уже привычно взял на себя роль миротворца Карлайл. — Ирина уже была наказана за свое заблуждение.       Белла медленно выдохнула и отступила к Эдварду и Карли, обнимая и прижимая их к себе, словно боясь, что в любой момент Вольтури могут передумать и вернуться. Я понимала этот ее страх. Мне самой хотелось прижаться к Карлайлу как можно теснее и прижать к себе Кристофера.       — Может, пойдем уже домой? — спросила Карли таким тоном, словно мы просто задержались на прогулке.       — Девочка права, у меня нет никакого желания больше торчать на этом проклятом поле, — поддержал ее Гаррет.       Все согласились.

***

      Этот бесконечный день закончился, к удивлению всех собравшихся, счастливо. Вся наша семья и друзья были рядом. Карли и Кристофера уже уложили спать. Дети знатно умаялись, и тревога, что успела поселиться в их сердцах, измотала их намного больше, чем я предполагал. Недаром, лежа в постели, Кристофер, в манере совершенно обычного ребенка, требовал, чтобы мы с Дженнифер побыли рядом, пока он не уснет. Но, если честно, нам самим не хотелось уходить, и мы бы с Дженни просидели всю ночь у кровати сына, если бы не желание прояснить некоторые события и обсуждение дальнейших планов.       И вот мы сидели в гостиной практически тем же составом, что накануне, но в воздухе больше не летал призрак скорой трагедии, нависающей, как тучи, угрозы.       — Элис, как тебе пришло в голову искать подобных Карли? И почему именно в джунглях? — спросила Белла.       — Это всё Джаспер, — улыбнулась она, положив ладонь на руку любимого. — Именно он наткнулся в интернете на статью о странных убийствах в одном из племени, что жило в джунглях. Заметка была небольшая, но по всем признакам в этих местах орудовал вампир. А когда журналист-антрополог, что изучал быт этих племен, привел мифы племени про белых людей, что пьют кровь и соблазняют девушек. Мы приняли решение.       — Мы и до этого думали, что только так сможем убедить Вольтури в безопасности детей, — добавил Джаспер. — Эта статья просто указала верный путь.       — Как вы думаете, что Вольтури с ним будут делать? — спросила Дженни.       — Ты имеешь в виду, не разберут ли они его на кусочки? — спросил Эдвард.       Она поморщилась, но кивнула.       — Сложно сказать, как поступит Аро, — пожал плечами я. — Возможно, будут изучать его навыки и возможности, а потом возьмут к себе на службу.       — А может, просто убьют, — пожал плечами Эммет, на своей шкуре испытавший силу скорого на расправу Феликса.       Хоть выглядел он вполне нормально, да и Розали уже пришла в себя, но я знал, что такие моменты в бою ударяют по психике больше, чем по физическому состоянию.       — Что мы знаем наверняка, что Аро разыщет Джерома и либо уничтожит, либо обратит его эксперименты себе на пользу, — подытожил я.       — И создаст свою собственную армию гибридов, — вздохнул Элизар.       — Время покажет, — вздохнул я.       Если честно, мне сейчас совершенно не хотелось думать о планах Аро. Сегодня мы выиграли, и этого было достаточно.       Наши гости начали потихоньку расходиться, и дом пустел с каждым часом. Первыми ушли гости с Амазонки. Потом друзья Джаспера и Элис, за ними в дорогу засобирался Бенджамин с Тией.       — Куда ты теперь? — спросил я парнишку. — В Египет?       — Нет, — покачал он головой. — Амун слишком долго держал меня взаперти из-за своих страхов. Поэтому мир я мог видеть лишь через страницы книг его библиотеки, пора увидеть всё вживую.       — Тогда желаю тебе удачи, — улыбнулся я, пожав Бенджамину руку. — Ты спас жизнь моим детям, и мы всегда будем рады видеть тебя.       — Спасибо, Карлайл.       Следующими прощающимися был ирландский клан.       — Ну что, теперь ты поверила в свою силу? — спросил я Шивон, обнимая на прощание.       Она хитро прищурилась, потом рассмеялась и, показав пальцами расстояние меньше сантиметра, ответила:       — Если только маленько.       Так вскоре в доме осталась только наша семья, клан Денали и Гаррет.       — Значит, ты действительно решил присоединиться к Денали? — спросил я у старого друга.       Тот лишь кивнул, крепче обнимая Кейт.       — И перейдешь на кровь животных? — спросила его Дженнифер.       — Это обязательное условие, — улыбнулась Кейт, но в ее взгляде была серьезность.       История с Лораном, что сначала присоединился к Денали, покорив сердце Ирины, а потом все же сдался своей природе. Чья смерть от когтей оборотней и стала косвенной причиной всего произошедшего в этот день, заставляла Кейт сомневаться.       Гаррет, видя набежавшую тень на лице любимой, взял в руку ладонь Кейт и тут же запечатлел на ней поцелуй:       — Мои слова на поляне были искренними. Я действительно вижу, что, отказавшись от человеческой крови и приняв твой образ жизни, я приобрету намного больше, чем потеряю. Я хочу, чтобы у меня снова была семья. Хочу стать частью твоей семьи.       Казалось, эти слова чуть растопили лед сомнения во взгляде Кейт. Я же, помня о случае с сестрой Гаррета, был уверен в его успехе.       — Значит, ты учил меня быть вампиром, а теперь сам будешь учиться человечности? — подытожила Дженнифер.       — Получается так, — пожимая плечами, рассмеялся Гаррет.       Вскоре и клан Денали вместе с Гарретом покинули наш дом, пообещав вернуться на следующие Рождество.       — Особняк даже стал каким-то пустоватым, — оглядывала гостиную после их ухода Дженнифер.       — Могу привести сюда волчат из стаи, — по-хозяйски располагаясь на диване, предложил Джейкоб.       — Ну уж нет, — тут же фыркнула Розали. — Тут и от одного твоего запашка не продохнуть, а если тут будет толпиться целая собачья свора, то мы и вовсе задохнемся.       Несмотря на тон, Розали протянула Джейкобу тарелку с снэками, которая не напоминала собачью миску, а он, улыбаясь, взял ее в руки.       Похоже, мир наступил везде, но ощущение хрупкости этого мира не исчезало, и это чувствовал не только я.       Дженнифер стояла на краю скалы и носком ботинка сбрасывала камушки вниз, с любопытством ребенка наблюдая за их полетом вниз.       — Что будет дальше? — спросила она, смотря вдаль.       — Жизнь, — пожимая плечами, ответил я.       — Но Вольтури когда-нибудь вернутся? Ты же не веришь, что они так просто спустят нам свое поражение, — Дженни посмотрела на меня.       — Скорей всего, — не стал я отрицать очевидное.       — И, возможно, в следующий раз мы проиграем? — в ее голосе зазвучал затаенный страх.       — Да, — выдохнул я, обнимая Дженнифер. — Но мы снова будем сражаться изо всех сил.       Я обнял ее, прижимая к себе, в попытке изгнать темные мысли из ее головы.       — Даже Элис не может предсказать всего. Так что мы можем только жить, любить, мечтать и верить в хорошее.       — Вместе? — она обернулась ко мне.       Я нежно поцеловал Дженнифер в лоб, и мы стояли так, обнявшись, пока солнце не скрылось за горизонтом. В этом объятии было всё: и страх перед будущим, и уверенность в том, что мы сможем преодолеть любые трудности. Мы знали, что впереди нас ждут испытания, но сейчас, в этот момент, мы были просто были рядом с любимыми и с нашей семьей.       — Всегда, — тихо произнёс я, и Дженнифер кивнула, крепче прижимаясь ко мне.