Белый Лунный Свет

Сколько он тут уже находился? Дни, недели, месяцы? Становилось все сложнее двигаться, с каждой попыткой тело отзывалось все неохотнее. Словно что-то высасывало из волшебника все силы, опустошая и без того пустое тело. Из-за отсутствия еды первыми его покинули физические силы. Было все сложнее держать глаза открытыми, сны длились все дольше, однако даже после самого длинного сна он чувствовал себя лишь более уставшим. Ноги с руками, закованные в кандалы, было невозможно не то что поднять, но даже слегка подвинуть. Живот перестало крутить после первых дней, однако расплачивался пришлось полной потерей мобильности. Даже говорить у него получалось через раз, тело уставало слишком быстро. После он заметил медленное угасание магии. Пустота в груди привела в ужас, за которым последовала тупая боль. Костлявыми пальцами он судорожно сжимал тонкую белую ткань, заменявшую ему в этом пустынном месте привычный теплый костюм. Изо всех сил цеплялся за ускользающее с каждым вздохом теплое покалывание невидимой энергии. Оказалось, чем больше он старался её удержать, тем быстрее она исчезала. Стоило последним крупицам рассеяться в воздухе, как мрачное место заключения потряс ужасный вопль. Больше похожий на крик раненного животного, чем на человеческий голос, он медленно терялся в длинных коридорах, ведущих в неизвестность. Соленые слезы катились по впалым щекам мага, губы искривились в горькой улыбке полной ужаса и осознания: так вот, что чувствуют сквибы. Очередная потеря сознания, лишь чтобы очнуться в том же месте. Отсутствие звуков уже не пугало, не давило как раньше. Тишину подземелья разрывало лишь едва слышное, хриплое дыхание. В голове у волшебника, выскребая стенки черепа изнутри, набатом звучало сердцебиение, разрываемое попытками дышать. Он уже понял, что отсюда не выбраться. Что это место было его заточением. Его личной могилой. И только когда он наконец-то смирился, перестал цепляться за свою жизнь, он услышал их. Чьи-то ровные шаги приближались со стороны одного из коридоров, однако обессилевший маг даже веки поднять не мог. Странное спокойствие заливало уставшее сознание, с каждым шагом, словно колыбель, унося прочь все его проблемы, все его волнения. С тихим выдохом он закрыл глаза. Даже если это была смерть, решившая сама прийти за ним, он был бы лишь благодарен. Наконец-то закончится это бессмысленное мучение, через которое ему пришлось пройти. Наконец-то он сможет отдохнуть. Уставшее сознание ускользнуло в царство Морфея, когда шаги остановились прямо над распластанным на полу волшебником. Чьи-то теплые руки перевернули его на спину, вливая в глотку странные зелья. Лишь после этого бесчувственное тело подняли на руки, прижимая к груди как самое ценное сокровище. — Теперь все будет в порядке.