Зов Моря

      Вопреки предостережениям Минхо, архипелаг выглядел довольно неплохо. Хенджин ожидал разруху, грязь и кишмя пиратов шатающихся вдоль порта и норовящих со всеми подраться, но издалека поселение выглядело обычным. Возможно, слишком обычным.       Архипелаг напоминал типичный прибрежный городок и казался гораздо чище и уютнее чем Тортуга. По крайней мере, Хенджина с первых секунд не встретил ор, маты и угрозы.       Огромный порт проходил вдоль всей обозримой части острова — такое Хенджин видел впервые. Поселение будто само по себе являлось одним большим портом, а аккуратные дома лишь его частью. Проходившие по краю хижины вместо фундамента стояли на сваях, уходивших глубоко под воду. От домика к домику расходились бесконечные деревянные дорожки и небольшие подвесные мосты. Позади домов виднелся густой лес и массивная гора, резко уходящая вверх. Она придавала острову вид корабля с задранным к небу бушпритом, словно судно потонуло и теперь лишь частично виднелось на поверхности воды.        Издалека поселение выглядело даже в своём роде очаровательным и напоминало деревню из сказки.        После швартовки, мнение Хенджина сильно не изменилось. Пристань, на которую он вышел, была абсолютно пуста, хотя на соседних находилось достаточно много народу. И с каждой минутой людей всё прибавлялось.       Они кучковались на берегу и соседних помостах, со страхом и интересом одновременно всматривались в корабль и в спускавшихся по трапу пиратов. Хенджин заметил, что как только яркая макушка Минхо показалась у борта, несколько мальчишек тут же рванули обратно к домам. Наверняка собирались доложить о прибытии капитана родителям... или, вероятнее, покровителям.        Как и сам остров, поселение было огромным, намного больше чем Тортуга, хотя всё ещё не дотягивало до Лавантера. Однако при рассмотрении, выглядел архипелаг беднее чем Тортуга, здесь не было даже намёка на кирпичные постойки. Некоторые дома состояли из двух этажей, но большинство представляло собой небольшие одноэтажные хижины, крыши у них были сделанны из чего-то похожего на сено, а заборов нигде не было вовсе. Дома стояли кучно и прижимались стенами друг к другу, а от каждого из них шли деревянные помосты, позволявшие быстро добраться до пристани, или скорее являлись её частью, ведь почти со всех дорога вела прямиком к пришвартованным кораблям. Мостки и причал тянулись вдоль всего берега и уходили далеко за границу виденья. Учитывая, что это остров пиратов, мостки вполне могли опоясывать весь берег.        Прибывавшие к порту люди напоминали не пиратов, а деревенских жителей. По крайней мере, те, кто вышел поглазеть на Чёрную жемчужину. Женщины, дети, старики — население разительно отличалось от Тортуги, где преобладали пьяные в хлам мужики и девушки лёгкого поведения. Тем не менее, местные так же не отличались особым дружелюбием: некоторые с опаской осматривали команду и корабль, в то время как другие, следили за спускающимися людьми с неприкрытой враждебностью. Хенджин заметил как парочка мужчин у края пирса рассматривали его и с интузиазмом что-то обсуждали.        Подобное внимание заставило его переступить с ноги на ногу и возжелать забраться обратно на корабль, но, прежде чем Хенджин успел бы убежать, на поясницу успокаивающим весом легла ладонь.        — Вот же заняться людям нечем, - на выдохе посетовал Минхо.       Хенджин с тревогой заметил, что больше люди на него не то что не смотрели — они избегали даже возможности коснуться его фигуры взглядом. Точнее не Хенджина, а Минхо. Глаза жителей бегали по пирсу и кораблю, но каждый раз, когда рисковали зайти в пространство около капитана, останавливались. Их взгляды обводили всё вокруг — море, небо, скользили по деревянным доскам, но, казалось, не решались достигнуть даже носов ботинок капитана.        — Какого хера? - вдруг прошептал Минхо.        Поначалу Хенджин решил, что слова капитана обращены к глазеющим зевакам и их странному поведению, но глаза Минхо смотрели куда-то поверх их голов. Проследив за его взглядом, Хенджин наткнулся на красную ткань, подвешенную у одного из домов. Она напоминала знамя с изображением огня и чего-то похожего на ветвь внутри пламени.        — Ты говорил, что архипелаг никому не принадлежит, - тихо обратился к капитану Хенджин, будто с такого расстояния их могли услышать люди на берегу.       Взгляд опять пробежался вдоль помостов и теперь Хенджин обратил внимание, что на каждом втором доме висело подобное знамя.        — Так и есть, - с удивлением в голосе подтвердил Минхо.        Со странной смесью недоумения и раздражения, капитан всматривался в тряпки, будто те сами могли дать ему ответ.          — Больше похоже на оккультный символ, чем герб, - заметил Хенджин и Минхо с хмурым видом кивнул.        — Идём, - приказал капитан и мягко потянул Хенджина за собой, отпуская как только они приблизились к сходу с пирса, — Надо заглянуть в одно место, а затем мы отправимся на рынок.        Едва уловив приближение капитана, люди на берегу замолкли и начали расходиться в стороны, чтобы не загораживать дорогу. Они продолжали настороженно наблюдать, но только за Хенджином. Однако всеобщее внимание было обращено далеко не к нему, люди просто нашли безопасную точку для того, чтобы следить. Не зная куда деть взгляд, Хенджин упёрся им между лопаток Минхо и, стараясь ни обо что не споткнуться, следовал за капитаном.        Как только Минхо вошёл в толпу, воздух вокруг будто изменился, стал густым и горьким. Если бы за Хенджином так пристально наблюдали каждый раз, он бы тоже не выдержал и затеял драку. Когда они достигли середины и позади толпы завиднелась свободная широкая улица, напряжение, казалось, достигло своего пика. Люди вновь принялись шептаться.        — Возвращайся обратно в то проклятое болото из которого выбрался, Лино! - крикнул мужской голос откуда-то позади.        Схватившись нервно дрогнувшими пальцами за локоть, Хенджин попытался подтолкнуть Минхо вперёд через толпу, ведь они почти дошли, но капитан стал недвижимым как статуя.        — Кто это спизданул? - мрачно спросил капитан, неспешно поворачиваясь в сторону звука.        Хенджин не сдвинулся с пути, хотя плечом загораживал Минхо обзор. Он попытался поймать взгляд капитана, но тот неотрываясь смотрел пустыми глазами за него. Теперь они стояли неприлично близко и Хенджин незаметно коснулся пальцев Минхо, но тот никак не показал, что почувствовал прикосновение. Ни взгляд, ни выражение лица не дрогнули. Послышался звук многочисленных шагов.        — Все так думают, - с заметной дрожью, вымолвил тот же голос.        Не добившись реакции от Минхо, Хенджин аккуратно глянул через плечо. Толпа расступилась, оставляя незнакомого мужчину стоять под безэмоциональным взглядом капитана. Мужчина был среднего возраста, с заметной залысиной, полноватый и в подраной одежде. Хенджин почти успел пожалеть его, но тот вновь подал голос:       — Ты, - вдруг разгневанно прошипел незнакомец, подаваясь ближе, — Ты грабишь наши корабли, строишь козни всем подряд, - чуть ли не брызгая слюной от негодования выговаривал мужчина, — Нападаешь на своих же...       — Не припомню чтобы хоть раз грабил кто-то из моих, - спокойно отозвался Минхо.        Лицо мужчины раскраснелось, а глаза выпучились от заполнившей ярости, он тяжело дышал, сжимая кулаки напряжённо полнятых рук. Незнакомец будто хотел схватить Минхо, но все здесь понимали, что он бы не решился. Люди позади шептались и качали головами.        Лишь одна молодая девушка стояла в отдалении у края пирса и жадными глазами цеплялась за каждого сходившего с корабля матроса. Она пристально всматривалась в лица и не обращала никакого внимания на крики позади.        Хенджин озадаченно наклонил голову, но его отвлекли очередные оскорбления, которые выплёвывал разгневанный мужчина:       — Ты мразь, Лино, на таких как ты надо собак спускать.        — Я уже как раз вижу свору псин, - тихо выдохнул капитан и две женщины у него за спиной скривились, услышав.        — Все здесь думают, что тебе пора преподать урок, - громко пригрозил мужчина, но вопреки его словам, люди лишь начали обеспокоенно переглядываться, — Ты извёл слишком много душ, - с надрывом закончил тот.        С пугливыми вздохами, толпа вдруг отступила назад, оставляя мужчину стоять перед капитаном совсем одного. Хенджин осторожно глянул на Минхо. Тот стоял и ухмылялся, но не привычной игривой усмешкой, вместо неё на лице застыла безумная гримаса. Капитан шагнул вбок от Хенджина, заставив толпу ещё раз отступить и вызывающе развёл руки в стороны.        За плечом Минхо, молодой парень хотел протиснуться через толпу, но стоявшая рядом женщина крепко схватила его за плечи и истерично закачала головой. Парень попытался вырваться, но она резко тряхнула его и беззучно выговорила губами фразу. По позвоночнику побежала дрожь и Хенджин некомфортно поежился, отводя взгляд, ведь он без труда разобрал, что именно сказала женщина.        Он чудовище.        Смог бы Хенджин остановить Минхо? Если сила капитана вырвется наружу, то он легко сможет потушить огонь с обилием воды вокруг, но... смог бы Хенджин утихомирить пламя внутри? Как бы не хотелось верить в лучшее, он не знал точного ответа.        — И что же ты с этим сделаешь? - поинтересовался Минхо, начиная звучать опасно.        Хенджин с беспокойством вернул взгляд к капитану, а затем облегчённо выдохнул. Волосы Минхо не меняли цвета и несмотря на провокацию в голосе и зловещую ухмылку, глаза его оставались чистыми от любых эмоций.        Мужчина, споткнувшись об пустоту, подался назад.        — Если человек имеет смелость что-то заявить, то он должен подкреплять слова поступками, - поучал капитан, стоя в призывающей к удару позе.       Мужчина не сдвинулся с места, замерев с выпученными глазами, чем заставил Хенджина задасться вопросом о цели этого человека. На что он рассчитывал выговаривая Минхо свои претензии? Капитан шагнул обратно за плечо Хенджина и, убрав ухмылку, склонил голову вбок, вкрадчиво выговаривая следующие слова:       — Давай научу — если ты ещё раз заговоришь со мной или хотя бы посмотришь в мою сторону, - взгляд мужчины тут же переметнулся на Хенджина, — Я тебя зарежу, - пусто, но устрашающе пообещал капитан, — Устроим демонстрацию?        Как же Хенджин ошибался думая, что ранее напряжение достигло пика. После слов капитана воздух вокруг замер. Никто не решался двинуться, будто пространство вокруг стало настолько вязким, что любое движение было бы бесполезной тратой сил.        Так прошла минута и точно прошло бы ещё несколько, но тишину вдруг разорвал радостное восклицание.       — Чанбин!        Девушка, стоявшая у края берега, резко сорвалась с места, поднимая пыль в воздух. С громким топотом босых ног по деревянным доскам, она взбежала на пирс и бросилась в объятья пирата. От силы с которой она врезалась в него её длинные чёрные волосы перелетели через плечо Чанбина и чуть не хлестнули по лицу Феликса. Тот сначала нахмурился, но, присмотревшись к девушке, заулыбался.        Пока все отвлеклись, Хенджин мягко надавил Минхо на грудь и тот невольно поддался. В этот раз прикосновение заметили. Пустота во взгляде изчезла и капитан кивнул, неглядя совершая шаг назад.        Хенджин выдохнул как только они вышли на широкую улицу и скрылись от большей части глаз, но напряжение внутри всё ещё чувствовалось. Слова Минхо не были обычной угрозой или попыткой напугать, он говорил совершенно серьёзно.        — Тот человек..., - остановившись, едва слышно начал Хенджин.        — Идиот, - перебил Минхо, — Не обращай внимания.        — Он неправ, но... ты ведь ничего ему не сделаешь?        — Я обычно держу своё слово, - пожав плечами, ответил Минхо, — Если больше не попадётся мне на глаза, то ничего ему не будет.        — Он ведь не является для тебя угрозой ни при каком раскладе.        — Комар тоже для меня не угроза, но это не значит, что я должен позволять себя кусать, - устало объяснял Минхо и хмуро глянул на Хенджина, — Ты же не собираешься читать мне проповеди?        — Нет, - поспешно ответил Хенджин, — Конечно же, нет. Они повели себя ужасно по отношению к тебе.        — Отлично.        Минхо нетерпеливо кивнул по направлению улицы и мягко надавил Хенджину на спину, призывая идти вперёд. Он поддался, стараясь не думать много ни о том человеке, ни о спорном ответе Минхо.        Вместо этого, он внимательно рассматривал поселение.       В отличии от Тортуги, тут не было брусчатки даже в главной части, но улицы были намного чище и без валявшихся в переулках пьяных тел. Хотя алкаши, как вероятно и везде где жили пираты, всё ещё присутствовали. Они шатаясь бродили вдоль улиц и напевали песни или бормотали что-то себе под нос. Заметив Минхо некоторые из них резко замирали с широко распахнутыми глазами, будто увидев призрака, а другие прибавляли шагу и старались побыстрее уйти с улицы.        Проведя Хенджина вдоль нескольких десятков хижин, Минхо повернул обратно к порту и ступил на помост у большого дома. Здание было длинным, широким и полностью построенным из дерева, крыша у дома была сделана в разы лучше чем у остальных, а стены выкрашены в бордовый цвет.       Минхо поторопил Хенджина и зашёл за угол. Из-за дома открылся чудесный вид на причал и несколько островов архипелага, а прямо напротив входа был пришвартован небольшой корабль. Нечто среднее между рыбацким судном и Чёрной жемчужиной. Хенджин прошёл по узкому помосту к широкому навесу, а ожидавший его подхода Минхо толкнул дверь.        Запах внутри здания напоминал о старой доброй Тортуге: алкоголь, табак и смрад немытых тел. Даже Минхо морщился проходя между столов таверны. Хенджин не отставал и пытался не слишком разглядывать посетителей, он смотрел только на капитана, который постоянно оборачивался, проверяя следуют ли за ним.        Обстановка здесь была намного мрачнее, чем в таверне Мэг. Свет едва попадал внутрь, благодаря зашторенным окнам, единственными источниками света являлись толстые свечки, стоявшие в запачканных воском канделябрах. Вся мебель была в тёмных цветах, как и стены с полом, но даже несмотря на это на деревянных досках всё равно виднелись пятна от пролитой выпивки.        Достигнув чёрной барной стойки шедшей во всю стену, Минхо облокотился на столешницу и дёрнул за тонкую верёвочку, висевшую над головой. Прозвучал звон колокольчика и будто из ниоткуда в стене открылась тонкая дверь и оттуда вышел молодой парень с полотенцем на плече, позади него виднелась кухня со стоящей у плиты худощавой поварихой. Дверь закрылась, а парень бодрым шагом зашёл за стойку. Он лишь мельком пробежался взглядом по Хенджину и полностью повернулся к Минхо, обращаясь к нему будничным тоном:       — Что будете.., - вдруг парень застыл с раскрытым ртом уставившись на волосы Минхо.        Его взгляд скользнул ниже, приглядываясь к чертам лица капитана, а затем опасливо отступил на Хенджина.        — Капитан Лино, - будто замерзшим голосом поприветствовал парень.        — Джеки здесь?        — Нет, - ответили дрогнувшим голосом, а взгляд парня вцепился в лицо Хенджина, — Но Миранда будет рада вас увидеть.        — Где Джеки? - упрямо распрашивал капитан.        — Она покинула остров.        — Отлично, - Минхо хлопнул ладонью по столу, отталкиваясь, чем заставил парня подпрыгнуть, — Пошли.        Хенджин перехватил Минхо у края дома, не дав выйти на главную улицу. Капитан развернулся, внимательно ожидая вопроса, казалось, его совсем не трогали настораживающие взаимодействия с местными.        — Кто такая Джеки? - спросил Хенджин, не желая сразу спрашивать о страхе который капитан вселял в людей вокруг.        — Когда я был подростком, она была моей покровительницей. Джеки негласная глава на архипелаге и всегда требовала, чтобы капитаны отчитывались о своём прибытии. А Миранда её дочь, но на неё мне насрать.        — Если она была здесь главной, то не могла просто уплыть, - тихо раздумывал вслух Хенджин.        — Так и есть, - подтвердил Минхо, — Она мертва.        Хенджин нахмурился от того с какой лёгкостью капитан высказал его догадку.        — Мне жаль...        — Не стоит, - Минхо пожал плечами, показывая собственное безразличие к новостям, — Она была мразью. И вряд ли Миранда будет хоть немного лучше.        Закончив говорить, Минхо хотел вернуться на дорогу, но Хенджин снова остановил:       — На Тортуге на тебя реагировали не так...        — На Тортуге люди привыкли к моей компании, а до сюда, скорее всего, доходят только самые мерзкие слухи обо мне, - так же нетронуто объяснил капитан, — Идём, я хочу закупиться на рынке до того как все узнают, что я на острове.        Минхо торопливым шагом преодолел несколько улиц и вновь завернул. Хенджин едва поспевал за ним, ведь постоянно оглядывался, но после множества поворотов, он был не уверен даже в какой именно стороне пришвартован их корабль. Поселение напоминало лабиринт из множества маленьких улочек, но Минхо не терялся будто только вчера обходил их все.        Рынок Хенджин узнал сразу и напряжение немного отпустило, стоило оказаться на более свободной территории.        — Будь ближе, - шепнул Минхо и двинулся вдоль торговых рядов.        Народу на рынке находилось не много, что неудивительно, ведь стояло ранее утро. Некоторые торговцы только заполняли прилавки, другие же чуть ли не спали сидя за стойками. Торговля здесь шла явно лучше, чем на Тортуге: на прилавках виднелись неплохие товары и выбор был гораздо шире, как и сами торгаши выглядели гораздо презентабельное.        Здесь атмосфера была расслабленнее. Занятые делами торговцы не смотрели на Минхо, когда капитан спрашивал о товаре, они почти не поднимали на него глаз, но не от страха, а от того, что как можно быстрее хотели найти нужные вещи и продолжить работу. Хенджин старался всегда находится у плеча Минхо, чтобы тот мог увидеть его не оборачиваясь, и сдерживая любопытство и желание рассмотреть товары, спешил за капитаном.        Хенджин настолько был занят попытками поспеть за быстро передвигавшимся от прилавка к прилавку Минхо, что не заметил, когда тот вдруг резко затормозил. Не отрывая взгляда от человека преградившего дорогу, капитан потянулся назад и удержал рукой влетевшего в спину Хенджина. Он бы точно отшатнулся и завалился назад, если бы не лёгшая на лопатку ладонь.       Придержавшись за плечо Минхо, Хенджин осторожно выглянул. Хитро сощуренные глаза тут же метнулись на него, тщательно осматривая. Мужчина немногим старше Минхо, смотрел на Хенджина будто приценивался к товару на прилавке и искал причину снизить цену, а затем с недобрыми раздумьями на лице вернулся взглядом к капитану.        — Батлер, - поприветствовал Минхо, без какой-либо доброжелательности.        — Минхо, - с вызовом небольших светлых глазах, капитан кивнул.        Хенджин узнал имя мужчины, Феликс упоминал о нём. Судя по интонации, тот специально назвал Минхо по имени и явно чего-то ждал.        — Ты что-то хотел? - спросил Минхо.        Не дождавшись той реакции, которой желал, Батлер скривил лицо, придавая себе ещё более неприятный вид. Мужчина неплохо выглядел, в хорошей форме, у него были узкие, будто вечно застывшие в хитром прищуре, голубые глаза и тёмные волосы. Двигался он плавно, говорил с манерностью, явно не с рождения привитой, скорее пытался выделываться перед обычными людьми.        Хенджин никогда не стремился определять характер человека по виду и паре фраз, но Батлер производил впечатление мелочного и расчётливого типа. Сам по себе Хенджин его мало интересовал, скорее капитану была интересна цена по которой его можно было бы продать, и, учитывая ситуацию, то насколько он был важен для Минхо.        — Должно быть ты ликуешь оказавшись в месте, где тебе даже в глаза взглянуть боятся, - с ядом в голосе высказал капитан.        — Я не настолько честолюбивый как ты, Батлер, - пренебрежительно отозвался Минхо, — Если люди боятся на меня взглянуть — это их сраная проблема.        — Я не собираюсь отводить взгляд, - вновь бросая вызов, уведомил капитан.        — Пожалуйста, - Минхо фыркнул, — Смотри, сколько хочешь, - он плавно повернулся к Батлеру спиной, успокаивающе улыбнулся Хенджину и вернулся обратно, — Доволен?        Батлер скривился пуще прежнего и раздражённо поджал губы, не находясь с ответом. Минхо направил Хенджина обогнуть капитана, а сам шагнул ближе.        — Рад, что ты наконец-то решил вздрочнуть на что-то помимо собственного отражения в зеркале, - с дразнящей усмешкой прошептал Минхо, — Надеюсь, у тебя всё получится, - с фальшивым участием пожелал он.        Прежде чем ярость в теле Батлера вырвалась бы наружу, а его лицо стало бы еще краснее и неприятнее, Минхо шагнул прочь и, перехватив Хенджина за руку, направился к выходу из рынка.        — Здесь мы закончили, - уведомил капитан, — Лавки столяра, которая раньше была на той улице, больше нет, - он указал пальцем вбок, но Хенджин не помнил, что находилось в том направлении, — Давай поищем другую.        И вновь Минхо делал вид, будто его совсем не затронула малоприятная встреча с прошлым, но Хенджин больше не стал спрашивать. Снова они бродили по закоулкам, которые Хенджин уже даже не пытался запомнить. Отчего-то, после всех разговоров Минхо с местными, его самого одолела усталость и лёгкое раздражение, хотя для капитана подобные эмоции были бы более уместными. Но Минхо оставался спокоен. Пугающе спокоен.       Когда они подходили к очередному повороту, за домом вдруг послышались спешные шаги. Человек будто намеренно топал так, что даже Хенджин услышал. Сведя брови, Минхо коротко оглянулся на Хенджина. Капитану это так же показалось странным.       Минхо выставил перед Хенджином руку, упираясь ей в деревянную стену дома и застыл в ожидании. Из-за поворота показался парень, чуть моложе самого Хенджина по виду. Он не был удивлён тем, что его ждали и тут же выставил перед капитаном ладони, показывая отсутствие оружия.       — Ты кто такой? – приказным тоном спросил Минхо.       — Я от Миранды, - это был первый человек на острове, который не боялся Минхо и бесстрастно отвечал на вопросы.       Хенджин недавно слышал это имя. Дочь Джеки.       — И какого хера ей надо? – ещё грубее поинтересовался Минхо.       — Хочет встретиться и поболтать, - судя по выражению лица, парню явно не нравилось как Минхо говорил о девушке, но тот ничего не сказал, — Вы же старые друзья, вам есть, что обсудить, - его взгляд мелькнул на Хенджина, — И компаньона своего можете привести.       — Я подумаю, - Минхо позубоскалил, а затем присмотрелся к парню внимательнее, — А ты ей кто?       — Её муж.       — Который? – с прищуром протянул Минхо, будто немного неуверенный в продолжении.       — Шестой, - коротко и невозмутимо ответил парень, — Марк.       Пока Хенджин давился удивлённым вдохом, Минхо одобрительно промычал.       — Приятно знать, что она продолжает традиции Джеки. Иди к своей хозяйке и скажи, что я, возможно, её навещу.       — Теперь все отчитываются Миранде, - с нажимом проговорил парень, но был достаточно умён, чтобы не высказывать Минхо недовольств и не припираться.       — А меня не ебет, - впервые после начала разговора звуча мягко, сказал капитан, — Я отчитывался Джеки из-за необходимости быть признательным за предоставленную работу, а Миранда… если так хочет меня увидеть — пускай сама тащит свою задницу ко мне.       Минхо мог ответить и грубее, но и этих слов стало достаточно, чтобы заставить парня раздражённо поджать губы и сжать кулаки.       — Ты свободен, муж, - Минхо небрежно махнул рукой и парень отступил, кинул на капитана презрительный взгляд и ушёл.       — У неё шесть мужей? – обескураженно переспросил Хенджин, ведь, кажется, слух начал его подводить.       — Скорее всего семь, - Минхо беспечно взмахнул руками, — Она бы не послала ко мне самого младшего… хотя кто знает.       Пока Хенджин открывал рот как рыба, не в силах собраться с мыслями, Минхо потянул его вперёд. Однако желание задавать больше вопросов на которые найдутся наверняка ещё более обескураживающие ответы — быстро утихло.       Через десяток минут ходьбы, они вышли к зданию на котором висела выцветшая вывеска с изображением каких-то принадлежности для ремонта.        — А вот и оно, - Минхо указал на здание, — Вывеска всё та же.        Вслед за капитаном Хенджин переступил порог. Он едва удержал тяжёлую дверь, когда рука Минхо её отпустила. Успев запрыгнуть внутрь, Хенджин заранее зажмурился и отпустил, зная, что руки не выдержат такого веса. Дверь с грохотом закрылась.        — Кто там? - строго спросили издалека, судя по голосу это был человек в возрасте.       Минхо с непониманием обернулся к Хенджину, а глянув на дверь, поморщился. Шепнув извинение, капитан направился дальше по коридору.        В мастерской царил полумрак, не такой как в таверне, здесь ощущался уют: огонь ненавязчиво трещал в камине, пахло деревом и травой, по стенам были развешены разные подделки из дерева, а по коридору и комнате расставлена самодельная мебель. Находится здесь было крайне приятно, будто впервые после швартовки можно было перевести дыхание, но удивительно, как человек мог творить при таком скудном освещении.       Старик, стоявший за стойкой, рассматривал их с недоверием. Голова его была полностью седой, тело скрюченным, лицо с умными, но беловатыми от старческой слепоты, глазами, показывало подозрение. Одежда на нём была чистая и аккуратная, хоть и старая и не единожды залатанная.        Несмотря на грозный и недовольный вид, чувство внутри подсказывало Хенджину, что перед ним очень добрый человек. Может от того, что взгляд его напоминал дедовский, особенно когда тот коснулся к Минхо.        — Неужели день моей смерти пришёл? – замогильным голосом обратился к пустоте старик, а затем яростный и осознанный взгляд вернулся на капитана, — Или это ты, мальчишка, соизволил вернуться?        Минхо издал недовольное ворчание и приблизился к стойке, складывая руки на груди.        — У меня есть имя, старик, - хмуро отозвался капитан, а Хенджин едва заметно улыбнулся, слушая их разговор. Впервые за день Минхо звучал свободно и легко.       — Мальчишка — подходит больше, - прокряхтел мужчина и наклонился вперёд, опираясь на столешницу, чтобы рассмотреть Минхо получше.        Капитан недовольно скорчил лицо.       — Восемь лет прошло, а ты всё такой же старый, - поморщившись, заметил Минхо, рассматривая старика в ответ.       — А что я должен был сделать? Помолодеть? - яростно воскликнул мужчина, — В росте ты прибавил, а башка всё такая же пустая.        Слушая беззлобные переругивания, Хенджин улыбался и неспешно подходил к стойке ближе, не желая прерывать. Минхо, будто резко вспомнив, что он тоже тут, оглянулся, а затем махнул рукой на старика:       — Знакомься, Хенджин, это Сохун — моё главное испытание на этом острове.        — Мне в пору такое говорить, неблагодарный мальчишка, - Сохун несильно ударил ладонью по столу, а затем повернулся к Хенджину с доброжелательной улыбкой, — Здравствуй.        — Здравствуйте.        — Мы пришли по делу, - уведомил Минхо и, недолго порывшись в сумке, достал пергамент, — Изготовишь мне новую мачту?        — Ну, конечно, - мужчина хохотнул, — Ты вернёшься домой только если у тебя мачта на корабле отвалится.        Старик водрузил на нос очки в тонкой оправе, но даже отражавшие тёплый огонь из камина линзы были не в силах скрыть засевшую в глубине глаз тоску. Минхо опустил взгляд на бумагу в своих руках, будто в стеснении. Взгляд капитана отражал лишь грусть, а голос уверенность:       — Это не мой дом, Сохун.        — Дом когда-то или ненадолго... сердце стремиться туда где ему тепло, - не дожидаясь ответа от Минхо, Сохун выхватил из рук капитана бумагу, раскрыл её на стойке и разгладил иссохшими от старости и работы ладонями, — Не проблема, приходи через...        — Очень срочно, - мягко перебил Минхо.        Старик глянул на него исподлобья и покивал.        — Заберёшь завтра утром.        — Спасибо, - со всей искренностью поблагодарил Минхо и хотел было развернуться, но был остановлен строгим восклицанием:       — Стоять, - приказал Сохун и капитан замер, — Как ты успел заметить, я уже очень старый, так что будь добр — принеси из подвала дерево, сам знаешь сколько и какого.        Резко выдохнув через нос и поджав губы, Минхо сбросил сумку на стойку.        — Неужели все помощники разбежались? - спросил капитан и, встав носком на выпирающую часть стойки, перегнулся на другую сторону неподалёку от Сохуна.       Загремели ящики и Минхо принялся усердно в чём-то копошиться.       — Мало кто из молодёжи сейчас хочет зарабатывать честным трудом, - посетовал Сохун, не отрывая взгляда от макета мачты.        — Или никто не захотел иметь дело с ворчливым стариком, - пробурчал под нос Минхо.       Хенджин с интересом присмотрелся к невиданной ранее бумаге. Поначалу он решил, что Минхо сам её нарисовал, но при рассмотрении становилось очевидно, что человек зарисовавший строение мачты явно что-то смыслил в чертежах. У самого капитана даже рисовать очертания земли с трудом получалось. Хенджин немало намучался расспрашивая Минхо об островах, информация о которых в книгах была недостаточно подробной. К тому же, пергамент выглядел слишком пожелтевшим от времени, чтобы быть созданным кем-либо на Чёрной жемчужине.        — Сколько же хлама ты сюда напихал, - пожаловался Минхо и спрыгнул обратно на пол с тканевыми перчатками в руках.        — Никто здесь больше не горит желанием прибирать всё вокруг, - буркнул Сохун, доставая чистый лист бумаги, и принялся делать собственные записи, сверяясь с чертежом.       Минхо же лишь неодобрительно качнул головой, надевая перчатки с которых посыпались опилки.       — Я быстро управлюсь и пойдём дальше, - пообещал капитан.       Не испытывая никакой тревожности или опасений, Минхо направился к двери у лестницы, хотя до этого не сводил с Хенджина взгляда дольше чем на пару секунд.       За дверью находился большой коридор, Минхо свернул направо и исчез из видения, но его шаги по старым скрипящим доскам оставались слышны.        — Так ты...? - заставив обратить на себя внимание, начал Сохун, но не закончил, оставив за Хенджином дальнейшие разъяснения.        — Друг Минхо, - быстро проговорил Хенджин.        Сохун хмыкнул, ни на секунду не поверив ему.        — Интересные знакомства он стал заводить, Ваше Высочество.        Хенджин вздрогнул всем телом и ошарашенно уставился на старика.       — Вы.., - трепещущим голосом вымолвил Хенджин.       — Не ошибся, - уверенно прервал Сохун, — Я может и стар, но я бы никогда не забыл такие глаза, - в тот момент казалось, что старик заглядывал своими смышлёными глазами прямо в душу Хенджина.       — Мы встречались? – робко спросил он.       Сохун усмехнулся.        — Можно сказать, что нет. Вы тогда были совсем малы и вряд ли обратили на меня внимание. Вы со своей семьей как-то были на прогулке по городу, а мне повезло посетить Лавантер именно в тот день.        — Давно же это было, - выдохнув, грустно заметил Хенджин.        После пожара матушка перестала выходить в город без крайней нужды, а если и выходила, то всегда скрытно. Хенджину и вовсе было запрещено контактировать с жителями без толпы охраны. Запрет никогда его не останавливал, но непослушание не отменяло глупых правил.        — Уже и не сосчитать как давно, - признал Сохун, — Но в моей памяти тот момент хранится всё так же ярко.        — Вас настолько поразил Лавантер?        — Меня настолько поразили ваши глаза и догадка о..., - Сохун не решился договорить, голос его стал донельзя горьким и будто со скорбью он взглянул на дверь за которой скрылся Минхо, — Тогда я ещё не утратил надежду.        — Вы пытались связаться с моей семьей? – высказал догадку Хенджин, внутри появилось мерзкое ощущение от осознания зачем старик плавал в Лавантер.       — Я не настолько невежественен, - Сохун с улыбкой качнул головой, возвращая внимание Хенджину, — Но я попытался поговорить с одним из личных королевских стражников, - Хенджин удивлённо приподнял брови, — Мой друг в Лавантере знал как на него выйти.        — Обычный стражник не помог бы вам, - осторожно объяснил Хенджин, но Сохун лишь хмыкнул.        — А он и не был обычным стражником.        Не сразу улавливая о чём шла речь, Хенджин нахмурился, а затем понимание заставило его одобрительно кивнуть.       — Защитник короны.        — Мой друг был хозяином кабака в котором он часто проводил время. Я ни за кем не следил, - поспешно оправдался Сохун.        — Вы встретились с ним? – Хенджин нетерпеливо шагнул ближе к стойке.       — Да, но он ничем не смог мне помочь.        — Неужели? - удивлённо переспросил Хенджин.        — Если он защищал ваши секреты, то я не могу его винить, в конце концов, в этом и заключается суть его службы.        Хенджин ничего не сказал, задумчиво застыв, а старик вернулся к чертежу. Отчего же Дохён не помог Сохуну? Он был посвящён во все тонкости способностей Хенджина и мог дать хотя бы подсказку.        — Не стоит грустить, - понимая к чему вели мысли Хенджина, прервал его раздумья Сохун, — В итоге, вы сами нашли его, пускай и через столько лет.        Но сколько страданий можно было бы предотвратить, если бы Дохён помог. Ведь в то время семья Хенджина ещё не так осторожничала и не создавала секретность вокруг любой крупицы информации.        — Минхо он...        — Не говорите мне, что он в порядке, - в который раз перебил Сохун, но в этом действии не чувствовалось непочтительности к Хенджину, — Я знаю, что это неправда.       — У него пока всё сложно.        — У него всегда всё сложно, - сурово произнёс старик, — Как вещи вообще могут быть простыми, если ты из каждой делаешь огромную проблему? - в голосе Сохуна ощущалось негодование смешанное с болью и невозможно было разобрать, что из этого преобладало.        — Но... он будет в порядке, - давая своеобразное обещание, заверил Хенджин.        — Возможно, - без особой веры пробурчал Сохун, — Но только если ты принудишь его захотеть.       Хенджин сильно сомневался, что такое представлялось возможным, особенно с Минхо. В нём всё ещё теплилась надежда убедить упрямого капитана, но чем дальше они заплывали, тем наивнее она ощущалась.       — В любом случае, я не могу не радоваться, что у него теперь есть кто-то особенный, - в ответ на непонятливое качание головой от Хенджина, Сохун лишь усмехнулся, — Дело не в том, кем вы являетесь. Я же вижу как он на вас смотрит, глаза ещё не настолько меня подводят. Не припомню, чтобы он хоть на кого-то так смотрел, я был уверен, что он и не способен, но как же приятно ошибаться.        — Любовь не решит всех его проблем, - с досадой отметил Хенджин.        Возможно, самому Минхо так казалось, но такое решение было бы слишком лёгким для сложной жизни.        — Так и есть, и радуюсь я не поэтому. Мальчишка, он как был им так и остаётся, ничего в его глазах не поменялось, ни проблеска ума, лишь добавилось странное смирение, - посетовал Сохун, таким тоном, которым жалуются на несмышлёных детей, — Он привык уходить, убегать, уплывать, но не встречаться лицом к лицу с проблемой. И каждый раз, когда он снова убегал, я видел его растерянное лицо, он никогда не знал куда и зачем, а главное — ради чего, но продолжал бежать, - под конец голос старика стал совсем тихим и немного хриплым, — А сейчас, возможно, он наконец почувствует каково это.... иметь направление.        Нечто в груди Хенджина дрогнуло в тот момент и растеклось теплом выше, а в следующий он подпрыгнул от резко раздавшегося грохота с которым распахнулась дверь.        —... направление куда? – запыхавшись спросил Минхо, с трудом втаскивая длинную деревяшку в невысокий дверной проём, — И для кого?        — Для тебя... нахер из моего дома, - пробурчал старик, когда Минхо уложил дерево на подставки.        — Это всё? - уточнил капитан.        Пока Хенджин распахнутыми глазами бегал с одного на другого, Сохун ещё что-то буркнул Минхо про завтрашний день, а капитан сбросил перчатки и закинул лямку сумки обратно на плечо. Хенджин ожил только когда к руке мягко прикоснулись и Минхо потянул его к выходу.        Капитан кидал на него обеспокоенные взгляды весь путь до двери. Находясь уже за порогом, Минхо вдруг обернулся, рукой не давая двери закрыться.        — Я действительно был рад тебя увидеть, Сохун, - тоном которым он обращался лишь к Хенджину, сказал капитан, — Ну знаешь, до того как ты...        — Пиздуй отсюда, а не то ты окочуришься гораздо раньше меня.        Оставаясь собой, в ответ на ворчание, Минхо рассмеялся и отпустил дверь, позволяя той с грохотом закрыться. Изнутри послышалось ещё больше приглушённых оскорблений.        — Он же тебе ничего такого не сказал? - сохраняя улыбку, спросил Минхо.        — Какого такого?        Капитан промычал, показывая в воздухе лишь себе известный жест.        — В его духе.        — Ничего оскорбительного он мне не сказал.        — Но меня наверняка оскорбил не раз, - будто довольствуясь таким положением дел, предположил Минхо.        — Ничего хорошего я точно не услышал, - улыбаясь, подтвердил Хенджин.         — И не услышишь, - Минхо громко фыркнул, — Особенно обо мне. Я главное разочарование в жизни Сохуна.       — Он воспитывал тебя?        — Ну... пытался, - Минхо поморщился, раздражённый воспоминаниями о далёком прошлом, — Он был моим работодателем, а не наставником, но в какой-то момент вдруг решил проникнуться. Вот только тогда я уже собирался отплывать с Чаном, - он резко прервался, будто удивлённый сам на себя, и не стал продолжать.       Минхо явно не планировал говорить последние слова с такой горечью в голосе. Хенджин подался вперёд и уже открыл рот для следующих слов, но застыл лишь положив капитану руку на плечо. В данный момент, он не мог рассказать Минхо, что Сохун искал решение для его проблемы и даже плавал в Лавантер.        — Всё это слишком старая история, Хенджин, нет смысла по ней горевать, - когда Минхо развернулся к нему, выражение его лица было привычно хитрым, — По большей части мы закончили, так что можно прерваться и немного погулять.        — Есть идеи?        Капитан хмыкнул и кивнул следовать за собой.        — Конечно.        Шли они по ветвистым улочкам настолько долго, что Хенджин хотел было попросить Минхо притормозить и объяснить куда они направляются, но так и не решился. Капитан уже и так столкнулся со слишком большим количеством тягостных разговоров. Разговаривать по душам тот не любил, так что Хенджин мог дать ему лишь своё полное доверие. Он продолжил молча следовать.        Встреча с Сохуном всё крутилась в голове, не желая выходить из мыслей, слишком противоречивой она оказалась. С одной стороны — Сохун явно заботился о Минхо, от Хенджина не укрылось с какой скрупулёзностью тот осматривал капитана и как прислушивался к каждому слову. Старику понадобился лишь один короткий разговор и пара взглядов, чтобы определить суть их отношений. Даже при том, что они сами ещё не до конца разобрались. Однако с другой — своеобразные способы Минхо проявлять заботу становились всё понятнее, Сохун переживал за него, Хенджин не сомневался ни на секунду, но делал это настолько тихо и скрытно, что его отношение легко могло сойти за безразличие.        Странно, что Минхо этого не осознавал. Тому обычно с ходу удавалось определять чувства других людей, но с одним из самых важных, капитан ничего не заметил. Или просто не хотел замечать.       Сохун посещал Лавантер с целью найти решение для проблемы Минхо и умудрился встретить именно Хенджина... а по итогу они сами нашли друг друга через столько лет. Забавные шутки иногда выдавала жизнь.        Хенджин присмотрелся к затылку капитана. Фиолетовые волосы под ярко светящим солнцем стали совсем светлыми, выглядели они уже намного лучше, чем неделю назад, судя по всему, после полученного выговора от Хенджина, капитан продолжил за ними ухаживать. Походка Минхо оставалась непринуждённой и плавной, а спина была расслабленно выпрямленной, будто ни один из случившихся разговоров не смог проникнуть внутрь и захватить разум капитана раздумьями.        Хенджин не мог похвастаться тем же.       Узнай тот всю историю, поверил бы Минхо в судьбу? Или предназначение?        Зацепившись взглядом за расправленные лопатки, чуть выпиравшие через тонкую рубашку, Хенджин заметил выход из города лишь когда земля под ногами стала неровной. Минхо обернулся, услышав за спиной чертыханья, и шагнул ближе, но Хенджин, борясь с подступавшим к щекам жаром, качнул махнул рукой, показывая, что он в порядке.        — Я просто задумался и споткнулся, - объяснился Хенджин и перехватил выставленную для помощи ладонь капитана.        Люди с их осуждающими и любопытными взглядами остались далеко позади и теперь он мог взять Минхо за руку, если чувствовал необходимость. Ладонь мягко сжали и капитан направился дальше.        Шагая следом, Хенджин обернулся. Дома намного меньше и расставленные гораздо реже, чем в центре поселения, находились за спиной. Минхо отошёл от крайнего дома на десяток метров и повернул. Между густо растущих деревьев и кустарников виднелась едва заметная тропинка. Хенджин мог пройти здесь сотню раз и в жизни бы не заметил этот путь, если бы Минхо не показал дорогу.        Капитан растолкал ногами кусты и поднял норовившие зацепиться за волосы на макушке ветки, те росли настолько густо, что Минхо поднял их одной рукой, будто одеяло. Хенджин пригнулся и прошёл вперёд. Тут явно давно никто не ходил.        Сразу за кустами находился каменный пригорок, Хенджин взобрался наверх в узком пространстве и по глиняной тропинке, по которой скользили сапоги, поднялся на холм. Дорога наверх напоминала крошечный серпантин и если бы не руки Минхо, держащие за пояс, Хенджин точно съехал бы вниз по влажной глине.        Добравшись до вершины и выйдя на плоское место, он выдохнул и вытянул шею, уловив проблеск города между деревьев. Минхо хотел показать Хенджину вид сверху? Капитан, тихо усмехнулся стоя рядом и мягко надавил Хенджину на плечи обеими руками, разворачивая.        Нет. Минхо хотел показать ему куда более чарующий вид.       Дыхание на секунду замерло. Высоко. Они оказались очень высоко. Остров имел гору и чем глубже они заходили, тем выше становился город. Однако Хенджин и подумать не мог, что они успели забраться так высоко.        Море в тот момент казалось таким далёким. В груди знакомо затрепетало от открывшегося вида. Хенджин не раз испытывал подобное чувство, смотря на море с высоты башни.        Только вместо бесконечных стен были лишь леса и холмы убегавшие вдаль, а там... море, оно переливалось и блестело в солнечном свете, увлекая, призывая последовать за горизонт.        Смотря на море, Хенджин не раз слышал этот зов, но никогда тот не ощущался настолько всеобъемлющим. Он заставлял внутренности дрожать от предвкушения, а разум искриться от надежды... уплыть.        Насколько же сильно оно отличалось. С высоты башни замка, Хенджин видел корабли со знаменьями Лавантера, людей, что ходили под властью его отца и бесчисленное количество стен. Смотря сверху вниз, вместе с жаждой приключений, Хенджин ощущал внутри давление. Из раза в раз, выходя на балкон, он чувствовал себя чем-то неподъёмно значимым и большим. Ноги сразу начинали подрагивать от желания трусливо убежать назад, не позволяя поддаться очарованию моря.        Но данный момент... всё ощущалось иначе.        Вглядываясь в горизонт, Хенджин чувствовал себя непривычно маленьким, по сравнению с неуправляемой природой. Здесь некем было править, некого контролировать и некому приказывать. Незаметно для Минхо, Хенджин раскрыл ладонь и направил вперёд.        Море оставалось глухим к его зову. В тот момент оно подчинялось лишь себе, будучи стихией в чистом виде, а не способностью Хенджина.       — Вот здесь, - громко сказали сзади, вырывая Хенджина из мыслей.       Минхо довольно развёл руками, показывая на небольшую область вокруг. Глаза Хенджина недоумённо побегали по опушке и вернулись к капитану.        — Что здесь?        — Здесь меня ни разу не пыряли, - с ухмылкой заявил Минхо и прошёл к краю природной площадки.        Оперевшись на ствол дерева, он свесился над обрывом. Хенджин тут же подскочил ближе и слабо схватился за сумку капитана, чтобы тот не почувствовал. Если тот сорвётся вниз, он хотя бы попытается его удержать. Однако Минхо, как и всегда, не нуждался в помощи. Будто из ниоткуда он вытащил потрёпанный свёрток и кинул через плечо, едва не задев Хенджина, а затем вытащил ещё один и большую флягу на ремешке.        — Всё на месте, - радостно проговорил капитан и, перехватил ладонь Хенджина с сумки, прежде чем он успел бы её убрать.        Уже другой трепет заполнил изнутри, когда Минхо поднял к лицу и мягко поцеловал тыльную сторону.        — Перестань, - отвернувшись, повелел Хенджин.        Послышался тихий смешок и ладонь отпустили. Минхо присел рядом со всем, что выкинул. Открутив крышку фляги, он сморщился и глухо кашлянул, а затем закрыл и выкинул обратно в кусты.        — Ожидаемо.       Хенджин лишь покачал головой, проследив как фляга залетела в зелёную гущу.        Минхо раскрыл один из свёртков и издал одобрительное хмыканье. Хенджин удивлённо приподнял брови, поняв, что капитан достал толстое пуховое одеяло. Оно выглядело старым, но достаточно чистым, несмотря на годы проведённые на дереве, и немного пахло сыростью. Минхо стряхнул тяжёлое одеяло и кинул на каменный край уходящего к морю обрыва. Затем капитан достал на свет плед, в уже гораздо лучшем состоянии, и накинул сверху.        — Прошу, - Минхо указал на созданную лежанку.        Хенджин сохраняя недоумённое выражения лица, подступил ближе, а затем сел на одеяло. Жёстких камней почти не чувствовалось и, несмотря на опасения Хенджина, никаких жуков по одеялу не ползало.        — Ты здесь ночевал? - надеясь на отрицательный ответ, спросил Хенджин.        — Нет, - улыбаясь, Минхо качнул головой и сел рядом, — Об этом месте почти никто не знает, я любил тут прятаться ото всех.        — Отличное место.        — Знаю.        — Так... насчёт пыряния, - Хенджин заинтересованно подсел ближе, — Я не совсем понял, мне казалось, это про удары ножом.        — Верно, - пожав плечами, легко подтвердил Минхо.        Посчитав сказанное за шутку, Хенджин насмешливо фыркнул и замер в ожидании продолжения. Минхо лишь непонятливо тряхнул головой на его взгляд.        — Подожди, - от ужаса осознания, Хенджин схватился за предплечье Минхо, приподнимаясь, — Ты серьёзно? - взволнованный взгляд забегал по телу капитана, будто можно было рассмотреть хоть что-то через застёгнутую до горла рубашку.        — Да, Хенджин. Это остров пиратов, - резонно напомнил капитан, раскрывая пуговицу на манжете, и задрал рукав.       Прежде Хенджин видел предплечья Минхо лишь с расстояния и не мог увидеть, что те были покрыты тонкими шрамами от запястья до локтя. Наверняка дальше их было не меньше, но Минхо не поднял рукав выше.        Протянув руку вперёд, Хенджин невесомо прошёлся пальцами по покрытой рубцами коже. Минхо вздрогнул от неожиданности, но руки не убрал, позволяя изучать сплетения шрамов. Они были светлыми и очень старыми.        — И вторая рука...        — Точно такая же, - пустым тоном перебил Минхо, отвечая на незаконченный вопрос.       — Во скольких же поножовщинах ты поучаствовал? - шутливо и одновременно любопытно спросил Хенджин.        Глаза капитана, прежде в смятении следившие за пальцами Хенджин, вдруг стали более заполненными. Чем-то, чему невозможно было подобрать описания. Минхо усмехнулся.        — Ты не хочешь знать.        Обхватив ладонью запястье Минхо, Хенджин опустил конечность вниз, и положил голову на плечо подсевшего ближе капитана.        — Скорее всего, так и есть, - согласился Хенджин.       Часть его безмерно желала узнать о капитане всё, а другая... боялась того, что он может услышать. Минхо даже после признания продолжал пристально следить за реакциями Хенджина на слова и действия. В данный момент, он не знал, удастся ли ему сказать и сделать всё правильно.       Хенджин старался не двигать пальцами, но, вероятно, Минхо и так понимал, что его запястье ощупывали. Вцепившись взглядом в ленту, выглядывавшую из под манжета на другой руке, Хенджин несмело заговорил:       — Я бы мог....        — Не надо, - вновь поняв с полуслова, прервал Минхо.        — Почему? – находясь в искреннем замешательстве, Хенджин приподнялся, рассматривая лицо капитана, но на том не отражалось никаких эмоций.        — Не вижу смысла. Это было давно и они меня никогда не тревожили, - несмотря на расслабленно застывшую мимику, говорил Минхо резко и грубовато, как человек, которого загнали в угол и заставили оправдываться. Пальцы Хенджин неосознанно сильнее сжались на запястье и Минхо резко выдохнул. Рука в хватке тут же перестала быть такой напряжённой. Когда капитан поднял на Хенджина взгляд, тот заполнился привычной теплотой, — Но если тебя....        — Как ты нашёл это место? - перебил Хенджин, за плечо утягивая Минхо вниз на одеяло, — Не самое очевидное из всех.        Он не позволил эмоциям отразится на лице, когда капитан мягко вытащил руку из хватки, чтобы уложиться на неё. Повернувшись боком, чтобы не спускать с Минхо глаз, Хенджин потянулся ко второй и ему позволили перетянуть конечность на плед, а после забраться под манжет. Лента холодила кончики пальцев. Кожа Минхо в контрасте с шёлковой тканью казалась совсем горячей.        — Я просто искал место повыше, чтобы забраться, - уклончиво ответил капитан и тут же зажмурился, выдыхая через нос, — И случайно набрёл на этот холм. Я увидел что-то высокое между деревьев и попытался сюда пробраться, — Минхо усмехнулся, закатывая глаза, видимо, на самого себя, — Первые несколько раз я залезал с другой стороны, там приходилось лезть по веткам и взбираться по каменным уступам. Однажды я навернулся очень сильно и только тогда решил поискать способ полегче.        Хенджин тихо усмехнулся от того насколько в стиле Минхо это звучало.        — Зачем?        — Зачем я лез наверх, пачкаясь с ног до головы и набивая синяки в процессе? Вероятно, я просто люблю преодолевать препятствия и... пытаться взобраться на неподдающиеся мне вершины, - впервые Минхо звучал так, будто критиковал сам себя.        Хенджин нахмурился, но пока капитан на него не смотрел хватало беззаботного тона, чтобы не выдать с какой осторожностью он слушал.        — Зачем ты искал место повыше? - Хенджин поправил свой предыдущий вопрос.        — А.        Издав короткий звук, Минхо замолк и пожал плечами, делая вид будто никогда не придавал этому значения.        — Просто так.        — Ты врёшь, - изображая игривость, Хенджин прищурился и привстал, нависая над капитаном.        — Нет.        — Да.        Встретившись с Хенджином взглядом, Минхо кивнул, признавая поражение.        — Ладно. Вру, - лицо капитана скорчилось, — Но... это глупость.        — Тогда тебе повезло, что я люблю глупости, - облегчая Минхо задачу, Хенджин улёгся обратно на одеяло и поднял глаза к облакам.       Он чувствовал как взгляд капитана упёрся в щёку.        — Это долгая история.        — Звучит заманчиво.        Хенджин не собирался давить и если Минхо скажет, что не хочет рассказывать, то он легко отступит, но пока тот ничего не говорил, можно было дать волю любопытству. В который раз Минхо выдохнул, собираясь с мыслями, и повернулся полностью на бок. Хенджин не стал поворачивать голову, хотя в тот момент безумно хотелось взглянуть на капитана.        — Когда я был совсем маленьким я очень боялся высоты, - только этих слов было достаточно, чтобы заставить Хенджина сильнее сжать ладонь с другой от Минхо стороны, — Но однажды крыша церкви начала протекать и нам с отцом пришлось её чинить. Помню как стоял наверху и как тряслись мои колени, - в голосе капитана ощущалось недовольство. Хенджин пробрался пальцем дальше и погладил кожу там, где заканчивалась лента, призывая не осуждать ребёнка, которым тот когда-то был, — Какой нелепый страх, - тем не менее прошептал Минхо.        — Совсем нет, - возразил Хенджин, — Не знаю как ты, но я боюсь очень многих вещей.        — Например? - с искренним интересом, спросил Минхо.        Хенджин глубоко вдохнул, собираясь быть предельно честным. Пускай, он не мог пока рассказать Минхо всей правды, но насчёт чувств мог говорить откровенно.        — Боюсь потерять тех кого люблю, - хрипло признался Хенджин, чувствуя на себе пристальный взгляд, — Боюсь не оправдать чужих ожиданий, боюсь не справиться с ответственностью возлагаемой на меня.        — Это немного другой страх.        — Да. Менее объективный, чем обычный страх падения.        Краем глаза Хенджин видел как Минхо нахмурился, но скорее всего догадливый капитан и так понял о чём говорилось. Пальцы надавили на манжет рубашки Минхо с обратной стороны, максимально отстраняясь от горячей кожи, а затем коротко дёрнулись, когда Хенджин выдохнул.        — А ещё... я боюсь огня.        — Огня? - сипло переспросил Минхо, вздрагивая, когда прохладные пальцы легли обратно на запястье.        — После пожара в котором, как я думал, погиб Чан.        Горечь привычным образом осела на языке, но в этот раз не от мысли о смерти друга. Хенджин поднял взгляд на капитана, но тот будто был готов. Лицо Минхо не отражало ничего, лишь в глазах плескалась смутно знакомая скорбь.        — Я тоже, - одними губами признался капитан, встречаясь с Хенджином глазами.        — Но рано или поздно мне придётся победить свой страх, - без капли сомнений, заверил Хенджин.        — Или можно убраться от его источника подальше....        — Конечно, можно, - простодушно подтвердил Хенджин с загорающимся негодованием в груди, — Можно лишить себя очень многих вещей в попытке убежать от страха или.... можно взглянуть ему в глаза и больше не позволить себя определять.        — Ты звучишь, как один.., - Минхо споткнулся на словах, часто моргая, — Крайне раздражающий меня человек.        — Я приму это за комплимент.        — Правда?        — Люди которые раздражают тебя, а не ты их, имеют тенденцию оказываться крайне приятными и умными людьми.        Минхо угрюмо фыркнул.       — Скажи, что ты плохо знаешь Сынмина, не говоря, что ты плохо знаешь Сынмина.        — Он весьма умён.        — А я этого и не отрицал.        Хенджин улыбнулся и снисходительно качнул головой, а глаза вернулись обратно к чарующему виду моря вдалеке. Вода сияла от прыгавшего по волнам солнца. Поглощая загадочно голубой свет, оно превращало горизонт в жидкое серебро.        Минхо понадобилось несколько минут, чтобы собраться с мыслями... или решить действительно ли он хотел поделиться историей с Хенджином.        — Я сидел на той чёртовой крыше несколько часов и не плакал только из-за упрямства, - продолжил рассказ капитан, голос его снова стал ровным и плоским, — Всё время я смотрел лишь вниз — на крышу под ногами и думал о том насколько же ниже я мог бы упасть и какая там большая высота. В какой-то момент ото всех этих мыслей у меня начала кружиться голова и тогда.... мне пришлось поднять взгляд, - Хенджин едва сдержался, чтобы не повернуться. В голосе Минхо считывался чистый восторг — так мог говорить лишь человек искренне восхищенный чем-то, – Уже вечерело, небо хорошо просматривалось и тогда... я впервые увидел его.... Свет.... а после больше не мог отвести глаз от горизонта.., - голос Минхо подрагивал от эмоций. Он замолк, будто не в силах более объяснять.         — Свет? - тихо спросил Хенджин.        — Да... не звезда, нечто иное. Оно расчерчивало тёмное небо пополам двумя полосками, но сам источник был.... там, - Минхо указал пальцем вперёд в море в сторону Лавантера, — Я видел его. Хотя сейчас кажется, что это был сон или разыгравшаяся фантазия ребёнка, но что-то внутри... подсказывает — свет существовал наяву.        Минхо вновь затих, но Хенджин мог почти ощутить как капитан думал, перебирал воспоминания и как сложно ему было ощутить, хоть и слабо, чувства пережитые когда-то давно.        — На следующую ночь я забрался на гору. Я всё ещё безумно боялся высоты, но любопытство было сильнее. Деревья мешали рассмотреть небо как следует и я забрался на старый клён. Тогда я понял, что свет мне не померещился и я не спутал его со звездой. Голубоватая линия вновь шла вдоль неба, её источник находился где-то высоко над гладью воды и ещё дальше от меня, - голос Минхо больше не дрожал, но был наполнен таким большим количеством эмоций одновременно, что Хенджин не мог выделить ни одной.        Детский восторг. Боль от воспоминаний. Интерес. Скорбь. Все они кружили без остановки в голове Хенджина и в сердце Минхо.        — Хенджин.... тот свет манил меня, - с трепетом признался Минхо, — Звал за собой. С того момента я не мог думать ни о чём, моя душа, будто кричала, что нам надо... уплыть. Я увидел то, к чему прежде был слеп — как бушевало море в непогожий день, как волны с силой бились о берег, как оно застывало в тёплые дни и насколько неукротимым казалось даже издалека. Никогда прежде я даже не мыслил о том, чтобы покинуть дом. Ни разу. Но с того дня я грезил лишь об одном....        — Море, - восторженно прошептал Хенджин.        Дрожь побежала по рукам Минхо и через кончики пальцев поднялась по предплечьям Хенджина. Как же знакомы ему были чувства капитана и как же близка была его мечта.        — Моя первая любовь и единст.., - Минхо резко прервался, вылетая из воспоминаний. Пальцы капитана легли на руку Хенджина, которая держалась за ленту на запястье, и погладили сквозь тонкую ткань рубашки.        — Чем был тот свет?        — Не знаю. Почти каждую ночь, я наблюдал за ним годами, а затем... он исчез. Я стал жить на этом острове, нашёл новое место, чтобы увидеть его... но свет больше так и не появился. Попав на корабль к Чану, я надеялся, что наконец смогу доплыть... выяснить... но ничего так и не нашёл.        — В той стороне ведь Лавантер?       — Верно. Я доплыл до него, обплыл по кругу, но пусто...        — Не припомню чтобы хоть раз видел подобный свет.        — Если судить по возрасту — ты просто мог быть слишком мал, чтобы его запомнить или увидеть.        Хенджин не мог рассказать о том как с малого возраста любил сидеть на балконе башни, как дедушка поднимался с ним на самый верх, туда где хранилась Книга пути, и рассказывал истории своих путешествий и легенды. Как, несмотря на нарекания родителей, усаживал его на балюстраду, и поддерживая юного принца под грудью, позволял часами смотреть на море.         Незаметно, Хенджин дрожаще выдохнул и зажмурился. Он не мог поведать Минхо о том как родилась его собственная любовь. Поведать о человеке благодаря которому огонь жажды приключений однажды вспыхнул в душе. О том как сильно сердцу его не хватало и том как бы понравился старику Минхо. Дедушка всегда любил спорить и истинно уважал людей готовых отстаивать свои идеалы, несмотря на методы. Старому королю точно пришлось бы по душе свободолюбие Минхо, ведь именно он привил эту черту Хенджину. О том как дедушка непременно стал бы человеком раздражающим капитана...        Пока не мог.        Хенджин приподнялся, заглядывая в глаза капитана, а тот будто только этого и ждал, во взгляде плескалась не озвученная благодарность. Минхо выглядел непривычно расслабленным для рассказов о прошлом, прежде капитан либо злился, либо отвечал с явной неохотой. Сегодня же Минхо вёл себя иначе: говорил больше, хотя всё ещё не желал смотреть в глаза, в этот раз слова будто давались ему гораздо легче, голос не менял громкость будто его под пытками заставляли сознаваться. Сегодня капитан звучал как человек готовый открыть своё сердце. А его взгляд... душил любые сомнения в искренности.        Совсем как в ту ночь. Только в этот раз Минхо не выглядел так будто взбирается на эшафот.        Глаза Хенджина забегали по лицу капитана, а затем поднялись к ярким волосам. Пальцы сами нашли длинную прядь, которая выбивалась из общей копны.        Почему же Минхо не мог уступить хоть немного позже?        — Я люблю тебя.        Признание, как самая очевидная вещь в мире, само сорвалось с губ. Минхо резко поднялся, но ничего не произнёс.       Это нормально. Хенджин мог подождать сколько нужно, если пока капитан не готов. Особенно после того каким кошмарным выдалось первое признание Минхо. Даже если после всего тот пока не был так уверен в чувствах к Хенджину.       Минхо перехватил его руку и приподнял. Хенджин ожидал, что руку положат на грудь или щёку, но капитан потянул её ниже. Ладонь опустилась на место под грудью. Чувствовалось как глубоко Минхо вдыхал и как грудная клетка подрагивала на выдохе. Хенджин расставил пальцы шире, ощущая движение крепких мышц и то насколько горячим было тело капитана. Неестественно горячим. Запястье находившееся в руках всего минуту назад имело более человеческую температуру.        — Как бы я хотел навсегда остаться подле тебя, - вымолвил Минхо, — Меня начинает пугать то, на какие вещи становятся для меня более сносными из-за этого желания, - шёпотом признался капитан, будто стыдясь собственных слов.       — Даже преклонить колени? – поддразнил Хенджин.       — Встать перед тобой на колени я готов в любой момент, а вот преклонить прилюдно… не уверен, - насмешливо протянул Минхо, — Сколько раз нужно преклонить колени перед дворянином, чтобы войти в его дом? – язвительно уточнил капитан.       — Колени преклоняют лишь перед королём, - мягко объяснил Хенджин.       — Тогда мне очень повезло, что ты не король.