Букет подснежников

Весна. Обновление природы. Время, когда природа открывает глаза после зимнего сна. Тянется новыми ростками к солнцу, которое лишь начинает прогревать сырую землю. Почки на деревьях набухают и медленно распускаются. Появляются первые цветы — подснежники. Они выпускают нежно-белые соцветия навстречу холодному мартовскому солнцу. Цветы, которые так любит Гермиона Грейнджер. Гермиона обожала ходить по парку ранним утром, наблюдая за природой, вновь оживающей после зимних холодов. За подснежниками, которые на рассвете ещё не успели раскрыть лепестки к солнечному свету. Но эта весна была для неё иной. Вся красота будто тускнела, тоня в серых буднях. Она не слышала ни пение птиц, ни шорох ветра, теряющийся в голых ветвях деревьев. Прошло совсем немного времени со дня победы над Тёмным Лордом и завершения Второй Магической войны. Это были самые страшные дни в её жизни. С каждым днём всё сильнее накатывали одиночество и безысходность. Она прекрасно помнила момент, когда вернулась домой и увидела мёртвых родителей. Тогда Гермиона дала себе клятву отомстить за них. Она уговаривала их уехать в Австралию без неё, пыталась объяснить, что должна остаться: она нужна друзьям и магическому миру. Она не захотела стереть им память и просто отправить вдаль, посчитав это слишком жестоким. Теперь она не ощущала ничего, кроме душевной боли. Война забрала слишком многое. Одни погибли, другие остались искалеченными навсегда. Как же она хотела забыть ужасы и просто жить. Чувство вины разъедало её изнутри. Она хотела избавиться от страха и боли… или хотя бы научиться жить рядом с ними. Говорят, время лечит. Но время не лечит — оно лишь делает боль глубже, с каждым днём, с каждым вдохом, принося одиночество и тяжесть, от которой невозможно избавиться. Зиму Гермиона почти полностью провела дома, взяв отпуск. Она физически не могла сосредоточиться на работе. Ночами её будили кошмары: война преследовала даже во сне. Почти каждый день она приходила на кладбище — к родителям и к Рону. Она прекрасно помнила ту ночь. Это произошло через несколько недель после завершения войны. За короткие сроки аврорат поймал почти всех оставшихся на свободе Пожирателей. Кроме одного. Антонин Долохов. Их группа долго выслеживала его, стараясь самим не попасться. Гермиона знала, где он прячется, но идти к нему прямо было слишком опасно. Долохов мастерски скрывал следы и умел исчезать так, что его невозможно было поймать. Гарри, который курировал операцию, понимал, что один не справится, и попросил Гермиону помочь. Она была мозгом их троицы — просчитывала всё до мелочей, каждую деталь, чтобы поймать его и передать аврорам… или просто убить. Но в ту ночь всё пошло не по плану. Даже несмотря на тщательно выстроенную стратегию, предугадать происходящее было невозможно. Они сделали всё правильно, следуя указаниям Гермионы. Однако во время погони по лесу Долохов, резко развернувшись, выпустил «Аваду». Луч попал Рону в грудь. Он упал на землю, а Долохов продолжил бежать. Гермиона видела вспышку заклинания, видела, как Рон рухнул, но останавливаться было нельзя. Ненависть и жажда справедливости застилали глаза. У неё был только один шанс. Она бежала за ним, пытаясь попасть заклинаниями, но он был слишком проворен. Петлял между деревьями, не давая ей возможности даже зацепить его. Гермиона отбросила сомнения. Когда они выбежали на открытый участок, она направила палочку и выпустила «Аваду». Зелёный луч попал точно в цель. Долохов рухнул и больше не поднялся. Гермиона медленно шла между ровными рядами надгробий. Наконец она нашла два памятника рядом. Достав палочку, она обновила увядающие цветочные венки. Вдруг её взгляд остановился на нежном белом цветке, растущем у могилы родителей. Подснежник. Гермиона присела и осторожно коснулась его рукой. Жаль, что они больше никогда не увидят, как приходит весна. Как всё просыпается и расцветает. Она бы соврала, если бы сказала, что не любила Рона как друга. Но долгое время не могла понять, что чувствует. Уже тогда она не была уверена, что у них всё сложится. Она пыталась объяснить это Рону. Но он не смог её понять и принять её выбор. Теперь, стоя перед его могилой, она ощущала вину за то, что не дала им шанса. Возможно, у них бы получилось… Она стояла так несколько часов, пока ноги не начали болеть. Не подозревая, что за ней наблюдают. Когда стемнело, она развернулась и направилась домой. Совершенно не заметив мужчину, скрывшегося за деревьями.