Агония

Прохладный ветерок содрогался с каждым выдохом бледных губ, слегка приоткрытых, но всё ещё пытающихся сомкнутся, дабы не пропустить слишком много, режущего горло, леденящего воздуха. Тонкие пальцы перебирали смятую купюру 5-ти ста рублей, лежащую в кармане тёмной ветровки. Шаг за шагом, грязь на земле становилась дорожкой из следов двух человек, идущих достаточно близко друг к другу, чтобы следы смешивались и местами становилось не ясно, кому именно они принадлежали. Невысокие дома шли ровной линией разноцветных заборов: начиная от багрового, заканчивая зелёным. — Подвинься, машина едет – сухо, как после запоя, сказала Аделина, слегка толкая свою подругу в бок. И вправду: ребят сзади окатило жёлтым светом фар, а после и сама машина серого цвета и с повреждениями на бампере проехала возле них, качаясь из-за неглубоких ям и гудя своим мотором образца 90-ых годов. Следом за авто шёл черный, выхлопной дым, теплота которого была до того мерзкой, что хотелось вырыгнуть весь чай и бутеры, навороченные за завтраком. Ульяна поморщилась, закашляв и начав отмахиваться от тёмной дымки, пока Аделина лишь быстро прошла вперёд неё, хмурясь в сторону отделяющейся машины. — Нет бы корыто свое поменять на что по лучше... — недовольно, даже гневно процедила она, "сплюнув" на землю. Зеленоглазка, на время, прекратила мять купюру и окатила взглядом железные заборы и потрёпанные гаражи. — Если бы он мог себе позволить, то ему не пришлось бы ехать на работу в 4 утра... Идущая впереди, девушка повернула голову, ухмыляясь. — По твоему люди только на работу ездят в такую рань? Может на рыбалку собрался, или к любовнице своей едет, хер его знает. Поправив шарф, Ульяна скрыла румяные щеки под теплой тканью, согревая их. — В четверг? На рыбалку вроде по субботам едут... Как и к любовницам... Ответа не последовало - ей было не интересно продолжать эту дискуссию о том, куда поехало эта Мазда. Да, по утрам мало что увидишь, но водитель это явно не то, о чем нужно разговаривать как о высоком. Хотя это куда лучше чем шутки про пенисы и собачья моча... Да? Непрерывная линия из домов закончилась, заворачивая в две стороны. Открывается небольшой подъём, после которого следует автомобильная трасса: неровная, заросшая высокой травой, но всё ещё шумная по утрам и вечерам. Девочки поднялись по склону, наблюдая за домами по ту сторону дороги и кусками земли, трава на которых росла особенно плотно. — А пошли к реке? Всё равно делать нечего, – Аделина аккуратно ударила её в плечо, одаряя саркастично - издевательской улыбкой, обладающей зубы. — да и попробуем найти то, о чем те придурки говорили. Не дожидаясь реакции и ответа, она быстро зашагала по небольшой тропинке вдоль дороги, ведущей к дальним оврагам. Ульяна лишь устало выдохнула, смирившись с тем, что выбора у неё особо нет и последовала за подругой. Солнце медленно вставало из-за горизонта, пробиваясь сквозь тучи и освещая своим светом землю. Где-то стал слышаться лай собак и щелкующие замки на воротах: люди потихоньку просыпаются. Оно и понятно, будний день как никак, у многих утренняя смена, надо бы и подготовится. Особенно учитывая то, что находиться их посёлок не очень близко к городу и ехать туда надо целый час. Засунув руки обратно в карманы, Ульяна нащупала денюжку. — Стой, – она вытянула купюру из кармана, держа её между пальцами. — давай в магазин, у меня деньги есть. Аделина остановилась, также засовывая руки в карманы и доставая две купюры по пятьсот и сто рублей, а после поворачиваясь к ней. — И у меня тоже.

***

И ещё один плоский камешек полетел по поверхности стремительно текущей воды, скрываясь в её толщах после того, как три раза отскочил от неё. — Да сука! Никак четвертый не возьму... Шипя от злости сквозь сомкнутые зубы, Аделина достала упаковку дешёвых сигарет, взяв одну из них и поджигая, делая глубокий вдох. Она прикрыла глаза, а после поджала колени, сидя на холодной земле возле реки. Деревья окружали их, скрывая от посторонних глаз, а шум воды не выдавал их голоса. Ульяна взяла в руки банку пива, отпив немного и вытерла рот рукавом, смотря на небольшую груду камней между ними и выбирая самый плоский из них. — А говорили природа успокаивает... По тебе не скажешь, что ты расслаблена. — подхватив пальцами нужный камешек, она замахнулась и кинула его снизу. Он пролетел между корнем дерева и выступающей землёй, влетев в воду и сделав всего 2 прыжка, после чего исчезнув среди белых волн. — Природа успокаивает только когда даёт нужно, а до этого она раздражает своей недосягаемостью, словно ангел какой то. Ещё одна затяжка и ещё один клуб из никотина, медленно растворяющимся в воздухе и оставляя за собой лишь неприятный, но сладкий запах. Ульяна взглянула на неё, впиваясь взглядом в злополучную сигарету, отравляющую её подругу... — Когда бросишь? — холодно спросила она.

— М? — умиротворенно и без особого внимания ответила собеседница.

— Курить. Когда ты бросишь курить? Ты же умираешь... — сдавливая желание вырвать белую трубочку из её пальцев, Ульяна положила руки на колени, смотря на Аделину с переживанием. Та лишь отмахнулась, снова вдохнув в себя дозу никотина и смотря куда то ввысь, сквозь зелёную листву. — Я скорее из тебя суп сделаю, чем курить брошу, кхэ-кхэ. — она попыталась посмеяться, но ядовитые пары защекотали стенки горла, заставив её хрипло закашлять. Яна нахмурилась, поправляя очки с тонкими линзами и положив голову на колени, вглядываясь в берег напротив. Птицы резко взбудоражились, начав улетать с деревьев и громко щебетать. Но их двоих это ни капли не смутило, более того, они даже не среагировали, лишь продолжили молча буравить взглядом небо и землю, будто не желая сбивать беспокойную песню птиц своими разговорами. Спустя время, листья перестали шевелится, а громкий звук прекратился, сменившись привычным шумом реки. — Это какой-то намёк или как? Потому что я не особо горю желанием быть чьим то блюдом дня. – Ульяна легла на спину, закинув руки за голову и смотря на тучи, сменяющие свои формы под напором ветра... ...

...

Странно, но стало так...

Спокойно.

Никогда такого не было, и вот сейчас - умиротворение поймано, охватывая всё тело своими невидимыми объятиями. Всё внезапно стало таким красочным и живым, будто она снова окунулась в детские годы, наполненные радостью и абсолютным непониманием, что будет дальше... ... А что не так? Почему сейчас так туманно и жизнь словно ухудшилась, если всё хорошо? Подруга всегда рядом, семья в сборе, учеба плавно двигается к своему концу и началу летних каникул. Может это из-за будильника? Да ну, не, навряд ли такое может быть. Всю жизнь просыпалась так и резко что-то случилось? Бред же. Наверное во всем виновато пиво с чаем в желудке. Не лучшей идеей было заряжать себя таким завтраком, но хотя бы вкусом запрещёнки насладится удалось... Эх, вот бы во всех магазинах так свободно продавали пивасик, тогда жизнь точно заиграла бы новыми красками. На лице вышла мелкая улыбка. — Какое прекрасное небо... – с завороженным тоном произнесла она, словно впервые видит это.

— Ты дура конченная или что? Какое "прекрасное", оно темнее чем анус Юки.

Без капли смущения или чего либо на его подобии сказала Аделина, затушив сигарету об мокрый камень, который они достали с побережья речки. Услышав характерный звук "Пшшш", девушка выкинула окурок в сторону и легла точно также, как и Ульяна. Та лишь посмеялась со слов подруги. Казалось, что её оскорбления всегда были такими забавными и милыми - лучше чем ложные "ты мне очень важна", "я тебя люблю" и прочая ересь, которую ей приходилось выслушать от "друзей", которые видели ее как запасной вариант. Но, слава богу, эта обезьяна в красной рубашке её лучший друг до конца, и Ульяна в этом убедилась не раз: каждый раз, именно Аделина спасает её от тревоги и страха, приходя как чума, но такая ожидаемая и нужная... Если она чума, то Яна и не против стать заражённым, ведь это куда лучше, чем быть запаской, или что ещё хуже, одной. Худая рука вновь потянулась за банкой пива. Отхлебнув холодного напитка, она, казалось, была более чем бодра. Сонливость полностью ушла, как и гнетущие мысли о ненавистном четверге. Может быть, стоит даже попробовать курнуть? Ну разочек... Так, нет, Аделину мы пытаемся отговорить, самим нам не надо. Зеленоглазка закинула одну ногу на другую, закрывая глаза и вдыхая полной грудью, будто впитывая из воздуха своеобразную энергию жизни. — Ветряная мельница, не иначе — Аделина приподняла одну бровь и закатила глаза, выдохнув, — хотя ты скорее пылесос, всё вокруг всосала. Раздался нежный и теплый смешок над такой глупой и беззаботной шуткой, звучащей как оскорбление, но понятно, что это лишь подкол. — Ты не лучше: вон, никотина вдыхаешь больше чем воздуха, сосунья. - с насмешкой сказала она, прежде чем сесть и посмотреть на неё с шутливой издёвкой: — и вообще, я то хотя бы свежим воздухом дышу, а ты нет, так что молчи давай. Девушки засмеялись, спокойно сидя на земле и смотря на территории реки. Всё очень странно затихло, до жути тихо... Ни щебета птиц, ни лая собак, словно они далеко за пределами цивилизации... Но что-то в этом было: своя изюминка в этом одиночном присутствии. Не было напряжения и страха того, что найдут и сделают неприятно – потому что никого рядом и нет. Всё очень пусто, но от того и приятно. Ульяна повернула голову вправо, вглядываясь в уходящую тропу и лесную тьму, окружённую кучей сухих деревьев и кустов. — Лагерь пока не открыли, может сходим туда? — она повернула голову обратно, ожидая согласия. Аделина лежала, вздыхая, а после закрыла глаза и резко потянулась вперёд, вскочив на ноги. — Фух, да, давай, — она отряхнулась — фоточки наделаем, ахахах. Девушка прошла по склону и вышла к тропе, пока Ульяна медленно встала с земли и банку пива за горлышко, смотря на реку и пытаясь запечатлеть этот образ в своей голове навсегда: единственный раз, когда было так тихо, несмотря на шум.