Сборник миниатюр

      Солнечный удар — это разновидность теплового удара, что возникает обычно при длительном нахождении под прямыми лучами солнца на природе в периоде между десятью и четырьмя часами дня. Именно в это время, а если быть ещё точнее, то около двух-трёх наступает пик солнечно-теплового отрывка суток. Именно тогда летом люди выходят ня пляжи разных водоёмов и развлекаются: кто-то загорает под солнцем(обязательно получит ожог), кто-то резвится в воде, а кто-то просто наслаждается прекрасным деньком в тени. Ну, или мучается от жары. И у каждого шансы получить тепловой удар примерно равны. Но что делать, если погода всë-таки дала по бошке? И как от этого обезопаситься?       Ответов на эти вопросы кудрявый герой не знал. Да, в общем, не очень-то и хотел знать. На любую попытку обезопасить его от трефов и Фëдора он отвечал либо передразниванием, либо игнором. Сам же знает, что эту свою кепку стопроцентно намочит и потом будет мёрзнуть в ней. Не нужны ему такие проблемы! Хотя лучше бы мëрз, чем выносил по вечеру всем мозг, что ему плохо. Голова болит, кровь из носа хлещет, температура скачет ввысь. К слову, Вару был "хладнокровным", и его температура обычно не превышала 35,6°, чем он почему-то гордился, однако сейчас подпрыгнула до 37,5°. От этого парень весь раскраснелся и буквально лежал без сил на диване, благополучно всех оттуда выгнав. Кучерявый, конечно, предпочëл бы уединиться где-нибудь в комнате, но, поняв, что в зале большинство сейчас дадут ему спокойно отдохнуть, а некоторое даже будут личными побегушками, решил остаться. Тем более, Фëдор сразу умотал в спальню, дав верные указания, что делать.       Как бы пиковый валет не корчил рожи, ему действительно было несладко. К симптомам, указанным выше, добавлялась ещё и тошнота. Да что уж там.. Даже рвота! В моменты, когда всякая гадость подступала к горлу, он замолкал и успокаивался, потому что лишнее движение может спровоцировать неприятные ощущения.. Но как только всë выходило, ему сразу становилось легче, и желание сделать что-то гадкое снова возвышалось над бессилием. Блевал так парень раза два-три, не больше. И примерно столько же таблеток от температуры выпил. К одиннадцати часам вечера осталась лишь одна.       Кстати, к этому времени и       бодроствующих клонов осталось тоже немного. Только два: пиковые король и валет. Восьмого крайне удивило, что при таком неволшебном состоянии пятый смог вообще нормально дожить до таких цифр на часах. Обычно организм больных часто выключает их, чтобы восстановиться, но в этот раз низкий противился этому и всë что-то болтал, да болтал, лёжа на раскинутом кресле. Да, всë-таки сил Пика, чтобы стащить его на пол оказалось больше, кто б сказал... К тому же, рогатый же не оставил его без места, а просто оставил ему более привычное, где тот всегда и спит. Он итак дал ему весь вечер занимать диван! Стоило бы оценить подобную доброту с его стороны! Хотя, возможно, очкастый прямо сейчас и оценивал её. Правда, его "собеседник" не совсем вслушивался в слова. Вернее сказать, совсем не вслушивался. Пытался отвлечь своё внимание на телевизор или вообще затыкал уши пальцами. Уж больно болтлив и шумен его валет..       Его картавый голос немного резал ухо, однако при шëпоте, стоит признать, звучал довольно приятно. Как-то по-особенному тихо и в какой-то степени даже убаюкивающе. Но звуки глупой передачи по телеку были всë же громче, поэтому спустя пару минут восстановления голоса, валет снова принялся за свой привычный тон. Хотя, нет, даже не так.. Он специально начал говорить более раздражающе и с подскоками в нотках, дабы обратить внимание короля на себя.       Ему было очень холодно. Кудрявый общупал своё тело ладошками с длинными пальцами и явно почувствовал излучающийся от него жар. Живот был очень горячим, но обычно прохладная грудь легко смогла переплюнуть это. Очевидно, надоедливая температура снова подскочила вверх. Но сил-то встать совсем не было. Даже если очкастый пытался, то у него буквально сразу темнело в глазах, голова начинала слишком сильно кружится и жутко больно гудеть, а руками срочно нужно было за что-то взяться, дабы не упасть. Да и ноги неприятно дрожали от подступающей ко рту рвоты. Такое вытерпеть ради какой-то таблетки, которая ещё и подействует спасибо через полчаса низкому не очень-то хотелось, он не особо, знаете ли, занимается мазохизмом.       Из-за этого кучеряшка упорно пытался привлечь внимание одномастника, который так же упорно пытался его игнорировать. А нервы у рогатого не стальные. По секрету скажу, даже не ферритные. Легче поверить, что они сделаны из пластилина, нежели из любого вида железа, даже самого мягкого. И как бы внутренние убеждения не останавливали его от крика на слабого больного человека, он всë-таки не смог от него воздержаться. — Ну, чего тебе от меня надо?! Не надоело ныть постоянно? — О, какой! Принеси таблетку! Около тебя на столике, если вдруг глаза иссякли. — протараторил быстренько зелёный, чтобы успокоить свою тошноту. — А после этого ты от меня отстанешь? — прошипел тот, явно раздражаясь, что манипуляции любимого солнышком сработали, и ему придëтся подчиняться. — Конечно! Ну, то есть, я подумаю. — хихикнул Вару, но, заметив взбешенный вид короля, продолжил. — Я подумал. Да, отстану. Буду спать, как убитый! — гордо сказал он. Восьмому осталось только гневно закатить глаза и перейти в сидячее положение. Парень потянулся к блистеру, что лежал на крае туалетного стола, и, успешно взяв его в ладонь, тут же бросил на кресло, угодив им на бëдра больного. Восьмой уже хотел лечь обратно и уснуть, как вновь услышал голос. — А водички? Как я запивать буду, слюнями что-ли? Бе! — Лучше бы уже слюнями. — к счастью, стакан, из которого пил весь вечер Вару, также стоял около второй упаковки таблеток, и король протянул его спиральному, уже поднявшись с дивана и смотря на него таким взглядом, чтобы тот понял, — хватит. — Ура. — просто ответил на его действия валет и уже хотел выдавить таблетку из фольги, когда фиолетовый расслабился на своём месте, как увидел на блистере не то название.. Ношпу вместо Нурофена. Лицо низкого исказилось в гримасе неуверенности и предстоящего кошмара. Вместе с этим он втянул воздух через зубы. — А это не те таблетки.. — Да ты издеваешься?! — Пик одним резким движением стащил упаковку со стола, вытащил лекарство и буквально накинулся на одномастника, нависнув над ним. Он буквально запихал эту таблетку ему в рот и вылил на лицо остатки воды, когда основная её масса расплескалась по воду. По чистой случайности кудрявый проглотил этот кружочек без затруднений и весь мокрый начал драться с одномастником, пытаясь скинуть его с себя, однако силы не пришли с адреналином. — Подавись своей таблеткой, вредное чучело! — рогатый дал ему несильный хлопок по виску и злобно слез с него, вернувшись на свой диван с победой. Возмущëнно парень лёг и наконец-то расслабился, хотя это было дело не из лëгких. — Говнюк, мне же больно.. — прошипел зелёный, — Голова из-за тебя вся мокрая, ещё и кружится теперь сильнее.. — с жалким видом обиженно продолжил он. Пятый всë не заканчивал и не заканчивал давить на жалость. И в общем-то, был прав, не поспоришь. Так сорваться на больного было неправильно, даже если тот тоже делал не особо верные вещи. Не стоит ждать после этого к себе хорошего отношения. В принципе, какого-то общения ждать не стоит..       Да, кажется трюк Вару снова сработал. Уже через пару минут высокий недовольно вытирал ему кучерявую макушку полотенцем и о чëм-то тихо болтал, что явно предназначалось не для других ушей. Зонтик, лежавших рядом, конечно, выглядит, как труп, но кто его знает?       Ночи пиковых — странная хрень. Даже если не происходит чего-то, что стоило ожидать другим, они наполнены своей атмосферой и в каком-то духе интимом. Носите, дети, шапки летом, и ничего страшного не произойдëт.