Беатрис

-Пииип, пииип, пииип, пииип... Будильник без остановки издавал противные звуки, которые Беатрис специально установила на звук будильника. Она делала это с расчетом на то, что она сквозь сон будет слышать их и, не имея другого выбора, кроме как встать с кровати и выключить эту жуткую какофонию, сводящую с ума. Но в этом не было необходимости одним утром поздней осени. Трис лежала в своей кровати и смотрела потолок. Она не спала всю ночь и не заметила, что будильник звенит уже 15 минут. Скорее всего скоро придет разъяренная мать, которую разбудят громкие звуки сквозь тонкие стены их жалкой квартирки. Отец ушел из дома еще до рождения Беатрис. Пока ее мать корчилась от боли в больнице он нашел себе другую женщину. Шустро, да? Врачи сказали, что ребенок вряд ли родится. А если родится, то с серьезными отклонениями. Такое дитя будет трудно содержать обычным офисным планктонам. Родители были убиты горем и потеряли веру в себя, а заодно и в друг друга. Беременная женщина, не смущаясь своим положением начала спиваться, а ее муж, чтобы хоть как-то забыться нашел утешение в азартных играх. Их брак был обречен на провал, как и казалось рождение их ребенка. Но как же они ошибались... В один из холодных ноябрьских дней супруги сильно поругались и обозленная на весь мир женщина выбежала на улицу прямо в домашней одежде. Она хотела быстро дойти до своей сестры, но по дороге до нее у матери Беатрис начались схватки. Прохожие нашли ее в подворотне и вызвали скорую, но женщина уже сильно замерзла, лежа на мокрой листве. Она провела в больнице полгода, поправляясь после тяжелых родов. Когда вернулась домой дорогая квартира была продана и в ней жила молодая счастливая семья, а открыла ей дверь маленькая девочка с трогательной и невинной улыбкой. Ее муж женился на своей коллеге. Кто бы мог подумать... Как он провернул продажу имущества без ее ведома? Так еще и женитьба... Она могла подать в суд, отобрать незаконно отобранное совместно нажитое имущество, но у нее уже не было на это сил, к тому же нужно было растить ребенка. Ей ничего не оставалось, кроме как переехать в другой город и снимать там квартирку с картонными стенами. Будь на ее месте другой человек, он бы нашел другой выход их этой ситуации. Они могли бы жить с дочерью намного лучше, если бы эта женщина не была такой эгоцентричной и слабой. И жестокой. Будильник затих. Беатрис встала, пока ее мать не пришла и не ударила ее. Снова. Девушка точно знала, что она не скажет ей ни слова. Просто ударит. Возможно, в живот, как в прошлом месяце? Или же в ухо, как на прошлой неделе? Или, она сжалится и просто влепит пощечину? Господи, лишь бы не в нос, он только начал заживать... Трис знала-мать не любит ее. Ведь она отобрала ее счастливую жизнь. Обрекла на эти муки. Сбросила ее в пучину ада. И другие переведенные на нормативную лексику выражения, которые шестнадцатилетняя Трис слышала регулярно. Из года в год. Изо дня в день. Из часа в час... Трис оглядела свою комнатку. Она увидела школьную блузку и черную короткую юбку, висевшие на стульчике (шкафа у нее нет) возле стола с горой учебников и тетрадей. Классическая одежда для школьницы. Хорошо,что они уже поглажены. Беатрис боялась не то что взять в руки, а просто посмотреть на утюг лишний раз, ведь эти действия сразу бы пробудили воспоминания о том, как мать в очередной раз перебрав алкоголя, прижигала им спину дочери. Мать схватила ее за волосы и, пока дочь не опомнилась приложила утюг к тонкому телу, которое тут же забилось в конвульсиях от ужасной боли. Тот запах горящей плоти Трис не забудет никогда. А ее спина всегда будет иметь жуткий, изредка кровоточащий, ожог. "Скажи спасибо, что не лицо, мразь ты паршивая"- вот что тогда сказала ее мать. Беатрис очнулась от тяжелых воспоминаний и начала собираться в школу. Вы спросите, почему же девушка терпит это? Она могла бы обратиться в полицию. Но дело в том, что бедняжка любит эту женщину. К тому же считает такое поведение нормой, поскольку подвергается ему с самого появления на свет. Такое было с ней всегда. К тому же она никогда не трогала лицо. Никогда. Ведь окружающие могут что-то заподозрить. Но причина не только в этом. Лицо ее дочери похоже на нее. Пусть и отдаленно. Но оно в сотни раз красивее. Чего только стоят небесно-голубые глаза. Невинна как небо. На первый взгляд. Понедельник. Это ужасное слово вызывает волну ненависти по всему телу. Всем людям не хочется вставать по утрам. А зачем? Теплое одеяло, любимый человек рядом, холодильник с вкусняшками под боком... Что же еще нужно для счастья? Всего этого не было у Беатрис. Поэтому она всегда хотела сбежать из дома, а вернуться как можно позже положенного. Но она также как и все люди ненавидит понедельники. А все из-за первого урока. История. Мисс Беннет - добрая и милая учительница, которая всегда обаятельно улыбается и есть ягоды с кофе в обеденные перерыв. Она пять лет назад закончила университет, но уже являлась учителем высшей категории и имела идеальную репутацию в учебном заведении, в котором она работала. Золотые кудри и серые глаза делали ее внешность ангелоподобной, а полные губы так и манили старшеклассников и коллег Стефани Беннет. Но вот беда-у двадцативосьмилетней невероятно красивой очаровательной учительницы...нет мужа. На каверзные вопросы о своей личной жизни добрая учительница только заливисто смеется, нарочито прикрывая ротик изящной ладошкой, и признавалась, что пока просто не нашла своего человека. При этом она загадочно улыбалась и отхлебывала свой кофе, стыдливо пряча глазки. Ну просто образец для подражания. Сама невинность. Стефани начала работать в старшей школе Шоуфис только в этом учебном году. Предыдущая престарелая историчка наконец ушла на покой и все тряслись, как бы не пришла какая-нибудь истеричка, задающая кучу домашки. Но появилась мисс Беннет и каждый в школе влюбился в нее с первого взгляда. На своем первом уроке после знакомства, мисс Беннет стало интересно узнать уровень знаний по своему предмету у своих новых подопечных. Она опрашивала некоторых по списку, но на вопросы отвечали не все. Беатрис никогда не забудет тот день. -Итак, класс! Начнем, - активно жестикулируя и улыбаясь говорила мисс Беннет,- и первым будет...Дебора Картер! Она подошла к симпатичной брюнетке, которая отвлеклась на дождь за окном. Ее печальный взгляд говорил о том, что зонта у нее нет, а синоптики видимо ошиблись с расчетами. В очередной раз. Дебора никак не обращала внимания на молчаливую одноклассницу, сидящую рядом с ней. Она что-то рисовала на уголке тетради. кажется, ее зовут Беатрис. Когда к ней обратилась мисс Беннет, Дебора встрепетнулась и обратила внимание на новую учительницу, не ожидая, что та захочет провести опрос, ведь было логичнее начать учебный год с нового временного отрезка, ну или хотя бы повторения, но ни как не с опроса. Все отдыхали все лето и ничего не делали. Память школьников будто атрофируется, когда они возвращаются с каникул на занятия. Вообщем-то так оно скорее всего и было. "Странная женщина. Чего она добивается?"-подумала Трис, сидящая рядом с Деборой на третьей парте. Ее совсем никак не привлекала идеальная внешность новой учительницы, как других. Беатрис настораживало ее поведение, но она не понимала причины своих чувств. Но она была,как она узнала впоследствии. -Ну что ж, Дебора. Ты можешь сказать...В каком году была основана Римская империя? Мисс Беннет стояла возле Деборы с той же самой очаровательной улыбкой и ждала ответа. Ученица мучительно рылась в голове и пыталась вспомнить ответ, как вдруг ее пнули под столом. Картер хотела было возмутиться, но тут она посмотрела на поля тетради своей соседки и прочла короткую запись: "27 в. до н.э." и тут же его озвучила. Мисс Беннет просияла от счастья. -Умница, Дебби! Поставлю тебе пятерочку. Настал черед Деборы сиять от счастья. Тем более ее так ласково назвала такая милая учительница. Она совсем забыла поблагодарить одноклассницу, но ей было все равно. Как только мисс Беннет отошла от их парты, она продолжила рисовать. Так продолжалось минут 10, пока мисс Беннет не дошла в списке до имени Беатрис Фарелл. -Так...Где у нас Беатрис? Стефани Беннет провела взглядом по классу. Он остановился на вытянутой вверх руке. -Я здесь, мисс Беннетт. -Чудесно! Мне очень приятно познакомиться! У тебя такой необычный цвет волос! Неужели родной? -Да. -Тебе повезло с генетикой, милая! Нечасто встретишь натуральный медный оттенок! Как красиво переливается...Ох, что-то я заболталась, хи-хи... Так,чтобы у тебя такого спросить, Трисси?.. Хм! Придумала! В каком году появилось книгопечатание и кто первый начал печатать книги!? - Гутенберг в 1455 году. -Вау..как быстро! Умница, Трисси! Пять! Далее наконец начали изучать новый материал. Беатрис не понимала , по какой причине эта новая учительница Стефани Беннет так долго мучала весь класс? Все отвечали мягко говоря так себе и неужели она настолько глупа, что не понимала какой будет итог у ее затеи. Трис это показалось крайне странным, хоть она и не понимала почему. Еще и это ее дурацкое Трисси... Бррр... Беатрис хотела бы, чтобы ее называли Трис или Бет, но уж точно не Трисси.. Она редко слышала свое имя от других людей. Но она любила его и не забывала. "Было бы здорово, если бы меня кто-то называл Бет. Стоп, о чем я думаю?" Беатрис продолжила рисовать. Она так углубилась в процесс, что не заметила, как закончился урок. Все уже давно вышли из класса, кроме нее и мисс Беннет. Учительница неслышно подошла к столу Трис и изучала ее рисунок. Это было изображение человеческого лица. Но у нее не было глаз. Вместо волос были жуткие колосья пшеницы, которые облепляли это странное лицо, а рот скривился в мучительном выражении. Мисс Беннет стояла и не могла оторвать взгляда от рисунка. Ее лицо раскраснелось , а глаза лихорадочно заблестели. Она почувствовала,как ее тело пробирает томительной судорогой и она заломила руки. Стефани в этот момент походила далеко не на ангела, спустившегося с небес. Трис была так увлечена процессом, что совсем не замечала прямо перед собой новую учительницу, которая будто испытывала экстаз от происходящего. -Трисси... Шурх-шурх. Шурх-шурх. карандашик рисовал. -Трисси...Беатрис... Она не замечала ее. -Амгх, Беатрис! Стефани не выдержала и схватила ученицу за плечи. Та вскрикнула о неожиданности и испуга и уставилась на свою учительницу. Лицо мисс Беннет было очень близко и их тяжелое дыхание перемешивалось друг с другом. Беатрис никогда уже не забыть лихорадочный румянец и расширенные зрачки серых глаз. Она мельком подумала о том, что бретелька платья мисс Беннет соскользнула с плеча, и вообще кто позволяет такое носить учителям, как вдруг Трис почувствовала на своих губах влажный поцелуй. Мисс Беннет ее поцеловала. Первый поцелуй Беатрис был...с женщиной. Она не понимала что произошло. Для нее был нонсенсом такой порядок дел. Пока Трис пребывала в замешательстве Стефани успела углубить поцелуй и начала расстегивать блузку школьницы. Это отрезвило Беатрис и она яростно попыталась сопротивляться тому , что происходило. Она рассчитала,что это не сложно, учитывая то, что мисс Беннет перегнулась через целую парту, но оказалось,что она обладает странной для ее хрупкого тела силой. И чем сильнее ее отталкивала Трис, тем агрессивнее становились ее действия. Она отпустила губы своей ученицы , которые так долго терзала и за секунду залезла на парту, а после на соседний стул. Трис в шоке не могла оторвать взгляд от ее томных глаз, нереагирующих ни на что. Возбужденно дыша, Стефани наконец расстегнула блузку своей ученицы и запустила руку в бюстгалтер, подаваясь вперед. Беатрис попыталась вскрикнуть, но та быстро засунула пальцы второй руки в ей в рот. Школьница уже отошла от шока и пребывала в ужасе.. Учительница ни с того ни с сего начала до нее активно домогаться. Да она знает ее 50 минут! О чем только думает эта женщина? Но Трис думала только о том как ей противно и как ей выбраться неизнасилованной из кабинета этой больной исторички. А действия последней были все развратнее. Она оставила в покое грудь своей подопечной и спустилась со стула прямо на пол, каким-то образом не вынимая руки изо рта Трис и удерживая ее на стуле. Второй рукой она полезла ей под юбку. День был холодным, поэтому Трис надела свои единственные теплые колготки. Она надеялась,что они послужат преградой для ее учительницы, но та в свою очередь просто порвала их. Беатрис было некогда сокрушаться и на мисс Беннет не действовало то , что она изо всех сил сжимала зубами ее руку и во рту Трис уже был металлический запах крови. Ее пробрало новой волной негодования,когда затрещала ткань ее трусиков, и Трис изо всех сил рассчитала удар и она приложила ногой точной в грудь Стефани. На этот раз ее это подействовало и учительницу откинуло назад. Она сильно ударилась головой о парту и хватка тут же ослабла. Беатрис тут же вытащила одну руку учительницы изо рта, а вторую из-под юбки, подскочила на стул, а следом и на стол. Она упала с него при попытке спешно прыгнуть на пол, ударившись головой и потеряла сознание. Когда Трис очнулась она увидела перед собой стены класса в закатных бликах. Она медленно приподнялась и осмотрелась. Мисс Беннет не было рядом. Парта стояла там же, где и была, а стулья были задвинуты. Она вспомнила скользкие ладони учительницы и свои собственные, тянущие золотые кудри так, будто она их сейчас вырвет. Это ведь..не воспроизвело никакого эффекта. Да и лежала Трис под партой, а не возле нее, там где упала. Наверняка она уснула и ее просто забыли в классе. Да и девушка не чувствовала, будто у нее порваны колготки или трусы. Блузка все так же была застегнута на все пуговицы. Она глубоко выдохнула. Это был сон. Никакой Стефани Беннет не существует. Как же она испугалась. Что это вообще было? Хотелось кричать. И пить. Сколько она тут проспала? Опять влетит от матери. Господи, только не утюгом, умоляю... Беатрис поднялась и направилась к выходу, прихватив рюкзак. На ее счастье было открыто. Неужели классы не запирают на ночь? А вдруг школу уже закрыли? Тогда она может выйти через большое окно в туалете . Все равно на первом этаже ведь. Хоть бы не утюг, пожалуйста.... Переодеваясь дома, Беатрис увидела аккуратно зашитые колготки. а затем и трусики. На блузке одна из пуговиц пришита не белыми нитками, а серыми. Серыми...как ее глаза... Что это вообще нахер было?