Проба чего-то нового

Застегнул , ошейник теперь на шее.. «Затяни еще». — Это было бы… — Оптимист положил руку на плечо Нагибайки, постучал по нему пальцем, в то время как его глаза постоянно смотрели на ошейник, лежащий на шее Наги. Он мог бы ужесточить его еще сильнее, но в последнюю секунду отказался от этого. Это не потому, что он не ценил желания Нагибайки; это полная противоположность. Наги наверняка оценит то, что он задумал, даже больше, чем ошейник. — Опасно. Давай не будем. — он позволил своим пальцам расчесать волосы парня, легонько и ласково похлопав его. Если бы он затянул сильнее, это наверняка оставило бы след на его шее; Людям незачем знать, какие вещи нравятся Нагибайке в их постели. Опти все еще пытается осознать предыдущее признание Алекса, из-за чего он садится на колени. Хотя кажется, что это появилось из ниоткуда, теперь, когда Оптимист наконец смог все правильно обработать, это имеет смысл. Вроде, как бы, что-то вроде того... — Не сделаешь этого, даже если я скажу «пожалуйста»? — Похвалы, которыми он одаривал Нагибайку, всегда почему-то заставляли его щеки краснеть, даже самые незначительные, самые небрежные похвалы — за вынос мусора, за уборку на кухне, за то, что он нес продукты, — после чего Наги изнеживал его, нюхая носом затылок, иногда кусая и облизывая его. Если бы он был внимателен, он мог бы счесть это действительно странным поведением, и у них было бы очень интимное вмешательство , намного раньше. Но руки Нагибашки обнимали его за талию, как защита, и он всегда защищал, задолго до того, как они даже по-настоящему узнали друг друга — это не странно , согласился он после долгих внутренних дебатов против своей собственной рациональности, это просто очень своеобразное проявление привязанности. . Его губы изогнулись в улыбке: «Может быть, если ты будешь хорошим щенком». Он еще раз похлопал Нагибайку, рука парня потянулась к его запястью. — Пожалуйста? — он умолял. Восхитительно. — Нет, уже поздно. — рассуждал он: «У тебя завтра очень важная встреча, помнишь?» Его рука скользит вниз к не очень мускулистой груди Наги, скрытой под полурасстегнутой рубашкой, в то время как сам парень прижимает другую руку к собственной щеке. Под рубашкой у него ничего не было; Опти очень гордится тем, что может любоваться этим видом сверху — и пока он погружен в свои фантазии о том, как он будет массировать эти розовые торчащие бутоны на груди, глаза Нагибайки смотрят на костюм-тройку Опти, который все еще обнимается. Его телу комфортно. — Не снимешь это? — Он не планирует делать ничего, что могло бы истощить его энергию и сделать его слишком измотанным, чтобы действительно что-то сделать завтра — ему нужно встать рано, чтобы забрать Мутю утром, потому что Гельмо собирается отдохнуть в компании знакомых. Ему не следует опаздывать из-за этого, и урока игры на фортепиано, и ещё множество дел.. — Щенки не разговаривают. — Он сказал, широко улыбаясь и меняя тему, он не хочет слишком рано разочаровывать возлюбленного своим планом. Его рука легла на грудь Нагибайки, пальцы начали на пробу тереть соски, просунув комок между двумя пальцами, когда он начал его дразнить. Наги не издал ни звука, но Опти «слышит», как он думает. — Хватит думать, щенок. — черноволосый приказывает ему: «Закрой глаза». Парень сделал, как ему сказали; Опти почесал за ухом, опускаясь ниже, чтобы привлечь внимание и к довольно гладкому подбородку, как он обычно делает это с собакой . Он заметил, как голова Нагибайки тянется к его прикосновениям. Затем, без подсказки, глаза Наги резко открылись, и он снова потянулся к запястью Опти. То, что Нагибака сделает дальше, он ожидал с тех пор, как тот признался ему, что хочет, чтобы с ним обращались как с домашним животным. Животное без колебаний лизнуло бы своего хозяина в знак привязанности-порезки-владения, поэтому, когда Наги высунул язык и начал облизывать ладонь, Оптимист бессознательно позволил удовлетворенной улыбке сформироваться на его губах - удовлетворенный тем, что получил свое предположение. правильно.. Пока Нагибайка мажет пальцы слюной, Оптимист гладит его по голове, ерошит полувысохшие волосы и счастливо улыбается. Он такой милый , что Опти начал чувствовать растущую эрекцию Наги под своим телом с каждым прикосновением руки к его голове, расчесыванием волос и почесыванием за ухом. — Хороший мальчик. — он сказал. Еще многое предстоит узнать об этом новом виде игры, черноволосый делает мысленную пометку, чтобы продолжить свои исследования, чтобы в следующий раз этот опыт был более приятным для паренька с почти полностью фиолетовыми волосами. Алекс закрыл глаза, казалось бы, поглощенный своими действиями, но Опти не возражает. — Отпусти, — тихо приказывает он, и Наги подчиняется. Затем его руки скользят к подбородку, оставляя на подбородке пятно слюны Алекса. Он отстраняется, раздвигает свои ноги и растягивает их между широко расставленными ногами Нагибайки. Эта позиция было удобна, потому что Наги был меньше него, но не сильно , он справляется. Он расстегнул брюки Нагибайки. В одно мгновение его эрекция выскочила из штанов, и парень с облегчением вздохнул. Не особо большой, пульсирующий член нисколько не смутил Оптимиста, его пальцы начали слегка поглаживать его. Опти хотелось положить его в рот, зарывшись носом, чтобы лучше почувствовать запах партнёра, дразня языком головку Наги, покачивая головой и терясь щекой о стоячий член Алекса. От одной мысли об этом у него потекли слюнки, но он сдержался. — Используй свой рот… — сказал ему Нагибайка, как будто он случайно позволил своим мыслям просочиться сквозь хмурые брови. Оптимист тут же слишком сильно сжал член в руке, дразня его кончик большим пальцем, что вызвало кряхтение Нагибайки и неодобрительный взгляд, брошенный на лицо Наги. — Давай, детка… — — Тихо, пожалуйста. — Оптимист сказал суровым голосом, выдвинув ультиматум: «Или я не буду трахать тебя сегодня вечером». Нагибайка немедленно подчинился, не протестуя больше, и Оптимист улыбнулся ему, поглаживая возлюбленного по голове, а другой рукой поглаживая его член. Глядя на глаза парня, смотрящие на его мозолистые пальцы, работающие вверх и вниз по его члену, черноволосый видит, как он сглатывает. Он сейчас дразнит его. — Сними свою рубашку. — Быстрым движением Нагибайка отрывает свое тело от одежды, очень желая подчиниться инструкциям Оптимиста. Он также поднял бедра, чтобы снять штаны, позволяя ему увидеть его нижнее белье. — Дай мне смазку. Очевидно, у него в горле остался вопрос: «Или ты бы предпочел получить удовольствие, если бы я сделал это как можно грубее?» но он морально не готов причинять ненужную боль своему возлюбленному — и он не хотел слышать страстное «да» Нагибайки на этот вопрос. Он может сказать. Ему нравится грубость. Он позволит Оптимисту трахнуть его грубо. Оптимист улыбнулся. Это приятно — мысль о том, что Наги отдал ему все свое тело, позволяя ему делать с ним все, что он хочет. Трахать его грубо, пока он впрыскивает порции спермы в другого мужчину, наполняя его снова и снова, пока Нагибайка не превратится под ним в извивающийся, полный беспорядок. Опти с радостью трахнул бы его еще раз, или – если он достаточно предприимчив, он оседлает член Наги, прижимая бедра к… — Ну, черт. — тихо пробормотал Алекс, обыскав с кровати все, что было в пределах его досягаемости. Опти оборвал свои мысли, быстро моргнув в замешательстве: «А?» — Я оставил смазку на твоем столе, помнишь? — — Хм. — Точно. Ага. Потому что поздно вечером на прошлой неделе было очень срочное виртуальное окружное собрание, а Опти так устал и не мог долго сохранять концентрацию, что Нагибайке пришлось поднять его на руки и позволить сесть к себе на колени, засунув член в задницу. часами лениво двигает бедрами, чтобы встретить толчок Нагибайки, чтобы развлечься, в то же время слушая, как несколько представителей спорят о проблеме вандализма в общественных местах. Ебать- — Хорошо. — черноволосый откашливается: «Тогда принеси это, мальчик». Затем фиолетово-волосый пытается встать с кровати, но Опти в тревоге цокает языком, когда Наги бежит к двери, останавливая его. Парень повернул голову, и Оптимист пристально посмотрел на него. — Вниз. — сказал он понизив голос, почти рыча: — На четвереньках, дорогой.

***

Пока он продолжает свои толчки, двигая бедрами в еще более беспорядочном ритме, чем тот, который он предпочел бы - Оптимист поцеловал Нагибайку, постоянный толчок актива не заставил Алекса поддаться доминированию в их небрежном поцелуе. Нагибайка раздвинул ноги шире, когда рука Опти начала поглаживать его пенис, покрывая его обхват собственным преякулятом, лаская его яйца, когда он мог до них дотянуться. Он глубоко вздохнул, отпуская его. Руки его возлюбленного скользят ниже по его ягодицам, он все еще толкается вперед, чтобы встретить бедра Наги, трущиеся вниз, пальцы обхватывают его задницу, притягивая его ближе. Оптимист чувствует, как его пальцы ласкают его дергающуюся дырочку, у него перехватывает дыхание, когда пальцы раздвигают его щеки. Нагибайка целует его в шею, кусая ее, оставляя след. — Не сейчас, Наги… — прошипел он, его руки тоже начали грубо тянуться к груди парня, пальцы дразнят соски, сжимая их, когда он издал стон, — Нельзя, ах , это плохо… — Поезди на мне после этого. — сказал он хриплым голосом, с его нижней губы капала слюна. Опти покачал головой, толкая Нагибайку вниз. Он поднял обе ноги Наги и начал пытаться проникнуть глубже, заставляя нижнего стонать от удовольствия. Ему хотелось попробовать это сейчас; когда ошейник начал издавать лязгающий звук, когда металлическая бирка встретилась с металлической цепью - Опти обвил пальцами шею Наги, сжимая его шею по бокам, что вызвало у него громкий вздох, когда он крепче схватил ее. — Черт, черт, Опти, детка… Он сдерживает все свои движения, помещая свой член в нетерпеливую дырку «щенка». — Да, — вдыхает он, фиксируя взгляд на реакции парня. Ему это нравится. — Хочешь, я тебя разведу , щенок? — Глаза Нагибайки расширились, запыхавшийся смех вырвался из его рта, и улыбка черноволосого стала еще шире. — Я могу сделать это. — Сказал он, не позволяя Наги ответить, продолжая душить его обеими руками, лениво продолжая свои толчки. - Я наполню тебя - ах, давай сделаем это, - его руки покидают шею пассива, чтобы поиграть с бутонами на его груди, тяня и сжимая ее, в то время как он погружал свой член глубже в дырку Нагибайки, которая продолжала сжиматься вокруг его собственного пульсирующего члена: «Я размножу тебя, Наги. Наполню вас до тех пор, пока ваши сиськи не начнут производить собственное молоко. Вы бы хотели это? — — Да, — ответил он, затаив дыхание, ожидая дальнейших слов Оптимиста, — да , пожалуйста . Сделай это, пожалуйста . Он ахнул. Он почти ожидал, что Нагибайке эта пьеса тоже понравится – судя по Интернету – но он не знал ее истинных масштабов. — Нгх, прости… — его бедра двигаются сами по себе, в то время как его рот схватил левый сосок нижнего, посасывая его, задевая зубами его круглую форму. Другая его рука потирает другую. Боже, ему бы хотелось, чтобы что-нибудь вышло наружу, но, зная биологию, это невозможно – но он вполсилы желает этого… «Я буду размножать тебя, пока ты не будешь носить моих детей, весь день, каждый день, Нагибайка». Ноги Алекса прижали его бедра вниз, чтобы их тела встретились. — Черт, да… Оба они достигли ошеломляющей кульминации; Оптимист сдержал свое слово, позволив своей сперме влиться внутрь Нагибайки, и не вытаскивал его, пока не убедился, что закончил. Затем его тело упало на грудь пассива, пытаясь вернуть часть самообладания, выравнивая собственное дыхание. — Это- — Верхний вздохнул, все еще чувствуя, как адреналин струится по его крови. Он чувствует, как рука Наги лежит на его заднице, но в этот момент Опти слишком озабочен. Внутренне он съежился от своего решения потворствовать извращениям парня; после всего этого хладнокровного внутреннего обязательства не делать чего-то слишком утомительного, он сдался и сделал что-то еще хуже, и теперь он полностью измотан. — Откуда ты вообще узнал? — Он не уверен, сможет ли завтра проснуться рано утром ради Мути. Зная ненасытное либидо Нагибайки, он захочет пойти на еще один раунд после того, как впервые почувствует вкус этой очень своеобразной пьесы. — Интернет. — Он ответил, подталкивая свое тело вверх, перекладывая том на руку, поддерживающую его вес: «Ты ушел так долго, что я провел небольшое исследование относительно твоего странного извращения». — Ох, ты заставил меня ползти, детка. Это не- — — Я знаю. — Он должен уведомить Гельмо в случае отсутствия у него обязательств на завтра после того, как он пообещал своему дорогому другу, что вместо этого он должен прийти и подвезти Мутю. — Давайте не будем повторять это в ближайшем будущем. — Ему все еще нужно провести дополнительные исследования. — Но, — спросил тогда Опти, — ты случайно не предпочитаешь игрушки? Когда я просматривал сайты, я увидел очень очаровательную хвостовую пробку; мы должны купить её для тебя. Это будет выглядеть мило. — Нагибайка притягивает его к себе, целует и взъерошивает волосы Оптимиста, а тот отвечает: «Сначала покажи её мне».