Запретная физкультура.

      Не спеша я направился в раздевалку возле спортзала, но по пути мне встретилась ВИКа, Верещагина Инна Константиновна, наша классуха, по совместительству физручка. — Олег, ты исправил биологию? — строго спросила меня женщина низкого роста с рыжими локонами.       Дальше последовал очень нудный диалог. Конечно, что мы бездари, ОГЭ на носу и нехуй бездельничать… За две минуты до начала урока, я продолжил свой путь, пока учительница физры начала пизде́ть с вахтёршей.       В самом спортзале уже во всю стоял ор Максима и Данила, но писклявость Кирилла я не услышал. Я открыл дверь в мужскую раздевалку, где стояло двенадцать бесяво-синих кабинок на фоне со светло-голубыми стенами. Было очень узко, но во всяком случае лучше чем ничего. Зайдя, я повернулся спиной и закрыл за собой дверь. Тут-то и нашелся Шувалов. Кирилл сидел на лавочке, выступающей от кабинок, с голыми ногами, а причинное место было закрыто его черными шортами, положенными сверху. Его лицо было красным, на носу под очками кожа покрылась испариной. Я ничего не сказал… Пришлось пройти в самую глубь переодевалки возле него. Я кинул рюкзак в кабинку, так как и так ходил в спортивках, но собираясь уйти что-то притянуло мой взгляд… Что-то слишком выпирающее из-под черной ткани. — "Он ушел самым первым, но еще не переоделся?" — логичный вопрос раздался в моей голове.       Наши глаза встретились. И стало понятно всё без слов. Он встал, шорты бесшумно упали на пол, но я и не успел туда посмотреть, как длинные пальцы легли на мой затылок и протянули к его губам. Кирилл быстро ориентировался, жадно и громко целовал с закрытыми глазами. Мне же в то время стало труднее поспевать за его ритмом, но тем не менее, это не было не невозможным. Звонок прозвенел. Я целовался со своим одноклассником, с которыми провел 9 классов вместе, под всё тот же неизменный писклявый звук. Но его, кажется, не волновало, что не только ВИКа могла вернуться в любой момент, но любой другой, забывший что-нибудь. От этого в моих жилах застыла кровь, а сердце было готово вырваться от адреналина. Его язык умело сплетался в танце страсти с моим. Нетерпеливый, местами слишком влажный поцелуй и его слишком близкое тело в тесной раздевалке вызвало у меня стояк. Я был уверен, что мое лицо покраснело до цвета помидора. Он быстро оторвался от моих губ, напоследок слегка прикусив нижнюю. Он резко развернул меня, прижавшись своей третьей "ногой", не оставив пространства. Я слегка согнулся. Мы, как после марафона, хватали воздух ртом, наше дыхание готово было забрать весь кислород в тесной раздевалке. Его рука поместилась на моей шее, он надавил, не сильно, но так, чтобы я запрокинул голову назад. Свободная левая рука легко спустила растянутую резинку треников. Только набрав в лёгкие воздух, чтобы что-то сказать и возразить, Шувалов начал входить. Слишком быстро, слишком глубоко для самого начала. Он слегка вздохнул, от чего во мне закипело возбуждение еще сильнее. Он продолжал входить, чуть медленнее, растягивая. Было сухо... Но было что-то приятное в этой боли. Время шло быстро, в глазах слегка темнело, так как я был близок к кульминации, как вдруг из самого спортивного зала послышался женский крик и удар чего-то тяжелого.