Обязанности главной героини

      Длинная лампа на выбеленном потолке потрескивала, словно в любую секунду могла перегореть. Типичные звуки больницы окружали Сону, служа очередным ненужным напоминанием, где он находится и по какой причине. Спустя час после инцидента на поле он обнаружил себя сидящим возле кабинета врача, где Джею накладывали гипс на сломанную руку. К счастью, операции не потребовалось, а травма головы при падении оказалась незначительной, обошлось без сотрясения мозга, поэтому его отпустят через некоторое время.       Тренер и Сонхун с Джейком тоже приехали с ними, отправив встревоженных учеников в отель под присмотром бледной Юджин и серьёзного Джэука. Честно говоря, Сону практически не уделял внимания остальным, полностью сосредоточившись на состоянии Джея.       — Возьми, — Сонхун появился в поле зрения с банкой апельсинового сока.       После того как номер двенадцать поставил грязную подножку Джею, первым на него набросился Сонхун. Кажется, он слегка разоблачил себя, подскочив к парню слишком быстро и едва не разорвав на десяток маленьких визжащих кусочков, но Джейк успел остановить полуоборотня. Игра прервалась за десять минут до окончания второго тайма, и никто не стал настаивать на продолжении. Слишком внезапным и пугающим было падение. Тот факт, что Джей не двигался.       Хорошо, что Сону изучал основы первой помощи. Пока он добежал до Джея и осмотрел, кто-то успел привести школьную медсестру, а уж с квалифицированным специалистом на месте удалось унять панику. Учителя разогнали обеспокоенную толпу и вызвали скорую, с которой и уехал Сону, решительно опередив тренера. Тому пришлось догонять их с Сонхуном и Джейком на такси, но у Сону не было времени думать о них.       Перед тем, как сесть в машину скорой, он нашёл взглядом номер двенадцать, которого уводили господин Чон и учитель Ким. Его спина словно отпечаталась на сетчатке и до сих пор стояла перед мысленным взором.       — У него перелом дистального отдела лучевой кости правой руки, — объяснял врач, указывая на снимок рентгена. — Такой тип перелома типичен при падении на вытянутую руку, а, судя по рассказу господина Пак, он как раз упал во время игры в футбол. Эта травма потребует больше всего внимания в перспективе, что касается остального, то у него также наблюдается ушиб коленного сустава, но ничего серьёзного и опасного для здоровья. Мы уже использовали магическую мазь, однако перелом совсем другое дело. Со сращиванием костей мазь не поможет. Если хотите побыстрее вылечить его, то можете оставить запрос на целителя.       — Из ваших слов следует, что мы можем не дождаться приёма у целителя? — нахмурился Сону, внимательно разглядывая карту пациента, которую ему передал тренер.       — В больницах всегда большая очередь, — намекнул врач-травматолог. — И наши целители не такие способные, как, например, Ким Сокджин. Они не могут вылечить рану в одночасье.       — Переломы действительно так тяжело вылечить? А разве…       Сону наступил на ногу Джейка, зная, о чём или точнее о ком тот подумал. Здесь никто не должен знать, что они ученики магической школы, в которой учится потенциально могущественный целитель.       Ради интереса чуть позже он поискал, кто такой Ким Сокджин, и выяснил, что тот является знаменитым врачом с мировым именем. Очень редко люди рождались с даром к исцелению, но помимо этого он также действительно соответствовал своей славе. Сону прочитал, что Ким Сокджин способен даже сращивать оторванные конечности и невероятно востребован не только в Корее.       Всё это намекало, что Кёнмин не преувеличивал, когда возмущался потребительскому отношению их компании. Он практически перламутровая жемчужина, а ведь его сила только растёт. Если уже сейчас Кёнмин полностью исцелил Сонхуна, получившего гораздо более тяжёлые и серьёзные травмы, за один день, то в будущем при должном старании он мог превзойти Ким Сокджина.       К сожалению, это также означало, что Джею придётся потерпеть, пока они не вернутся в Деселис.       — Пациент спит, — предупредила их медсестра.       Не то чтобы травма столь тяжёлая, однако Джей чувствовал себя довольно слабым и вырубился под капельницей. Тренер задёрнул шторку, ограждающую его кровать от остальных в общем зале, после чего знаком показал парням следовать за ним.       — Ноги оторву тому, кто побежит искать неприятности на наши головы, — мрачно сказал мужчина, на фоне внезапных происшествий казавшийся непривычно тихим. — Никто, повторяю: никто не будет устраивать суд Линча. Понятно? Если хоть волос упадёт с башки того вертлявого малоле… того пацана, то по приезде в Деселис можете сразу паковать свои вещи.       — Тогда что с ним будет? — напряжённо спросил Джейк. — Он же не избежит наказания? Он, чёрт возьми, толкнул Джея.       Сонхун рядом согласно кивнул. Идея того, что причинивший их другу вред человек спокойно разгуливает безнаказанным, заставляла обоих злиться на всю ситуацию. Все понимали: даже если тот намеренно поставил подножку, серьёзных последствий может и не быть. Ведь к несовершеннолетним закон относился мягче.       — Кто бы дал мне урегулировать всё мирно, — пробормотал тренер, скрестив огромные руки на груди и недовольно нахмурился. — Как только родителям Джея станет известно, что сегодня случилось, боюсь, тому парню придётся несладко. Определённо дело пахнет паршиво.       — Вы же понимаете, что простых слов может быть недостаточно? — внезапно произнёс Сону, на фоне мрачных парней выглядевший как воплощение спокойствие. — Даже мне сложно предугадать, как отреагирует Джей, у которого из-под носа вырвали победу в игре, да ещё столь подло ранили.       — И что ты предлагаешь?       — Я не прошу вас сторожить дверь его номера, просто, мне кажется, Джею нужен кто-то, кто удержит его на месте. Я… беспокоюсь. В порыве злости мы совершаем поступки, о которых впоследствии жалеем.       — Такому не бывать, — нахмурился тренер. — Но ты прав. Эх, как чувствовал, что эта поездка одни проблемы соберёт.       — Тогда что нам делать?       Мягкое включение себя в решения другого человека и подталкивание нужной идеи в чужой мозг помогало привести события к желаемому результату.       — Втянуть сопли, — посоветовал мужчина как обычно грубо. — Дальше разберёмся, но ты тоже приглядывай за ним.       Сону кивнул и поторопился завершить разговор, раз первичная цель достигнута. Ему не хотелось тратить здесь время.       Через двадцать минут Сонхун и Джейк отправились в столовую больницы, чтобы купить всем перекус, а тренеру несколько раз звонили, и каждый разговор по телефону длился слишком долго и напряжённо, чтобы тревожить остальных больных. Сону остался сторожить постель в ожидании, когда Джей проснётся.       Первый этаж заполнен койками, на которых получали лечение люди с разной степенью тяжести травм. В травматологическом отделении нередко можно встретить реально ужасные случаи, но Сону даже не вздрогнул, когда бригада сотрудников спешно прокатила мимо носилки с мужчиной с торчащим в груди железным штырем. Вид крови давно перестал пугать его.       Сону ответил на кучу беспокойных сообщений от Юджин, Наои Рэй, Джэука и парочки игроков их футбольной команды, после чего включил режим полёта и проскользнул за тонкую, но непрозрачную шторку.       Джей лежал с закрытыми глазами, его грудь мирно вздымалась под простыней. Одна рука до самых пальцев загипсована, а на сгиб локтя другой руки прилепили пластырь. Ранее туда ставили капельницу.       Скорее всего команда вернётся в Деселис завтра, крайний срок послезавтра, так как на следующей неделе начинаются экзамены, и тренер не имеет права задерживать здоровых учеников. Им тоже нет смысла оставаться здесь, ведь самый лучший способ лечения как раз-таки ждал в академии.       Сону присел на кровать, разглядывая спящего Джея.       Его лицо было слишком безмятежным. Можно сказать, мирным, что не соответствовало буре эмоций, воцарившейся в сердце Сону с того момента, как он увидел жёсткое падение. Ему хотелось одновременно подхватить Джея, поймать ублюдка, вернуться в класс и вытрясти всю правду из тех девушек-чирлидерш. Зачем нужно было отводить его? Сону не верил в совпадения, а значит его действительно хотели убрать с дороги, чтобы толкнуть Джея.       Какой в этом смысл?       Прядь волос, взмокших от пота и уже высохших, прилипла ко лбу Джея. Сону долго смотрел на неё, прежде чем медленно потянулся поправить. Когда пальцы коснулись лица Джея, он больше не смог сопротивляться и положил ладонь на тёплую щеку.       Человек, которого Сону боялся поначалу, переживал о своей сохранности из-за его огромной физической силы, опасался дружеской связи с прежним Ким Сону, теперь лежал без движения. Да, спал, но не в следствие простой усталости. Ему причинили боль, пока Сону находился далеко и не смог предотвратить нападение.       Это отличалось от избиения Сонхуна его родственниками. Тогда Сону слабо переживал за него, помогая лишь по прихоти, ему не было так больно за него. Их отношения находились на стадии знакомства, когда сложно глубоко сопереживать чужому несчастью.       Джей же пробрался за высокие стены, которыми Сону ограждался от всего мира.       Сону убрал руку и осторожно лёг на край кровати, внимательно следя за тем, как поднималась грудь Джея в ровном ритме расслабленного дыхания.              — Касательно Пак Чонсона, — знакомый голос прорвался сквозь дрёму, словно его обладатель находился в метре от него, — мать ученика, поставившего ему подножку, согласилась оплатить медицинские счета и умоляет не заводить на её сына дело. Я обсудил с директором школы, что такое поведение не приветствуется, а, учитывая, что нападение произошло именно с учеником Деселис, то так просто ситуацию не оставят.       — Не думаю, что родители Джея согласятся на меньшее чем исключение.       — В этом и проблема. Сообщите мне, что в итоге решит госпожа Чхве Хивон. Лучше поскорее закончить со всем этим, длительные разбирательства поставят Деселис в неудобное положение.       — Мы тоже не хотим задерживаться. Когда Джей проснётся, я отвезу детей в отель.       — Присмотрите за ними, чтобы не натворили глупостей. В частности, за малышом-волком, я не хочу, чтобы маленькое дело превратилось в расследование убийства.       — До такого точно не дойдёт.       Чон Чонгук разговаривал с тренером за шторкой, они как раз закончили перед тем, как Сону проснулся, уткнувшийся лицом в чужой тёплый бок. Двойные отдаляющиеся шаги просигналили, что можно двигаться, чем он тут же воспользовался. Пытаясь аккуратно подняться и не потревожить Джея, он не ожидал столкнуться с внимательным взглядом из-под полуприкрытых век.       Под его головой безвольно лежала рука, на которую Сону точно не ложился.       — Привет, — впервые совершенно не зная, что сказать, прошептал Сону.       Джей долго молчал, словно задумавшись. Почему-то стало неловко, Сону ощущал себя пойманным на месте преступления, что, впрочем, так и было. Кто просил его спать в одной кровати с пострадавшим?       — Как ты себя чувствуешь?       С трудом пошевелив левой рукой, Джей отбросил косичку за его плечо. Прикосновение к щеке заставило замереть. Сону расширившимися глазами уставился на парня, который в какой-то момент успел приподняться на подушках и теперь полулежал, сдвинувшись к краю. Видимо, Джей проснулся раньше, чем Чон Чонгук пришёл узнать о его состоянии, и обнаружил дрыхнущего Сону на своей койке.       В женском теле он занимал меньше места, но его всё равно было недостаточно, чтобы разложиться с комфортом. Поэтому Сону благодарил боковые поручни у кровати, надёжно удерживающие его ранее от падения, но теперь они мешали оперативно подняться и сделать вид, что ничего не произошло.       — Удивлён твоим присутствием, — тихо сказал Джей слегка хрипло от продолжительного молчания. Большой палец мягко погладил линию подбородка Сону, остальные коснулись янтарной серёжки в его ухе. — После всего я не думал, что ты вообще будешь переживать.       Фраза прозвучала обыденно, без малейшей нотки обиды или разочарования, будто Джей смирился с тем, какое нынче положение занимает в мыслях своего близкого друга. Пусть Сону хотел именно этого, но эта простота обожгла слизистую глаз.       — Я, конечно, не подарок, только ты перебарщиваешь, — глухо произнёс он, дёргаясь в сторону от чужой ладони. — Конечно, я переживал. Ты буквально пропахал носом землю и сломал себе парочку костей, как бы кто-то остался равнодушным? Остальные тоже…       — Меня не волнуют остальные, — позволив своей руке упасть на кровать, оборвал Джей. — Только ты.       Сону замолчал.       Неизвестно, к чему бы они пришли, если бы их уединение не прервалось внешним вторжением: шторка отодвинулась, впуская одну лишь голову Пак Сонхуна. Завидев, что оба проснулись, он с облегчением вздохнул и шагнул внутрь.       — Наконец-то ты проснулся.       Всеобъемлющее давящее внимание Джея переместилось на друзей. Джейк появился следом за Сонхуном, часто облизывая нижнюю губу, как всегда делал, когда его что-то тревожило. Сону пригладил чёлку и поправил чужую спортивку, после чего пересел в пристойную позу.       — Сильно же тебя потрепало, — неодобрительно проворчал Джейк и зачем-то встал у изголовья, принимаясь мять уголок подушки. — Врач сказал, что долго задерживать тебя в больнице не будет. Если ты в порядке, то можем отправляться обратно.       — Ты упал довольно грубо, я с другого конца поля видел, как тебя подрезали. Со стороны выглядело, что он специально это сделал.       Джей рассеянно почесал затылок.       — Специально или нет, но паршиво, что я сломал именно правую руку.       Троица перебросилась несколькими фразами, включая рассуждения, как было бы хорошо поймать того придурка и спросить, чего он добивался. Затем тренер вернулся и призвал всех поторопиться: как выяснилось позже, мать номера двенадцать приезжала в больницу и хотела увидеться с пострадавшим, но тренер отказал ей. Сону согласился, что лишние встречи Джею сейчас ни к чему. О чём та будет просить понятно.       Разделившись на два такси, Сону сел в машину с Джейком и Сонхуном.       Настроения на праздную болтовню не было никакого, поэтому весь путь до отеля он провёл, погружённый в свои мысли. На заднем сидении парни тоже молчали, видимо, устав от накала.       Сону заметил кое-что. Когда Джей поднимался с кровати, то крепко вцепился в поручень, дабы перелезть через него. От напряжения у него выступили вены на предплечье, однако на железной поверхности не осталось даже отпечатка. Будучи заторможенным Джей пропустил странность, но перед тем, как уснуть, он жаловался врачу на общую слабость. Вот почему они остались в больнице, давая ему возможность отдохнуть и восстановить силы.       Вкупе с попыткой увести Сону подальше происходящее с каждой открывающейся мелочью меньше всего напоминало случайность.       Нет, это спланировано. И, пожалуй, он знает, кто именно стоит за всем.       — Никаких выкрутасов, — строго грохнул тренер у входа в отель. — Я буду проверять ваши комнаты, не надейтесь ускользнуть. Джей, дай мне номер своих родителей, я собираюсь поговорить с ними по поводу твоей травмы.       Не остановившись на простом предупреждении, тренер лично сопроводил их в номера, а потом отправился проверять остальных. Им пришлось помахать Джею на прощание и отложить обсуждение до лучших времён, когда тренер прекратит бдеть над ними, как над потенциальными источниками проблем.       Очутившись в полумраке узкой прихожей, Сону не спешил включать свет. Он вытащил телефон из заднего кармана джинс и пролистал контакты.        ***       Джей зашипел, случайно задев повреждённой рукой дверцу шкафа. Его сосед выглянул из ванной с круглыми глазами, не в первый раз становясь свидетелем случайных поломок. После того как тренер завёл Джея в комнату, их всех ещё раз проверили спустя час. Судя по всему, до самого отъезда им придётся притворяться тихими мышками.       Как бы сильно не хотелось обратного.       — Порядок, — кивнул Джей, сдерживая ругательство от пронзившей острой боли от кончиков пальцев до плеча. Вроде бы сломал только запястье, а эхо отдавало по всей руке.       — Ты говори, если нужна помощь, — неуверенно протянул парень и скрылся из виду.       Всего неделю назад Джею в голову бы не пришло, что ему нужна помощь. Кто мог представить, как изменится ситуация к нынешнему дню? Вдали от Деселис, какие бы деньги не заплатить, получить немедленное исцеление становилось практически невозможной задачей.       Неловкими движениями закрутив крышку бутылки, Джей ещё раз про себя проклял Хана, игрока под номером двенадцать, который после перерыва между таймами буквально глаз с него не сводил. Тогда Джей лишь посчитал, что тот злится из-за разницы в очках. Примерно также раздражался Джейк, когда проигрывал, поэтому особого значения свирепым взглядам он не придал.       Хотя доказательств, что Хан поставил подножку намеренно, у него нет, Джей нутром чуял подвох. Когда всё случилось, он боковым зрением заметил бегущего наперерез парня и специально сменил направление, собираясь отпасовать Рики. При таком манёвре нет смысла пытаться украсть мяч, но Хан не сбавил скорость.       — Тренер зовёт всех на ужин, — сообщил его сосед, Ким Юль, выходя из ванной с телефоном в руке. — Ты пойдёшь? Или ты поел там, не знаю, в больнице?       Джей перестал гипнотизировать взглядом этикетку на бутылке с водой и кивнул. В больнице он разве что выспался за прошлые ночи без сна, поесть же не удалось, хотя он слышал разговор Сонхуна и Джейка, притащивших перекус. Но Джей был занят, притворяясь, что до сих пор в отключке, а потому остался голодным. Не то чтобы он жалел, в конце концов, это позволило ему наблюдать за Сону в таком редком ныне спокойном и умиротворённом состоянии.       Вспомнишь лучик — вот и солнце. Джей вышел из комнаты вслед за Юлем и увидел Сону, идущего в компании Ан Юджин. Их взгляды пересеклись.       Джей никак не мог привыкнуть к новому образу Сону. В живых картинах, несмотря на женскую одежду и длинные волосы, прослеживалось чёткое понимание, что он всё тот же парень, с которым Джей когда-то познакомился и прикипел всей душой за пару встреч. Их дружба началась с уродливой сцены, заставляющей его стыдиться за свою беспомощность, но у Сону есть непонятный дар притягивать к себе людей. Джей понимал маленькую версию себя. У него просто не было шансов сопротивляться магнетическому присутствию Сону, как бы тот не старался выглядеть неприступным.       — Мы так испугались, когда ты упал! — восклицала Юджин, разбавляя атмосферу тяжёлого молчания. Сону и Джей одновременно отвернулись друг от друга. — Как ты себя чувствуешь? Рука болит?       Действие обезболивающего постепенно сходило на нет, одаряя Джея букетом неприятных ощущений, но жаловаться ему не хотелось. Вчетвером они спустились на первый этаж, где уже собралась толпа галдящих школьников, зашумевших с новой силой при виде него. Поток болтовни сразил наповал: игроки копили беспокойство за него, а убедившись, что он цел и относительно невредим, переключились на обсуждение прерванного матча. Никому не понравилось, что игра остановилась на ничьей.       Отвечая на вопросы со всех сторон и уворачиваясь от дружеских тычков, Джей краем глаза заметил Джейка и Сону. Они перебросились парой фраз, после чего Сону с очевидным раздражением покосился на его друга и отодвинулся, но уходить не стал. В скором времени к ним присоединился Сонхун, и все трое периодически посматривали в его сторону.       — Так, погалдели и хватит, — громогласно провозгласил тренер, с силой похлопав Джея по плечу, чем заставил поморщиться от боли. — Не хмурься, шрамы украшают мужчину. В твои годы я шёл десять километров на сломанных ногах!       — У вас же титановые кости, как вы умудрились обе ноги сломать?       — Заткнись, ты ещё мал для этой истории. Где наша кокетка-менеджер?       Сону поднял руку.       — Тут неподалёку есть семейное кафе, предлагаю отправиться поужинать туда. Давайте только подождём немного, Дживон сейчас спустится, — высокий мелодичный голос пронёсся как ветерок, остудив кипящих энергией парней.       Взгляд Джея в очередной раз прилип к Сону. После возвращения из больницы тот сменил одежду и расплёл косу, щеголяя в пушистом светлом свитере, выгодно подчёркивающем молочную кожу. Заколки в виде бантиков обрамляли маленькое лицо, на веках остался дневной макияж со стрелками. По общему признанию, из Сону получилась очень привлекательная девушка.       Конечно, иначе и быть не могло. При исходных-то данных.       Когда последний член группы поддержки присоединилась к ним, толпа поплелась вслед за Сону. Джей шёл в середине. Никто не узнает, насколько удовлетворённым он себя почувствовал, едва Сону отделился от Джейка и Сонхуна в пользу компании девушек.       Приподнятое настроение снова упало на дно, когда в кафе Сонхун отодвинул для Сону стул и наклонился слишком близко. Они о чём-то тихо поговорили, после чего Сонхун отошёл к их столу.       Паршивое чувство связало его язык.       Джей понятия не имел, что сделал такого, раз Сону огрызался на него, как будто видел перед собой врага. Их отношения часто ставили сторонних наблюдателей в тупик, ему не раз говорили, что Сону ведёт себя грубо и нельзя позволять ездить на себе, но Джей никогда не переживал на этот счёт. Забота Сону, его привязанность, внимательность намного превышали жалкие попытки Джея отвечать тем же. Просто это менее очевидно.       А теперь даже он сомневался, что Сону когда-то любил проводить время вместе. Они больше не катались на мотоцикле по вечерам в выходные, не разговаривали часами в комнате Сону, не переглядывались многозначительно, разделяя внутреннюю шутку. Казалось, с начала учебного года что-то медленно, но верно вбивало клин между ними, и сегодняшнее положение дел стало таким плохим, что Джей дважды задумывался перед тем, как подойти к Сону.       — Ты держишь ложку, будто собираешься заколоть ею кого-то, — фыркнул Джейк, отвлекая от тягостных дум.       — Палочками шансов больше, — добавил Сонхун, и несколько человек засмеялись.       Джей закатил глаза. Конечно, им смешно, словно сами справились бы лучше, имея в распоряжении лишь одну здоровую руку, да и то не ведущую. Чёртов Хан. Вот бы найти его и встряхнуть хорошенько! Добавил ему проблем на голову.       Он с горем пополам съел половину блюда и измазался в жирном соусе, как ребёнок, впервые взявший столовые приборы в руки. Избегая насмешек, Джей решил просто купить пару сэндвичей, если проголодается к ночи, и отправился в ванную сполоснуть масляный рот.       Звонок незнакомого номера настиг его, когда он с трудом застегнул ширинку брюк и собирался выйти из кабинки. Так как мама, в связи с преследованиями папарацци, частенько меняла сим-карты, Джей поднял трубку без задних мыслей.       — Алло? Я слушаю?       Туалет в кафе не отличался роскошью. Джей прижал телефон щекой к плечу и потянулся за жидким мылом, совершенно не ожидая услышать резкий холодный смешок. Его пальцы застыли на дозаторе.       — Джей-а, слышал, ты опозорился на сегодняшней игре.       Дыхание сбилось с ровного ритма, когда на другом конце связи знакомый голос издевательски вздохнул.       — Нельзя же так. Разве ты не представлял честь школы? — Чон Икхун сокрушённо цокнул. — Я думал, ты вырос и изменился, но ты действительно остался таким же неуклюжим ублюдком, верно?       Сжав сосуд с мылом, Джей невидящим взглядом уставился на грязное пятно в раковине.       — Похоже, из вас двоих изменилась лишь твоя девчонка, хотя, знаешь, я до сих пор слегка сконфужен. Почему в детстве я думал, что Сону мальчик? — Икхун выдохнул смешок и продолжил. — Красивая она у тебя, однако, даже завидую. Как у тебя дела? Мы толком не поговорили, а ведь нам явно есть что обсудить. Ты слышал, что Чонсок хочет поступить в Сеульский университет? Идиот, правда? Видимо, после того, как ты избил его, у него окончательно крыша потекла.       — Что тебе надо? — оборвал назойливый шёпот Джей. Не передать словами, какие негативные чувства пробуждались в душе, когда он слушал или смотрел на Икхуна.       Словно десять лет стирались присутствием этого человека, возвращая Джея в безрадостное детство, когда отношения с отцом не были идеальными. Он помнит, каким холодным и пустым казался дом, в котором его боялись.       И как пары слов и жалобных фальшивых слёз Икхуна, хватило, чтобы отец разочарованно отвернулся от него.       — Не груби, Джей-а. В твоей школе не учат ничему кроме бесполезных трюкачеств?       В горле образовался твёрдый комок, который мешал Джею дышать. Но, в отличии от своего детского «я», теперь Икхун вызывал в нём чувство, что сильнее страха — жгучую ненависть.       Джей сжал телефон, горя желанием раздавить его, а через него и далекого Икхуна. Отражение в зеркале показывало юношу, склонившегося над раковиной низко и сгорбленно, покрасневшего от сдерживаемой злости, и, видит бог, Джей не узнавал в нём себя. Он думал, что забыл первое предательство друга и первое разочарование в родителе, но оказывается раны слишком глубоко избороздили его сердце. На поверхности осталась тонкая, едва заметная полоска шрама — внутри же зияющий гниющий кратер.       — Всё-таки мы ведь не закончили наш разговор, — прошептал Чон Икхун. — Давай снова посидим вместе за чашечкой чая, или что вы там пьёте в своём пансионате? Ты же помнишь адрес моего дома? Буду ждать.       — Пошёл ты к чёрту, — выдавил Джей, не доверяя голосу. Если бы Икхун был в одной комнате сейчас, то он не ручался за его безопасность.       — Не заставляй меня жалеть о том, что я прикрыл тебя тогда. Чонсок ведь был моим другом.       Издав еле различимый практически животный полустон-полурык, Джей швырнул телефон через всю уборную прямо в стену. От силы удара тот разлетелся на две части, упал на кафельный пол и рассыпался окончательно.       Много лет назад Джей считал Икхуна самым крутым человеком. Они не начинали, как типичные хулиган и жертва, вовсе нет. Лето, когда всё внезапно изменилось, Джей запомнил навсегда, хотя не понимал, что произошло вдруг с его приятелем по играм. Мальчишка, приглашающий его к себе в гости и плавающий с ним в огромном бассейне наперегонки, превратился в того, кто три месяца каникул издевался над ним каждый день.       Джей не дружил с компанией Икхуна, он узнал о Чонсоке лишь, когда среди бесконечных гаданий, что он сделал не так, появился Сону.       Сону радикально отличался от дружелюбного, но насквозь фальшивого Икхуна. Вместо протянутой руки он наступил Джею на ладонь и презрительно спросил: «И долго ты собираешься лизать ботинки этому козлу? Совсем заняться нечем?»       Открытое пренебрежение и высокомерие должны были оттолкнуть Джея. Но среди болота, в котором он очутился благодаря лицемерию Икхуна, честное отношение Сону казалось маяком света. Джей полетел на него, как мотылёк к своей гибели.       Воспитанный сдерживать эмоции Джей не хотел мести или чего-то подобного. Он просто проглотил горькую обиду и разочарование и может быть сумел бы пойти дальше. Злопамятностью он никогда не отличался.       Если бы Чонсок не открыл свой рот, то Икхун остался бы далеко позади, как призрак прошлого, о котором даже думать лишний раз не хочется.       Джей зажмурился, приводя мысли в порядок. Однако пульсирующая в венах горечь отравляла сердце. Ему пришлось обратиться к медитативным практикам, дабы хоть немного прийти в себя. Как там учила инструктор Гу? Глубокий вдох животом — медленный выдох через рот, повторить несколько раз, чётко представить корень проблемы и заставить его расцвести в прекрасный цветок принятия. Раньше это отлично помогало обрести контроль. До поступления в Деселис Джей частенько давил эмоции под влиянием воспоминаний об избитом до кровавого месива Чонсоке и, вследствие, травмировал себя.       Он считал, что так хотя бы сможет удержаться от причинения вреда окружающим, однако инструктор Гу и Сону придерживались иного мнения. Джею тяжело дался путь к осознанию, что не только чужие жизни важны — его собственная имеет такое же значение.       Желание измениться появилось в тот момент, когда Джей увидел аптечку в комнате Сону.       С трудом разлепив глаза, Джей устало оглянулся. Интерьер общественной уборной не способствовал умиротворению. Пора было возвращаться, иначе тренер поймёт, что его нет слишком долго, и вытащит отсюда за шкирку.       Хотя внешне кафе никак не поменялось, но для эмоционально истощённого Джея даже свет казался приглушённым. Он проскользнул за стол тихо и согнулся над тарелкой, делая вид, что занят едой. Шум и смех друзей доносился как сквозь вату, а запах жареного мяса опротивел до тошноты, но Джей заставил себя дожевать остывший ужин.       — Да я отвечаю, если бы этот дебил не поставил подножку Джею, то мы бы размазали их! Зуб даю, серьёзно. Они просто не умеют играть честно!       — Кто спорит-то, но уже ничего не сделаешь.       — А вот это несправедливо. Трене-ер!       — Ты поори мне тут ещё. Кто мешал вам забить больше голов до того, как Джей свалился на траву отдохнуть? Меньше болтай — больше делай.       — И вы, Иуда?       Сонхун толкнул стакан с водой в его сторону, и кусок говядины застрял в горле. Джей уставился на подношение, затем исподлобья взглянул на друга, который продолжил смеяться над обиженным выражением лица другого игрока.       — Какой же ты грязный, — заворчал сбоку Джейк, резкими движениями выдергивая салфетки из салфетницы и пихая под гипс. — Вытри рот, я не могу смотреть на тебя.       До конца трапезы Джей просидел молча.       В отель толпа галдящих повеселевших учеников вернулась к девяти вечера. Кто-то шумно отрыгнул, спровоцировав волну криков и косых взглядов со стороны девчонок. Джэук и Юджин синхронно отшатнулись и столкнулись с плетущейся позади Гаыль, Джейк с громким возгласом отвращения отвернулся, а Рики так резко рассмеялся, что вызвал у себя икоту.       Джей посмотрел на Сону, в объёмной куртке выглядевшего крупнее, чем был сейчас.       Он так скучал по нему. Глаза защипало от невысказанных чувств. Тоска настолько сильно пожирала изнутри, что Джею было недостаточно Сону в нынешнем женском обличии. Нет, он хотел вернуть своего Сону. Того мальчика, с которым прошёл бок о бок десять лет, ради которого перевёлся из старой школы без малейших сожалений, за которым бежал из дома родителей в Сиэтле, и тем не оставалось иного выхода, кроме как пригласить и Сону тоже.       Почему их отношения вдруг испортились? Словно старый кошмар ожил, словно Сону решил наказать его самым жестоким образом, поступая также, как Икхун… Изменившись в одно мгновение и оставив без объяснений.       Джей перебрал десятки возможных вариантов, где мог проштрафиться. Может он надоел со своей гиперопекой? Или Сону нашёл более интересных друзей?       Мог ли Джей случайно дать понять, как на самом деле относится к нему? Сону узнал, что его близкий друг влюбился, и разозлился? Но Джей ведь не собирался действовать в соответствии со своими чувствами. И он не мог просто взять и убить в себе любовь, это невозможно. Если это так, то разве они не могли поговорить, чтобы Джей объяснил всё правильно?       Он даже мельком заподозрил, что Сону приревновал. Помимо внезапного сближения с Джейком и Сонхуном единственный интерес, который он проявил, касался амулета Нин Ичжо. Эта мысль отдавала самонадеянностью и отчаянием, однако Джей устал гадать в чём же, чёрт возьми, причина. Как утопающий, он хватался за соломинки.       Но, на всякий случай, перед игрой Джей снял амулет. Пусть версия с ревностью имеет ничтожный шанс на существование, однако никакие подарки от одноклассниц не имеют значения, если Сону из-за них отказывается смотреть на него.       — А теперь, как паиньки, умылись, уткнулись в телефоны и легли спать. Я проверю, и пеняйте на себя, если я не обнаружу вас храпящими лицом к стенке — до Деселис будете бежать на двух ногах за автобусом, — тренер напоследок одарил молодых магов ласковым предупреждением, и они неохотно разошлись.       Джей решился ещё раз посмотреть на Сону и застыл, когда их взгляды пересеклись.       Женственные черты делали сосредоточенное выражение лица Сону мягче и одновременно острее. Невозможно объяснить словами, однако внешняя одухотворённая красота словно становилась на несколько оттенков мрачнее из-за неясных мыслей, что скрывались в его голове.       Джей невольно шагнул вперёд, привыкнув всегда находиться поблизости.       Сону вытащил телефон, не разрывая зрительного контакта. Он поднёс динамик к уху, как если бы слушал аудио, после чего сунул руку обратно в карман. Его губы слегка надулись: жест, до боли знакомый, по которому Джей определял, что Сону о чём-то задумался или обижен.       — Сону-хён, то есть Сону-нуна, — позвал внезапно Рики, и только тогда Чонсон очнулся. Помимо них в коридоре также находились Джейк с Сонхуном, а вдали Джэук и Юджин о чём-то переговаривались у окна. Они не были одни, это всего лишь силы притяжения Сону и жалкой жадности Джея стёрли присутствие других людей.       — Что?       — Дай свой номер, мне кажется, я единственный, у кого до сих пор его нет.       Джей поджал рот и отвернулся. Краткое внимание украдено, нет смысла задерживаться и выставлять себя большим дураком, чем он уже стал в глазах окружающих. А ведь Сону выбрал Рики в автобусе и даже спал на его плече, словно насмехаясь над клокочущей ревностью Джея. Он даже не знал, что способен так паршиво думать о невинном человеке, но расстояние давило в нём всё хорошее.       — Это называется особое отношение. Прими его и будь доволен, а теперь кыш с дороги, — голос Сону вдруг раздался ближе, и Джей остановился у двери в свой номер. Рукав куртки натянулся под тонкими пальчиками. — Хён.       Джей рефлекторно обернулся, снова взглянув на серьёзного Сону.       — Твоя рука должна хорошо зажить, ты же понимаешь? — вкрадчиво сказал он, не обращая внимания на брошенного Рики и Джейка с Сонхуном, что развесили уши неподалёку. — Так что заботься о себе. Надеюсь, ты в курсе, что любые физические нагрузки отразятся на переломе негативно? Любые. Сиди тихо до тех пор, пока мы не вернёмся в школу.       — Что? — выдавил Джей, не понимая ничего. — Тренер попросил тебя проследить за мной или что?       Выдержав паузу, Сону смотрит на него иначе. Ему вдруг стало беспокойно.       — Просто ложись спать, — и гораздо тише, но не менее твёрдо: — Заботься о себе. А я позабочусь об остальном.       И, не давая расспросить себя, Сону отпускает рукав и быстрым шагом направляется в свою комнату.        ***       — Ты уверен, что пойдёшь один? — в десятый раз взволнованно спрашивает Гаыль.       Сону поправляет корсет, жестом попросив ослабить шнуровку. Ладно, к давлению в талии он был готов — довелось как-то примерять женское белье и прочие сексуальные вещички, но грудь неприятным образом расплющило о рёбра. Честно, это не те потери, которые ему бы хотелось понести. Мало ли что произойдёт, если он превратится обратно в парня при недостающей части тела (именно по этой причине отрезать длинные волосы, как бы они не мешали, тоже не вариант).       — Да, не переживай, — отдышавшись, прошипел Сону. — Спасибо, Юджин.       — Тебе стоит нарядиться как-то и для Джейка. Большое упущение с его стороны, что он не видит тебя сейчас.       — Что?..       Юджин внезапно просунула палец под корсет и ловко поправила его грудь. Сону прервался на полуслове, забыв все возмущения, какие крутились в голове, и ошарашенно округлил глаза.       — Время поджимает! — подогнала их Гаыль. — Ты так опоздаешь, и смысла во всём этом маскараде нет!       Она была права.       Перед ужином Сону нашёл чат с Джесси: та сначала спрашивала придёт ли кто на её праздник, а после уточняла, как там себя чувствует номер девяносто девять. Ни на одно из сообщений он не ответил своевременно, да и не планировал разводить политесы с человеком, который исчезнет из его жизни спустя пару дней. Однако обстоятельства сложились так, что ему придётся пройти по мосту «дружбы» прямиком в змеиное логово.       Лишь полный идиот в самом деле поверит в благие намерения Джесси. Те чирлидерши против Сону ничего не имеют, это ясно по манере поведения — его отвели в пустой класс, как будто просто выполняли чей-то приказ. Будь у них какие-то личные счёты, то простым конвоем дело бы не ограничилось. Связь между чирлидершами, Джесси, Икхуном и его дружком-пуделем очевидная.       Значит, с высокой точностью Икхун появится на дне рождения Джесси.       В ту секунду, когда мозг распознал образ пропахавшего землю Джея, Сону принял решение и каждое действие направлял на получение нынешнего расклада дел. Тренер, разумеется, не собирался торчать в коридоре, но принял к сведению мысль, что Джей способен сбежать в погоне за местью. Потому совершал все эти проверки, а во время последней Сону намеренно столкнулся с ним и сделал вид, что тоже следил за Джеем.       Юджин же с миру по нитке собрала приличную одежду: Джесси установила дресс-код на свой праздник, и Сону пришлось натянуть корсет и узкие брюки-клёш, так плотно облегающие задницу, что он страшился наклоняться.       Следующая часть побега из Шоушенка легла на плечи Гаыль.       — Я уже летала несколько раз с Дживон и Рэй, — убеждала она его, подводя ближе к открытому окну. — Я обниму тебя за талию, а ты меня за плечи. Только держись крепко и не смотри вниз, если боишься высоты. Тут в целом недалеко, так что волноваться не о чём, я быстро доставлю нас на землю. Готова? То есть готов?       Несмотря на убеждение в голосе Гаыль колебалась. Поэтому Сону оттолкнулся за них обоих, увлекая испуганно пискнувшую девушку в падение. Они затормозили на уровне первого этажа и плавно приземлились на асфальт.       — Спасибо за помощь, — перебивая возмущения, тихо попрощался Сону. — Вернись в комнату да ложись спать. Назад я сам как-нибудь попаду.       — Стой, Сону, всё-таки я думаю, это плохая…       — Иди.       Он кивнул Гаыль, и та неуверенно взмыла в воздух, к Юджин, следившей из окна. Обе проследили за полным исчезновением женского силуэта в ночной темноте.       Скрывшись с поля зрения девушек, Сону вытащил телефон и проложил маршрут от текущего местоположения до адреса, отправленного Джесси. Дневные заботы полностью улеглись, сменившись тотальным спокойствием. Поэтому он лишь выгнул бровь, когда за спиной раздались шаги.       — Я так и знал, что ты что-то надумал.       Сону перевёл взгляд с хмурого Джейка на Сонхуна, у которого на лице отпечаталась разве что красота. Никаких эмоций полуоборотень не выдавал, а потому его истинное отношение к встрече за пределами отеля непонятно. Но вряд ли он сердился.       — Тренер не видел, как вы вышли? — Сону вызвал такси в приложении и сунул телефон в карман куртки. Холодный воздух пробрался через воротник, пуская мурашки по голой шее.       — Мы спустились по водосточной трубе, — поморщился Джеюн, покосившись на молчащего друга. — И что у тебя за роль сейчас? Собираешься натянуть плащ Бэтмена и наказать плохих парней?       — Всё верно, и начну прямо сейчас. С тебя, если не заткнёшься.       — Я поеду с тобой, — прежде чем Джейк вспыхнул, твёрдо сказал Сонхун. Незаметно он приблизился на расстояние шага, возвышаясь как чёртова башня.       Если они ожидали, что Сону будет спорить, то зря. Сону лично никого за собой не тянул, однако раз уж кто-то пожелал впрячься в одну упряжку, то почему он должен отказываться. Неопределённо усмехнувшись, он пожал плечами.       — Не могу поверить, — пробормотал Джейк, скрытый широкой фигурой Сонхуна. — Надеюсь, хотя бы Джей действительно сидит смирно и не планирует матч-реванш. Что ты хочешь сделать?       Продолжая улыбаться, Сону откинул прядь распущенных волос.       — Чем ещё занимаются люди на вечеринках? Повеселиться.       Такси приехало через пять минут, в течение которых довелось не раз услышать ворчливый голос Джейка. В конце концов, он заткнулся, когда троица уселась в салон, но эманации раздражения витали в воздухе подобно частицам воды после дождя.       Место, где Джесси справляла день рождения, располагалось в отдалённом элитном районе. Судя по ухоженным шикарным особнякам по обе стороны улицы, она определённо не скупилась. Либо сама из богатой семьи, либо дружба с Чон Икхуном давала привилегии. Хотя вероятнее оба варианта: школа-то не из простых, стоимость обучения выше чем в обычных раза в три.       Сону вытащил красную помаду. Неважно, чем завершится сегодняшний вечер, он предпочитал выглядеть на все сто.       Их оставили у ворот большого двухэтажного дома, построенного в современном стиле. Запах денег исходил ото всюду. Компания ребят курила у входа, с любопытством пропустив троицу во двор. Сону шёл с высоко поднятой головой, не обращая внимания на тихий присвист вслед.       — Он здесь? — напряжённо спросил Джейк, поравнявшись. Его взгляд переместился с особняка на Сону и застыл.       — Улыбайся, милый, — непринуждённо ответил Сону и просунул руку под его локоть. — Мы пришли поздравить именинницу, почему же ты кажешься недовольным?       Второй рукой он вытащил телефон и протянул Сонхуну.       — Сохрани для меня в целости и сохранности.       Больше ничего не сказав, Сону повёл их внутрь. Дверь дома поддалась с первой попытки — гости постоянно сновали туда-сюда, загораживая проход, но никто не жаловался. Джейк постарался придать лицу более приветливое выражение, с чем справился просто ужасно, однако Сону не стал комментировать. В отличие от тех же Чонвона и Хисына, способных затолкать истинные чувства и заключить мирный союз с врагом, остальные цели захвата не отличались подобным умением. Прямота и несгибаемость тоже, в какой-то мере, достоинство.       В коридоре творилось безумие. Нагромождение обуви и громкий шум голосов создавали впечатление, что Джесси пригласила всю школу и половину соседней. Сону даже слышал парочку фраз на английском и смеси португальского с испанским.       Огромная гостиная занимала большую часть первого этажа. Дальше по коридору угадывались столовой, кухня и несколько закрытых помещений, которые особо не интересовали Сону. Главное действие происходило в центре дома, куда они вышли под аккомпанемент взорвавшегося конфетти и ликующих возгласов.       Десяток подростков стояли, сидели, некоторые полулежали на всех свободных поверхностях. Их приход сперва остался незамеченным, так как Джесси стояла в центре и задувала свечи на гигантском торте, а чирлидерши подбадривали её весёлыми поздравлениями.       — Happy birthday! — заорали совсем рядом с Сону, остановившегося, чтобы оценить обстановку.       Куда ни глянь, везде похожие лица с азиатскими чертами лица. Среди них сложно сразу найти нужного человека, но Сону никуда не торопился. Вся ночь впереди, и совсем необязательно пропускать аперитив, чтобы приступить к главному блюду. Его губы прорезала слабая улыбка.       — Чёрт, как же тут шумно, — пожаловался Джейк. Его предплечье напряглось, что немного отвлекло Сону.       — Пак Сонхун, — тихо позвал он, краем глаза обнаружив подошедшего к перилам второго этажа парня. — Создай видимость, что тебя здесь нет. Когда наступит нужное время, я хочу, чтобы ты заснял происходящее на камеру.       Красивое лицо дрогнуло. Или то были тени, возникшие, когда основной свет выключили, оставляя настенные лампы единственными источниками освещения.       — Когда наступит момент?       — Да, — Сону мягко выпутался из чужой хватки и стянул с себя куртку. — Когда наступит подходящий момент для компромата.       Видимо, для вечеринки гостиную специально освободили от мебели, сдвинув диваны, столы, прочие декорации к стенам. Поэтому разгорячённой толпе было где развернуться, когда приглушённая музыка на фоне стала звучать громче.       Сону расправил голые плечи.       — С днем рождения, — преувеличенно жизнерадостно поздравил Сону, подойдя к Джесси сзади. Девушка вздрогнула и резко развернулась. Её макияж выгодно подчёркивал чужеземные черты, делая похожей на охотницу с боевым раскрасом.       — Ким Сону?       Приглашая его на свой праздник, Джесси показывала яркую уверенность, но сейчас от неё остались жалкие крупицы. Она застыла с бокалом пузырящегося шампанского, удивлённая и настороженная, взглядом оценивая его облик сверху вниз.       — Я, — наслаждаясь произведённым эффектом, практически промурлыкал Сону и интимно нагнулся для шёпота прямо в ухо: — Собственной персоной. Você conseguiu o que queria, certo?       Глаза Джесси расширились, когда суть сказанного дошла до неё. Сону отпрянул и оглянулся.       — Милый домик. Спасибо, что позвала, мне как раз нужно было развеяться. Угостишь меня?       — O quê? Ах… Да-да, конечно. Espere, você fala português?       — Так ли это важно в сравнении с тем, как ты потрясающе выглядишь сегодня? Похоже, ты действительно ждала этот день с нетерпением.       С каждой фразой настроение Джесси колебалось в пределах от взволнованного до неловкого. Возможно, она не причастна к планам Чон Икхуна, но нельзя утверждать точно. Совпадения не то, во что верит Сону.       — Ты права, — постаралась улыбнуться Джесси. — Я… рада, что ты здесь. Чувствуй себя как дома.       О, он определённо собирается в полной мере насладиться вечером. Чувствовать себя как дома? В доме есть лишь один хозяин, и Сону хочет посмотреть на него.       А пока можно чуть-чуть позволить себе лишнего.       Получив два бокала шампанского, он поворачивается к Джейку, который всё это время ходил следом как привязанный щенок. От него не укрылся пристальный взгляд, что даже мило.       — Джесси, познакомься с моим парнем, — небрежно представил его Сону, протягивая второй бокал и подмигнув Джейку. — Он увязался за мной в последний момент, надеюсь, ты не против +1?       К имениннице подошла девушка, смутно знакомая. Вчетвером у них завязался лёгкий разговор ни о чём, пока Сону медленно осматривал гостиную. Сонхуну удалось скрыться с поля зрения, но в нём сомнений никаких не было изначально, иначе он бы не поручил полуоборотню такую миссию.       Чон Икхун стоял на втором этаже, глядя чётко на него.       Сквозь гремящую музыку сложно расслышать собеседника, поэтому Сону лишь делал вид, что участвует в разговоре. Джесси же вернула часть прежней уверенности и заметно успокоилась, прекратив постоянно оглядываться то на него, то на Икхуна.       — Пей, — рассеянно предложил Сону, обнимая Джейка за плечо. — Пьяный человек склонен совершать ошибки, верно? Так давай дадим им возможность сыграть свою роль.       Джейк посмотрел на него. Его язык скользнул по нижней губе, оставляя влажный след. Огонь и вода постоянно сопровождали их с момента знакомства: бассейн, в который толкнули Сону, дождь на стадионе, живая картина с бушующим морем под грозой, узкая кабина, в которой было жарко, несмотря на холодный душ.       Не разрывая зрительный контакт, Джеюн выпил игристый алкоголь до дна. Кадык чётко выделялся при каждом глотке, и Сону захотелось провести по нему рукой.       Парень, задающий сегодня ритм, переключил песню, и каждый сантиметр кожи Сону загорелся узнаванием. Ему нравилось танцевать, Икхуну нравилось наблюдать за жертвой, пока та не расслабится. Почему бы не совместить?       — Почему же именинница стоит в углу, когда должна веселиться? — повысил голос Сону, хватая Джесси за запястье и потянув за собой. Девушка поспешно поставила бокал на комод.        Они ворвались в центр танцующей толпы, мгновенно подхватывая пьяное и слегка безумное настроение.       Одного бокала шампанского недостаточно, чтобы Сону почувствовал желание совершать глупости. Но хватило, чтобы прижать Джесси к себе и танцевать. В ушах зазвенело от громкой музыки, сердце застучало быстрее, пока Сону двигался в такт; под кожаным корсетом кожа горела от концентрации тел на импровизированном танцполе, длинные волосы прилипли к взмокшей шее, а на плечах выступили капельки холодного пота.       Джесси обняла его за талию, словно совершенно позабыв про Икхуна. Её раскосые тёмные глаза следили за сменой выражений на его лице, в итоге остановившись на губах, подчёркнутых красной помадой.       Сону позволил ей подойти ближе, изогнувшись в спине как кошка.       — Você é muito bonita, — выдохнула Джесси.       Ощутив на талии другую пару рук, Сону откинулся на твёрдую грудь и провёл ладонью по щеке склонившегося Джейка. Кажется, перед выходом тот принял душ: вместо духов от него пахло освежающим гелем для душа, что нравилось Сону даже больше.       — Obrigado, eu sei.       Джесси с недовольным видом отошла на шаг, когда Джейк решительно развернул Сону лицом к себе и переместил чуть в сторону. Из-за смены положения они оказались в крошечном закутке между дёргающимися школьниками. Но зато так Сону смог увидеть, как Икхун задумчиво пьёт из гранёного стакана. Рядом с ним оказался знакомый парень, днём носивший форму под номером двенадцать, и что-то пытался сказать.       Сону вытянул руки и положил на плечи Джейка.       Под прицелом других глаз он ощущал себя иначе. Если Джесси напоминала тёмную ночь с россыпью мелких звёзд на далёком небе, то Джейк всегда был пламенем. Будучи так близко, сложно не обжечься до обугленных костей. Но Сону никогда не боялся огня.       Успевая поймать выдох, он приподнялся на цыпочки и накрыл полный рот своими губами. Хватка на его талии моментально усилилась, словно Джейк хотел проникнуть пальцами под кожу, запечатлеть себя в нём глубоко и надолго.       Прошла долгая секунда, прежде чем Джейк скользнул ладонью по его спине, обнимая плотнее и крепче. Поцелуй из показательного и поверхностного превратился в жадный, всепоглощающий. Сону давно не целовался так грубо и яростно, в его голове быстро установился полный хаос. Железная пряжка ремня вдавилась в мягкий живот, чужая нога вклинилась между его бёдрами, пока Сону позволял грабить свой рот, не в силах противостоять силе желания Джейка.       Под давлением он прогнулся в спине, не упав лишь благодаря крепкой хватке. Казалось, вдохнуть сейчас проблематичнее чем оторваться от горячих губ. Поцелуй Джейка отличался от тех, что Сону разделил с Джеем, нежным и осторожным, Хисыном, которым двигало отчаяние, или Сонхуном, едва соображавшем, что вообще делает.       Чей-то острый локоть задел плечо Сону, и он очнулся.       Пришлось толкнуть несколько раз, чтобы Джейк отстранился, дыша тяжело и рвано. Его взгляд прожигал насквозь, заставляя Сону ощутить себя стоящим в центре костра, как ведьма, приговорённая инквизитором к смерти.       Красная помада выделялась отчётливым пятном на лице Джейка: вся область вокруг губ пылала болезненным алым. Сону вдохнул спасительный кислород и осторожно разорвал цепкие объятия.       — Я в туалет, — сообщил он срывающимся голосом. Как бы он не пытался восстановить дыхание, ему не удавалось. — Побудь здесь, жди меня.       Оставив Джейка, по виду только-только осознавшего, что произошло, Сону с трудом пробрался через толпу танцующих. Незнакомая девушка подсказала, где находятся уборные, и он направился прямиком в ту, что на втором этаже.       Лишь оказавшись перед зеркалом, в уединении и относительной тишине, Сону в панике прижал ладони к лицу и беззвучно закричал. Он не собирался предаваться страстному поцелую с целью захвата! Он просто хотел показать Икхуну, что находится здесь ради веселья, полностью наплевав на Джея!       Какого вообще чёрта?       Хотя чего он ожидал, целуя Джейка, который так очевидно дал понять о своих чувствах? Что он застынет как статуя, действуя согласно мысленному сценарию?       Ругаясь про себя, Сону еле как оттёр размазавшуюся помаду, помыл руки и с более спокойным состоянием духа открыл дверь.       — И мы снова встретились, милашка.       Чон Икхун ждал его в коридоре, расслабленно прислонившись к стене. С ухмылкой оглядев Сону с головы до ног, он показательно присвистнул и поднял большой палец. Словно его оценивание хоть кому-то здесь нужно.       По крайней мере, один человек поступил предсказуемо.       — Видел трансляцию матча, — небрежно продолжил Икхун, сунув обе руки в карманы штанов. — Наш дорогой Джей упал довольно жёстко. Как он там? Или ты не знаешь, потому что была занята флиртом со своим маленьким парнем?       — Тебя забыла спросить, — высокомерно процедил Сону и поднял к верху нос, пытаясь пройти мимо. Плавным движением Икхун перегородил проход с нахальной усмешкой. Таковую хочется стереть прицельным ударом. — Пропусти. Меня ждут.       — Подождут. Сначала давай-ка поговорим, вспомним о былом.       — О чём вспомним? — насмешливо прыснул Сону и смерил парня презрительным взглядом. — Я едва помню кто ты такой, а ты хочешь поболтать? Не думаю, что найду подходящие слова.       — Ничего страшного, я напомню, — уголки губ Икхуна слегка опустились в недовольстве, но ненадолго.       — А ты не умеешь принимать отказ, да? Неужели жизнь не научила, что не всегда всё идёт так, как ты хочешь?       — Я хотя бы знаю, что такое верность, — мрачным тоном сообщил Икхун и резко дёрнул Сону за локоть здоровой рукой. — Джей до сих пор таскается за тобой, несмотря на то, что ты предпочла другого парня? Какой же жалкий наш общий друг. Ну ничего, я научу тебя, как правильно относится к людям.       Не слушая более возражений, Икхун потащил его в противоположную от лестницы сторону, где в конце коридора зиял открытый дверной проём. Как бы не упирался Сону, ему не удалось сбросить чужую хватку. Он обернулся назад и вздохнул, встречаясь взглядом с Сонхуном.       Покачав головой, Сону убедился, что Сонхун остановился. Ярость буквально исходила от высокой фигуры, наполовину скрытой в тенях, однако дальше тот не сдвинулся. Рано для вступления героя, он понадобится позже и для иной роли.       — Отпусти меня! — закричал Сону, когда его грубо втолкнули в комнату. Споткнувшись на пороге, он кулем упал на пол и застонал от боли в отбитых коленях. Икхун прикрыл дверь и вытащил из кармана зажигалку.       — Чёрт, вот же сука, — прошипел он, осматривая расцарапанную руку.       — Что тебе от меня нужно?! Ты псих что ли?       Сону отполз к стене, получая возможность осмотреться: комната явно принадлежала парню, скорее всего самому Икхуну. Широкая двуспальная кровать стояла в центре, по обе стороны стеклянные тумбы с мелочёвкой на них, вдоль стены у окна большой шкаф с зеркалом, напротив вешалка и компьютерный стол. Всё чисто и аккуратно.       — Ты глухая или специально притворяешься? Я же сказал, что мы поболтаем… может и больше, смотря на твоё поведение.       — Нам не о чём говорить, — сжимая ткань брюк, отбил Сону и замолчал, едва Икхун резко наклонился. Сунув в рот тонкую сигарету, он покрутил зажигалку перед его носом и несколько раз зажёг огонь. Затем просто выбросил её за спину.       — Знаешь, я почему-то сомневаюсь в своей памяти, а я не люблю, когда мои ожидания не оправдываются. Ты же была пацаном, так почему сейчас у тебя сиськи буквально вываливаются?       Вспыхнув от раздражения, Сону резко ударил Икхуна по лицу.       Фу, что за мерзкий ублюдок? Как он смеет пялиться на его грудь?!       Сигарета выпала на пол. Икхун повёл челюстью, смотря вниз, чёлка скрыла выражение его глаз, однако жилка на виске вздулась от гнева. Издав звук, похожий на смешок отдалённо, он медленно развернулся и посмотрел на Сону.       — Так как ты девушка, я хотел обойтись парой слов, но ты не даёшь мне шанса, — тихо прошипел Икхун и схватил Сону за запястье, дёргая наверх. Он заставил его с криком встать, после чего хлёстко отвесил звонкую пощёчину. — Сука. Как же ты меня раздражала ещё в детстве. Я знал, что общение с тобой не доведёт Джея до хорошего, и убедился сегодня.       Сону повело от силы удара, боль пришла резко, хоть и ожидаемо. Из открытого рта вырвалась нить слюны, смешанная с кровью, которую он стёр с запозданием, и от прикосновения жгучие искры охватили щеку и губы.       — Как же я ненавижу тебя. Что ты нашептала Джею тогда, что он убегал от меня с видом, будто я убил его бабушку? Отвечай!       С пронзительным криком Сону вцепился в руку, что схватила его за волосы.       — Отпусти меня!       Икхун швырнул его как тряпичную игрушку, действуя с удивительной ловкостью для человека, у которого одна рука болталась на перевязи в гипсе. Сону ударился о край кровати и конец фразы оборвался, сменяясь стоном.       — Я ничего не говорила ему, — вполголоса пробормотал он, с трудом поднимаясь на дрожащих ногах. Он съёжился, когда Икхун начал приближаться. — Ничего не делала!       Гримаса злости исказила смуглое лицо, словно тот до этого момента сдерживал негативные эмоции и лишь сейчас дал им волю. Краем глаза Сону заметил в узком дверном проёме телефон, который держала бледная рука. Самого Сонхуна не было видно.       — Зачем ты это делаешь со мной?! — завизжал Сону, зажмурившись до появления цветных пятен. Слёзы покатились по щекам. — Что я тебе сделала такого, помимо того что помогла Джею, когда ты унижал его?! Ты так ненавидишь меня, обвиняя в какой-то чуши! Ты вырос, но совершенно не изменился!       — Что ты сказала? — яростно проревел Икхун и с размаху отвесил вторую пощёчину. Она была сильнее предыдущей, так что Сону на несколько секунд перестал слышать, что ему говорят, упав на кровать с жалобным плачем. — Сука, да я терпеть тебя не могу! Из-за тебя Джей сошёл с ума! Мне пришлось заплатить кучу денег, чтобы отмазать его, а ты заворожила его, и вместо благодарности я получил обвинения!       Словно окончательно выйдя из себя, Икхун пнул его по ногам, после чего залез сверху и принялся душить. Сону задохнулся кровавой кашей во рту, яростно отбиваясь, однако сила взрослого парня не шла ни в какое сравнение с хрупкой девушкой, что не увлекалась спортом. Он просто хрипел и безрезультатно пытался сбросить с себя тяжёлый вес.       «Хватит! Отпусти меня! Достаточно на этом!»       Однако Икхун даже не вздрогнул. Силуэт разозлённого до чёртиков парня медленно расплывался перед глазами, Сону чувствовал, что находится недалеко до потери сознания, а гипноз никак не срабатывал.       Он в панике зашарил руками по кровати, не находя ничего, чем можно было бы оттолкнуть Икхуна. Лёгкие горели от нехватки кислорода, и Сону понял, что с него действительно хватит.       Вытянув два пальца, он собирался ткнуть ими в злобные глаза Икхуна, когда кто-то практически смёл его с кровати. Спасительный воздух хлынул в нос и рот, Сону громко закашлялся, давясь слюнями и цепляясь пальцами в покрывало. Звуки борьбы на фоне перемежались с грохотом чего-то ломающегося, однако ослабевший организм не давал ему повернуться.       — Сону! — голос Сонхуна ворвался в плотный кокон. — Сону, приди в себя!       Полуоборотень помог ему присесть и оглянуться, чтобы увидеть, как Джей методично избивает Икхуна, прижав того к полу в том же положении, в каком он сам был недавно. С этого ракурса неясно, какое лицо было у Джея, но в движениях присутствовала невероятная ярость.       — Ах ты ублюдок! — расхохотался внезапно Икхун. — Явился всё-таки! Что, опять пришёл на зов своей милашки?! Ублюдок!       — Я убью тебя! — голос Джея взметнулся к потолку, наполненный острым как нож гневом.       Сону уронил голову на заботливо подставленное плечо Сонхуна, безразлично наблюдая за сценой. Он не боялся, что Джей действительно убьёт Икхуна. Неясно в какой момент, но кто-то подлил ему антимагическое зелье, а значит сейчас тот был по силе равен обычному человеку. Привыкнув к огромному физическому превосходству, Джей не занимался единоборствами, а значит не знал даже, как правильно бить, дабы сделать больнее. Он просто выплескивал злость. Пока Икхуна не душат и не бьют головой об стены, всё в порядке.       — Давай я отнесу тебя вниз, — сказал Сонхун над ухом, бережно обнимая его. — Тебе нужно в больницу. Я… я думал, что ты сможешь…       Оборвав себя на полуслове, он закусил губу.       — Да, я тоже так думал, — задумчиво пробормотал Сону.       — Я должен был вмешаться раньше, прости.       — Потом.       Сейчас не время и не место, Сонхуну придётся пока затолкать подальше неуместную вину. Потом Сону поговорит с ним. Он сам попросил не вмешиваться и просто заснять всё на видео, так что полуоборотню не нужно так переживать.       Джейк ворвался вместе с номером двенадцать, застывая посреди комнаты. Его безумный взгляд метался между безвольно лежащим Сону в руках Сонхуна и Джеем, прекратившем бить и теперь просто трясущим Икхуна в попытке выбить ответы.       Пудель верно оценил обстановку и всё пытался сбежать, но Джейк держал его за воротник. Видимо, его поймали и заставили указать дорогу, притащив сюда против воли. Завозившись, он стал ещё больше напоминать щенка, попавшего в лапы крупного собрата.       — Закрой дверь, — просипел Сону, но его услышали. Неважно, как громко играет музыка, кто-то может пройти мимо.       — Почему ты просто не можешь оставить нас в покое?! Зачем ты полез к Сону?! Прошло десять лет, прекрати уже портить нам жизнь!       — Портить тебе жизнь?!       Потирая шею, Сону думал обо всех странностях. Непонятно когда Джею подсунули наркотик, лишающий сил, может прямо перед игрой, и тот списал головокружение и прочие неприятные эффекты на мандраж. А может в больнице, что довольно пугающе, но от Икхуна можно ожидать многого. Однако его магия тоже не подействовала, а Сону совершенно точно ничего похожего на зелье не пил.       Вывод один, и он не нравился ему совершенно.       — Джей, успокойся! — пока Джейк пытался остановить друга, Сону поднялся с помощью Сонхуна. — Да прекрати ты, он так умрёт! Не сходи с ума, придурок!       — Отвали!       — Правильно, — хохотал Икхун, чьё лицо напоминало распотрошенный мешок для битья. — Слушай своего нового дружбана, который увёл у тебя девушку. Продолжай быть лохом, каким всегда был! Жаль, ты не пришёл раньше, увидел бы, как твоя любимая Сону сосалась с ним перед всеми!       — Ах ты сукин!..       Джейк мигом отпустил пуделя и бросился на Икхуна.       Ситуация превратилась в полный балаган. Появление Джея не сильно удивляло, и собственное избиение Сону также предугадал, точнее намеренно сыграл на нервах оппонента, дабы заполучить компромат. Сонхун явно был в ужасе от вынужденного бездействия, его руки отказывались отпускать Сону, словно боясь, что он разобьётся вдребезги. Вероятно любой нормальный человек бы так отреагировал, но Сону привык использовать все карты, в том числе и самого себя.       Сону размышлял о феномене антимагов. Каким образом люди получали эту способность? И является ли антимагия способностью? Чтобы понять это, нужно глубоко разобраться в механизме действия: антимаг блокирует чужую магию или она на него вообще не действует? Есть разница, ведь в первом случае антимаги на самом деле такие же одарённые, как и все ученики Деселис, просто их способность такова. Во втором случае, их нельзя отнести к магам, они скорее образуют собой новый подвид человека.       Жаль, времени было в обрез, и результаты исследования профессора Чхве и Кевина Ли ему неизвестны.       — Подойди, — тихо обронил Сону.       Испуганный взгляд парня-пуделя стал менее осмысленным. Поднявшись с пола, куда упал от толчка Джейка, он подошёл к сидящим на кровати и замер как оловянный солдатик. Сону почувствовал, как ладонь Сонхуна накрыла его руки и переплёл с ним пальцы в успокаивающем жесте.       — Расскажи мне, почему ты поставил Джею подножку?       — Икхун сказал сделать это, — чёткий ответ прозвучал посреди возникшей паузы между дерущимися, и те разом обернулись. — Вчера Икхун написал мне прийти к нему, потом рассказал, что я должен напасть на Пак Джея во время второго тайма. Я не хотел это делать, но боялся отказываться.       Сону приподнял бровь, замечая, что Икхун нахмурился. Вместо удивления он разозлился… Что ж, очередное подтверждение. Икхун действительно знал, что они маги, вот почему заморочился, избавляясь от Сону на поле.       — Вот придурок, — пробормотал Джеюн, стискивая надорванный воротник рубашки Икхуна. — Какого чёрта ты хочешь от Джея?       Нагло усмехнувшись окровавленным ртом, парень ничего не ответил. Лишь смотрел с видом человека, наблюдающего за интересным развитием театрального представления.       — Ты подлил что-то Джею?       — Нет.       После уверенного ответа Икхун задрожал от смеха. Раскаянием от него и не пахло, он радовался, и даже избиение не изменило жестокого удовлетворения от содеянного. Когда Джейк, наплевав на конспирацию после демонстрации Сону, зажёг огненный шар над ладонью, назойливый звук чужого веселья усилился.       — Умница, — восхищённо цокнул языком Икхун. — Правильно догадалась. Но больше ничего забавного ты не узнаешь. Думаешь, я сливаю информацию каждому встречному? Хан лишь выполнял мои указания, на этом всё.       — А это мы сейчас проверим, — угрожающе надвинулся Джеюн, и пламенный шар повис перед изрядно потрёпанным лицом парня.       — Хан, — мягко позвал Сону, склонив голову к плечу в задумчивости. — Открой дверь.       Напуганный гипнозом и огнём, номер двенадцать бросился выполнять приказ, произнесённый без капли магии. Встав с кровати, Сону вытащил из кармана Сонхуна свой телефон и воспроизвёл последнее сохранённое видео. Его собственные мольбы отпустить, хрипы, обвинения грубым мужским голосом заполнили комнату.       — Ты должно быть чувствуешь, что можешь натворить дел и остаться безнаказанным. Что ж, полагаю, я тоже могу рассчитывать, что сегодняшний «разговор» останется только между нами, девочками. Иначе это видео попадёт куда надо, и, поверь, Комиссия по надзору за одарёнными прекрасно умеет отличать фальсификацию, — Сону сменил тон на плаксивый, из правого глаза потекла одинокая слеза. Улыбка Икхуна медленно сползла. — Чем я это заслужила?! Я просто хотела спросить, почему он так жесток с моим другом, а он напал на меня! Он даже задушил меня! — затем он вернулся к полному равнодушию: — С учётом твоей особенности разве ты сможешь убежать от правосудия? Сомневаюсь. Предлагаю тщательно взвесить стоит ли игра свеч.       Джей стиснул челюсть, воспалёнными глазами впившись в экран.       — Я убью тебя, — теперь это звучало как обещание, а не слова, сказанные в запале.        — Сейчас ты по силе равен обычному человеку, - Сону вернул его внимание к себе. — Но это не значит, что ты можешь потерять голову. Знай меру. Есть черта, через которую не стоит переступать.       Безразлично отвернувшись от троицы на полу, Сону направился на выход. Его слабо волновала участь Икхуна, это право Джея решать, что с ним делать. Однако, не хотелось, чтобы Джей переборщил и взял грех на душу. На этом его работа завершилась.              ***       Хисын переставил ладью, забрав чёрного коня с середины доски. Прошло пятнадцать минут с начала партии, и за это время никто ничего не сказал. В пустом шахматном клубе двое молодых парней, сидящих напротив друг друга, молча двигали фигурки, нарушая тишину тихим стуком.       Прошло всего двое суток с отъезда Ким Сону. Его отсутствие не должно было ощущаться, однако отчего-то Хисыну казалось, что Деселис опустел. Раньше хотя бы раз за день удавалось разглядеть вдали отдаляющийся знакомый силуэт, теперь же, даже постаравшись, он не найдёт Сону.       Так странно ощущать себя одиноким, как будто знания, что Сону где-то неподалёку, было достаточно для душевного равновесия.       — Шах, — молвил Чонвон и откинулся на спинку стула, отворачиваясь к окну. Ночь вступила в свои права, поэтому вид не располагал к созерцанию: парочка фонарей выделялась небольшими пятнами света, а большая часть затерялась в темноте.       Белая фигурка короля сдвинулась вбок словно сама по себе. Хисын перевёл взгляд на Чонвона, продолжая сидеть со сложенными на бёдрах руками.       — Ты крутишь это кольцо весь вечер.       Чонвон молча посмотрел на правую руку, в которой держал маленькое серебряное кольцо с багровым камнем.       — Разве это не семейная реликвия? — продолжил Хисын, помня о рассказанной когда-то истории знакомства родителей Чонвона. — Ты говорил, что камень стал чёрным, когда твоя мать надела его. Что символизирует смена цвета?       — И правда, — рассеянно пробормотал Чонвон, выглядевший как человек, который не спит нормально неделю. — По крайней мере, камень не почернел. Хоть это радует.       В ожидании Хисын приподнял бровь. Вместо немедленного объяснения президент снял с доски шахматную королеву и внимательно осмотрел её.       — Чёрный цвет означает, что любовь к носителю кольца столь велика, что граничит с одержимостью. Мой отец псих, моя мать удобная жертва, — спокойно произнёс Чонвон, будто речь шла не о его родителях. — Белый же, как противоположность, соответствует безразличию. Поэтому я попросил Суха примерить кольцо. Чем краснее оттенок, тем глубже твои чувства.       — Если ты равнодушен к Суха, что в принципе ожидаемо, то кто же надел кольцо после неё?       Чонвон поставил королеву напротив его короля и водрузил сверху колечко. Багряный блеск привлёк внимание Хисына, завораживая таившейся в сердцевине тьмой. Внезапно его посетило неясное предчувствие, и он поднял голову, встречаясь с прямым взглядом Чонвона.       — А как ты считаешь?       Хисын не стал отвечать. До конца партии они играли молча.