Обязанности главной героини

      Сону прислонился к перилам, оглядывая шумную толпу на первом этаже. Похоже, небольшая драка в дальней комнате наверху не привлекла нежелательного внимания. Даже Джесси, хоть и озиралась каждую минуту, продолжала вести себя так, будто ничего не произошло: её, как именинницу, удерживали то один, то второй. Не то чтобы её вмешательство хоть на что-то повлияет.       Громкая музыка давила на уши, веселье здесь слишком сильно контрастировало с эмоциональной мрачной атмосферой второго этажа.       Мужская ладонь легла на его поясницу, не давя, но поддерживая. Сону поднял голову, встречаясь взглядом со стоическим выражением лица Сонхуна, который, как банный лист, прилип к нему.       Время близилось к часу ночи, желательно разобраться с оставшимися делами поскорее и вернуться в отель. Сону не видел себя в зеркале, но примерно представлял, как ужасно выглядит — Икхун не сдерживался, действительно желая придушить его. Губы пекло от жёсткой пощёчины. Слизнув подсохшую корочку, Сону поморщился от привкуса крови.       — Ты же знаешь, тебе не обязательно страдать, — вполголоса сказал полуоборотень, большим пальцем поглаживая его спину. Случайное прикосновение к кусочку кожи между корсетом и брюками пустило слабые искры вдоль позвоночника. — Я могу помочь, только скажи, что надо сделать.       — Ты уже помог мне.       — И мне это не понравилось. Я предпочёл бы переломать тому ублюдку ноги, а не наблюдать со стороны и тем более не снимать на камеру, как он избивает тебя.       Сону еле слышно ахнул, когда руки Сонхуна решительно обхватили его и прижали к груди. Сбросив где-то куртку и оставшись в одной футболке, которая только подчёркивала мышцы, полуоборотень уткнулся носом в висок Сону.       Опустив взгляд вниз, он сглотнул: напряжённые предплечья с крупными венами идеально обвивали его талию. Превращение в девушку сделало её ещё тоньше, чего Сону не смог бы добиться никакими диетами просто из-за физиологии.       — Не пользуйся тем, что я не могу отказать тебе, — пробормотал Сонхун, шевеля дыханием его волосы. — У меня тоже есть чувства, и мне больно.       Сказано это было столь обезоруживающе, открыто и честно, словно перед ним обнажили душу, что Сону не смог оттолкнуть его. Зная о чужой привязанности, Сону намеренно поставил Сонхуна в такую ситуацию, где тот был вынужден стоять в стороне.       — Хорошо, — послушно согласился Сону. Здесь нет места пустому спору. — Прости, я… что с твоей рукой?       Когда дискошар осветил второй этаж, он вдруг заметил следы крови на пальцах Сонхуна и нахмурился.       — Ничего, — отмахнулся Сонхун. — Я случайно вырвал себе ноготь.       «Что? Случайно?..»       С опустевшей головой Сону взял его за запястье и поднёс повреждённую руку к лицу. При ближайшем рассмотрении ногтевое ложе большого пальца выглядело как кусок мяса, ноготь зверским образом выкрутили, оставив основание лунки. Лёгкая тошнота подступила к горлу, стоило Сону подумать при каких обстоятельствах Сонхун мог «случайно» сделать это.       Неужели сдерживаться было настолько тяжело, что он нанёс себе травму?       — Тебе нужно обработать рану, — совсем тихо сказал Сону и развернулся, продолжая легонько держать его за руку.       — Всё в порядке, не так уж и больно. Правда. Просто не рискуй собой или, по крайней мере, рискуй мной, — Сонхун погладил его по волосам и слабо улыбнулся. — Иначе я буду чувствовать себя виноватым, что не помог.       Идти на компромисс с кем-то для Сону не новинка, но ему редко приходилось уступать полностью. В этой ситуации было много других способов решить проблему, он выбрал самый быстрый и дерзкий, лишая Икхуна преимущества как хозяина дома, вечеринки, положения. Антимагия стала дополнительным неудобным фактором, о котором он догадался в больнице. Поэтому лишь выбив почву из-под его ног неожиданным поворотом событий, Сону получил бы возможность допросить его.       Приняв решение, Сону не слушал ничьё мнение. Глядя на Сонхуна, предпочитавшего нанести себе рану, но выполнить его просьбу, он впервые задумался, что не стоит бежать вперёд без оглядки на потери. Цель не всегда оправдывает средства.       — Смотри, не пожалей. Я довольно требовательный, — в итоге только и смог вымолвить Сону. Их близость согревала сердце, так что он позволил себе наслаждаться этим.       — Никогда.       Краем глаза Сону заметил, как оставшийся без присмотра Хан пытается сбежать. Прежде чем он успел что-то сказать, Сонхун оказался перед испустившим пугливый крик парнем и грубо схватил за шкирку. Словно переключатель сработал, и вместо заботливого нежного защитника появился хищник, швырнувший пойманную добычу на пол перед Сону.       — Неужели ты собирался покинуть нас? — слегка обиженно протянул Сону, но его действия не подходили словам — откинувшись на перила, он поставил ногу на плечо Хана. — Разве я отпускала тебя?       — Отвечай на заданный вопрос, — как помощник злодейки в плохом диснеевском мультфильме, Сонхун пнул парня под зад, и тот заскулил в страхе. Никакой жалости они к нему не испытывали, как бы то ни было, Хан стал причиной травмы Джея и весьма паскудно вёл себя при первой встрече.       — Н-нет! Я не хотел!.. Я… пожалуйста!       — Что это значит? — разочарованно протянул Сону, безразлично уставившись на свои ногти. — Я едва тебе что-то сказала, а ты рыдаешь, словно мы тебя тут пытаем. Может, вернуть тебя под крыло Икхуна, чтобы он показал, как на самом деле обращаются с таким дерьмом?       Разрывавшемуся между двумя не особо хорошими вариантами, Хану в итоге не дали сделать выбор. Сону оттолкнул его ногой, заставляя неловко завалиться назад. После чего вытянул указательный пальчик в сторону больших колонок внизу.       — Выруби их, мне надоел этот шум.       Сперва зависнув, Хан торопливо поспешил выполнить приказ, практически скатившись по лестнице как мешок картошки. Сону лениво следил за ним, даже не вздрогнув, когда Сонхун вплотную встал за его спиной.       — Надо приложить холод к твоей шее, — Сонхун осторожно убрал длинные волосы, перекинув их через одно плечо, и обвёл кончиками пальцев следы, оставшиеся после сумасшедшего сеанса удушения Икхуном. — Ты будешь в порядке, если я сбегаю за льдом?       Приподняв голову, Сону посмотрел в тёмные, пристально глядящие глаза полуоборотня и едва заметно кивнул. Пока Джей и Джейк разбирались с Икхуном, любезно затворив двери, они могли развлекаться, как того душа пожелает. А его душе не хватало зрелищ, поэтому, как только музыка резко оборвалась, Сону в предвкушении захлопал в ладоши.       Возмущённая толпа не сразу нашла источник громких шлепков. В полутьме сложно различить, кто именно стоит на втором этаже, но судя по изменившемуся лицу Джесси, та легко угадала его личность.       Ощущая, как конечности наполняются теплом, а голова словно опухает от количества применённой силы, Сону мысленно взял под контроль школьников. Он подозревал, что с детьми было бы ещё легче работать, так как чем младше человек, тем менее развита кора головного мозга. С оборотнями в особняке Пак ему было тяжелее справиться, они сопротивлялись внушению яростно.       Сонхун появился в момент, когда толпа внизу исполнила ряд простых действий. Сону широко раскрытыми глазами следил за ними, но никто не выбивался из безумного флешмоба.       Самый простой способ найти антимага — воздействовать на него магией, ведь благодаря своей особенности он даже не поймёт, что от него требуется, и выдаст себя бездействием.       Лёд, завёрнутый в мужскую спортивку, аккуратно приложили к его шее. Сону приподнял подбородок, позволяя полуоборотню зафиксировать компресс, от которого по коже распространился озноб. Почувствовав лёгкую дрожь, Сонхун обнял голые плечи рукой.       — Кажется, у нас есть улов, — взгляд Сону заострился, заприметив, как Джесси вдруг схватилась за голову. Она вырвалась из гипнотического тумана и упала на колени, тяжело дыша и задыхаясь. В целом, со стороны казалось, что в её тело вселился демон.       «Демон» постучал по деревянным перилам и начал спускаться по лестнице.       Повинуясь мысленному приказу, все гости разошлись в стороны и образовали неровный круг, в центре которого Джесси сражалась с невидимым врагом внутри её разума. Сону улыбнулся.       — Que beleza.       Шёпотки пронеслись по толпе, однако коллективный разум такая вещь, что пока один не проявит инициативу, никто ничего не сделает. В этом причина, почему в истории так много прецендентов свободной тирании правителей — угнетённые массы предпочитали прятать головы в песок, и их можно понять. Нет никакой гарантии, что смельчака, выступившего против, поддержат, а каждый человек в первую очередь печётся за собственную шкуру.       — Você é mágico. Como você pode ser um mágico?       — Что такого удивительного в этом? Неужели ты думала, что окажешься единственной и неповторимой? — Сону в задумчивости скрестил руки на груди, подходя ближе к вспотевшей и дрожащей девушке.       Деселис принимал учеников с семнадцати лет, однако не во всех странах одинаковый порог поступления. Вполне возможно, что, отучившись в школе магии, Джесси решила восполнить некоторые пробелы и перелетела через океан, где встретила Чон Икхуна и впуталась в его дела. Но также существовал другой вариант, о котором Сону решил подумать позже.       Его больше интересовало, каким образом маг и антимаг обнаружили друг друга?       — Тогда что тебе надо? — срывающимся голосом застонала Джесси, и уголки её губ покрыла кровавая пена, свидетельствующая о невыразимых усилиях, которые она прилагала, чтобы избавиться от его контроля. — Ч-что ты хочешь?       — Ты же не просто так дала мне адрес своего дома, — продолжал невозмутимо улыбаться Сону, приседая перед ней на корточки. — Это я должен спросить, какую цель ты преследуешь?       — Я не… не думала, что ты придёшь.       Давая девушке время собрать мысли в кучу, Сону лениво обвёл взглядом кольцо подростков вокруг и понял, что среди них нет тех девушек, которые увели его вчера с поля. Квансука и его спутника-камерамена тоже нет. Зато был Ким Джисан, осоловело глядящий в пространство перед собой.       Икхун болтал о том, что смотрел трансляцию матча, что ж, Сону тоже её посмотрел. В сохранившемся на школьном портале видео не показывали, как он ушёл, но он запомнил игровую раскладку и примерно сориентировался, с какого момента всё началось. Хан находился на другом конце поля, когда вдруг, даже не оглядываясь, устремился к Джею. Словно получил некую команду.       Теперь Сону соединил ниточки. Догадка весьма смелая, но он был уверен в ней.       — Это Чон Икхун попросил пригласить вас на мой день рождения, — наконец, выдавила Джесси упавшим тоном. — Я даже не знаю вас, зачем мне незнакомые люди на моём празднике? Но он попросил, и я не могла отказаться. После того… что случилось с твоим другом, я испугалась. А потом ты написал мне.       — Верно, — сочувствующе промычал Сону и протянул ей руку. Джесси колебалась. — Давай поднимем тебя. Негоже магу сидеть на грязном полу, словно провинившейся. Ты же ничего плохого не сделала, не надо так бояться.       Это убедило Джесси. Она крепко вцепилась в его ладонь и с трудом поднялась.       — А они… это всё ты сделал? Ты можешь управлять столькими людьми?       Промолчав и лишь улыбнувшись, Сону щёлкнул пальцами. Толпа разошлась как зомби во время апокалипсиса, потихоньку освобождая пространство. Напоследок он внушил им, что вечеринка закончилась дракой между игроками футбольной команды, поэтому Икхун вышвырнул всех прочь. Меньше знают — крепче спят, а лишние свидетели тут не нужны.       Сонхун незаметно поддержал его, когда от напряжения перед глазами всё расплылось. Голова начинала побаливать, словно Сону основательно выпил накануне и страдал от похмельного синдрома.       — Эй, ты, — небрежно позвал он затаившегося Хана и указал вниз. Рассевшись на диване, Сону усадил Джесси рядом. — В коленно-локтевую и быстро.       Пока Хан неохотно, с горящим лицом удерживал вес его ног, Сонхун вернул компресс на его шею, чем привлёк внимание Джесси к его плачевному внешнему виду. Она неодобрительно нахмурилась.       — Это Икхун сделал, — тут же упомянул Сону между делом. — Что ж, рассказывай, как ты докатилась до такой жизни, что позволяешь какому-то идиоту помыкать собой.       Некоторые речевые обороты и слова Джесси не знала и пришлось перефразировать, чтобы та смогла ответить. Из её торопливого рассказа выходило, что она столкнулась с Икхуном в первый же день своей новой жизни в Корее. Он увидел, как Джесси поругалась с незнакомым мужчиной, который фотографировал под юбкой у какой-то девушки, и не утерпела, чтобы преподать ему урок. Поймав её на месте преступления, Икхун заимел рычаг давления. С той поры Джесси невольно поддерживала все его выходки, пусть и горела возмущением.       — А ты не могла использовать магию против него? — задал вопрос Сонхун, сидящий в кресле неподалёку.       — Он тоже обладает способностями, так что моя магия против него бесполезна, — объяснила девушка и поморщилась, вытирая кровь с губ. Полуоборотень посмотрел на Сону и получил в ответ подтверждающий кивок. Больше он не влезал в разговор, видимо, убедившись в своих подозрениях, что Икхун относится к странной группе людей-антимагов.       — Раз уж ты присоединилась к его компании против воли, значит, не будешь возмущаться, если мы слегка подправим корону на его голове, — резюмировал Сону и приложил два пальца к виску в надежде унять надоедливую боль.       — Я не хочу иметь с ним ничего общего, — категорично высказалась Джесси. — Ele é um homem mau.       — В этом нет никаких сомнений.       Сону откинулся на спинку дивана и прикрыл веки. На втором этаже что-то происходило: без шума, который производили громкая музыка и подростки, сейчас отчётливо слышно, как наверху кто-то ругается. Грохот ломающейся мебели следом напугал Джесси, но Сону не удивился.       Джей против Икхуна представлял собой горючую смесь, а Джейк был той самой искрой. В совокупности троица грозила оставить от дома одно название.       — Выпрями руки, — строго сказал Сонхун. — Если тебе так сложно держаться, то проще вообще оторвать их.       Открыв глаза, Сону заметил, как Хан пытается схалтурить. Полуоборотень же, казалось, едва сдерживался от поучающего пинка, следя за тем, чтобы тот держал ноги Сону на правильном расстоянии от пола.       — Небось считаешь себя невиновным, но это твой выбор навредить другому человеку, — продолжил Сонхун, не взирая на всхлипнувшего парня. — Я бы на месте тебя прибил, так что благодари Сону за милосердие.       В очередной раз поразившись столь прямолинейному подходу, Сону спрятал лицо за ладонью. Ладно хоть не стал претворять желание в действие, но это и нравилось ему в Сонхуне. Он мог выглядеть самым безобидным щенком на планете и вести себя соответствующе перед ним, при этом будучи жестоким и мстительным. Однако Сонхун всё ещё учитывал его мнение, поэтому всегда спрашивал: не для того чтобы получить разрешение, а чтобы убедиться, что у Сону нет своих планов.       — Оставь, нет смысла надрывать горло. Сначала дождёмся остальных.       Когда топот спускающихся по лестнице ног настиг их, Сону успел расспросить занервничавшую Джесси о чирлидершах. Девушек вчера освободили, но те не смогли толком объяснить, как оказались в закрытом снаружи классе. Сегодня каждая прислала личное сообщение своему капитану, что не сможет прийти на день рождения. Подумав немного, Сону решил, что не будет их преследовать. Наказание должно соответствовать проступку, а они уже отсидели пару часов в страхе.       Джей появился в поле зрения первым. Взъерошенная чёлка скрывала лоб и брови, сердито сведённые к переносице, рот сурово поджат, и он шёл без оглядки на Чон Икхуна. Джейк замыкал цепочку, тревожно хмурясь. На рукавах куртки, которую тот так и не снял, обширные подпалины, помимо этого на скуле красовалась свежая ссадина.       — А, уже пообщались, — нисколько не смущаясь откровенно разбитого вида, Икхун криво усмехнулся и кивнул Джесси: — Нажаловалась?       — Не тебе осуждать меня, — внезапно разозлилась Джесси, зашипев подобно кошке. — Ты сам виноват. Я говорила, что не надо лезть к ним. Я просила прекратить!       Икхун весело рассмеялся и сел на стол напротив, презрительно отмахнувшись от Джейка, который хотел было остановить его. Сону приподнял бровь, когда Джей остановился рядом и невыразительно взглянул на странную позицию Хана.       — Если ты закончил, то пойдём, — как-то устало сказал Джей, не став комментировать.       — Нет, мы не закончили, — резко вмешался Икхун. На самом деле, его выдержка достойна похвалы: в меньшинстве против магически одарённых, что имели на него зуб, он оставался собой. Сону мог уважать конкретно эту черту характера.       — И что ты ещё хочешь сказать? Не наговорился? — процедил Джейк. Он выглядел слегка помято, но гораздо лучше избитого до полусмерти Икхуна.       — А ты вообще кто такой, ушлёпок? Эй, Сону-я, ты не могла найти себе нормального мужика? Какой-то хрен с горы возомнил себя пупом земли. Иди в цирке выступай, не лезь в наши дела.       Вспыхнув как спичка, Джеюн восхитительным хуком справа врезал Икхуну по лицу. Никто не успел или скорее не стал останавливать его, но Сонхун отбил ответный удар, заломил Икхуну единственную здоровую руку и поставил на колени. Сону краем глаза уловил, как Джей дёрнулся в их сторону.       — Должно быть, очень обидно, когда старый друг не желает признавать ваши связи, — доверительно поделился Сону, садясь на корточки и приобнимая свои колени. Он заглянул в лицо Икхуну и улыбнулся. — Почему ты просто не подошёл к Джею?       Напряжённое молчание отнюдь не задело его. Наоборот, реакция Икхуна давала пищу для размышления, поэтому Сону продолжил. К сожалению, у них нет возможности загипнотизировать парня, чтобы тот выдал свои цели, остаётся действовать иначе.       — Вместо этого ты решил поставить Джея в безвыходное положение: отстранить меня, лишить заслуженного выигрыша, позвать на сомнительную вечеринку. Какую цель ты преследуешь? Раз уж мы все здесь, то почему бы не закрыть гештальт?       — Да что ты несёшь, — вздохнув, Икхун опустил голову. — Строишь из себя Мать Терезу, будто не ты бросила Джея и отправилась веселиться.       — К этому моменту пора было понять, для чего я сюда пришла. Но если до тебя до сих пор туго доходит, то, похоже, в разговоре нет смысла.       — Да-да, — в голосе послышалось откровенное пренебрежение, и Сонхун надавил коленом между лопаток, грубо задирая захваченную руку практически под углом 90°. — Чёрт, я что твою мамку обидел, что ты так рвёшься переломать мне кости?       — Советую не ёрничать, иначе действительно отправишься отсюда прямиком в больницу.       Глаза Сонхуна на мгновение окрасились в жёлтый, но дальше этого не пошло. Сону сграбастал волосы Икхуна и заставил смотреть на себя.       — У нас вся ночь впереди. Лучше бы тебе прислушаться к совету, знаешь, он ведь оборотень. Не думай, что сопротивление к магии спасёт тебя от разозлённого зверя.       Презрительно оскалившись, Икхун резко подался вперёд, вглядываясь в глаза Сону. Их носы практически соприкоснулись.       — Не делай вид, будто очень обеспокоена, — не отодвигаясь, он посмотрел на Джея, который оказался совсем близко, нависая над ними. — Мне плевать на вас обоих, но ты выглядел уж слишком счастливым, бегая с мячиком как идиот. Словно совсем забыл, как в детстве унижался только ради того, чтобы тебя приняли за нормального человека. Я знал тогда и убедился сейчас, что ты такой же, как и остальные из вашего грёбаного пансионата благородных девиц. Тупой и высокомерный.       — Если высокомерие означает быть выше чем ты, то да, — охотно согласился Сону. — Ты стоишь гораздо ниже в системе человечности, ну а насчёт тупости… С тобой, поверь, никто не сравнится. Приложить столько усилий, чтобы отхватить по первое число и не получить ничего, да у тебя правда мозг гладкий. Это же ты подлил Джею антимагическое зелье? Специально лишил его магических способностей, потому что трусил встретиться с магом в самом расцвете своих сил.       — Стой, что? — раздался недоверчивый голос Джейка. — Так вот почему Джей не расплющил ему лицо?       — А ты думал у него помимо сопротивления к магии есть ещё бронированная кожа? Нет, конечно. Помимо боязни остаться позади человека, которого всегда считал грязью у своих ног, ничем иным наш добрый друг Икхун похвастаться не может.       В ответ оный оскалился. Сону дёрнул его за волосы и наотмашь ударил по щеке.       — Возвращаю долг. А это за то, что преследовал Джея.       Кулак не достиг цели. Оставленный без внимания Хан подкрался к комоду, заставленному использованной посудой и напитками, стащил оттуда пустую бутылку и попытался напасть на Сону.       Правда, он не учёл присутствие полуоборотня и других ребят, которые сумели вовремя заметить угрозу: демонстрируя чудеса ловкости, Сонхун врезал ногой в грудную клетку парня и отбросил его буквально на несколько метров, в то время как Джей накрыл Сону своим телом, неосторожно придавив его и загипсованную руку.       — Ты в порядке? — морщась от боли, Джей старательно удерживал ровное выражение лица, с чем, разумеется, не справлялся.       Сону неловко подтолкнул его подняться, упираясь в твёрдую грудь. Под ладонью быстро билось сердце, знакомый запах окутал как тёплое одеяло, призывая поддаться искушению и прильнуть вплотную. Первый раз за несколько часов они открыто признали присутствие друг друга, и это ощущалось неловко, странно, и в то же время несколько обнадёживающе. Сону вовсе не собирался скрывать ночной поход во имя справедливости, он попросту не заботился о том, что Джей подумает. Вся эта суета — его инициатива найти человека, что навредил Джею, и убедиться, что больше никаких действий Икхун не предпримет. Но сейчас время да и отношения неподходящие, поэтому Сону принял помощь в виде протянутой руки Сонхуна и стряхнул пыль с задницы.       Джейк поспешил к лежащему Хану и знаком дал понять, что он жив. Кашляет и стонет от боли, остаётся надеяться, что пинок не переломал ему рёбра.       — Вот же псих, — выругался Джей. — Что он делает вообще?       Сону мельком взглянул на Джесси и успел поймать момент, когда её глаза засияли потусторонним зелёным. После чего отсутствующая девушка встрепенулась и быстро осмотрелась.       — Похоже, выполняет чьи-то указания, — с иронией пропел Сону. Волосы неприятным образом прилипли к шее, из-за чего он постоянно поправлял их. — Сонхун-хён, Джейк, вы можете оказать мне услугу? — названные отреагировали по-разному: первый тут же развернулся, а второй настороженно замер. — Уведите Хана, ему давно пора сопеть в стенку. Детское время закончилось, от нехватки сна люди становятся агрессивными.       — И по какой причине ты спроваживаешь единственных, кто сейчас дееспособен среди нас? — категорично бросил Джеюн. — У Джея сломана рука и заблокирована магия, а ты…       — Что я? У меня тоже сломана рука и заблокирована магия? Прекрати спорить по пустякам, нас трое против него, — Сону небрежно кивнул на Икхуна, совершенно естественно включив в команду Джесси.       — А он антимаг.       — Тогда в чём заключается преимущество твоего присутствия в таком случае?       Видя, что ему нечем возразить, Джейк сделал ровно то, что Сону ожидал: вспыхнул и схватил Хана за шкирку. Сонхун же невесомо коснулся руки Сону и одними глазами указал на Джесси, безмолвно предупреждая остерегаться её. Чтобы успокоить его, пришлось похлопать парня по плечу.       — Это правда? — тем временем Джей разбирался с Икхуном. — Это ты приказал напасть на Сону?       — Забавно, что тебя это беспокоит больше, чем тот факт, что Ли Хан также напал и на тебя.       Джей сдвинулся с пути, пропуская друзей с объектом разговора, отчаянно умолявшим не трогать его.       Обстановка снова накалилась. Они словно находились в сердце урагана, где было тихо и обманчиво спокойно, однако стоило вихрю устремится дальше, как бушующий ветряной поток грозился захватить их. Сону потёр ноющую шею и сел на диван, сложив ногу на коленку. Он не обращал внимания на Джесси, что то и дело посматривала на него.       Икхун и Джей полностью сосредоточились друг на друге. Оба — зеркальные отражения, одного телосложения, черты лица тоже в чём-то схожи, одеты одинаково просто и стильно, с загипсованными руками, что выглядело последней деталью бунтарского образа. Учитывая, каким драчливым порой может быть Джей, то нельзя исключать влияние давнего знакомого. Сону догадался, что между хулиганом и жертвой не совсем простые отношения. Здесь спрятано куда большее, раз Икхун продолжал настаивать, а Джей отрицать.       — Не делай вид, будто сильно удивлён, — отрезал Джей. — Ты постоянно упоминаешь, каким жалким я был, что ж, по крайней мере, я изменился, а ты остался тем мальчишкой, который жить не может без того, чтобы унизить кого-то.       Икхун не улыбался, однако услышанной фразы хватило, чтобы он помрачнел окончательно.       — Осторожнее, Джей, ты забываешь, кто…       — Да плевать я хотел, что ты наврал полицейским тогда. Собираешься взыскать с меня долг за услугу, о которой я не просил? Благодарности должно было хватить, но ты сам отказался, требуя от меня невозможных вещей. Есть предел любому терпению и прощению, и ты своего достиг.       — Ах ты, маленький ублюдок. Как ты смеешь говорить со мной, будто стоишь хоть чего-то? Я провёл тебя в мир нормальных людей, разрешил находиться рядом, дал друзей. Не пытайся делать вид, что нас ничего не связывает. Правда остаётся правдой: ты променял друга на пацана, который умеет лишь чесать языком и пудрить всем мозги, — разозлённый Икхун указал на Сону: — Да, я про тебя. Хрен знает, что ты сотворил с собой, но я доверяю своей памяти, и я точно помню, что ты пацан. Джей, уверен, что действительно хорошо всё помнишь? Откуда тебе знать, вдруг Сону загипнотизировал и тебя?       Ладони Сону вспотели, когда он вспомнил о Хисыне. Он тоже швырнул ему в лицо схожие обвинения, после чего Сону засомневался в себе. Но целенаправленно он никогда не пытался изменить кого-то, даже если хотел. У него была тысяча возможностей, когда цели захвата и прочие школьники вели себя раздражающе. Сону мог, но не делал, ограничиваясь короткими воздействиями по типу «принеси-подай».       Нет, разумеется, Сону не считал себя благородным самаритянином. Просто подобные отношения, построенные на фальши, однажды обернутся против него. И ложь в любом случае остаётся просто ложью. Какой бы сладкой она ни была, он предпочитал грубую правду.       — Не меряй всех под себя, — твёрдо отрезал Джей, загораживая бывшему другу обзор, и Сону тупо уставился на его спину. Почему-то сейчас она показалась ему крепкой и широкой, закрывающей от обоснованных подозрений. — Сону не такой, как ты. Ему не нужно использовать магию, чтобы добиться меня. Подвиг, который тебе недоступен. Когда ты успел подлить мне это паршивое зелье? Перед игрой, верно? Я чувствовал себя дерьмово, но понятия не имел почему.       — А вот об этом тебе лучше спросить своих дружбанов, — оскалился Икхун. — Гадай, кто же из твоей команды так сильно ненавидит тебя, раз самолично подошёл ко мне и предоставил себя на блюдечке, я тебе ничего не скажу. Считаешь себя слишком умным, вот и разберись с болотом, куда прыгнул добровольно.       Имея сопротивление к магическому воздействию, Икхун открыто наслаждался их бессилием. Сону слегка улыбнулся.       — Забавный дурак, — обращаясь к Джесси, доверительно сказал он. — Так уверен, что избежит наказания за свои проступки. Как ребёнок, которому в детстве слишком много разрешалось, а, повзрослев, продолжает так считать.       — Что ты имеешь в виду? — осторожно поинтересовалась Джесси, покосившись на Икхуна.       — Конечно, я не могу ничего сделать с ним, но разве он живёт на необитаемом острове? О нет, он окружил себя толпой, хорошо умеющей подлизываться и выполнять приказы в обмен на некие привилегии, — Сону специально исключал Икхуна из диалога, говоря о нём, как будто его вовсе в комнате нет. — Возможно, он считает, что такие, как Ли Хан, без него жить не могут, но картина на самом деле диаметрально противоположная. Это таким, как Чон Икхун, жизненно необходимы люди, чтобы демонстрировать собственную исключительность.       — Блять, ты что в психологи заделался? Складно болтаешь, что-нибудь ещё?       Игнорируя, Сону склонился ближе к Джесси и понизил голос. Зрительный контакт с ней больше не искрил предвкушением и каплей озорства, как на танцполе, ныне Сону передавал предупреждение.       — Он прав, я могу загипнотизировать любого, — «В том числе и тебя». Сону убедился, что до Джесси дошло, и порывисто развернулся, поднимаясь с удобного дивана и плавно подходя к Икхуну. — Но отчего ты считаешь, что тебя это не коснётся? Захочу, и от твоей жизни ничего не останется. Захочу, и с тобой будут обращаться как с психически больным. Захочу, и ты потеряешь всё.       Подняв с пола бутылку, с которой возился ранее Ли Хан, Сону замахнулся.       — Я тебя изуродовать могу, и никто даже глазом не моргнёт, — бутылка разбилась у ног Икхуна, выпущенная из рук практически в последний момент. — Если я захочу. Так что не выводи меня из себя, милашка.       — Ты с детства был таким отбитым, — тихо выругался Икхун. — Чёрт. Что тебе надо?       После небольшого устрашения он то ли впечатлился, что сомнительно, то ли не видел смысла сопротивляться. Исходя из его рассказа, о магических способностях Джея и Сону ему известно с детства, что не особо удивляло. Поколение, выжившее в гонениях конца прошлого века, усиленно вдалбливало детям необходимость скрываться, однако чем строже запрет, тем слаще нарушение. Сложно притворяться обычным человеком, когда у тебя буквально есть сверхспособности.       — Я приёмный, — безучастно, словно говоря о ком-то другом, вещал Икхун. — Меня взяли в младенчестве, так как мадам не могла иметь детей долгое время, а пижону нужны были наследники. А через десять лет знаменитый целитель помог им зачать ребёнка, поэтому на меня забили большой и толстый. Я не знал, что у меня есть какое-то сопротивление, пока не встретил в церкви, куда мадам любит тащить всю семью на выходных, священника.       Здесь Сону пришлось напрячь лицевые мускулы, чтобы не выдать, как важна данная информация.       — Тогда-то до меня дошло, почему у тебя не получилось загипнотизировать меня, — Икхун внезапно ухмыльнулся, торжествующе прищурившись. — Ты знал, Джей? Что Сону-я в детстве так сильно хотел, чтобы ты дружил только с ним, что внушал всем подряд не подходить к тебе.       Джей молча посмотрел на Сону, сохранявшего невозмутимость вопреки внутреннему смятению, и никак не отреагировал. Не добившись драматичной ссоры, Икхун слегка разочарованно цокнул.       — Короче, года через два после перехода Джея из нашей школы я постоянно ходил в церковь, чем безумно радовал мадам. Конечно, никакие проповеди я там не слушал, оно мне не сдалось ни под каким соусом. Священник чего-то хотел добиться, его я тоже послал далеко и надолго, мне было интересно лишь, как работает моя сила. И так я понял, что гораздо лучше тебя или Джея, я действительно вершина эволюции.       — Суперчеловек, — закивал Сону в поддержку раздутому эго Икхуна.       — Достаточно одной капли моей крови, чтобы ты лишился своей могущественной способности.       — И тут кровь замешана. Значит, ты по сути ходячий контейнер с волшебным зельем, который может лишить мага его магии, — Сону щёлкнул пальцами и прикрыл рот в изумлении: — Похоже, что ты буквально мечта для любого государства, погружённого в состояние войны. Ты ведь не единственный такой тупой антимаг в мире, а значит, вашу братию давно рассекретили и успешно используют для подавления магов противоборствующей стороны. В этом причина, почему крупные военные конфликты обошлись без масштабных проявлений сверхъестественных сил.       Изогнутые в усмешке губы поджались. Будучи обычным школьником, разумеется, Икхун не рассматривал ситуацию столь глобально. Джей также выглядел пришибленным внезапными выводами.       — Мне даже делать ничего не нужно, ты сам копаешь себе могилу.       — Злорадствуешь? Ты всего лишь кусок дерьма в симпатичной обёртке, как ты смеешь насмехаться надо мной? — с этими словами Икхун сплюнул на кроссовки Сону и оскалился. — Мне искренне жаль Джея, связавшегося с тобой.       Временный мир обернулся очередной потасовкой, когда Джей оттолкнул Икхуна подальше. Ругаясь сквозь зубы, они покатились по грязному полу, не обращая внимания на осколки и прочее, что там валялось. Сону устало потёр виски и вдруг обнаружил, что Джесси исчезла.       — Закончи с ним, — бросил он напоследок. — Я поищу кое-кого и вернусь.       Неясно, услышал ли его Джей, но Сону не собирался ждать, когда они успокоятся.       Выйти через главный вход она едва ли могла — Сонхун и Джейк стояли у ворот, поэтому Сону сразу направился на кухню. Однако дверь, ведущая во двор, была закрыта изнутри. Задумчиво коснувшись подбородка, Сону медленно развернулся. Его взгляд блуждал по предметам мебели, остановившись на кладовой.       Контролируя громкость шагов, он приблизился к узкой дверце. Без лишних сомнений Сону дёрнул за ручку и улыбнулся испуганной Джесси, что сидела внутри.       — Вот ты где, а я тебя потерял.       — Я ничего не сделала! — судорожно покачав головой, пролепетала она при виде Сону. — П-правда ничего, я просто…       — Разве кто-то тебя в чём-то обвинял?       — Что?       — Однако ты сама себя выдала, сбежав и спрятавшись здесь, как преступница, — прислонившись к косяку, Сону сохранял нежную улыбку, которая теперь пугала девушку. — Неужели думала, что никто не заметит твоих действий?       Звук тяжёлого сглатывания развеселил. Хисын подкинул здравую мысль, что пользователи одного типа магии чувствуют друг друга, когда кто-то пытается воздействовать на них. Таким образом, ему удалось распознать внушение, хотя сам Сону не подозревал, что применяет его.       Джесси смогла сбросить контроль над своим разумом, пусть последствия обернулись для неё кровавым кашлем.       — Дай угадаю… у нас схожие способности, верно? Мне показалось странным поведение Хана на поле. Изначально он даже не собирался что-то делать — видимо, всё-таки испугавшись последствий, но в моменте изменился полностью. Даже бежать стал иначе, словно находился под чьим-то контролем подобно марионетке. И твои россказни, что Икхун такой ужасный и злой. Неужели ты не могла бы ничего ему противопоставить? Всего один антимаг в школе, полной других людей, и ты, обладающая магией, весьма уверенная в себе особа, так просто стала девочкой на побегушках?       Побледнев, Джесси открывала рот, но ни слова оттуда не вылетело. Сону склонился над ней, змеиным шёпотом задав вопрос:       — Говори, что на самом деле ты задумала?       — Я хотела, чтобы он получил по заслугам! — истинные эмоции выплеснулись посредством гневной мимики. Джесси словно закипела, сжимая кулаки и с вызовом задрав голову. — Какое мне дело до его ссор с кем-либо? Ты… Ты должен понять меня! Мы же оба маги, ты сам так сказал. Мы одинаковые, поэтому…       — Что за бред? — Сону расхохотался и тут же поморщился от боли в разодранной губе. — Кто сказал, что мы одинаковые? Может, ты ещё считаешь, что мы на одном уровне? Будь благодарна, что я разговариваю с тобой, как с человеком.       Сону терпеть не мог, когда кто-то незначительный и жалкий пытался забраться выше, цепляясь за него. Джесси с упорством копала яму другим, но сама в неё угодила. А теперь она хотела спастись с его помощью! После того, как её раскрыли, после осознания, что это она управляла Ханом и отправила Джея в больницу, у Сону не осталось даже капли жалости.       — Иди и разберись с Икхуном. Мы как раз собирались уходить, так что тебе никто не помешает отомстить за потраченные нервы.       — Что? — тупо повторила Джесси. — Ты не поможешь мне?       Вместо ответа Сону фыркнул. Вот же наглость. Сначала использовала всех вокруг, чтобы добиться своих смутных целей, а теперь ждёт защиты? Он разве похож на благотворительный центр, куда можно закинуть письмо с жалобой?       — Разбирайся со своими проблемами сама. Что? Не нравится? А чего ты хотела? С чего ты взяла, что я позволю использовать себя? Разгребать жар чужими руками — это всё, на что ты горазда? Уж извини, однако мне не нравится плясать под твою дудку. На самом деле, это ты должна будешь кое-что для меня сделать.       Просто оставить эту шайку-лейку за спиной без страховки Сону не мог. Видео, конечно, сдержит Икхуна на первых порах, но люди такие существа, что оставшись в мнимой безопасности, набираются смелости для глупых поступков. Прямо как Джесси, снова использовавшая Ли Хана, дабы тот напал уже на него.       — Ты будешь присматривать за Икхуном и его дружками, и, если они сделают что-то подозрительное, ты сразу сообщишь об этом мне. Следи за тем, чтобы Икхун не лез к нам, надо будет — остановишь вопреки любым обстоятельствам. И внимательно приглядывай, если Икхун вдруг встретится с кем-то из той церкви.       Внедряя задание в мозг Джесси, Сону пришлось крепко ухватиться за стену. Магия хлынула из него, прорываясь, как вода через пробитую плотину. Уже порядком уставший, вынужденный бороться с разумом мага, который так же способен управлять людьми, Сону чувствовал себя выжатым до последней капли.       Во рту образовался противный железистый привкус, но Сону заставил себя закончить.       Небольшая подстраховка точно лишней не будет.       Джесси осталась на кухне в застывшем состоянии. Сону выбрался из душного особняка, с трудом шевеля ногами. Над головой раскинулось тёмное небо без звёзд из-за ярких огней города, но воздух был достаточно свежим и прохладным, чтобы остудить горящее от боли, усталости и перенапряжения тело.       Сону преодолел расстояние до ворот наполовину, когда картинка перед глазами покачнулась. За спиной раздался хлопок закрывшейся двери и окрик Джея, впереди Джейк и Сонхун обернулись, и Сону почему-то вытянул руку.       Полуоборотень оказался рядом спустя пару вдохов, с готовностью подставив плечо. Сону постоял некоторое время, пока Джей не поравнялся с ними. После чего молча мотнул головой, призывая двигаться дальше.       Ночной ветер пощекотал кожу. Сону с наслаждением потянулся, избавляясь от ощущения застоявшихся мышц, после чего посмотрел на молчаливых парней. Он так и не потерял сознание, что сыграло на руку. Они собирались отвезти его в больницу — чего в нынешнем положении Сону хотелось в последнюю очередь, — поэтому пришлось успокоить их и попросить просто вызвать такси до отеля. Очевидно, что все устали и не знали, как реагировать на открытия — произошло довольно много поворотных событий. Они явно были настроены подраться с Икхуном и поставить точку, а вместо этого пришлось прокатиться на эмоциональных качелях.       Ли Хана они отправили домой, предварительно Сону напрягся и внушил ему не болтать направо и налево о событиях в особняке. Портить чужой мозг он не стал, парень итак настрадался.       Сону осторожно потёр горло. По прибытию в Деселис Кёнмин мог помочь с этой проблемой, ну а пока надо потерпеть и замаскировать синяки и ссадины тональным кремом.       Перед ними стояла последняя задача: вернуться в отель как можно более незаметно. Джей не знал, что они тоже покинули номера, он ранее получил звонок от Икхуна и поздно решился приехать для последнего разговора. Он даже не собирался драться с ним, просто увидел, как тот душит Сону, и сорвался с цепи, а дальше всё пошло коту под хвост.       — Надеюсь, вы сами разберётесь, как попасть обратно без шума, — небрежно попрощался было Сону, отворачиваясь от ребят.       — Подожди.       Сону остановился, мысленно вздыхая от настойчивости Джея. Глупо ожидать, что он оставит ситуацию без внимания, однако можно же обсудить все детали позже? Им вставать рано, а до рассвета осталось всего четыре часа!       — Пошли со мной, нам надо поговорить, — с этими словами Чонсон взял его за запястье и потянул в сторону пустой аллеи.       — Джей, — вмешался Сонхун, а Джейк поспешил шагнуть к ним.       — Вас никто не звал, — жёстко перебил друга Джей и предупреждающе прищурился. — Мне плевать уже, какие отношения у вас с Сону, но это приватный разговор. Между мной и ним. Так что прекратите лезть не в своё дело.       — Успокойся, — не выдержал Джейк. — Ты злой и уставший, я понимаю, что ты хочешь поговорить, но почему нельзя отложить на завтра? Сону почти упал в обморок, дай ему отдохнуть.       Джей коротко взглянул на Сону, явно заколебавшись, однако что-то грызло его изнутри, заставляя стоять на своём. Закрыв главу с Икхуном, он явно жаждал расставить все точки над «и», поэтому упорствовал. В обычной ситуации одного упоминания, что Сону чувствует себя неважно, хватило бы, чтобы Джей отказался от разговора.       — Спасибо за беспокойство, о котором никто не просил.       — Знаешь, я серьёзно сомневаюсь, что вас стоит оставлять.       — Повторюсь, тебя никто не просил беспокоиться за нас. Какого вообще чёрта, Джейк? Не далее, как месяц назад, ты с пеной у рта доказывал, что терпеть Сону не можешь, так что с тобой? Пытаешься теперь сделать меня каким-то злодеем, с которым ему нельзя находиться? Мы просто поговорим, ничего более.       — Я не это сказал…       — Но подразумевал! — повысил голос Джей, крепче сжимая руку Сону и будто бы не замечая этого.       — Сейчас не время, чтобы ссориться, — заговорил Сонхун, встав между спорщиками. — Вы оба на взводе.       — Помолчи, пока до тебя дело не дошло, — посоветовал Джей и обратился к Джейку. — К тебе у меня тоже есть пара вопросов, так что не думай, будто отделаешься малой кровью.       — О? И о чём ты хотел поговорить? Давай, начинай, раз уж мы все здесь.       — Ты серьёзно не понимаешь?       — Если вы продолжите собачиться, то может отпустишь меня? — Сону попытался вырваться из крепкой хватки, но Джей резко дёрнул его на себя. — Прекрати так себя вести, я тебе не игрушка!       — Мне на лоб нужно приклеить ответ? Какого чёрта ты вообще пошёл к Икхуну? Тебе настолько заняться нечем, ты не думал, что это может быть опасно?!       Не поверив своим ушам, Сону принялся вырываться всерьёз. С него правда хватит, почему он должен стоять тут и терпеть чужие выпады? Он думал, что они смогут наладить отношения. После того, как Джей пострадал, до Сону дошло, что такими темпами можно легко потерять его, и никакие обиды не стоят этого. В силу собственной жадности и привычки получать то, что запало в сердце, Сону метался между рациональностью и своими чувствами, в итоге решив держаться подальше, но эта ситуация дала понять главное.       Теперь казалось, что даже построй он мост со своей стороны, Джей выберет иной путь. Он был настроен на выяснение отношений, а не на выслушивание.       — Не разговаривай с ним так, — Сонхун больше не смог стоять бездействуя и сжал предплечье друга, надавливая, дабы тот отпустил Сону. — Как бы то ни было, Сону хотел помочь тебе. Прежде чем обвинять, лучше спроси.       — С ним ты тоже целовался? — внезапно спросил Джей.       Тишина повисла мёртвая. Сону во все глаза уставился на Чонсона, ощущая, как в горле образовался горький комок.       — Следи за своим тоном, ты что…       — Да, а в чём проблема? — перебив повысившего голос полуоборотня, Сону вызывающе поднял подбородок. — Я не могу поцеловать его?       Недоверчиво усмехнувшись, Джей по очереди взглянул на всех троих. Затем небрежно протёр лицо ладонью, в которую выпустил несколько смешков.       — Поверить не могу. В то время, как я спать ночами нормально не мог, переживая, что же я сделал не так, ты просто берёшь и… а что ты вообще делаешь? Выполняешь какой-то челлендж? У меня вроде больше нет других друзей, кого следующего поцелуешь?       — Зачем мне искать кого-то ещё? Если все здесь, — Сону потянул Сонхуна за воротник бомбера, заставляя наклониться к себе, и крепко прижался к холодным обветрившимся губам. Ответа не последовало, но поцелуй и не продлился долго, служа скорее демонстрацией.       Джей отшатнулся. В процессе драки с его загипсованной руки слетела повязка, оставляя ту безвольно болтаться вдоль тела. Рефлекторно он сжал пальцы и поморщился, однако на лице отпечаталась боль отнюдь не физическая. Он выглядел так, будто перед ним произошло то, чего он боялся и ненавидел.       Глаза Сонхуна смотрели на Сону внимательно. Внезапно ему стало неловко от того, что он сделал. Но показывать этого он не собирался.       — Это ты хотел увидеть? Могу Джейка тоже поцеловать.       — Какого чёрта ты творишь? — пробормотал Джей и покачал головой. — Ты… Сону-я, зачем ты так со мной?       Хрупкая тонкая нить между ними задрожала, натянутая слишком сильно. Одно движение, и она разорвётся окончательно, как разрушатся последние связи. Сону не хотел этого, правда не хотел, однако позволить кому-то так обращаться с собой тоже не мог. Почему Джей звучал так, словно он переступил некую черту, в то время как сам сделал тоже самое?       — В чём проблема? — упорствовал Сону, отступая от Сонхуна. — Что конкретно тебе не нравится? Презираешь меня за то, что мне нравятся мужчины? Ну извини, я не могу исправить это.       — Какая разница мужчина или женщина? Разве я когда-нибудь давал повод… Чёрт, Сону, ты просто берёшь и целуешь моих друзей передо мной, думаешь, я сильно рад этому?!       — Ты же сам целовался с Нин Ичжо в алхимической лаборатории, почему теперь ведёшь себя так?       Голос Джейка прозвучал подобно грому посреди ясного неба. Сону затаил дыхание, когда разговор коснулся этой темы. В груди стало тесно, места едва хватало, чтобы вместить противоречивые чувства.       Джей запнулся.       — Что?       — Вы оба как собаки на сене, — Джейк имел в виду его и Джея, молчаливо взиравшего в ответ с раздражением. — Вам правда нужно поговорить. Сонхун, пошли. Оставь их, мы просто подождём возле отеля.       — Стой, что ты имеешь в виду под…       — Да перестань, мы видели вас. Честно говоря, я хотел спросить, но это твоё дело. Раз ты не рассказываешь, значит тому есть причина, а я устал выслушивать, что лезу не в своё дело.       Сону чувствовал себя оскорблённым, поэтому ни о каком разговоре речи быть не могло. Однако Джей поймал его за локоть, гораздо более бережно, чем раньше и посмотрел со скрытой болью. Изнутри поднялась обжигающая волна отчаяния, в которой Сону захотелось захлебнуться.       Похоже, без этого не обойтись.       — Что ты хотел обсудить? Выкладывай, пока я не умер от холода.       Застегнув молнию до конца, Сону отказался присесть на скамейку и нетерпеливо ждал, когда Джей откроет рот. Перед уходом Сонхун спросил, всё ли в порядке, отступив лишь после согласного кивка; силуэты двух ожидающих парней растворились в тенях. А они встали под светом фонаря, соблюдая дистанцию между друг другом.       — О чём говорил Джейк? — выдержав паузу, спросил Джей. Серьёзный тон не располагал к шуткам, да и сил не было увиливать. Сону устало посмотрел на него.       — Ты слышал его.       — Я слышал, но не понимаю. Какой к чёрту поцелуй с Ниннин? Зачем мне её целовать?       — Спроси себя, почему пристаёшь ко мне с этим вопросом?       — Сону, я тут шутки шутить не собираюсь. Если в этом причина, почему ты вдруг стал отдаляться, то я должен узнать подробности.       Честное слово, Джею будто память отшибло. Сону нахмурился, гадая, отчего тот продолжал притворяться. В чём смысл спектакля одного актёра? Если только Джей действительно не понимает, что происходит.       — На прошлой неделе… — заколебавшись, он спрятал руки в карманы куртки и понял, что неосознанно сгорбился, как будто пытался скрыться от тяжёлого выжидающего взгляда. Злость на самого себя пробила последний барьер, и слова полились непрерывным потоком: — Мы с Джейком и Рики попали в живую картину. После я хотел обсудить это с тобой и отправился в лабораторию, куда ты ушёл помогать профессору Чхве и господину Ли.       С заминкой Джей кивнул. Они стояли друг напротив друга, достаточно двух маленьких шагов, чтобы сократить расстояние между их телами, но расстояние между их сердцами словно увеличивалось. Сону едва улавливал собственный голос — как если бы находился в воде и слышал разговор над поверхностью.       — Ты был занят. Поэтому я не стал заходить в лабораторию и прерывать тебя.       — Ничего не понимаю, — рвано выдохнул Джей и взъерошил уже лохматые волосы. — Я понял, о чём ты говоришь, точнее, о каком дне. Меня попросили помочь передвинуть столы, я закончил с перестановкой и ушёл в библиотеку. Ниннин… Нин Ичжо действительно была там — зашла обсудить домашку с учителем, но… чёрт, я не понимаю. Ты утверждаешь, что я целовался с ней? И ты видел это? Сону-я, ничего подобного не было, я не понимаю, зачем мне это делать. Она… она просто моя одноклассница, ничего больше. Мы не целовались. Клянусь.       Сону долго всматривался в честное лицо Джея. В его израненном предположениями и волнениями сердце вдруг зародилась облегчение, сила которого поставила его в тупик. Он не подозревал, что тот поцелуй так сильно нарушил его душевное равновесие. Если Джей говорит правду, то значит ли это, что он зря переживал?       Нет. Что значит «зря переживал»? В первую очередь, Сону должно беспокоить, почему он вообще так глубоко задумывался об этом. И всё же. Обманывать можно кого угодно, только не себя. Сону встрял, влюбившись в человека, которого старался воспринимать лишь как цель захвата в глупой подростковой игре.       — Я не целовал Нин Ичжо, — повторил Джей, легонько шагнув ближе и неуверенно коснувшись его плеча. — Сону-я, посмотри на меня.       Застигнутый врасплох Сону сосредоточился на острых ястребиных глазах Джея.       — Поэтому ты вёл себя так? Ты увидел, что я целуюсь с ней, но… почему?       Меньше всего Сону хотел сейчас обсуждать свои чувства, особенно с парнем, к которому он их испытывает. В его памяти всё ещё горело воспоминание, как Джей упал ничком на землю и не двигался, его умиротворённое спящее лицо, когда он спал в больнице, смирение, сквозящее в каждом слове во время их разговора сразу после пробуждения.       Если он скажет правду, то к чему в итоге придут их отношения?       Мог ли Сону позволить себе встречаться с ним? Одно дело просто вернуть Джея, присматривать, дабы с ним ничего плохого больше не случилось, и другое впустить в своё сердце окончательно и на правах владельца.       — Скажи что-нибудь.       — Нам пора, — резко отвернувшись, Сону поспешил покинуть очерченный фонарём круг света.       Ему необходимо сначала успокоиться и разложить в голове, что он вообще хочет. И узнать, как получилось, что он и Джейк увидели тот злосчастный поцелуй, потому что иначе это продолжит грызть изнутри несмотря на то, с какой готовностью он поверил Джею.       — Снова убегаешь? Когда ты прекратишь бегать от меня, Ким Сону?!       Джей внезапно догнал его и силком развернул к себе.       — Почему ты так закрылся?! Если до сих пор не веришь мне, можешь попросить Вонён засвидетельствовать, что я не лгу. Заодно я бы хотел узнать настоящую причину, почему ты ведёшь себя странно с некоторых пор!       — Джей, отпусти, ты делаешь мне больно…       — А ты мне нет?! — наклонившись совсем близко, Джей лихорадочно искал что-то в его лице и отчаянно нахмурился, не найдя. — В тот день, когда мы впервые попали в живую картину… Ли Джеён призналась, что это она толкнула тебя в бассейн. Я говорил с ней, чтобы она прекратила свои преследования, и она сказала мне странную вещь.       Сону прекратил вырываться. Холод медленно возвращался, заставляя подрагивать даже в тёплой куртке, а пронзительный взгляд нагонял мерзлоту.       — Она сказала, что ты не был в опасности. Ты без проблем смог выплыть, но притворился, что тонешь.       — Я не понимаю, о чём ты говоришь. Это такая уловка, чтобы разозлить меня?       Попытка спасти положение провалилась: Джей прищурился, его дыхание сбилось до нервного и тёплым воздушным касанием щекотало нос.       — Чтобы разозлить тебя? И почему же ты должен разозлиться? Ты не умеешь плавать, я столько сил приложил, заманивая тебя в бассейн летом, но ты сдался после пары попыток. Предположим, что Ли Джеён ошиблась или наврала, я всё равно не собирался без оглядки верить ей, но что насчёт моих часов? Они тебе никогда не нравились, почему ты вдруг похвалил их?       Джей нервно сжал его плечо здоровой рукой, подбираясь к подбородку. Чувствительная тонкая кожа шеи под ухом заискрилась от нежного прикосновения, когда Джей несколько отчаянно огладил расцветающие синяки и ссадины.       — Т-ты говорил, что они уродливые, так?       — Неужели я не могу изменить своего мнения? — Сону закатил глаза, восстанавливая контроль над взбунтовавшейся внутри паникой. Он был прав, когда поставил Джея в категорию самых опасных для его прикрытия людей. — Даже не допускаешь такой мысли? Точно так же, как и ты мог измениться, поэтому я решил поддержать тебя. Хватит цепляться к мелочам.       Вместо ответа Чонсон отшатнулся. Пальцы скользнули вниз, а тень недоверчивого непонимания скрыла прочие чувства. Лишь часто появляющееся облачко пара намекало, что Джей дышит.       — Ты… — выдавил он из себя и замолчал.       Сону ощутил, как прочный фундамент, который он тщательно строил, начал разрушатся. Судя по реакции, кажется, что-то пошло не так. Он где-то ошибся? Почему Джей смотрел с таким видом, будто услышал совсем не то, что хотел?       — Кто… кто ты такой?       Сердце ухнуло в пропасть. Тщательно сдерживаемая паника покрыла мурашками тело, руки в карманах рефлекторно сжались в потребности немедленно защититься. Сону издал глупый смешок, чувствуя, как в виски словно вбили гвозди — до того болезненно стало даже думать.       — С тобой всё в порядке? Ты уже не узнаёшь меня или что за идиотские вопросы?       «Должен ли я его загипнотизировать?» Холодный голос разума выступил среди хаотичных мыслей, силой подавляя дрожь. Джей заподозрил его, как бы Сону сейчас не отпирался, в дальнейшем тот будет больше обращать внимание на его поведение и речи, а значит, иллюзия безопасности, которой Сону себя окружил, теперь окончательно растаяла.       Джей прикусил губу.       — Нет, — будто самому себе пробормотал он. — Ты не можешь быть кем-то другим. У меня нет объяснения, почему я вдруг подумал, что ты не Сону, когда ты совершенно точно он. Я просто не могу понять, как так получилось, что ты так изменился, — не давая Сону вмешаться, Джей рассуждал дальше: — Поведение, внешность, в конце концов, магия — всё то же самое. Но ты перестал бояться грозы, забыл, кто подарил мне мои любимые часы. И, если Ли Джеён права, каким-то образом научился плавать за месяц, когда мы находились в Деселис. Ты посещал занятия плавательного клуба? Что ты делал, когда меня не было рядом, Сону-я?       Вздохнув, Сону взял Джея за руку и переплёл их пальцы.       — Конечно, я Ким Сону, кем бы ещё я мог быть? Хён, я уже не маленький ребёнок, как я могу продолжать бояться грозы? Что касается часов, то откуда мне знать, вдруг они действительно тебе не нравились изначально, и ты притворился, чтобы не расстраивать меня? В конце концов, я же подарил их тебе. И да, я немного научился плавать, но этого недостаточно, чтобы чувствовать себя уверенно в воде.       Скорее всего, часы действительно подарил прежний Ким Сону. Это объясняет, почему Джей засомневался в нём, здесь Сону непозволительно расслабился и дал повод подозревать себя буквально на ровном месте. Остальные причины притянуты за уши, основная проблема заключалась вообще в другом.       Сону попытался отдалиться от Джея, вот почему он начал цепляться за каждую мелочь.       — Да, — Джей медленно согласился, сжимая его ладонь. — Наверное, я просто устал.       — Уже ночь на дворе, — цокнул Сону и вытащил телефон из кармана, естественным движением набирая новый пароль. Он изменил его, благо есть сканер отпечатка пальцев. — Нам рано вставать. Но если у тебя ещё есть вопросы, давай решим всё сразу. Мне как-то неприятно, что ты думаешь будто я не являюсь собой.       — Тогда что насчёт тебя и Джейка? И… Сонхуна.       Джей явно отвлекал его и себя от предыдущей темы, чувствуя неловкость от собственных подозрений. Сону затолкал подальше желание просто заставить парня забыть о причинах, побудивших задуматься о его поведении. Хотя он всегда предпочитал войну худому миру, в данном случае сердце превалировало над рациональностью.       — С Джейком мы просто притворялись парой. Сонхун помолвлен, а я не настолько дурак, как ты возможно считаешь, чтобы впутываться в заведомо проигранное дело.       Кивнув, Джей больше ничего не сказал. Они оба остались выжатыми как лимон и неудовлетворёнными. Откровенный разговор должен был помочь разобраться в себе и в отношениях между ними, однако вместо расслабленной близости они словно отдалились ещё дальше. Сону по-настоящему испугался разоблачения, Джей запутался окончательно.       Равномерно тикающая бомба затихла, но ход её часов безжалостно отсчитывал секунды до взрыва.       ***       На следующее утро Сону разбудил звонок. Телефон валялся на тумбочке, едва живой на последних процентах, так как никто, конечно, не озаботился зарядкой. Спросонья Сону уронил его на пол, а потянувшись следом — взвыл от боли в напрягшейся шее.       В конечном итоге, узнать, кто ему позвонил в такую рань, Сону смог спустя пятнадцать минут. Успев немного зарядить телефон и умыться, он грустно осматривал тёмные отчётливые отпечатки чужих рук на тонкой шее и распухшую губу. Придётся купить маску, чтобы не напугать особо впечатлительных.       Контакт «Мама» отправила сообщение, в котором спрашивала, как у него дела, и извинялась, что не проверила разницу во времени. На часах значилось семь утра, значит, он проспал совсем немного, однако ложиться обратно уже не было смысла.       Ранее мама Ким Сону связалась с ним во время тренировочного матча. Тогда Сону отделался тем, что очень занят и не может говорить, а потом лихорадочно прочёсывал все чаты с ней. В том числе и семейный, где с начала осени активно переписывались лишь трое из четырёх участников: мать, отец и младший брат.       В прошлом мире у Сону была старшая сестра, в этом младший брат. Немного странно чувствовать себя первым ребёнком, у которого есть определённая ответственность за донсена. Хорошо, что они нечасто обменивались сообщениями в личке, поэтому Сону предположил, что отношения у них могут быть хорошими, но без фанатизма.       — Мам, у вас же сейчас почти второй час ночи, почему ты до сих пор не спишь? — сходу атаковал Сону, позвонив первым. Его голос достаточно сиплый, чтобы не выдать внезапное превращение в девушку. Если бы родители Ким Сону узнали об этом, то захотели бы пообщаться через видео-звонок, а с его помятым внешним видом этого лучше избежать.       — Напугал! Не успела я ничего сказать, а ты уже упрекаешь меня.       Сону хотел засмеяться или хотя бы что-то ответить на шутливые возмущения, но отчего-то язык стал неповоротливым. Чёрт, он даже не знал, как зовут эту женщину, только видел фотографию профиля, однако её голоса хватило, чтобы Сону почувствовал себя странно.       В груди образовалась ноющая дыра.       — Конечно, мы ещё не спим. Твой брат сегодня… а, уже вчера — неважно. В общем, вчера он с местными детьми выслеживал браконьеров, которые недавно убили несколько носорогов. Я чуть не поседела от ужаса! Что вообще с этим ребёнком?       Рука Сону замерла.       — Я даже не знаю, что сказать. Он хотя бы цел? И что с носорогами?       — Цел, даже здоров. Твой отец вовремя нашёл его — Сонджэ как раз собирался подорвать этих тварей. Ну да ладно, главное, что всё обошлось. Носорогов не удалось спасти, однако мы выгнали их с нашей территории и передали властям. Теперь их судьба будет решатся законным путём.       Вопрос, а как вообще Ким Сонджэ хотел взорвать базу браконьеров, пришлось проглотить. Сону покачал головой, понимая, что зря откладывал семейное воссоединение, столько интересного упустил. Может, к чёрту Деселис? Отправиться в Африку к родителям и брату, там явно веселее время пройдёт?       Прошедшее лето Ким Сону отгулял в США, а до этого учился, так что любые изменения можно спихнуть на взросление. В этом возрасте ведь подростки часто становятся похожими на совершенно незнакомых людей.       — Лучше расскажи, как ты там? Никто не обижает? В понедельник я съезжу в город, отправлю тебе на карманные расходы. Знаю, что должна была сделать это давно, но последние пару недель у нас тут завал, никак не могу добраться до банка.       — Да всё в порядке, — легкомысленно отмахнулся Сону, вдруг осознав, что улыбается. — Джей-хён в этом плане лучший.       — Ах, ну да, — женщина рассмеялась. — Хорошо, что рядом с тобой есть Джей. Он ответственный мальчик, всегда присмотрит. Не будь с ним слишком суровым, а то я знаю тебя. Как скажешь что-нибудь, хоть умирай после этого, никакой разницы между твоими словами и пулевым ранением.       — Мама! Ты вообще на чьей стороне?       — Честно? — она задумалась, из-за чего Сону тут же надулся. — Шучу, конечно, на твоей, я же твоя мама. Но и ты не наглей. Кстати, что с твоим голосом?       — Я слегка простудился тут, ничего серьёзного. Сегодня мы уже вернёмся в Деселис, там меня подлечат.       Дав пару советов, как сберечь себя от простуды, мама поспрашивала о разном, обсудила, какие виды спорта добавить в программу обучения детей, и лишь к концу разговора перешла к важной теме. Сону сам не заметил, как расслабился и болтал с ней без былого напряжения, поэтому не ожидал подлянки.       — Тут такое дело, солнышко, — знакомое прозвище ударило под дых, — мы, наверное, не сможем прилететь на твои зимние каникулы. Твоего отца пригласили на международную конференцию, а она выпадает как раз на тот период. Плюс в соседней деревне мы обнаружили двух маленьких магов, я должна остаться и присмотреть за ними.       — О, понятно.       — Я понимаю, что ты злишься. Поэтому я подумала, может, ты всё-таки захочешь прилететь к нам? Да, я в курсе, что тебе не нравится эта идея, ты всегда отказывался, но поразмысли над этим. Я соскучилась.       Сону сглотнул. Ему хотелось посетить Африку, за всю свою жизнь ни разу не удалось побывать там. И после лёгкого разговора казалось, что он сможет найти общий язык с семьёй Ким Сону.       Но это и было самым опасным.       Достаточно имеющихся связей, чтобы сомневаться в своём решении покинуть этот проблемный мир, зачем добавлять к душевному грузу?       Пообещав подумать и поныв для приличия, Сону завершил вызов с лёгкой тоской в сердце. Так же, как мать Ким Сону скучала по своему сыну, он скучал по своей матери. До появления здесь они почти год не виделись по разным обстоятельствам, а если прибавить месяцы, проведённые в Деселисе, — получается ровно год.       Вполне достаточно, чтобы почувствовать разлуку.       Сону нашёл в чемодане чёрную медицинскую маску, переоделся в удобную одежду и спустился в холл. Отправление назначено на одиннадцать утра, сразу после завтрака, поэтому он поторопился.       — Ты в порядке? — Юджин подскочила с дивана, который занимала с остальными чирлидершами, и подбежала ближе. С запозданием Гаыль тоже бросила недоумевающих девушек. — Ну-ка, покажи лицо, почему в маске-то. О, боже!       Зашикав на неё, они с Гаыль переглянулись. Рот распух настолько, что даже выпирал сквозь маску, но он был бы признателен, если они не будут комментировать. И без этого вчера пришлось успокаивать их, когда Сонхун с ним на спине забрался по трубе в соседний номер, а сторожившие окно девушки приняли их за воров.       — Тебя избили?! — разъярённым шёпотом спросила Юджин.       — Пришлось поучаствовать в потасовке, всё в порядке. Кёнмин справится за пару секунд, — похлопал её по плечу, Сону перевёл тему: — Где все?       Как оказалось, половина футбольной команды уже отправилась в бургерную неподалёку, а девушки ждали проспавших Рэй и Дживон. В итоге на завтрак подошли почти все, кроме Джея, Джейка и Джэука. Сонхун воспользовался моментом отсутствия друзей, бросил команду и сидел за столом с чирлидершами, словно всегда был в их компании. Юджин сдержала ехидный комментарий под строгим взглядом Сону, но весьма многозначительно вздыхала.       Из-за разбитых губ пришлось ограничиться напитком и парочкой наггетсов, которые он ел украдкой. Особого голода он не чувствовал, поэтому не расстроился.       — А ты почему в маске? — уже на улице тренер заметил его и приподнял брови.       — Надышался лилий вчера, и с утра у меня распухло лицо от аллергии, — не моргнув глазом, соврал Сону. Тот букет не давал ему покоя, поэтому он вбросил эту информацию, а сам проследил за реакцией парней.       Рики нарочито равнодушно отвернулся, однако уши его подозрительно покраснели. Сону чуть не споткнулся на ровном месте.       Это ещё что за новости?!       Обеспокоенный с утра пораньше Сону дошёл до отеля в размышлениях.       У входа стоял знакомый парень в кожаной куртке и с сигаретой в татуированных пальцах, всё по канонам популярных романтических сюжетов о плохих мальчиках и хороших девочках. Только Сону себя с хорошей девочкой мог ассоциировать лишь во сне, и присутствие Чонгука повлияло лишь потому, что ночью они вчетвером благополучно нарушили негласные правила. И даже парочку законов.       — Господин Чон, здравствуйте, — удивлённый тренер поздоровался и махнул группе школьников зайти внутрь, но у Чонгука были свои планы.       — Где ваш раненный? И вы оба, — он указал на Сону и Сонхуна, после чего затушил сигарету и выбросил в урну. — Надо обсудить кое-что касательно вчерашней ситуации на поле.       Тренер согласился предоставить им уединение, но поставил условие, что они не уйдут далеко. Поэтому Чонгук решил присесть прямо в холле, пока мужчина поищет Джея. Сону спокойно сел напротив дивана, заняв узкое кресло, за которым Сонхун встал как телохранитель.       — Теперь, когда все в сборе, — завидя приближающегося Джея, Чонгук хлопнул в ладоши и вытащил из кармана перочинный нож. — Хотел бы узнать, что конкретно вы сделали с тем пацаном.       — О ком речь? — невозмутимо поинтересовался Джей в тёплой водолазке, замерев возле Сонхуна. Сону заставил себя смотреть прямо перед собой. Самым здоровым среди них выглядел полуоборотень, даже ноготь отрос за ночь.       Водолазка не могла скрыть синяк на подбородке и ссадины на скулах.       — Чон Икхун появился рядом со школой, и так получилось, что я увидел его. Довольно странно, что парнишка, с которым вы оба столкнулись перед игрой, теперь смахивает на палитру художника в депрессии.       — Его что, побили? — нахмурился Сону и посмотрел на парней через плечо. — Что вообще в той школе происходит? Сначала толкнули Джей-хёна, теперь этого Чон Икхуна. Нет, подождите, а причём тут мы?       Чонгук пристально уставился на него, изображающего из себя невинность.       Для верности Сону пару раз хлопнул ресницами.       — Понятно, добровольно признаваться не желаем. Тогда просто предупрежу, что, несмотря на ваше участие в расследовании Ким Намджун-хёна, я не собираюсь доверять вам без сомнений. Парня практически покалечили.       — Джей-хёна тоже покалечили.       — Этого я не отрицал, — кивнул Чонгук, опираясь локтями в расставленные колени. — Однако есть разница между обычным человеком и магом, который получит надлежащее лечение в Деселис. С ним у меня будет отдельный разговор, вас же хочу предупредить, что самосудом никакие дела не решаются. Без доказательств нельзя…       — Вот именно, — Сону поднял указательный палец, без зазрения совести перебивая его. — Без доказательств. А у вас есть доказательства, что это мы напали на него?       Чонгук помолчал пару мгновений, после чего с усмешкой откинулся на спинку дивана. Атмосфера прояснилась, словно никто не нагнетал тут обстановку скрытыми угрозами и предупреждениями.       — Намджун-хён говорил, что ты непростой паренёк, — удовлетворённо кивнул Чонгук. — Вижу. Согласен.       — У вас принято сплетничать о школьниках?       — Ладно, я оценил твоё нахальство, прекращай проверять мои границы. Теперь перейдём к реальной причине моего присутствия. Это касается грядущих Магических игр. От каждой магической школы будет выбрана команда составом от пяти до семи участников, а с учётом возобновившихся слухов об убийствах, Деселис заведомо в проигрышном положении. Мне нужно встретиться с командой заранее. Так как вы члены студсовета, будет логично обсудить это с вами.       Сону, Сонхун и Джей внимательно выслушали Чонгука и переглянулись.       — Отбор закончится в конце декабря, и мы никак не узнаем, какая команда будет представлять академию.       — Неужели ты действительно считаешь так?       Чонгук выгнул бровь, и Сону потерял всякое желание увиливать.       — Директор Мин ни за что не позволит выбрать команду случайным образом. Так что узнайте, кого выбрали, и как можно скорее сообщите мне.       Переговорив ещё некоторое время, Чонгук пожелал Джею выздоровления, вручил свою визитку и покинул их компанию.       — Может, надо было рассказать ему об истинной природе Чон Икхуна? — спросил Сонхун, когда спина сотрудника Комиссии по надзору за одарёнными исчезла в дверях. Он крутил в руке новенький телефон, естественным жестом поправив чёлку Сону, после чего уселся напротив.       Сону скрестил руки на груди. Он догадался, что Чонгук мог узнать о нём либо покопавшись в документах, либо через кого-то — и на ум сам собой пришёл Ким Намджун. Потому что они оба приблизительно одного возраста и создают схожее впечатление, но он не имел прямых доказательств. Сегодня Чонгук подтвердил его домыслы, правда проще от этого не стало.       — Мы всегда успеем сделать это позже.       Встретившись взглядом с Джеем, напряжённо молчавшим весь разговор, Сону отвёл взгляд.