Обязанности главной героини

      Сону садится на водительское место, первым делом проверяя содержимое бардачка. На одежде остался тонкий запах керосина и гари, в любое другое время он бы жаловался на вонь, но сейчас его мысли занимали более важные вещи.       — У меня заблокирована магия, — серьёзно говорит Хисын, поглядывая на чернеющий храм впереди. Жилая пристройка располагается за ним, поэтому он не может точно знать, что там происходит. — Ты умеешь водить машину? Я не смогу управлять ею телекинезом.       — Я на это и не рассчитывал, — бросил Сону, найдя свой телефон среди многообразия хлама. Также там лежал чей-то перочинный нож, довольно старый и местами проржавевший, его он тоже спрятал в карман.       Он заводит двигатель. Сеть здесь ловила ужасно: карта местности никак не хотела загружаться, поэтому пришлось ориентироваться по памяти. Рядом с храмом была всего одна дорога, и, хоть Сону не понимал, где именно они находятся, Рюкван свернул направо, когда съезжал с неё. Дальше за малым — просто ехать по прямой и пытаться добраться до населенного пункта.       — Сону, ты в порядке?       Покосившись на невольного спутника, Сону ничего не отвечает.       Перед уходом он убедился, что пламя распространилось по койке, закрыл обе кельи на замок и остановился у поворота в раздумьях. В то время, как Рюкван трогал его, Сону придумал около десятка подробных планов, каким образом уничтожить каждое живое существо в этом месте. Его не волновало, что помимо четвёрки антимагов в пристройке находились служители храма, которые могли вообще не знать о творящихся тёмных делах. Также мало его тревожили сопутствующие потери и возможные риски.       Может Сону осуществил бы один из замыслов, однако… Как бы то ни было, есть черта, которую не стоит пересекать. Легко стать безжалостным монстром, трудно оставаться человеком.       — Тот мужчина, — нерешительно продолжал Хисын, — мёртв?       — Могу вернуть тебя обратно, если хочешь помолиться за его душу, — резко произнёс Сону, нажимая на педаль газа. Стрелку спидометра качнуло вправо, от высокой скорости и плохой дороги машину затрясло. Учитывая, что ранее она врезалась в столб (на бампере виднелась отчётливая вмятина), то это становилось действительно опасным.       Хисын нашарил ремень безопасности и вцепился в дверную ручку. Его глаза напряжённо метнулись от лица Сону, скрытого в тенях, к освещённому фарами участку дороги впереди.       — Сону, я не собираюсь осуждать тебя, если ты убил его, — несмотря на очевидную тревожность, голос Хисына оставался спокойным. — Просто скажи что-нибудь. Они ведь антимаги, верно? Я не смог воздействовать на них во время нападения и сейчас ощущаю себя бессильным.       — С таким отцом немудрено, что тебе плевать на убийства.       Сону усмехнулся, игнорируя поступающую к горлу тошноту. Холод, сковывающий его сердце, подтаял, обнажая спрятанные глубоко чувства. Полчаса назад он готовился прикончить десяток людей, не заботясь о правых и виновных. Меньше всего ему хотелось обсуждать то, что случилось, ведь это неизбежно вскроет банку с червями, крышка которой потихоньку откручивалась.       — Ты специально пытаешься задеть меня сейчас? — Хисын стиснул зубы от очередного укола в болевую точку. — Мне казалось, что мы решили этот вопрос, так что прекрати. У меня нет желания ссориться с тобой на пустом месте.       — Надо же каким милым ты стал, — фальшиво улыбнулся Сону и вжал педаль газа в пол, в надежде, что высокая скорость разожжёт адреналин в крови. В азарте лишние мысли выветривались, уступая концентрации на управлении авто. — Собираешься молчать в тряпочку, если я буду дальше вести себя так? Тогда давай продолжим.       Лес по обе стороны сгущался, оставалось около трёх часов до рассвета, а Сону едва сохранял внешнюю невозмутимость. Болтовня Хисына добавляла масла в огонь, и котёл его эмоций вспыхнул.       — Для начала давай остановимся, ты едешь слишком быстро.       Сону раздражённо ударил по рулю. Да что ты будешь делать?! Почему нельзя оставить его в покое всего лишь на пять минут, от этого что, мир рухнет? Если бы вместо Хисына рядом был Сонхун, то он бы не злился так сильно. Сонхун на животном уровне чувствовал, когда лучше отступить и не капать ему на мозг, ответы никогда не были приоритетом для него.       Надо же, полуоборотень уехал вчера, а Сону уже скучал по тихому понимающему присутствию, тёплым крепким рукам, взгляду, что каждую минуту следовал за ним.       Внезапно Сону захотелось, чтобы он чудесным образом оказался рядом.       Даже когда Сонхун в состоянии аффекта силой целовал его, Сону не чувствовал себя так отвратительно, прекрасно зная, что в здравом уме тот никогда не причинит ему боль. Это пришло не сразу, он даже точно не мог сказать, когда начал доверять. Парень, что пугал его до ужаса поначалу, теперь представлялся оазисом безопасности.       — Сону, пожалуйста, притормози и давай поговорим. Я же вижу, что что-то не так, позволь мне помочь, — Хисын перестал следить за мелькающими деревьями и настойчиво уговаривал его, как маленького ребёнка. Он потянулся к руке Сону, судорожно вцепившейся в рычаг коробки передач.       — А мне не нужна твоя помощь!       Сону стряхнул прикосновение, в порыве злости обернувшись на Хисына. На долю секунды их взгляды встретились: пылающий раздражением прищуренный и напугано-решительный. Краткий миг взаимопонимания затрещал по швам.       С противным визгом машина вильнула вправо, сойдя с дороги навстречу кустам.       Мгновенно придя в себя, Сону переключил скорость и крутанул руль влево. Пальцы крепко вцепились в кожаную обивку, и каждый мускул в руках напрягся, включаясь в работу. Переднее колесо переехало что-то крупное, похожее на булыжник, из-за чего их снова встряхнуло: Сону упал грудью вперёд, больно ударившись рёбрами, а Хисын завалился вбок, задев его плечо руками.       Протаранив куст, автомобиль развернулся боком перед деревом и замер. В салоне установилась тишина.       Тяжёлое дыхание оглушало до такой степени, что Сону не сразу осознал: это он задыхался, распластавшись на рулевом колесе и не имея сил двигаться. Все полученные раны одновременно дали о себе знать: болела шея, рот казался сплошной открытой ссадиной, отбитые локти и пережатые запястья ныли, но хуже всего пришлось голове, внутри которой, казалось, взорвался фейерверк.       Хисын завозился спустя несколько секунд, с шипением выпрямляясь в кресле.       — Чёрт, — пробормотал он и встрепенулся. — Сону? Эй, Сону?! ***       Джейк хмуро наблюдал за звёздами, находясь на крыше жилого дома напротив автовокзала. Они приехали сюда кучу времени назад и не нашли никого. Телефон Сону по-прежнему не отвечал: как и с Сонхуном ранее, бездушный голос твердил, что абонент находится вне зоны действия сети. Чёрт знает, куда пропал его владелец.       Договорившись встретиться возле отеля, в котором уже ранее останавливались после событий на складе, Джейк и Джей отправились туда, но спустя два часа поняли, что что-то не так. Как бы сильно не противился Сону, он всегда старался выполнять сказанное. Ко всему прочему, с ним должен был быть как минимум Хисын, так куда же они двое пропали?       Беспокойство, улёгшееся после выяснения местоположения Сонхуна, вернулось с новой силой.       — Не берёт? — заслышав тихие шаги и чертыхание, Джейк обернулся.       — Нет, — мрачно ответил Джей и встал рядом, устало разглядывая тёмные крыши домов, едва различимые благодаря слабому городскому освещению. Луна ненадолго появлялась из облаков, чтобы снова скрыться, поэтому им было сложно разобрать фигурки одиноких редких путников внизу.       — Как думаешь, мог Сону передумать и уехать в другое место?       Джей протёр глаза пальцами. Вторая рука безвольно висела на замызганной марлевой повязке, гипс местами запачкался, как бы тот не старался вывести следы крови Икхуна. Когда они втроём остались в той комнате в особняке последнего, Джейк действительно боялся, что Джей попросту прикончит парня. Настолько озлобленным он друга видел впервые, раздражение от отказа Сону разговаривать с ним, не шло ни в какое сравнение.       — Откуда мне знать? — глухо произнёс Джей, выдержав долгую паузу и вздохнув. — Не притворяйся, будто не в курсе наших натянутых отношений сейчас. Я с трудом понимаю, что вообще Сону хочет.       — Ну, — вдруг ощутив неловкость, Джейк дёрнул плечом и отвёл взгляд. — Ты же всё-таки его друг детства.       — Ага.       Всего одно слово вырвалось из уст Джея, но в нём слышалась смесь эмоций от смирения до безнадёжности. Словно размолвка с Сону нанесла ему вред гораздо больший, нежели подножка во время тренировочного матча с последующим переломом.       Они приехали сюда на такси после недолгого совещания. Никто не рассчитывал, что Сону и Хисын зачем-то остались на автовокзале, но бездействие разъедало обоих изнутри. Так что они обязаны были проверить, а уж потом можно строить догадки или вовсе вернуться в отель. Всегда оставался шанс, что они просто разминулись с Сону и тот уже спокойно сопит лицом в стенку, чтобы утром вылить на их головы ушат насмешек за преждевременную панику.       Джейк надеялся на это.       Другие возможности, почему телефон Сону недоступен и его с Хисыном след простыл, сводили с ума.       — Ты куда? — заметив, что друг отходит к распахнутому настежь входу на крышу, уточнил Джейк.       — Нет смысла стоять здесь и ждать у моря погоду. Возвращаемся.       На лестнице Джейк поймал Джея за плечо и остановил, разворачивая к себе лицом. В неровном искусственном свете лампочки, то и дело мигавшей от перенапряжения, кожа Джея казалась жёлтой, а под глазами пролегли тёмные тени.       — Ты так просто сдаёшься? А если Сону в опасности? Если ему нужна наша помощь?       Коротко оценив решительное выражение Джейка, Джей рывком освободился от крепкой хватки.       — Себя слышишь? Когда это Сону нужна была помощь, тем более твоя?       — И что теперь, ты собираешься сидеть сложа руки? — не поверил Джейк. — Что с тобой? Раньше ты первым бежал, стоило Сону поранить пальчик.       — А что ты хочешь, чтобы я сделал? — вопросом на вопрос ответил Джей и раздражённо выдохнул сквозь зубы. — Меня больше интересует, с каких пор ты так переживаешь за него?       — Очевидно, здесь что-то не так! — повысил голос Джейк, чувствуя, как сердце сжимается от обвинительного тона.       — Да тут всё не так! Чёрт возьми!       Джей крутанулся на месте, ругаясь себе под нос. Он взъерошил волосы и зажмурился, в итоге ударив стену, чем заставил мгновенно напрячься — под кулаком образовалась дыра. Кусочки краски и пыль взметнулись в воздух, на пол упало несколько крупных кусков кирпича.       Джейк замахал ладонью, откашливаясь от попавшей в дыхательные пути мелко-дисперсной каменной крошки. Прошли всего сутки, как огромная физическая сила Джея была заблокирована, а он уже отвык от подобного. Да и в последнее время тот куда лучше контролировал себя, такие проявления агрессии стали редкостью. Но, конечно, ситуация не располагала к спокойствию.       — Вот чёрт, — куда тише и менее эмоционально сказал Джей и отряхнул кулак. — Блин, больно.       — Ладно, давай уйдём отсюда, пока ты не разрушил всё здание.       Прокашлявшись на свежем ночном воздухе, Джейк направился ближе к дороге. Значительно утихомирившийся Джей следовал за ним.       — Почему ты ничего не сказал мне о том, что видел в алхимической лаборатории?       Они проходили под сенью деревьев медленным шагом, по пути зыркая во все стороны в надежде обнаружить следы исчезнувших. После того, как они прибыли на вокзал и не нашли там никого знакомого, Джейк получил сообщение от Сонхуна, который как раз зарядил телефон и заметил кучу звонков. Тот ответил отрицательно на вопрос поехал ли Сону с ним и задал встречный, почему Джейк спрашивает. Его Джейк проигнорировал, не желая впустую тревожить друга, на случай если ничего страшного не случилось.       Поэтому версия, что пропавшие едут за Вонён, отмелась, оставляя их ни с чем.       Джейк повернулся к Джею и встретил пристальный взгляд.       — С чего бы мне говорить об этом.       — Тебе явно не по нраву пришлась идея, что я целовался с Ниннин, — вполголоса заметил Джей, останавливаясь. — Сперва я даже не понял этого. Но с каждым твоим проколом я отчётливо вижу, что ты пытаешься скрыть.       Вопреки здравому смыслу, Джейку почудилось, что вокруг него схлопнулся капкан. То, как Джей смотрел на него, не поддавалось объяснению. Будто ждал ответа, чтобы решить, как отныне относится к нему.       — Ты вкинул вопрос о поцелуе при Сону. Скажи честно, чего ты хочешь добиться.       — Чего я хочу добиться? Давай потом обсудим, сейчас явно не подходящее время…       — Тебе нравится Сону?       Это звучало наполовину утвердительно и обезоружило Джейка настолько, что его язык прилип к нёбу. Он молча стоял, глядя в глаза своему лучшему другу, которого старательно защищал от саморазрушительной связи, за которого готов драться хоть с Икхуном, хоть с кем-то другим. Другу, который слишком очевидно влюблён в Ким Сону.       — Я… — попытался было Джейк, но сдался в самом начале. В его разуме смешались чувства, неожиданно пробудившиеся, и дружеский долг.       Джей опустил веки, и стало понятно, что никакого подтверждения ему не требуется. Он наоборот жаждал услышать отрицание, а по нерешительной реакции Джейка осознал, что прав.       Не было ни дня, когда бы мысли о Сону не занимали его мозг. Джейк думал о нём постоянно на протяжении года, в итоге упустив момент, изменивший подоплёку его мыслей. На место презрения и жадного желания победить Сону пришёл поначалу совсем крошечный огонёк очарованности и восхищения. Интерес же был всегда, наверное именно он стал отправной точкой.       Иногда Джейку казалось, что он двигается по кругу. Пройдя долгий путь соперничества, в итоге он снова очутился в начале, где стоял позади Сону и наблюдал, как красивый первокурсник мило улыбается учителям, одноклассникам, другим ученикам. Кому угодно, но почему-то только не ему.       В живой картине Сону позволил себе принять его помощь. Но стоило Джейку ощутить тепло от этого взаимодействия, как тот отвернулся и решительно спрыгнул в мрачный неизведанный океан, оставляя его в ужасе наблюдать за падением со стороны. Пусть иначе они поступить не могли, ведомые сюжетом картины, всё же твёрдая решимость, с какой Сону выбрал смерть, потрясла Джейка.       Последующие события замкнули его внимание на Сону. Джейк мельком думал спросить Джея, что за отношения у них с Нин Ичжо, но каждый раз перед внутренним взором стояло опустошённое лицо с бесчувственными глазами. Каким-то образом приоритет сместился с выяснения правды до утешения Сону. По этой причине Джейк ворвался в его номер и предложил себя, втайне надеясь, что отвлечёт Сону, даст стимул двигаться дальше. И, может быть, маленькая малодушная часть Джейка рассчитывала, что Сону посмотрит на него иначе.       — Ты поэтому постоянно злился на Сону, — продолжил Джей раскрывать его. — У тебя проблемы с принятием чувств?       — А что насчёт тебя? — облизав нижнюю губу, Джейк отбросил сомнения прочь. Раз уж скрывать больше нечего, то и молчать в тряпочку он не собирался. — Ладно я. Как-нибудь разберусь сам, мне твоя помощь не нужна. Но ты тоже не без греха.       — И когда я это отрицал?       Ладно, с этим не поспоришь. Они стояли у дороги, вокруг ни души, и только луна была свидетелем их разговора. Джейк спрятал руки в карманы куртки, стискивая телефон, который в кои-то веки перевёл из беззвучного режима и настроил специальную мелодию звонка для Сону. На случай, если тот выйдет на связь.       — Тогда что у тебя с Нин Ичжо? Я не спрашивал, это твоё дело, но раз уж мы начали…       — Зачем мне, по-твоему, чёрт возьми, начинать что-то с Нинни… Нин Ичжо? — цокнул Джей, но в его мимике и жестах прослеживалась неловкость, а вовсе не раздражение. — Я… я уже поговорил с ней. Выяснил, что произошло. И выяснил бы это раньше, если бы ты сказал мне.       — Не сваливай с больной головы, это же твоя жизнь и твои отношения, — защищался Джейк.       — Да? Ну что ж, что-то не видно было, когда ты так удобно встрял в наш разговор с Сону. Я начинаю подозревать, что ты специально ввернул эту тему с поцелуем.       — Эй, ты с ума не сходи. Я спросил, потому что ты разбрасывался обвинениями!       — В отличие от моего якобы поцелуя с Нин Ичжо, ты действительно целовался с Сону, и кто из нас тут сходит с ума?!       — Поправь меня, если я ошибаюсь, но какое у тебя право возмущаться? — лёгкая вина обратилась в неприятие, и он вспыхнул как спичка. Джейк знал, что с его стороны некрасиво было втюриться в парня, который нравится его другу. Но, честное слово, это уже произошло, как бы он яростно не отрицал, да и по сути не только Джейк отличился. Сонхун, с равнодушием относившийся к собственной помолвке и последующей женитьбе сразу после окончания Вонён школы, вдруг повернул против течения. Только идиот бы не догадался о причине.       Джей криво усмехнулся.       — И правда, — саркастично сказал он, театрально взмахнув рукой. — У меня нет права возмущаться, нет права ревновать, спасибо за напоминание, дружище! Моя жизнь летит под откос, а я не имею никакого права предотвратить это! Сону поссорился со мной без моего ведома, вы с Сонхуном решили, что мне можно вообще ничего не сообщать, а Нин Ичжо за моей спиной начала со мной встречаться! Здорово, я просто невероятно, чёрт возьми, счастлив.       Джей пнул урну и с проклятиями запрыгал на одной ноге от силы удара. Металлическая коробка с символами трёх категорий мусора с пронзительным скрежетом накренилась к земле, наполовину вырвавшись из бетонного фундамента.       Совершенно иррационально Джейк прыснул в кулак. Под возмущённым взглядом он не выдержал и засмеялся, от внезапного веселья присев на корточки.       — Какого чёрта ты хохочешь?! — рявкнул Джей и попытался обойти урну, горя желанием надавать ему тумаков. Однако вместо этого споткнулся о незаметный железный штырь и рухнул на Джейка сверху.       — Слезь с меня!       — А ты не держи меня!       — Стой, убери ру–… Фу! Oh my god!       Десять минут спустя они сидели прямо на холодной земле, устав бороться друг с другом за свободу и надрывать живот от истерического смеха. Ситуация совсем не располагала к веселью: Сону и Хисын неизвестно где, вокруг Деселис с каждым днём словно сжимались тиски, над головами повисла неясная угроза в виде антимагического сообщества, по всей школе как ловушки расставлены опасные живые картины. Всего за два месяца прежняя безопасная жизнь стала похожа на туманный сон под утро, о подробностях которого забудешь через секунду после пробуждения, однако смутные воспоминания будут преследовать весь день.       Но почему-то Джейку стало легче.       — Понятия не имею, что именно мы увидели в лаборатории, но это сильно потрясло Сону, — не дожидаясь, пока эйфория схлынет, вполголоса сказал Джеюн. Его глаза скользили по противоположной стороне дороге, отмечая, покосившийся фонарный столб, на периферии Джей повернулся к нему и слушал. — Ты не в курсе, но… та живая картина что-то с ним сделала. Это было страшно, Джей, он казался таким тихим и неподвижным, что… Он искал тебя. Я уговаривал его пойти в медпункт или хотя бы отдохнуть где-то, но он пошёл за тобой. Я просто не смог оставить его в таком состоянии.       — В каком смысле картина что-то с ним сделала?       Джейк поджал губы, отгоняя образ лежащего без движения и следов дыхания Сону. Тогда он осознал, что его вечный школьный соперник слишком молодо выглядит для того, кто всегда вёл себя дерзко и уверенно.       Господи, да Сону даже парту передвинуть не может самостоятельно: на прошлом факультативе по Рунам ему помогли старшекурсники. Сону создавал стойкое впечатление сильного человека, будучи лишь второкурсником, который не увлекается никаким спортом.       — Джейк, что ты имел в виду?       — Мне показалось, — гораздо тише продолжил Джейк и встретился взглядом с напряжённым другом, — что картина забрала его душу.       Молчание воцарилось между ними, тяжёлое, но без признаков надвигающейся бури. Ревность и обида отошли на задний план перед лицом чего-то более серьёзного. Джейк ещё ни с кем не обсуждал свои мысли по поводу того происшествия, боясь, что произнесённое вслух автоматически станет правдой. Если посчитать количество найденных живых картин, то среди всех, помимо Сону, он попадал в них чаще, но ни разу не видел никого в схожем состоянии.       — Под «забрала его душу» ты…       Звук застрял поперёк горла, когда прямо перед ними появился человек. Джейк мгновенно отреагировал, взмахом ладони воссоздав стену пламени и вскакивая на ноги. Секунду назад они были лишь вдвоём посреди улицы. Мужчина очутился в метре напротив совершенно бесшумно и незаметно, ни шагов, ни следа чужого присутствия в качестве предупреждения они не получили.       Жар огня нагрел температуру воздуха, отбрасывая крупные тени трёх людей на землю.       — Воу, тихо! Угомони своё чёртово пламя, уголёк!       Джейк ощутил прикосновение плеча Джея. Пульс бешено бился в висках, но он сумел сохранить здравомыслие и не думал прислушаться к незнакомцу. Пока тот не заворчал по-звериному, упоминая знакомое имя:       — И чем я вообще занимаюсь? Ким Сону мне по гроб жизни обязан будет за то, что я не порвал этих придурков на мелкие кусочки.       — Что ты сказал? Откуда ты знаешь Сону? — немедленно сорвался Джей, делая шаг к огненной стене, из-за чего Джейку пришлось поспешно унять пламя. Их взору открылась ухмылка на светлом лице, густые тёмные брови, а над ними ужасный рваный шрам. Молодой человек в неопределённом возрасте, но не старше тридцати явно, сидел на корточках так, что свисающие руки царапали асфальт чёрными мощными когтями.       — Вы же его ищете? Слышал обрывки ваших оров.       Незнакомец не был похож на доброго самаритянина, скорее на ищущего повод сцепиться. Джейк опасно прищурился и над растопыренной ладонью показательно возник шар огня. Особого впечатления невысказанная угроза на незнакомого оборотня не произвела, Наоборот он насмешливо фыркнул и щёлкнул челюстью, обнажая пасть с крупными заострёнными зубами.       — Драться будем? Только не хнычьте потом, я ненавижу сопливых щенков. Похоже, Сонхуни отвратительно справляется с ролью альфы в школе, при мне никто не позволял себе выступать против волков.       Джей потерял терпение, рывком преодолевая расстояние до наглого оборотня и хватает его за воротник. С его сверхъестественной силой не составило труда подтянуть парня выше, но с одной дееспособной рукой он мог либо держать, либо бить, чем тот воспользовался, вырвавшись в тот момент, когда Джей пытался приноровиться.       — Ну давай! Покажи мне, какой ты смелый! Сделаю одолжение и бить сильно не буду, вам ещё Ким Сону надо забрать у похитителей.       Джейк, приготовившийся подсобить другу атакой с дальней дистанции, резко остановился.       — Что? — упавшим голосом спросил Джей и, не дождавшись мгновенного ответа, дёрнул незнакомца. — Ты видел Сону? Где он? Отвечай давай!        ***       Сону приводит мысли в порядок, отмахнувшись от беспокойного Хисына. Он знал, что потерял контроль, и ненавидел, что это произошло на глазах другого человека. Внутри до сих пор что-то кипело, подзуживая уколоть побольнее, накричать, но он глубоко вдохнул полной грудью и выдохнул, заново заводя мотор.       — Во время соревнований мы столкнулись с антимагом, которым оказался наш с Джей-хёном старый знакомый, — ровным тоном заговорил Сону, несколько раз поворачивая ключ зажигания. — Он рассказал, что некий священник помогал ему понять свои, так скажем, способности. Уже тогда это меня насторожило, а сегодня я убедился, что антимагическая партия собралась под сводами церкви. Пока ты трясся в багажнике, я также узнал, что главой либо же одной из главных является некая «госпожа». Есть вероятность, что она не публичное лицо, но по возвращению я собираюсь поискать всю информацию о высшем эшелоне христианства в Корее. Теперь это вопрос выживания, потому что оставшиеся в живых запомнили нас и обязательно снова появятся поблизости. Я бы порекомендовал тебе не высовываться из Деселис.       Машина никак не заводилась, из-за чего Сону сердито ударил по рулю, в последний момент расслабив кулак и просто схватившись за него. Настолько слабое финансирование, что похитители разъезжают на всякой рухляди? Как же жалко, Сону считал, что заслуживает лучшей подготовки.       — И ещё кое-что, — Сону повернулся к Хисыну, предусмотрительно не перебивавшему его. — Они вскользь упомянули, что в смерти той девушки, продававшей наркотики и зелье банде Пак Дохва и Ли Ёнбину, виновны кровососы, ворующие магию. Как я и предполагал, оставленные без капли крови тела дело рук вампиров.       Глаза Хисына слегка расширились, кадык нервно дёрнулся. Не дожидаясь, пока тот соберётся с мыслями, Сону вышел из машины и направился к капоту. Он мало что смыслил в механике, обычно такими проблемами занимались квалифицированные специалисты автосервиса или ухажёры, любящие почувствовать себя более мужественными за его счёт. Но кое-что всё же понимал.       К счастью, ничего на первый взгляд серьёзного авария не повлекла. На всякий случай, Сону обошёл машину по кругу, заглянул в багажник и вернулся на водительское сиденье.       — Воровство магии посредством питья чужой крови звучит абсолютно бессмысленно, — Хисын прервал тишину первым, задумчиво покусывая большой палец. — В истории есть куча случаев, когда жаждущие силы маги пытались её увеличить разными путями. Но кроме естественного последовательного прогресса никаких иных неортодоксальных способов не обнаружено.       Сону специально подкинул ему пищу для ума, дабы пресечь новые разговоры о его состоянии. Плюс в отличие от него, попавшего в волшебный мир лишь два месяца назад, Хисын рос в нём с рождения, будучи отпрыском интеллигентной и могущественной семьи. Какие бы дела не творил его отец, нельзя отрицать, что Ли Чжэин был весьма эрудированным учёным. Сам Хисын также производит впечатление умного парня, и Сону действительно интересовался его мнением.       — Лично никто из нас не встречал вампиров, поэтому сложно строить предположения на пустом месте. Касательно церковников-антимагов, то это звучит логично, — продолжил рассуждать Хисын. — Я думаю, нам нужно сообщить следователю Ким о том, что антимаги проявили себя.       — Вперёд, — пожал плечами Сону, наконец-то сумев завести старый автомобиль и аккуратно выруливая на дорогу. — Я всего лишь сяду за убийство, но если ты будешь носить мне передачки в тюрьму для одарённых, то не вижу проблем.       — Нет, я не… — Хисын выпал из задумчивого состояния и осёкся. После чего неловко почесал заднюю часть шеи. — Если ты поджёг комнату, то доказательства твоей причастности должны сгореть в огне.       — И где гарантия, что в рядах полиции не служит маг со способностями некромантии или считывания памяти вещей? Я навскидку могу придумать десяток способностей, которые помогут узнать, что конкретно там произошло. Сами антимаги не станут обращаться в полицию, нам остаётся либо смиренно ждать их действий, либо подготовиться.       В зеркале заднего вида что-то мелькнуло, привлекая внимание. Сону надавил на педаль газа, вполуха внимая невольному напарнику, вполглаза следя за дорогой.       — Ты прав, нельзя исключать магические способности, даже артефакта будет достаточно. Но тогда что ты предлагаешь?       — Почему бы не попробовать заманить их на живца? — рассеянно спросил Сону, вытирая промокшую от крови губу.       — Мне не нравится эта идея, — покачал головой Хисын и подался ближе, чтобы донести очевидные минусы: — Полагаю, я случайным образом оказался здесь, на самом деле они стремились заполучить тебя в первую очередь. Я имею в виду… ты был тем, кто разрешил инцидент с грубым обращением Пак Дохва, О Сынмина и Но Ноёна с первокурсниками и обнаружил свойство зелья, блокирующего магические способности. Если вначале это произошло спонтанно, то потом ты намеренно искал следы, поймал дилера, первого антимага, и в итоге наткнулся на вашего с Джеем знакомого, который тоже оказался антимагом. Также именно ты разговаривал со следователем Ким Намджуном.       — Держись крепче, — посоветовал Сону, и Хисын рефлекторно схватился за ручку у потолка.       — Ты итак находишься в зоне риска. Сону, пожалуйста, давай не будем действовать опрометчиво, хорошо? Я не хочу, чтобы ты… подожди, что происходит?       Не отвлекаясь, Сону толкнул его сесть ровнее. Точка далеко позади постепенно увеличилась, позволяя разобрать очертания быстро едущего фургона. На таком расстоянии сложно понять следует ли он за ними или просто оказался на одном пути. Скорости передвижения фургона недостаточно, чтобы догнать их, однако Сону не смел расслабляться.       — Кстати, у тебя аллергия использовать подручные средства в драке?       Хисын полубоком прилип к спинке сиденья, тревожно уставившись на фургон в отдалении и поэтому не сразу сообразил, что обращаются к нему.       — В следующий раз когда столкнёшься с антимагами, избегай приближаться к ним, иначе потеряешь преимущество раньше, чем успеешь закричать «Мама!». Пусть магия не действует непосредственно на них, однако они уязвимы перед теми же вещами, что и обычные люди.       — Понял, — быстро уловил суть Хисын. — Я смог отшвырнуть парочку за одежду. Но у меня до сих пор заблокирована магия, Сону.       — Благодарю за беспокойство, — вежливо цокнул Сону и резко свернул влево, прямиком в поредевший прилесок. — Я не страдаю амнезией, — ветки с противным частым стуком врезались в лобовое стекло, одно из боковых зеркал снесло деревом, и их затрясло от неровной дороги. — Помимо одежды ты можешь использовать окружение. Машины, дорожные знаки, канализационные люки, мусорные баки. Включи воображение в общем.       На этом краткий урок завершился, так как Сону убедился, что фургон действительно преследует их. Похоже, он был спрятан где-то за пристройкой, а у него было недостаточно времени, чтобы проверить в процессе побега. По крайней мере, это свидетельствует о том, что пожар в келье разгорелся достаточно сильно, чтобы разбудить остальных.       Прощай, Рюкван. Было крайне неприятно с тобой познакомиться.       — Приготовься, — предупредил Сону и сжал зубы, направляя машину вниз по склону. В темноте фары выхватывали ограниченный отрезок пути, мельтешение затрудняло обзор, а из-за относительно лёгкого веса его постоянно подбрасывало и приходилось изворачиваться, чтобы нога не соскользнула с педали.       На ходу он вытащил телефон Рюквана, который успел разблокировать его же отпечатком пальца, и протянул Хисыну.       — Используй его! — крикнул Сону, чуть не прикусив язык от грубой тряски. — Запиши мой номер!       Фургон не решился последовать за ними тем же самоубийственным путём, на что он и рассчитывал. Проехав ещё немного по инерции, Сону затормозил перед упавшим деревом. Звук сдвоенного заполошенного дыхания в тишине, контрастирующей с предыдущим хаосом, казался слишком громким.       — Вылезай и беги как можно дальше, — шустро расстегнув ремень безопасности, Сону не стал ждать, пока Хисын отомрёт, и сам отстегнул его. — Видишь Полярную звезду? Ориентируйся на неё, она приведёт тебя обратно на дорогу, только не сворачивай туда сразу. И не звони мне первым.       — Что ты собираешься делать, Сону?       Выскочив из машины, Хисын в изумлении наблюдал, как Сону достал из багажника канистру бензина и принялся обливать землю вокруг. Характерный запах заполнил ноздри. Затем он вернулся на водительское сиденье и опустил окно.       Бледное осунувшееся лицо со следами побоев, непривычное в женском обличии, вызывало щемящее чувство в груди, но под сдвинутыми к переносице бровями острый взгляд пронизывал насквозь. Очутившись в центре стремительно сменяющихся событий, Хисын никогда бы не решился действовать наобум, однако Сону словно привык идти напролом несмотря ни на что.       — Уходи, живо!       Даже без применения магии голос Сону требовал немедленного подчинения. Хисын отступил на шаг, другой, затем развернулся и со всех ног рванул прочь. Когда за спиной раздался грохот, характерный для столкновения, он уже ничего не смог различить в темноте кроме далёкого света фар.       Подготовив декорации, осталось дождаться появления героев, которые не преминули дать о себе знать. Наверняка шум привлёк внимание, служа лучшим ориентиром для поисков — антимаги на фургоне обогнули опасный склон и подъехали к врезавшейся в дерево машине с другой стороны. У Сону была небольшая фора во времени благодаря быстрому спуску, а теперь он затаился в нескольких метрах от аварии и мысленно вёл обратный отсчёт.       «Один, второй… третий внутри? Ах, вот и он. А священник, видимо, отказался от погони, что разумно. Наверняка в храме достаточно своих забот». В конце концов, неизвестно, до какой степени разгорелся пожар. Жаль только эти трое вовремя проснулись.       — Я убью их своими руками, плевать на приказ госпожи!       — Они там? Проверьте, — третий был главарём, в руках он держал короткоствольную винтовку и не стал подходить к сообщникам. Те же пытались открыть дверцы авто, но без ключа ничего не получалось.       Схоронившись под кустами, Сону дышал через раз. На его вкус, он был слишком близко к снующим антимагам и лишь благодаря слабой видимости оставался незамеченным.       — Тут никого! — ответил первый приблизившийся, заглядывая через лобовое окно. Ему пришлось распластаться грудью на капоте, и из-за этого он вымазался в тонком слое бензина. — Блять, что за?..       Сону крутанул колёсико зажигалки, поджигая дорожку бензина. Пламя вспыхнуло, пожирая пожухлую залежавшуюся листву, и стремительно скользнуло дальше. Один из мужчин обошёл дерево, краем глаза замечая, как посреди леса возникло небольшое пламя, неестественно распространяющееся по направлению к упавшему дереву.       — Чёрт. Что за фигня?       Сону прицельно швырнул зажигалку прямо в раскрытый от столкновения капот машины. Прятаться уже бессмысленно, поэтому он поднялся с ледяной земли для лучшего броска.       — Это ловушка! — осознав, что происходит, во всю мощь лёгких заорал антимаг.       Через пять секунд лес содрогнулся от оглушительного взрыва.

***

      Выстрел прозвучал совсем близко. Сону на бегу метнулся в бок и нагнулся, чуть не расцарапав себе лицо ветками. Ноги гудели и подкашивались, в груди набатом билось сердце, практически выламывая рёбра, или так ему казалось. Пока удавалось уворачиваться от пуль, петляя как заяц, но как долго продлится погоня?       Взорвавшийся автомобиль удалил двух игроков с поля, что оставляло Сону один на один с главным. Как назло, именно у него в руках была винтовка. Можно строить хитроумные планы, однако против огнестрела особо не повоюешь. Остаётся бежать, что есть силы, и лихорадочно искать выход из тупиковой ситуации.       — Хватит убегать! — кричал мужчина, снова вскидывая винтовку.       Сону упал на землю и перекатился под корни разросшегося дерева, когда пуля врезалась в ствол. Он дал себе мгновение передышки, после чего забрался по выступам чуть выше человеческого роста и немного высунулся наружу. Напряжённый взгляд охватил притихший лес. Сдерживая шум собственного дыхания, Сону максимально осторожно спустился на землю и на корточках выглянул с другой стороны.       Крадущийся мужской силуэт с выставленным на уровень глаз карабином показался в пяти метрах от его укрытия. Хоть Сону и был готов, но всё же вздрогнул от страха и нервно облизнул рот. По вискам лился холодный пот, толстовка под курткой прилипла к спине, а бездействие вытащило весь накопленный стресс на поверхность.       Приметив подходящее место, куда можно спрятаться снова, Сону несколько раз вдохнул и выдохнул в попытке успокоить трясущиеся конечности. Достаточно широкое дерево находилось слишком близко к преследователю, что исключает допустимость ошибки. Один неверный шаг, и его отправят куковать на тот свет.       — Считаю до трёх! Сдавайся, это бесполезно, и я хотя бы сохраню тебе жизнь. Чего делать вообще не обязан после того, как ты убил мою команду.       Сону отбросил волосы с лица. Взрыв опалил кончики, другие последствия отдавали назойливым звоном в ушах, поэтому он даже не расслышал половину сказанного. Что-то там о «сдаче»… неважно.       — Раз!       Ветки и листва захрустели под крепкими ботинками. Мужчина не сводил глаз с дерева, раскинувшего корни во все стороны.       — Два! Я не шучу!       Проверив на всякий случай шнурки кроссовок и быстренько затянув их на левом, Сону пригнулся. И прежде чем последняя цифра была объявлена, без всяких спецэффектов и предупреждений он выбежал на открытое пространство.       Оставалось совсем немного до цели, Сону забыл об усталости и горящих мышцах. Каждое мгновение ощущалось как в замедленной съёмке: вот он бежит на пределе возможностей, смотрит на антимага, чьё имя до сих пор неизвестно, их взгляды встречаются. Ночь скрадывала черты чужого лица, но Сону по памяти воспроизводит его.       Мужчина прицеливается.       — Нет!       Третий голос прорывает пузырь обособленности вокруг них. И, следуя рефлексу, дуло винтовки разворачивается в противоположном направлении, откуда навстречу выбежал Хисын. Испуганной птицей паника расцветает в груди, и Сону спотыкается о что-то твёрдое, пребольно ушибив пальцы ноги. В попытке восстановить равновесие он судорожно перебирает руками, практически проскочив целый метр на четвереньках.       Оглушительный хлопок созвучен с громким криком.       «Десять!»       Десять патронов. Навскидку определить вместительность магазина винтовки Сону не мог, поэтому постоянно держал и себя, и преследователя в состоянии погони. Насчитав восемь выстрелов, он убедился, что в магазине данного типа винтовки скорее всего десять патронов, после чего необходимо перезарядить её. Поэтому Сону вместо того, чтобы убежать подальше, наоборот выбрал ближайшее к преследователю укрытие.       Появление Хисына смешало карты. Антимаг отвлёкся, поэтому Сону пришлось схватить подвернувшийся под руку крупный камень и прицельно швырнуть его в спину мужчины.       Они сцепились у корней раскидистого дуба. Сону замахнулся, но тщетно — его руку грубо отбили, после чего антимаг пнул его в живот. Задохнувшись от боли, Сону не смог сопротивляться, когда его сграбастали за волосы и вздёрнули голову наверх.       — И почему надо было настолько всё усложнять, а? — риторически спросил мужчина, отбрасывая винтовку на землю, чтобы вздёрнуть его за воротник куртки и со всей дури прижать к широкому изгибистому стволу дерева. — Мерзкая тварь с проклятой кровью. Сегодня ты присоединишься к своим собратьям в аду.       Перед глазами плыли цветные круги, накладываясь на сморщенное в презрении мужское лицо. Сону не знал жив ли Хисын, а сейчас, похоже, наступил его черёд, и никто даже не найдёт их трупы. Нет сомнений, что эти чёртовы поехавшие фанатики смогут замести следы.       — Рюкван был отвратительным чудовищем, но он мой человек, Ноксу и Гильхан тоже часть моей команды, — продолжил антимаг, пресекая слабое сопротивление. — Это ты их прикончил как крыс, значит тебе и платить.       — Да пошёл… ты… — едва шевеля языком, Сону нашёл в себе силы усмехнуться. О чём сразу пожалел, так как чужая ладонь сжала его лицо и с размаху ударила затылком об дерево.       В тот момент, когда Сону не сдержал булькающий стон боли, удерживающие оковы в виде чужих рук ослабли — за спиной мужчины послышались неясные шорохи, и он резко обернулся, чтобы получить мощный удар прикладом винтовки по виску.       Тяжело дышащий, дрожащий от злости и ненависти Хисын застал антимага врасплох и не остановился. Сону сполз на землю, пальцы в кармане нашарили нож, который он собирался всадить под рёбра нападавшему, ежели ситуация загонит в угол как сейчас. Но глухие удары раздавались один за другим, словно перекрытый шлюз прорвало.       — Хватит, — вполголоса пробормотал Сону и закрыл глаза. Последняя неделя выдалась тяжёлой, словно мир решил испытать на прочность его нервы и терпение.       Наступила блаженная тишина.       Теперь у них нет транспорта. Без связи неизвестно, как далеко их текущее местоположение до ближайшего населённого пункта, не говоря уже о Деселис. Срочная угроза жизни устранена, однако расслабиться полностью нельзя — в храме остался по крайней мере один человек, который видел их лица и знал, что группа антимагов отправилась по их следу. Есть неплохой шанс, что с наступлением рассвета до служителя дойдёт, что что-то не так.       Сону с трудом разлепил опухшие веки, почувствовав несмелое прикосновение к руке.       — Ты как? — переспросил Хисын, когда Сону не различил вопрос в первый раз.       — Будто меня танк сбил.       Тело отказывалось слушаться, как бы не пытался Сону подняться на ноги. Сам себе он казался новорождённой косулей, словно малейший порыв ветра мог нарушить равновесие, и он развалится. Хотелось добраться до кровати и завалиться спать как минимум на сутки, да так чтобы никто не тревожил и вообще желательно забыл о его существовании. К сожалению, мечта несбыточная.       — Надо уходить. Их же было четверо? Надо уходить, пока остальные… остальные не пришли.       Сону посмотрел на Хисына и нахмурился. На глаза бросилось, как тот покачивался на одном месте, взмокшая чёлка прилипла ко лбу, а голова подёргивалась.       — Эй, что это с тобой? — преодолев слабость в мышцах, Сону подался вперёд. — Ты странно себя ведёшь.       Молчание стало довольно тревожным ответом, поэтому он осторожно дотронулся до плеча Хисына и тут же убрал ладонь, когда тот издал стон боли сквозь зубы. Минутное облегчение и дрёма растворились в небытие, стоило Сону понять, что пуля, выпущенная антимагом, нашла цель. Не просто же так Хисын упал.       — Чёрт, час от часу не легче, — прошипел Сону и постарался не злиться. Смысла уже нет, антимаг либо мёртв, либо без сознания, а у них есть задача поважнее. — Где болит? Плечо? Сядь, дай мне посмотреть.       — Нет-нет, — неловко покачал головой Хисын, явно не представляя, как выглядит со стороны. — Я в порядке, я… Давай уйдём, тут опасно. Ты ранен.       — Это ты ранен, — раздражённо выдохнул Сону, тщетно старавшийся не злиться на чужое упрямство.       — Я?       Более не слушая, Сону аккуратно потянул Хисына за запястье и усадил на землю. На периферии тело антимага лежало без движения, но следовало убедиться, что в самый неподходящий момент тот не встанет вдруг. После быстрой проверки дыхания и пульса на шее, Сону нашёл в нагрудном кармане кейс с патронами, перекинул винтовку через плечо и вернулся к Хисыну.       Совместными, хотя вклад раненого был мизерным, усилиями они сняли с Хисына верхнюю одежду. Включив фонарик на телефоне, Сону с возрастающей тревогой осмотрел правое плечо — спереди на футболке красовалась обугленная по краям дыра, ткань вокруг промокла от крови. Похоже, пуля застряла внутри, что одновременно осложняло и облегчало проблему. По крайней мере, кровотечение не было обильным.       В антисанитарных условиях многого не сделаешь. Сону разорвал на неровные полосы свою футболку и кое-как перевязал рану, вынудив Хисына помёрзнуть с голым торсом.       — Извини, — вдруг вполголоса сказал Хисын, когда он закончил и присел отдохнуть. В ответ на непонимающий взгляд, парень продолжил: — Я оставил тебя.       О нет, ещё один с комплексом героя и проснувшейся совестью. Сону сделал вид, что занят телефоном, бессмысленно листая галерею. Сети как не было, так и нет, удалось только получить кучу уведомлений о звонках и сообщениях, однако ответить кому-либо он не смог.       — Я должен был остаться с тобой, — настаивал Хисын. — Не знаю, что на меня нашло, я испугался и, когда осознал, что происходит, уже бежал со всех ног, как будто… нет, это всё оправдания, я не хочу оправдываться…       — Прекрати, — наконец, перебил взволнованную речь Сону и отмахнулся. — Меня не интересует, что ты чувствуешь себя виноватым.       — Я подвёл тебя.       — Нет, ты подвёл себя, — отрезал Сону, слишком уставший, чтобы иметь с этим дело. — У меня всё было под контролем, но ты вмешался и получил пулю. Хорошо хоть не в лоб, иначе мне пришлось бы тащить твой труп и как-то объясняться, почему так вышло.       Хоть зимой здесь нет снега, но температура воздуха довольно низкая, особенно ночью. Если оставаться на одном месте, то вскоре становится невыносимо холодно. В лесу под высокими кронами деревьев даже летом не бывает жарко, только душно и влажно, что напоминало о других неудобствах. Насекомых, например.       — Когда ты так говоришь, я чувствую себя бесполезным.       Сону посмотрел на усмехнувшегося Хисына.       — Ты бесполезен.       Хисын замер, опустив голову.       — Это хотел услышать? — безжалостно спросил Сону и поднялся на ноги. — Займёшься самобичеванием в другой раз, а сейчас вставай. Ты не умрёшь здесь, я тебе не разрешаю, так что двигайся уже. Нам нужно вернуться в Деселис.       Пройдя несколько метров, он услышал за спиной шевеление. Подавать руку человеку, который чуть не скатился в депрессию на его глазах, Сону посчитал лишним. Как бы то ни было, они в одинаковых условиях, и, если Хисын хочет жить, то перестанет растекаться соплями по земле. Предстоит долгий путь, но без внутреннего стержня даже первый шаг может оказаться последним.       К счастью, до узкой просёлочной дороги они дошли относительно быстро. Учитывая общее неудовлетворительное состояние, Сону радовался и этому, пусть до Деселис ещё далеко.       — В храме были другие люди? — тяжело дыша, спросил Хисын, когда они остановились у края леса. Небо на востоке слегка посветлело, намекая на скорый рассвет. — Может не стоит выходить на дорогу? Что если появится другой фургон? Сколько их там вообще…       — Помимо четвёрки антимагов, что напали на нас, у них один сообщник в храме и неизвестное количество других служительниц.       — Тогда лучше поостеречься.       Сону согласился, поэтому дальше они пошли в противоположную от храма сторону, стараясь не высовываться на открытое пространство. Плохо, что маршрут не особо популярный, ни одной машины они так и не встретили. Впрочем, вряд ли нормальный человек решится подвезти подозрительную парочку.       — Как ты думаешь, почему именно сейчас?       Спустя примерно полчаса молчаливой ходьбы они сделали вынужденный привал, так как Сону споткнулся и не смог сразу встать. Мышцы ног гудели от перенапряжения, явно не привыкшие к подобной нагрузке, а последствия взрыва нет-нет догоняли в случайный момент внезапной потерей слуха или наоборот непонятными шумами. Если поначалу Сону посматривал на Хисына, боясь, что рана даст о себе знать, то к нынешнему часу уже сам едва стоял.       Не поднимая головы с колен, Сону издал бормочущий звук.       — Я про антимагов, — сипло уточнил Хисын, севший на землю рядом с ним. — Почему они взялись за тебя так поздно? Прошло достаточно времени после того, как ты встретился с той дилершей, а следователь Ким начал расследовать эту проблему… эту проблему тоже не вчера.       На самом деле Сону как раз размышлял об этом. По всему выходило, что встреча с Икхуном — единственное происшествие, которое могло привлечь внимание антимагов. Чон Чонгук знал ровно столько, сколько ему мог рассказать Ким Намджун, так что оставался либо Чон Икхун, выдавший Сону своему дружку из церкви, либо во время расследования полиции что-то произошло. К сожалению, доступа к подобной информации у него нет, только догадки.       — Ты говорил, что в футбольной команде есть некто, покупающий эту дрянь, — вдруг вспомнил Хисын.       Сону резко вскинулся и повернулся к нему.       — Да, — медленно произнёс он, понимая, что совсем забыл об этом. Немудрено, конечно, но он чувствовал себя странно. — Верно. Антимаги сказали, что его фамилия Ли. В команде всего три участника по фамилии Ли, двое в основном составе, который и поехал с нами на соревнования.       — Я просто подумал, что не зря же они рыщут вокруг Деселис, — тьма понемногу отступала, открывая расцарапанное лицо Хисына, слишком бледное и осунувшееся всего лишь за ночь. — Помимо Пак Дохва и прочих отбросов они могли связаться с этим Ли и наладить союз, хотя я всё ещё слабо представляю, чего антимаги вообще добиваются.       — Они ненавидят магов. Называют нас проклятыми детьми, и как-то не верится, что с таким отношением они хотят от нас сотрудничества, скорее наоборот.       Хисын молча посмотрел на Сону. Не нужно лишних слов или магии, чтобы понять мысли друг друга.       — Сону, единственный Ли, который мог что-то знать, должен быть достаточно близок к студсовету.       Формулировка довольно расплывчатая, словно Хисын не решался прямо указать на человека. Но они оба подумали об одном и том же.       — Как ты? — перевёл тему Хисын.       — Как ты? — сделав акцент на последнем слове, перенаправил вопрос Сону и взглядом указал на раненое плечо. — Болит наверняка неимоверно, но как только вернёмся в Деселис, Кёнмин подлечит тебя.       Всю дорогу Хисын поддерживал правую руку левой, стараясь не тревожить её. Сонливость отступила, он вроде как даже мог нормально говорить, хоть и заикался иногда, однако долго так продолжатся не могло. Им следовало идти дальше.       — Неприятно.       — Ты хорошо справляешься, — зачем-то сказал Сону.       Может дело в собственной предвзятости или в сформировавшемся крайне низком впечатлении, Сону не ожидал, что Хисын сможет терпеть боль молча. Изредка он шипел сквозь зубы и в целом шёл пошатываясь, но шёл же.       — Не так хорошо, как ты, — потупившись, пробормотал Хисын так тихо, что слова практически не различались.       — У нас не конкурс, — поморщился Сону. — Нет нужды сравнивать себя с кем-то.       Издав невесёлый смешок, Хисын покачал головой. Уговаривать его — меньшее, чем хотел заняться Сону, поэтому промолчал. Они просидели ещё пять минут в тишине, прерываемой редким птичьим карканьем, словно мироздание решило, что атмосферы безнадёжности недостаточно.       — Ты поэтому не смотришь мне в глаза в последнее время?       Сону, потихоньку собиравший силы, незаметно вздрогнул. Успокоившееся сердце забилось с новой частотой, сбивая мысли в кучу.       — О чём ты? — держа голову прямо, вильнул в сторону Сону. — Снова ерунда какая-то пришла на ум?       — Когда мы встретили Ю Ари-я, ты сказал, что я прочитал её мысли. Как ты это понял? Почему ты сказал именно так?       В отомэ-игре телепатия Хели проявилась позже. Вместе с Суха и остальными целями захвата, ища зацепки к её прошлому, они отправились в его дом и там подверглись нападению вампиров. К тому моменту отношения между главной парой претерпевали кризис из-за выяснившейся правды об отце Хели, но на краю гибели Хели пробудил в себе новую способность и сумел переломить ситуацию в свою пользу. Вампиры имели существенный недостаток — в отличии от своих фэнтези-собратьев они могли спокойно ходить под солнцем, но свет луны причинял страшную боль. Те же оборотни, например, наоборот становились сильнее ночью.       Всё это безумно интересно, однако как объяснить Хисыну?       — Ты сам себя выдал, — стоически проворчал Сону, перешнуровывая кроссовки в надежде потянуть время и занять руки. — Я довольно внимательный, а ты не особо скрытный. Телекинез связан с возможностями разума, в истории немало случаев, когда маг пробуждает в себе смежную способность, и телепатия весьма подходит под данное определение. Иначе как ещё ты мог узнать, что она просит о помощи с закрытым ртом?       — Я думал о том же, но ты начал избегать встречаться со мной взглядом задолго до этого. Неужели я уже тогда себя выдал?       — Работай над самоконтролем, и тогда твои секреты останутся твоими, — фыркнул Сону и небрежно толкнул Хисына в плечо.       Если так посудить, то Хели и Шион сильнейшие среди целей захвата. Но недавнее открытие показало, что Сонхун лучше всего справлялся с сопротивлением антимагическому зелью, пока непонятно связано это с наследием волка или присуще ему одному (Сону не забывал, как Сонхун сбрасывал с себя гипноз). Так что против конкретной группы людей полуоборотень эффективнее как напарник.       Будь Сонхун рядом, Сону бы не пришлось терпеть домогательства Рюквана… Нет, опасно углубляться в эти дебри. Реальность такова, что они в любом случае выбрались из передряги живыми и относительно невредимыми.       — Когда вернёмся, нам следует сообщить директору о произошедшем.       — Ты так думаешь? — устало спросил Сону, особо не ожидая ответ. Были сомнения, что директор Мин не в курсе, и его бездействие в данном контексте выглядело бы ужасно неправдоподобно, но он же сбросил проблему живых картин на собственных учеников. — Он практически не бывает в Деселис.       — По крайней мере, он должен принять меры. Если осведомитель антимагов действительно тот, о ком мы думаем, то безопасности в стенах школы больше не будет.       — Её и так нет. Или живых картин недостаточно для понимания?       — О них тоже нужно позаботиться, — кивнул Хисын и крепко сжал правое плечо с гримасой боли, ему пришлось сцепить зубы и перетерпеть момент слабости. — Многое упростится, если бы мы узнали количество купленных моим отцом картин.       Цифра девять мелькнула среди всполоха мыслей и затаилась. Восемь из рута Хели и одна из дополнительной сюжетной линии, связанной с зеркалом тысячи миров, которое Сону старательно искал в каждой живой картине.       В отомэ-игре показали три картины: первая, открытая Суха и Хели, четвёртая, куда попали все цели захвата с главной героиней, и та, что появлялась в дополнительном руте. Но Сону побывал в пяти из девяти, и ни одна ему не знакома. Довольно настораживающе. Более того он специально обшарил коридоры близ библиотеки, откуда Суха начала своё путешествие по нарисованным мирам, и разочаровался. Никакой картины там словно в помине не было.       Задумавшись, он опустил взгляд чуть ниже уровня глаз Хисына, рассеянно глядя на округлый кончик его носа.       — Девять?       Уловив прошёптанное слово, разум Сону прояснился. Он чуть не шлёпнул себя по губам, хотя совершенно точно знал, что молчал.       Чёрт, уже сложно удерживать себя в сознании, поэтому Сону не смог сконцентрироваться на привычном методе защиты своих мыслей. Даже факт осознания Хисыном новой способности не напугал его в той степени, как должно было быть в иных обстоятельствах. Вместо страха Сону ощутил усталость и пульсирующую головную боль.       — Как и в случае с Ари-я, твой рот не двигался, — продолжил Хисын забивать гвозди в гроб.       — И что это, по-твоему, значит? — мягко подтолкнул Сону, растеряв последние остатки благоразумия.       Их глаза встретились. Он не стал отворачиваться, впервые позволив прочной шипованной броне, охраняющей мягкое нутро, раскрыться. Джей заподозрил подмену, и Сону потратил кучу нервов, чтобы уладить проблему, а Хисын определённо не тот человек, которому он бы доверил сокровенную тайну.       Но жизнь в постоянном напряжении надоела до чёртиков.       — Причина, по которой ты знаешь так много, в том числе и о моём отце, — нерешительно пробормотал Хисын.       Холод в сердце образовал крупную льдинку.       — ...В отомэ-игре?       В двадцати метрах от дороги у ствола широкого дерева Сону и Хисын молча смотрели друг на друга. Окончание фразы утонуло в порывах беспощадного ветра, взметнувшего залежавшуюся листву с промёрзшей земли, прозвучав как эхо из другого мира. Того мира, откуда родом Ким Сону, приближающийся к двадцати девяти годам, когда его внезапно выдернули посреди рабочего дня в яркий солнечный четверг середины осени. Прошло почти два месяца, как он очутился в центре сюжета подросткового романа, адаптированного под игру для девочек. И каждый день этих месяцев был наполнен событиями, переживаниями, чувствами, о которых Сону не просил никогда.       Из всех людей здесь Сону больше всего чувствовал собственный провал с Хисыном.       Его любимый главный герой. Из страха перед ним Сону случайно загипнотизировал его влюбиться в Суха, а после отмахнулся, как от назойливой мухи, полностью избежав ответственности за его метания. Пусть он не хотел его любви, но и настолько отравлять кому-то жизнь тоже не входило в планы.       Джей мог возненавидеть его, Сонхун привязаться сильнее. Хисын же, хоть и ведомый чувствами, всегда оставался в стороне. Насколько Сону успел познать его характер, то правда не изменит его отношения к нему.       — Она называется «Dark moon», — Сону подцепил длинные волосы и перебрал обугленные кончики. — Я играл в неё, чтобы избавиться от стресса на работе, плюс мне понравился дизайн и какой-никакой сюжет. Твой рут единственный, который я прошёл, до остальных руки не дошли. И нет, часть выводов я сделал сам, так как разработчики по максимуму урезали полезную информацию. Если ты хочешь спросить знал ли я о деяниях твоего отца, то да, знал, но об этом многие в курсе. А касательно создания им вампиров… это пришло на ум, когда я изучал биографию Ли Чжэина, в игре об этом не говорилось.       Хисын молчал.       По венам словно пустили ледяную кровь — так неестественно спокойно себя чувствовал Сону, рассказывая свой самый большой секрет.       — Ну что? Я всё ещё нравлюсь тебе, герой?       Ничего не отвечая, Хисын покачнулся. Сону выпустил волосы из рук, рефлекторно раскрывая их, чтобы поймать потерявшего сознание главного героя.

***

      Джей нервно дёргал ногой, совершенно не замечая взглядов, которые периодически бросал на него Пак Ёнхва.       Час назад они разобрались с причинами и следствиями и безрассудно сели в машину старшего кузена Сонхуна, прибывшего в городок возле Деселис с неясными целями. Молодой мужчина на все вопросы провоцировал его и Джейка на драку, так что им пришлось оставить тему для более важных дел.       Не имеет значения, что тут потерял Пак Ёнхва, если он действительно видел, как Сону и Хисына утащили неизвестные, на которых не действовала магия. Именно это обстоятельство остановило оборотня от нападения, как он сказал, но Ёнхва сумел приблизительно понять, в каком направлении они увезли ребят.       — Моя машина припаркована далековато отсюда, — закатив глаза, объяснял Ёнхва. — Поэтому я бежал в волчьем обличии, а это, чёрт возьми, довольно выматывающе. Уж не знаю, куда встрял Ким Сону, но я никогда не встречал людей с сопротивлением к магии. Один ещё куда ни шло, откуда же появилась целая толпа?       Сидя на переднем пассажирском сидении, Джей перебирал в памяти выражение лица Сону, когда он увидел его и Нин Ичжо вместе возле магазинчика Винтер. Разговор с ним после встречи с Чон Икхуном задел каждый натянутый нерв, лишил его спокойствия, хотя планировалось наоборот выяснить, в чём суть их недомолвок и разрубить Гордеев узел до конца. Вместо этого расстояние между ними словно увеличилось в разы.       Джей устал гадать, что произошло. Поэтому поспешил найти Нин Ичжо, узнав, что она решилась покинуть стены Деселис по счастливому совпадению в тот день, когда они вернулись с соревнований. Ему нужно было поговорить с ней.       Никогда, в здравом уме или во сне, Джею не приходила в голову идея посмотреть на кого-то другого кроме Сону. Даже если шансов практически нет, даже если дружба — последняя станция, которой они смогут достичь, Джей не думал попытаться забыть его с помощью кого-то постороннего.       Сону — начало, и он же его конец.       Нин Ичжо находилась за пределами его сердца, и он полагал, что так оно и останется в будущем.       Когда она опустила голову, вся покрасневшая от стыда, злости и отчаяния, Джей понял, что был слеп слишком долго. К сожалению, в тот момент, успокаивая расстроенную девушку, разумом он находился далеко и едва понимал, что выходит из его рта.       Почему Сону так остро отреагировал на иллюзорный поцелуй, воссозданный магией бабочек? Зачем избегал Джея, жаля и кусаясь всякий раз, стоило ему оказаться рядом? С детства привыкший проигрывать несмотря на приложенные усилия, Джей отказывался тешить себя надеждами. И всё же, нет-нет, подспудная мысль вспыхивала среди тысяч вопросов без ответов.       Пронзительный взгляд, брошенный искоса, лишил последней уверенности, и Джей тихо отступил.       Но если бы Джей предугадал, что из-за решения дать им обоим пространство, в итоге Сону похитит неизвестная группа с явно недобрыми намерениями, то не допустил бы разделения.       Пусть это разобьёт ему сердце, но столь малая цена за жизнь Сону… Джей готов её заплатить. Жаль, что время нельзя повернуть вспять, остаётся довериться диковатому на вид оборотню из той части семьи Сонхуна, что постоянно третировала его. Отчаянные ситуации требуют отчаянных мер.       Джей прикусил ноготь и случайно сорвал кутикулу. В тёмном пропахшем мокрой шерстью салоне не видно кровь, но её запах забился в ноздри.       — Эй, я как-то предпочитаю самому разделывать пойманных животных и пачкать сиденья, давай прекращай обгладывать свои пальцы.       Грубая фраза немного привела Джея в чувства, хотя нервная дрожь усилилась, передаваясь второй ноге. В зеркале заднего вида отразилось безэмоциональное лицо Джейка.       — Уверен, что ему стоит доверять? — шипел друг, оттащив его, готового броситься следом за новым знакомым. — Вдруг это ловушка?       — А что ты предлагаешь? — огрызнулся Джей и вырвался из крепкой хватки. Воротник куртки прилип к шее, он успел основательно вспотеть от смутных опасений. — Он точно оборотень. Шанс, что представитель магической расы работает на антимагов, крайне мал.       — Но не близок к нулю! Себя слышишь вообще? Ты собираешься поехать неизвестно куда, просто потому что тебе сказали, что Сону там? Он даже не может точно определить его местонахождение.       — Тем не менее, лучше сделать хоть что-то. Мне казалось, что тебе нравится Сону, неужели недостаточно, чтобы помочь спасти его?       Джейк отшатнулся. Это был запрещённый приём, Джей прекрасно знал, как сильно Джейк заботился о своих близких людях. Если он влюбился в Сону вопреки всем ссорам и обидам друг на друга, то будет стоять на его стороне до самого конца. Потому что верность среди прочих качеств Джейка всегда стояла на первом месте.       — Если это подстава, ты не успеешь и пикнуть, как я подожгу тебя, — процедил в лицо ничуть не впечатлённому Пак Ёнхва Джеюн и сел на заднее сиденье.       Дорога выстилалась тёмной скользкой змеей. Спустя какое-то время городок остался далеко позади, как и освещение, поэтому машина ехала в темноте и тишине. Никто из троицы не горел желанием почесать языки, хотя сначала Пак Ёнхва старательно выводил их из себя, но в итоге тоже заткнулся. Как сказал бы Джейк: «и слава богу», терпение Джея не бесконечное.       Пак Ёнхва затормозил у обочины и высунулся из окна по пояс. Периодически он так делал, чтобы внимательно осмотреться и наверное принюхаться, чему парни не мешали. Что угодно, лишь бы ночь разлуки подошла к концу, и Сону с Хисыном нашлись.       — Да уж, увезли вашего ненаглядного за тридевять земель, — цокнул оборотень, вернувшись на сиденье и вдавливая педаль газа в пол. — Ничего, найдём.       — Почему ты так уверен? — подал голос Джейк. Могло показаться, что он снова ищет повод придраться, но нотки беспокойства прорвались наружу, значительно смягчив претензию.       — Ким Сону мне многое задолжал, а я не люблю отпускать должников. Значит, достану хоть из-под земли.       Джей сжал кулак здоровой руки, призывая себя успокоиться. Плевать, пусть несёт чепуху, он просто не позволит этому придурку что-то натворить. Главное, найти Сону.       Незадолго до сообщения, что Сонхун найден, Джей получил звонок от Чонвона. От вездесущего носа президента не укрылось отсутствие нескольких учеников в автобусах, поэтому он позвонил сначала ему и уточнил, чем они там занимаются. Упоминания Вонён и Сонхуна было достаточно, чтобы тот всё понял.       На самом деле, они не особо близки. Настоящими друзьями назвать сложно, просто так вышло, что Джей поддержал кампанию Чонвона в прошлом году и случайным образом помог избавиться от пары старшекурсников, постоянно вставляющих палки в колёса. Предыдущий студсовет откровенно плохо справлялся со своей работой: его члены занимались чем угодно, только не развитием школы, а появление амбициозного первокурсника восприняли как личную обиду. Однажды Джей даже выбил особо ретивому идиоту зуб, когда тот уничтожил плоды длительной подготовки Чонвона к публичному выступлению с представлением своего плана на будущее Деселис. Он особо не гордился своим поступком, но Чонвон с тех пор иногда заглядывал в его класс.       Так Джей получил возможность посидеть за ноутбуком в кабинете студсовета и использовал её сполна, заказывая для Сону разные вещи, которые тот хотел. От одежды до косметики.       Чонвон же держался от Сону на расстоянии, посмеиваясь с того, как Джей застревал на сайтах с целой кучей различных уходовых средств.       Всё изменилось пару месяцев назад, точную дату определить сложно. Однако Джей заметил, что прежде безразличный Чонвон проявляет интерес к Сону. До такой степени, что зачем-то заманил его в студсовет, караулил у дверей, таскал сумку, как будто возомнил себя личным пажом. И увиливал от прямых вопросов с мастерством конькобежца.       Джей плохо воспринял это. Ладно, если бы Чонвон просто хотел подружиться с Сону. Но поведение президента напоминало кота, гоняющегося за набитой мятой игрушкой, а позволить ему лезть с непонятными намерениями он не мог.       — А ты его мамочка? — улыбнулся Чонвон, и ямочки на его щеках углубились. Раньше Джей порой тыкал в них, чтобы сбить с него спесь и напомнить, что несмотря ни на что он оставался юным второкурсником. — Хён, давай ты не будешь строить из себя заботливого старшего, пряча собственные вовсе не родственные чувства к Сону.       С того дня они ограничивались общением чётко по делу.       Джейк, Сонхун и Чонвон. Оказывается у Джея довольно много конкурентов за сердце Сону.       Только он не хотел конкуренции. Он хотел закончить главу на положительной ноте, а не продолжать затянувшийся круг недопонимания и ревности. Обнять Сону, как часто делал это летом, посмотреть с ним глупые сериалы о любви, покататься на мотоцикле глубокой ночью и выслушать рассказы о том, как учёные придумали названия созвездиям. Что угодно подойдёт, если Сону будет смотреть на него с прежней теплотой.       Пальцы ног свела судорога, и он прекратил дёргать ногой.       Нет, нельзя позволять отчаянию диктовать свои условия.       Какие бы сомнения не вызывало поведение Сону в последнее время, как бы не был порой смущён Джей, отношения длиною в десять лет разорвать парочкой ссор не получится.       Дружба или любовь… Джей хотел Сону в любом виде, только пусть он найдётся.       — Опа! — вдруг закричал Пак Ёнхва, окончательно вырвав Джея из задумчивости. — О нет, малыш, я тебя увидел!       И без дополнительных объяснений он резко притормозил, почти въехав в куст у обочины, да выскочил из машины.       Хлопок двери отрезвил пассажиров. Джейк быстро выскочил следом. Презирая ремень безопасности, оборотень надел его лишь, когда они пересекли границу городка, а после небрежно оставил висеть сбоку. Джей же предпочитал соблюдать правила, правда лишь некоторые, поэтому оказался снаружи последним.       — Где он?! — Джейк встал плечом к плечу, случайно задев сломанную руку. — Куда он испарился так стремительно?!       Человеческое зрение не столь хорошее, как у волков, поэтому они не могли увидеть то, что привлекло внимание Ёнхва.       — Туда! — указал Джей, замечая вдали мелькнувший силуэт, и побежал.       Лес встретил их завыванием ветра, низкорастущие ветви норовили выколоть глаз, а на земле то и дело попадались корни и камни, заставляя их спотыкаться. К счастью, с запада послышался шум голосов, чьи-то взбудораженные крики, в сторону которых Джей поспешил со всех ног.       Мысленная мольба о благополучии Сону звучала как мантра. Он сорвал бинтовую повязку, посчитав, что если завяжется бой, то ему понадобятся обе руки, неважно в каком состоянии.       Он ворвался на небольшую поляну в разгар яростного спора.       Высокая широкоплечая фигура Пак Ёнхва стояла перед деревом, у подножия которого обнаружился девичий силуэт. Только спустя пару мгновений до Джея дошло, что это Сону — часы вдали друг от друга заставили его забыть, что он сейчас находится под воздействием зелья из лаборатории профессора Чхве.       — Понятия не имею, что ты здесь делаешь, — язвительно и одновременно жёстко произнёс женский голос, и Сону чуть приподнялся. — Но тебе лучше начать оправдываться. Или я не побоюсь пристрелить тебя, как бешеную собаку.       С этими словами Сону вскинул ружьё и направил дуло на Пак Ёнхва.       — Вау, красотка, — знакомым насмешливо-злым тоном сказал оборотень, поднимая руки вверх. — Я мог бы притвориться, что не в курсе кто ты такой, но увы, в городе я уже понял это. Давно не виделись, Ким Сону. Вообще-то… я привёл твоих дружков, так что убери-ка эту опасную штуку, пока не поранился.       Джейк в нетерпении обошёл Ёнхва. Джей всей душой потянулся следом, но его взгляд приковал лежащий без движений и, похоже, без сознания Ли Хисын.       Причина, почему Сону продолжал сидеть и выглядеть, как загнанный в угол зверь, в том, что Хисын головой лежал на его коленях. А он практически сгорбился над ним, защищая от пристального взгляда Ёнхва.