Притча о малиново-лимонном пироге

Новое утро началось с головной боли, отдающей пульсацией где-то на затылке и в висках. Веки неприятно стягивало, как после двух часов сна. День начинался абсолютно обычно: стук в дверь, голос Хаджиме, чистка зубов, переодевание. Оглядев себя ещё раз в достаточно большое зеркало в ванной, он, повторив киношный жест, похлопал себя по щекам и для вида уверенно кивнул. Рот, в особенности израненный язык, разъедала высокая концентрация ментола в пасте. Порой в голове появлялась мысль о комплексе главного героя, хотя, будем честны, таких главных героев не бывает. Был бы он главным героем, то выглядел бы как Наэги-сан в свои школьные годы... Ну или хотя бы как Хаджиме. Он скорее лучший друг гг с тяжелой закадровой предысторией, что обретет свое счастье лишь во втором сезоне. Или в лучшем случае под конец первого. Рутина в очередной раз оседает горечью на подсознании и даже еда Терутеру не вызывает выработку серотонина. Хотя вот панкейки с джемом заставляют ускорить темп еды, чтобы взять добавки, пока Акане не уметелила все в одно лицо. Покончив с импровизированным десертом, он замечает Гандама рядом с окном. Как только он сделал шаг в его сторону, сам не понял почему, захотелось, возможно, заставить обьясниться за вчерашние странные действия, Ибуки схватила его за запястье и уверенно потащила в сторону, подальше ото всех. Парень немного опешил, но не сопротивлялся. Миода отводит его ближе к в выходу и хватает за плечи, смотря прямо в глаза, после чего начала шептать уж слишком громко. –Казуичи! – Ибуки срочно нужна помощь, она помнит как мы классно сыгрались недавно, это то, что надо для концерта! Ибуки с Казуичи устроят концерт и поднимут всем настроение! А назовем его... – на секунду она замолчала и механик надеялся сказать хоть что-то, но не успел, – Название придумаем позже! Скажи Ибуки что ты согласен, а то ей придется умереть во второй раз! – музыкантка театрально начала терять сознание, словно действительно вот вот покончит с жизнью, а механик, чуть чуть перепугавшись, подхватил ее, дабы та не упала даже по случайности. – Хорошо, хорошо..! Ты что, думала я могу тебе отказать? Зажжем их! Только дай мне пару минут, мне тут надо с одним сатанистом перетереть с глазу на глаз.. – О-оке-ей..! Тогда Ибуки ждет тебя на вчерашнем месте после обеда! Миода радостно убегает из столовой, а механик немного панически оглядывется, но не находит рядом Танаки... Куда он успел смыться? Они же стояли прям у лестницы! Хотя он мог выйти с помощью лестницы прямиком на улицу.... Цепляясь за эту мысль, он покинул столовую, выходя на балкон и осматриваясь. Деревянный пол уже слегда был нагрет тропическим солнцем, от которого даже не помогал морской бриз и даже в легкой пляжной одежде было жарко. Но сейчас важнее другое. Куда этот смылся? Отсюда парень мог разглядеть уходящих из здания одноклассников, но не Гандама. Тот словно исчез. Ладно, черт с ним. Играть в прятки настроения нет. Казуичи не знал, что прямо сейчас он стоял под козырьком. Нет, животновод не прятался, он слишком гордый. Просто не хотел тратить свое время на какого-то смертного. Сердце пропустило пару ударов, когда тот заметил розововолосого на балконе, но, как только чужая шевелюра скрылась, наступило спокойствие. Он немного прикрыл глаза, они чуть болели он яркого света. – Черт, вот ты где! Глаза резко распахиваются и он видит перед собой немного покрасневшего механика, что потирал свой затылок в неловком жесте. В горле образовался ком, но тот смог его сглотнуть. – Что тебе нужно смерд? Мое внимание стоит дорого... – Ты... Короч, мы можем с тобой увидется сегодня вечером? Хотел бы обсудить недавнее в более.. комфортной обстановке, – кончик языка проходится по пересохшим губам, он игнорирует, пальцы чуть поддрагивают в карманах. – Это крайне необдуманное предложение, но так и быть, я смогу уделить такому как ты часть своего времени... Но знай, демоны запомнили это и теперь ты в моем долгу...– лицо закрывает шарф, чтобы скрыть тревожность. Оба волнуются, оба надеются, что это незаметно и оба обращают внимание на это, но не придают значения. – Кх... Окей, допустим, я подойду к твоему дому ближе к закату, удачи Сода на пятках разворачивается и быстро уходит. Он хотел поговорить сейчас, но стало настолько волнительно, что он просто не смог. Хорошо, теперь есть время хотя бы немного подготовиться, нужно потратить его с умом и не забыть о договоренности с Ибуки. Можно распланировать речь, подготовить вопросы, например: "Какого хуя ты меня избегаешь?" или "Че за прикол задавать вопрос и сваливать?" Честно, Казуичи сам не до конца понимал притянуты ли за уши его обвинения и не будут ли они слишком детскими, но ему хотелось просто избавится от чувства идиотской тревожности и наконец обсудить с ним все. Солнце постепенно катилось по небу, нагревая песок все больше и больше. В носу стоял запах словно бы подпаленной древесины и жухловатых водорослей. Ноги лениво ковыряли песок, после чего мелкие камушки застревали в тапках, доставляя терпимый дискомфорт. Голова немного гудит из-за кучи копошащихся мыслей. Ноги сами приводят его к дому музыки, где Ибуки и объявила ещё одну репетицию. На самом деле, его преисполняло чувство гордости за подругу. Он сам навряд ли смог бы находится в том месте, что было напрямую связанно с собственной смертью. Конечно, он не мог точно знать, что испытывает девушка, но, даже если ей плохо, она хорошо это скрывала. Выдох. Рука толкает крупную дверь и парню открывается вид на музыкантку, сидящую на полу с двумя гитарами, а на сцене стояли ещё несколько музыкальных инструментов. Взгляд Казуичи зацепился за барабанную установку. – Хей, Ибуки! Я пришел! Миода резко, чем-то напомнив суриката, отвлекается от дел и поднимает голову, чуть оглядываясь, после чего на ее лице расплывается довольная улыбка, а в глазах словно сверкают звездочки. – Казуичи! Ура, наконец-то то пришел! У Ибуки такие планы, ты не представляешь! – девушка начинает достаночно быстро тараторить, но розововолосый чуть притормаживает ее, опуская свои ладони на ее плечи. – Хей, подожь, чуть медленнее, я не успеваю блин! – Ой! Прости, прости! В общем-то, у Ибуки появилась идея! Она могла бы научить играть тебя на каком-нибудь музыкальном инструменте, мы бы разучили несколько нужных партий, если вдруг ошибешься во время выступления, то Ибуки прикроет! А так, сможешь попробовать себя в чем-то таком... Что думаешь?! Быстрее, Ибуки чертовски волнуется! – девушка корчит страдальческую гримасу. Парень лишь издает смешок, приятно видеть подругу в хорошем настроении. – Слушай, мне нравится эта идея. Научиться играть на барабанах... Это было бы круто! –Уиии! Ибуки тааак счастлива! Садись тогда скорее за установку! Только... надо самой все вспомнить... Ладно, разберемся! – Музыкантка радостно бежит на сцену, механик бодро идет следом. День проходит весело. Не то чтобы Казуичи теперь абсолютный барабанщик, но схватывал новые знания он достаточно быстро. Несколько партий, медленно, порой с запинками, но все же выучены. Возможно, до утра, но уже не важно. Единственное, что расстраивало Соду – он не спросил совета у Ибуки. Они хорошие друзья, в голове у девушки крутилось много всякого и ее идеи всегда были классными. Механик был уверен, что совет от нее действительно мог бы ему помочь. А с другой стороны – кто такой Казуичи Сода, если он не может потягаться с каким-то эмо с хомяками. Факт? Факт. Поэтому и подсказки не нужны. Осталось придумать что делать теперь, но этот внутренний монолог дал ему хороший заряд бодрости, хоть и на короткий срок. Возвращаясь с чувством выполненного долга и усталостью, желания завалиться на кровать и полежать было сильно больше, чем всего остального. Но сам механик понимал – если не сейчас, то нормальному общению с чернокнижником можно пока-пока сказать. По пути он зашел в магазин, чтобы взять себе немного еды перекусить, с момента обеда прошло достаточно, чтобы желудок снова разыгрался. Пустые упаковки были спрятаны в карман. Он поднял взгляд на небо, вокруг солнца то уже приобретало желтовато-рыжие, даже розоватые оттенки, напоминая персики. Сквозь голубую пелену чуть проглядывал месяц. Он снова стоит перед дверью и чего-то ждет, словно темноволосый все поймет и сам выйдет из дома. На улице тихо, ни животных, ни ветра, ни друзей, пусто. В грудной клетке тоже пусто, словно выкачали воздух. Мир немного приостановился в моменте. Механик сам не понимал причины своего поведения, надеясь что его бывший одноклассник поможет, а лучше даже объяснит что за хуйня происходит. Стук разрывает тишину и легкие наполняются кислородом. По ту сторону двери раздается тихий писк и шорох. Он делает вид, что его нет? Казуичи вслушивается. Вроде снова стихло. Может его реально нет, а это хомяки его шумят, но потом, достаточно отчетливо, он слышит чужой голос. – Моя темная Дэва, ты крайне полна сил, я понимаю, но разве нам необходимо покидать обитель? – Эй! А ну выходи! Мы договаривались! – парень ещё раз с силой стучит в деревянную дверь. Этот чел собирался отсидеться дома или че за фраза такая. Или он просто грызуна брать не хотел. А ладно, к черту. Скрестив руки на груди, он ожидал Танаку, ведь копошение в домике стало отчетливее слышно, шумоизоляция не очень. Спустя несколько минут из дома выходит животновод. На нем не было лишь его фирменного плаща, жара никого не щадила. Казуичи молча головой указывает в сторону пляжа, а Гандам кивает, и они неспеша отправляются к месту. Механик пытался придумать хоть что-то, хоть какую-то фразу, чтобы разбавить давящее на мозг чувство неловкости, но в горле встал ком, а язык словно пересох. В тишине, разбиваемой лишь криками чаек и шелестом листьев, они добрались до пляжа, еще теплого, пропитанного солнцем и солью. Это придало ощущение спокойствия и уверенности. Садясь на песок, Сода снимает с себя верх комбеза, оставаясь в нем, как в штанах, а сверху в майке. Он хлопает рядом, приглашая собеседника тоже присесть. Помешкав с несколько секунд, он все таки сел рядом, выпуская хомячков размять лапки на теплом после дня песке. – Смерд, о чем же ты хотел поговорить со мной? – Я... – он неловко потирает шею. Так, нужно собраться, все окей, это же просто Гандам,– Окей, ладно, давай чуть издалека? Почему ты начал проводить со мной время? Мы ж вроде.. Ну.. Не были близки там? – Мне подсказали духи, – Танака не смотрел ему в глаза, лишь вдаль. – Не, давай нормально, без всего этого... Пожалуйста? – Сода состраивает грустное, просящее лицо, а животновод, повернувшись лишь на секунду, сразу возвращается в прошлое положение. – Гх.. Ты не простой Смерд, ты сам Бес в человеческой плоти... – механик неопределенно отмахивается рукой и тихо произносит: "Можешь обращаться как угодно, мне все равно", – Ты прав, в том мире мы были словно враги, в этом и причина. Лучшие союзники – это твои враги, Бес. И мне было интересно, как изменило тебя это сложное испытание – Хорошо... Тогда, почему ты начал бегать от меня? Даже не вздумай, блять, это отрицать. Это все из-за той идиотской истории с мангой, да? – ему становится немного тревожно, из-за идиотских идей потерять человека который реально пытался... подружиться? Черт, действительно очень стыдно.. Но была надежда, что дело в чем-то другом,– Или в чем проблема? Вроде нормально общались... – Ты слишком слаб для моей ауры, – холодно отрезает чернокнижник, стараясь сохранить образ. – Я же попросил, без загадок своих, просто скажи...– он ненадолго замолкает, кусая губу, а потом наклоняется вперед, чтобы чуть лучше видеть лицо собеседника,– Я сделал что-то не так? – Нет, – он замечает это и поворачивается немного спиной, скрываясь хотя бы так. Весь этот диалог... какой-то чертовски странный. – Тогда в чем? – Звучит словно выдумка, но в моей жизни никогда не было союзников. Верховный повелитель льда всегда был окружен лишь демонами в животной форме. А ты, Бес, словно ломаешь все... – он тяжело выдыхает, с плеч словно спадает часть груза. – У тебя не было друзей? – он не настолько удивлен, насколько заинтересован. У Танаки действительно никогда не было друзей?,– Что ж.. У меня у самого их.. мало. Особенно сейчас. Не назвал бы кого-то кроме Хаджиме и Ибуки. Да и раньше, особенно до того, как в Пик взяли. Было парочку.. да слиняли при первой же возможности в компанию получше. Думаю, быть твоим другом не плохо, если ты сам не против. – Я.. Я приму твое предложение, Бес – о резко оборачивается и смотрит прямо в глаза, механик замечает чуть подрагивающие из-за волнения мышцы лица. – Все, бегать не будешь больше? – Верховный Повелитель Льда не бегает от каких-то Бесов! – парень лишь усмехается и улыбается новоиспеченному другу. – Да, да, конечно! – механик поднялся с песка, чуть потягиваясь, разминая мышцы, после чего снял шлепки и направился прямиком к воде, та касалась ног, ещё не остыла, приятно,– А вода теплая ещё... Иди сюда! – Я не намерен заходить в пучины океана, – он скрещивает руки на груди, сидя на своем месте. – Слышь, пуська, не ломайся, ничего тут страшного нет, – Казуичи вернулся к чернокнижнику, протягивая руки, чтобы помочь встать. Неохотно, но Танака принял помощь. Не выпуская его руки из своей, он повел животновода к воде, прям в одежде, заводя все глубже, пока морская вода не накрыла их по пояс. Только после этого Сода отпустил Гандама и пропавшее тепло руки на секунду показалось непривычным. Механик зажимает пальцами нос, чуть подпрыгивает и погружается в воду целиком. В это время животновод лишь наблюдал с легкой ухмылкой. Розововолосый, вынырнув, лег на спину и сделал пару гребков руками, потом останавливаясь и снова вставая на ноги. Он чуть машет рукой, призывая одноклассника повторить, но тот лишь отрицательно мотает головой. Казуичи цокает языком и снова отклоняется назад, но уже для другого. Он делает несколько резких движений ногами, обрушивая на Танаку град брызг. Был ли Гандам с этого в ахуе? Судя по лицу – да. Парень приблизился, уже хотя свести это в шутку и извиниться, как уже в его сторону направлялась сделанная рукой волна, прямо в лицо. Мокрые пряди прилипли к лицу и тот одним движением зачесал их назад. Ясно, играем. Он попытался сделать такую же волну, но, заметив это, животновод успел отступить и не попасть под большую часть водной атаки. Тогда механик перешел к жеским мерам. Он собрал пальцы в кулак обхватил его другой ладонью, после чего, подпрыгнул и со всей силы ударил по воде, поднимая не только волны, но и брызги, что достаточно сильно разлетелись и даже Казуичи не смог выйти из этой атаки целым. Оба начали сплевывать соленую воду, попавшую в рот. Сода тихо усмехнулся. – С меня достаточно этих развлечений – Танака не то чтобы недоволен, просто не привык, это действительно могло быть... забавно? – Ну гуляй тогда, а я буду наслаждаться пока есть возможность, – он показывает язык и ныряет под воду, выныривая начинает плыть, уже брассом. Он ожидал, что тот просто пойдет к себе в домик и все на этом, поэтому даже не смотрел в ту сторону, плавал себе в удовольствие, только в очередной раз нырнув и резко дернув головой так, чтобы откинуть волосы назад, чем-то напоминая сцену из Русалочки, а после убирая с лица лишнюю влагу руками, он заметил темную фигуру, стоящую на песке. – И че ты стоишь там? – Жду пока один Бес вылезет из океана, – щеки Казуичи вспыхнули, видимо перегрелся, и че это он. – Кх.. Ладно, иду, – он неспешно вылез из воды, попытался отжать одежду, пожалел о том, что вовсе полез в ней в воду, но быстро вернулся в прежнее веселое состояние и решил, что просто повесит ее на улице на импровизированном балконе, все равно жарко, может к утру высохнет. Сегодня вы узнали Гандама немного лучше. Вами получен фрагмент надежды