И шторм не страшен

Всё было настолько странно, что Лан Цяньцю не знал, чего уж и думать. Да, он согласился на очередную авантюру, даже почти добровольно, но сомнения всё ещё оставались при нём. Сложно быть спокойным и хоть в чём-то уверенным рядом с Ци Жуном. Хуже было только то, что он сейчас — затишье перед бурей, в этом Лан Цяньцю был уверен. Пока они ехали в такси, Ци Жун тихо забился в противоположный угол, чуть ли не упёршись лицом в стекло двери, и игнорировал его, тихонько, но очень уж агрессивно печатая что-то в своём телефоне. Отсутствие коммуникации с этой катастрофой неожиданно нервировало Лан Цяньцю. Куда больше, чем если бы они собачились, обмениваясь привычными колкостями. В какой-то момент даже стало обидно, что его любимая заноза в заднице игнорирует его. И кто же мог быть настолько важнее? До конца пути Ци Жун так и не произнёс ни слова. Да и далее не то чтобы спешил разговаривать. Лан Цяньцю с удивлением глядел на столпившуюся очередь перед клубом и на то, как Ци Жун просто взял и обошёл эту толпу, оказываясь без проблем внутри. Стоило лишь показать что-то, вроде карточку, насколько Лан Цяньцю успел разглядеть, и вот они внутри без ожидания. Да и сразу занырнули вглубь полутьмы шумного помещения. Лан Цяньцю был крайне растерян и хотел задать много вопросов, но пока мог лишь следовать за Ци Жуном, проявляя всё своё терпение. Впрочем, как и всегда рядом с ним. Их целью оказался столик в дальнем углу клуба. Но даже оказавшись за ним, Ци Жун так и не оторвался от экрана телефона, яростно что-то печатая. Это начинало ой как раздражать. Терпения Лан Цяньцю хватило на минут пять. Он резко выдохнул и подвинулся ближе к Ци Жуну. Даже это действие осталось без внимания. Вот тогда-то Лан Цяньцю и решил проявить настойчивость. Он внезапно схватил Ци Жуна за подбородок и в довольно грубой манере приподнял его лицо вверх, заставляя смотреть на себя, а не в экран смартфона. И наконец долгожданная реакция. И о, как же было приятно наблюдать за тем, как глаза Ци Жуна в безумном удивлении расширяются, как он весь осторожно замирает, пытаясь понять, что происходит. — Эй. Мне казалось, что ты меня позвал отдыхать с тобой. Но что? Кто-то появился интереснее вот тут? — Лан Цяньцю постучал пальцами свободной руки по корпусу чужого телефона и хмыкнул. — Глаза на меня, когда я рядом. Это звучало неожиданно властно, даже Лан Цяньцю сам себя удивил. Зато его маленький фокус прошёл удачно. От этих слов, тона, настойчивости он ошалел, озадаченно моргая несколько раз. К счастью для Ци Жуна, в клубе был достаточно темно, чтобы разглядеть его румянец. — Да всё! Всё. Успокойся, — нервно дёрнулся он из крепкой хватки, оттолкнув руку Цяньцю подальше от себя. — Просто этот уёбок, с которым я должен был встретиться, развонялся. Мол, я такой плохой, что сначала отказал встретиться днём. Так теперь ещё и обидку кидает, что я прокатил его и отказался с собой сюда брать! Что за мудак... Так и знал, что ему просто хотелось потусить на халяву. Лан Цяньцю многозначительно тихонько хмыкнул про себя, не озвучив мысль о том, что вообще-то Ци Жун и сам только и искал повод побыть нахлебником. Но и правда была на его стороне. Пусть пока Цяньцю не успел выяснить что к ему, но вот мнение о том, что место не простое, уже сложилось. Об этом и хотелось узнать в первую очередь. Потому что он ожидал увидеть нечто... Абсолютно иное. Противоположное шикарному клубу. — И всё равно у тебя был шанс сводить этого человека. Но ты потащил меня, не сильно спрашивая о моих собственных желаниях, а? Это странно даже для тебя, знаешь. — Выбирая между тобой и каким-то ебланом... Да, ты и то будешь лучше. Тебя я хотя бы знаю. Как и то, что от тебя не надо будет ждать каких-то выкрутасов. А вечер портить себе я не хочу! Это один такой вечер за месяц, так что нет уж. — Мхм, имеет смысл... — задумчиво кивнул Лан Цяньцю, находя такое доверие крайне приятным. — Но что это за место? Без обид, но я не ждал увидеть что-то настолько хорошее и в приличном районе. Да ещё и... Ты прошёл без вопросов. Ещё и стол есть. Откуда деньги и возможности? Подозрения были вполне ясны и закономерны. И всё равно Ци Жун оскорблённо скривился и взмахнул руками. А не возмутился словесно только потому, что понимал, что его репутация была не на его стороне в данный момент. — Долгая история. Если коротко — мне тупо повезло сюда попасть в первый раз. Потом уж взял дело в свои руки, одно-другое и так сложилось, что смог себе выбить хорошее местечко. А деньги... Я специально откладываю каждый раз эту сумму. Потому что... Ну. Иногда кажется, что я точно ебанусь с концами, если у меня не будет чего-то настолько стабильного и приятного. Понимаешь? Впервые за долгое время Лан Цяньцю видел Ци Жуна настолько искренним в своих словах. Даже смущённым и спокойным. И то ли это дело в тусклом цветастом освещении, то ли правда так, но Лан Цяньцю показалось, что на дне изумрудных глаз промелькнуло нечто такое тяжёлое, грустное, что аж стало не по себе. Наваждение ушло быстро, стоило привычному шалому огню зажечься в глазах напротив. — Так что ну и к чёрту того еблана, который подумал, что я ему что-то вдруг должен! — Ци Жун экспрессивно взмахнул рукой и фыркнул, всем своим видом показывая презрение. — А тебя научу веселиться. Может, наконец спокойнее будешь. И расслабишь булки. Так что вперёд! Закажем что-нибудь, вот. Ци Жун резко схватил со стола заламинированную карточку меню и ткнул ею в лицо Лан Цяньцю. Конечно, в основном оно состояло из алкогольных напитков и простых закусок. Лан Цяньцю нахмурился и покосился на Ци Жуна. — Мне казалось, что ты... — он запнулся, неопределённо промычав и пожав плечами. — Разве у тебя нет неприязни к алкоголю? И насчёт всей этой темы в целом? Ответом был такой красноречивый взгляд, мол, "ты совсем идиот?", что на пару секунд Лан Цяньцю и правда задумался о своих умственных способностях. Вот не может быть всё просто и без оскорблений. Даже взглядом. — Что? Это нормальный вопрос в твоей ситуации. — Иногда ты такой тупой, — наигранно слишком печально вздохнул Ци Жун, разведя руками. — Знаешь в чём проблема? В людях. В мерзких уёбках, у которых в голове солома. А там только дай повод поджечь эту солому, и всё идёт по пизде конкретно. Проблема не в том, из-за чего это происходит. А в тех, с кем это происходит. И у меня есть свои правила на этот счёт. Достаточно строгие, чтобы иметь границу, за которую я не позволю перейти себе. Или кому-то рядом. Главное ж что? Чтобы было весело. Всем. А не одной стороне, пока другой непомерно хуёвенько, так? Та-а-ак. Вот и всё. Теперь Лан Цяньцю и правда понимал всё. Такие рассуждения были интересными и имели очень даже большой смысл. Просто Цяньцю явно не привык к тому, что даже у этого безбашенного придурка имелась рациональная сторона. Жаль, что она не так часто показывалась, как ему этого хотелось, но и так уже было неплохо. Он был невыносимым. И да, правда придурком. Но умел думать, пусть так и не скажешь. — Правила? Какие именно? — Да боги! Эти тупые вопросы закончатся сегодня? — Ци Жун скривился так, будто залпом выпил стакан лимонного сока и подозвал официантку, чтобы сделать быстрый заказ за них двоих. — Простые правила. "Не будь тупым уёбком". Ничего крепкого, не понижать градус, не больше трёх напитков за ночь, следить за своим стаканом, не давать незнакомцам себя угощать. И главное — только почувствовал хуйню, сразу морду в холодную воду, в себя тоже стакан воды и шурша булками шустро домой. Ясно? В моём списке только веселье, но без херни. И даже это было пиком здравомыслия. Лан Цяньцю пребывал в крайней степени шока, не зная что и сказать. Его даже немного раздражало это — разумность и правильные слова от Ци Жуна. Потому что это опять был плюс один повод смотреть на него по-другому. Думать о том, что он не так уж и плох. Что они и правда могут попытаться поладить. Это всё слишком сильно пугало Лан Цяньцю, который не до конца был готов к таким глобальным переменам в своей безобразно стабильной жизни. Они замолчали в ожидании заказа. Каждый ушёл в какие-то свои мысли. Лан Цяньцю пытался переварить полученную информацию и заодно осмотреться по сторонам. Почему именно это место? Кроме того, что "повезло", как выяснилось ранее. Публика была разномастная. Кто уже во всю отплясывал, покоряя танцпол. Кто скучал у барной стойки, возможно, в ожидании новых знакомств. А кто уже парочками зажимался по углам. Ничего шибко примечательного в рамках клубной жизни. Кроме того момента, что... О. Приглядевшись повнимательней, Лан Цяньцю обнаружил интересную деталь: все парочки, будь то танцующие или же зажимающиеся были исключительно однополыми. Да и многие юноши выглядели достаточно ярко, даже для клуба, как подумалось Цяньцю. Пазл стал медленно складываться. — Погоди, Ци Жун, ты что, при... — только Лан Цяньцю ошарашенно открыл рот, как перед их столиком образовалась приветливо улыбающаяся официантка. Весьма кстати. Потому что Лан Цяньцю чувствовал, что ему нужно немного обдумать вопрос и чуть остудить своё смущение. Нет, он не хотел возмутиться, конечно же. Но ему было крайне интересно. Не только в плане места. Он стушевался, опустив глаза в свой стакан, и поспешил присосаться к трубочке. Язык почувствовал приятную ягодную сладость, а разум почти сразу же приятно повело. Да уж, давно он не пил ничего крепче кефира. Не было ни повода, ни компании. Раньше друзья ещё как-то приглашали к себе тихонько посидеть, а сейчас все то в делах, то в "любовных" делах. В таких компаниях ему теперь было невыносимо одиноко и скверно. — М? Чего затих? Опять хотел какой-то ебланский вопрос задать? Давай уже, хуже не сделаешь, — наконец подал голос Ци Жун, подвинувшись ближе и теперь говоря чуть ли не на ухо Лан Цяньцю, чтобы не перекрикивать усилившийся шум музыку. Насколько такая близость делала ситуацию хуже... Слов не было. Лан Цяньцю аж подавился напитком закашлявшись. И как только засранец мог выводить его из хрупкого душевного равновесия обыденными вещами? У него явно был талант. — Нормальные вопросы я задаю, придурок, — огрызнулся Лан Цяньцю, скрывая за этим своё смущение. — Я про это место. Это... Это гей клуб? Серьёзно? — А у тебя какие-то проблемы с этим? — тут же зашипел Ци Жун, напрягшись так, словно в любой момент готов был подорваться с места. — Для того, кто вечно трётся рядом с моим братцем и его ёбырем, ты слишком много думаешь о таких нюансах, не думаешь? А? — Угомонись ты, я просто спросил, — поморщился Лан Цяньцю и отодвинул Ци Жуна от себя, уперевшись раскрытой ладонью ему в щёку, а то начало казаться, что тот сейчас и правда в глотку вцепится. — Не думал, что ты ходишь по таким местам. И не... Ладно, вот тут совру, если скажу, что не думал о том, что ты гей. — Твоя узколобость всё ещё поражает, ты в курсе? — вздохнул Ци Жун, ткнув пальцем прямо в центр лба Лан Цяньцю. — Мне просто нравится тут. Нет косых взглядов, стильные люди вокруг и всё нормально. И нет, еблан, я не гей. Мне просто плевать. Пока этот "кто-то" умеет меня терпеть и не осуждать, то мне плевать, что там в штанах. Отдельным плюсом будет, если за меня платят. И ещё более отдельным — если рабочий ротик прилагается. На последней фразе Ци Жун поиграл бровями и очень уж недвусмысленно провёл языком по своей нижней губе, ухмыляясь так, что не понять намёк было сложно. Лан Цяньцю закатил глаза и вздохнул. Это многое объясняло. — А ты? — с неподдельным любопытством вдруг спроси Ци Жун, внимательно следя за лицом Лан Цяньцю. — Хотя чего ж это я? У тебя небось вообще никого не было, чтобы осознать себя. Дай угадаю — ты у нас маленький глупенький девственничек, да? Я точно прав! Ци Жун ткнул Лан Цяньцю в щёку и расхохотался прямо ему в лицо. На что получил заслуженный сильный тычок локтем под рёбра. Обидно так-то. Конечно, Лан Цяньцю всё ещё был плох в сфере отношенек, но не настолько же. — Если у меня не складывается с людьми, то это ещё ничего не значит, — обиженно пробурчал он, хмуро уставившись в свой стакан. — Не знаю. Наверное, я думаю так же, как и ты. Если человек подходящий и нравится мне, то разве важен его пол? Я встречался только с девушками, но... Да. — Не, херня, — отмахнулся от такого заключения Ци Жун, присосавшись к коктейлю, намеренно сделав эту раздражающую паузу. — Если ты даже не пытался быть с мужиками, то хе-р-ня всё это. Ты натурал, и всё. Вот скажи, хоть раз сосался с мужиками? Точно нихуяшечки. — Да как это... Слушай, это тупо. Я нахожу мужчин привлекательными настолько же, насколько и женщин. Если я не имел отношений с мужчинами или даже, как ты выразился, не "сосался", то это ничего не меняет. Глупые критерии. — Мхм-м-м, конечно, да-да, ага. Говори что хочешь, но я в такой подход не верю. Да ладно тебе, каждому своё. Только не пизди на этот счёт, и всё. — Какой ты упрямый. В чём вообще твоя проблема? Говорю же — мне симпатичны мужчины. Всё! — Лан Цяньцю начал раздражаться, вступая в этот бессмысленный спор, он и сам не понимал, почему его это так задевало и зачем он пытался что-то доказать. — О, раз так, то и я тебе кажусь симпатичным, м-м-м? — вдруг промурлыкал Ци Жун, прижавшись к руке Лан Цяньцю. — Или всё же ты натурал врунишка? — Чего? — возмущённо выпалил Лан Цяньцю, озадаченный тем, в какое русло уходил этот разговор. — Я не... Боги... Он прикрыл глаза и медленно выдохнул. А когда открыл их снова, смотря на Ци Жуна, то крепко так задумался над вопросом. Лан Цяньцю не спешил отвечать, вглядываясь в хитрое лицо. Вообще-то... Мерзавец и правда был очень красивым. Изящные черты лица, необычайно яркие глаза, губы, что выглядели такими... Мягкими. И даже яркий макияж не портил, а только делал его интереснее. Фигура, правда, на скромный вкус Лан Цяньцю, была тощеватой, но тоже очень даже ничего. Тонкие запястья, узкие ладони с длинными пальцами, а вместе с острыми ноготками они казались словно ещё длиннее. Тонкий изгиб шеи. Длинные ноги. О... Он и правда был хорош собой. Если б не противный характер, то точно б имел толпу поклонников, в этом Лан Цяньцю был почему-то уверен. Но такую катастрофу не всякий потянет терпеть. А вот он может. Странно так... — Красивый, — наконец выдохнул тихо Лан Цяньцю, теперь не в силах оторваться от разглядывания Ци Жуна. — Ого, я удивлён тем, что ты смог по достоинству оценить моё прекрасное личико! — тут же радостно среагировал Ци Жун, растянув губы в самодовольной улыбке. — Я польщён! Но это всё ещё мало чего значит. Один скромный комплимент не делает тебя любителем мужчин. То, как говорил это всё Ци Жун, какая издёвка была в его голосе, эти манерные взмахи руками — это всё дико раздражало. И ещё это было такой очевидной провокацией, чтобы в очередной раз сыграть на нервах Лан Цяньцю. Ему стоило бы забить и свести их перепалку на нет. А в итоге он поступил совершенно иначе, зацепившись за ранее сказанные слова. Наверное, это всё алкоголь сделал своё дело, подумалось Лан Цяньцю в моменте. Потому что уж больно не хотелось даже самому себе признаваться в своих тайных желаниях, которые он так упорно игнорировал всё это время. Про себя он думал, что это не будет значить ровным счётом ничего. Это лишь попытка доказать, что Ци Жун не прав. — Да чтоб тебя... Мало и этого? Физическим контактом доказывать? Ладно! Какой ж ты идиот... После этого короткого всплеска возмущения Лан Цяньцю внезапно обхватил лицо Ци Жуна своими горячими ладонями и пока тот не осознал ничего, притянул к себе. Пусть поцелуй и вышел слишком внезапным и резким на старте, но дальше касания губ к губам вышли абсолютно нежными. Таким был Лан Цяньцю. Порывистым, но осторожным, заботливым. Его губы мягко ласкали губы Ци Жуна в тягучем медленном действии. И, чёрт возьми, это оказалось приятно. И кружило голову куда больше сладкого коктейля. Казалось, что поцелуй длился бесконечно долго, когда Лан Цяньцю наконец медленно отстранился, при этом руки с чужих щёк так и не убрав. — Так пойдёт? Если для симпатии и к мужчинам, нужно поцеловать хоть раз в своей жизни мужчину, то я выполнил твоё идиотское условие, доволен? Вот так на первый взгляд Лан Цяньцю был абсолютно доволен своей выходкой и выглядел вполне себе спокойно. Только в душе горел такой буйный огонь, что аж становилось страшно. От себя. Своих мыслей. И тем более действий. Не показывать весь спектр смешанных эмоций стоило многого. Он просто сделал вид, словно ничего и не произошло вовсе, пусть щёки и горели от закономерного румянца. — Ты... Совсем охуел, что ли? Придурок! — после долгого замешательства Ци Жун наконец пришёл в себя, агрессивно толкнул Лан Цяньцю в плечо и порывисто потёр губы тыльной стороной ладони, скривившись в полном презрении. — Ладно, хорошо, я ошибся, доволен? Ты невыносимый! После этого всплеска эмоций, Ци Жун тут же демонстративно отодвинулся подальше от Цяньцю и отвернулся, схватившись за свой стакан, как за последнее спасение. Он явно был смущён ещё больше самого Лан Цяньцю. И это было приятным открытием. А главное — этот маленький трюк сработал. — Кто б говорил, — тих хмыкнул Лан Цяньцю, пока что тоже переключившись на остатки своего напитка. Так они проводят минут десять-пятнадцать, полностью игнорируя существование друг друга. Это удивлял немного. Лан Цяньцю не ожидал, что так легко сможет повлиять на Ци Жуна. Но при этом он прекрасно видел, что он его не выбесил, как пытался показать сам Ци Жун, абсолютно точно нет. Это было нечто другое. А вот что именно и почему — загадка. — Вообще-то, я сюда пришёл не для того, чтобы отсиживать задницу в этом углу! Так что пошли, — наконец подал голос Ци Жун, переварив свой эмоциональный кризис. — Чего? Куда? — Лан Цяньцю отвёл взгляд от бездумного разглядывания кубиков льда на дне стакана, вопросительно уставившись на Ци Жуна, в попытке понять чего от него нужно было. — Сегодня твои умственные способности явно на вершине своих возможностей, — ядовитый сарказм так и сочился в голосе. — Танцевать! А ты что думал? Я предлагаю тебе продолжение для твоих домогательств ко мне? Ци Жун фыркнул и уже успел встать из-за стола, пока возмущённо взмахивал руками, отчитывая Лан Цяньцю. Так что слов ответного возмущения и уж тем более отказа он не услышал, ведь цепкая когтистая рука уже схватила Лан Цяньцю за предплечье, выдёргивая из-за стола и его, чтобы утащить за собой на танцпол. Такой формат развлечений был не в духе Лан Цяньцю, да и он не считал себя хорошим танцором, скорее уж неловким обывателем. Он куда больше предпочёл просто посидеть в углу, пока Ци Жун развлекается, но выбора у него уже не было. Он был вынужден лишь смиренно вливаться в это всё. — Давай, расслабься. А то выглядишь так, будто я решил тебя голодным гиенам кинуть, — хехекнул Ци Жун, выведя Лан Цяньцю поближе к центру танцпола, протиснувшись в толпу безудержно отрывающихся людей вокруг. — Я не кусаюсь. Пока что. Ну и люди вкруг тоже вроде, а? Вот сам Лан Цяньцю будто не до конца верил в это. И он просто... Боялся казаться глупым и неловким. Да и тем более его неумелые танцульки могли бы стать ещё одним поводом для насмешек со стороны Ци Жуна. Почему-то его мозг упорно отказывался верить в то, что можно отпустить себя и просто быть в этом моменте, как делали и другие люди вокруг. Ведь правда же — всем плевать на то, кто как танцевал, отдыхал и развлекался. Эти мысли немного успокаивали. — О, или трусишка Цяньцю боится простых танцев? — Ци Жун буквально пропел эти издевательски слова, самодовольно улыбаясь. Ну каков же паршивец! Он явно знал о слабостях Лан Цяньцю, давя на те самые точки ради своих целей. И ведь работало же. Потому что Лан Цяньцю раздражённо вздохнул и без слов согласился влиться в эту авантюру, он попробует, так уж и быть. Пусть его первые движения и были похожи скорее на неловкие топтания пингвинчика на месте, это уже был какой-никакой прогресс. И это, как ни странно, сопровождалось победоносным "да!" от Ци Жуна и его до одури довольной улыбкой. Сам же Ци Жун двигался мягко, плавно и совершенно без той проклятущей неуклюжести и неловкости. Он не сдерживал себя и полностью отдавался ритму гремящей музыки. И чёрт возьми! Его энергетика была заразительной. Было приятно смотреть на его довольное лицо, на абсолютно хаотичные, но завораживающие движения тела и рук. На то, как живут своей жизнью и без того растрёпанные длинные волосы. Слышать даже сквозь музыку звон украшений. Гипнотический танец, полный живой энергии. И это помогало взять пример и забыться, опустить себя, позволяя эмоциям и ритму брать контроль над телом. Так Лан Цяньцю и не заметил, как его тело отдалось на волю чему-то абсолютно первобытному. Да, может его движения были резкими и угловатыми, но в этом был он. И этого не стоило стыдиться. А как только эта беззаботная мысль доходит до разума, так и вовсе становится легко. Пусть на вечер, на пару часов, но он позволит себе просто быть. И дальше словно переключатель сработала в голове. Лан Цяньцю слушал музыку, двигаясь так же хаотично, как и его партнёр по танцполу, не контролируя своё тело, входя в такой безумный кураж. Сердце стучало в бешенном темпе, было жарко, душно, мышцы напрягались со всей силой, но было так хорошо. Нет. Охуенно. Бездумные танцы ощущались, как резкий прилив энергии, которая сливалась ото всех людей вокруг, создавая поле свободы. Это было самое необычное и прекрасное ощущение за долгое время. Чёрт знает сколько времени прошло, когда они наконец выдохлись, свалившись вновь на приветливо мягкий диван за столиком. Лан Цяньцю издал тихое "ух" и откинулся на спинку дивана, переводя дыхание. Он весь раскраснелся, волосы липли к влажному лбу и щекам, воздух с каждым новым вдохом так и обжигал лёгкие. Но всё равно это было ничто по сравнению с тем вагоном эмоций, которые проходили через уставшее тело. Ци Жун рядом обмахивался карточкой меню, вальяжно растёкшись по дивану. Его глаза были прикрыты, а на губах красовалась жутко довольная улыбка. — Ладно, признаю, ты был не так уж и плох. И возможно, только возможно! Ты оказался выносливее меня. Ну ничего, я ещё отыграюсь! — взмахнул рукой Ци Жун так, будто во всём этом действии была какая-то неозвученная конкуренция, но скорей уж его и правда задело то, что физически развитый Лан Цяньцю оказался ожидаемо выносливей, да настолько, что уже и сам не хотел покидать танцпол. — Дай только отдышаться... Ци Жун тяжело выдохнул, издал звук возмущённых мучений, и не без усилий выпрямился на своём месте, чтобы вновь выловить официантку. И опять заказ был на нём. Да и ладно, в целом Лан Цяньцю был и не против и доверял чужому вкусу, он не был привередлив. — Ага, разумеется. Проще было бы признать, что ты быстро выдыхаешься, разве нет? Потом уж не жалуйся, когда и второй раз я перетанцую тебя, — уверенно заявил Лан Цяньцю, чувствуя, как по телу аж будоражащие мурашки бегут от этих обещаний. — Мечтай! И вообще, для человека, который не отдыхает так, ты слишком уж активный. Где ж весь угрюмый скептицизм по отношению к происходящему? Я думал, что тебе не нравится! — Я такого не говорил. И эй. Я слежу за тем, чтобы в моей жизни хватало физической активности на постоянной основе. Конечно, я оказался выносливей тебя. На такой выпад Ци Жун состроил гримасу, но, к счастью, официантка и в этот раз прервала их, спасая Лан Цяньцю от гнева и ругательств. Второй напиток оказался не только прохладным, а ещё и приятно кислым, с чём-то цитрусовым. И это было не просто неплохо, но ещё и освежало на ура. Мысленно Лан Цяньцю отметил, что хоть в чём-то Ци Жун знает толк, ладно уж. — Да-да, я понял уже, что ты у нас тут такой образец правильности по жизни, а я опездол тот ещё, ладно! И ой, можешь не напоминать, сегодня твоя "физическая активность" на лицо. Или если точнее, не совсем на лицо... Сделав глоток, Ци Жун хихикнул и бросил многозначительный взгляд на подкаченную грудь Лан Цяньцю, что сейчас только подчёркивалась проклятой рубашкой и обтягивающими ремнями портупеи. Этот взгляд и намёки смущали. Лан Цяньцю промычал нечто невнятно и закатил глаза. — Хватит пялиться. — Ах, почему же нельзя? Или раз уж нельзя пялиться, то можно трогать, м-м-м? И без какого-либо предупреждения Ци Жун вдруг в который раз самым наглым образом вторгся в личное пространство Лан Цяньцю, а его ловкие пальцы оказались на груди мужчины, сжавшись в мягкой изучающей хватке. Крепкие мышцы оказались в плену тонких пальцев, когда вторая рука игриво подцепила полоску портупеи, что проходила ровно под грудью. — Охуеть! На ощупь ещё лучше, чем на вид. Да тебе любая девка позавидует с такими-то сиськами! — присвистнул Ци Жун, по привычке даже не думая сдерживаться в выражениях, да и в действиях тоже. Эти наглые руки абсолютно не хотели исчезать, продолжая мять грудь Лан Цяньцю, чем ошарашили того до такой степени, что только и оставалось замереть и охуевать от происходящего. Он поперхнулся воздухом, когда хотел возмутиться. Но в голове даже на секунду не возникла логическая мысль — оттолкнуть. — Эй! Хватит! Научись держать руки при себе, а похабные мысли в голове, засранец, — наконец вспылили Лан Цяньцю, грозно глянув на Ци Жуна и перехватив его руку. Самое страшное было не в действиях. А в том, как это сработало на самом Лан Цяньцю. И опять вместо отвращения он почувствовал лишь жар и смущение. А ещё... Что пара минут такого контакта и он поплывёт, желая, чтобы это не прекращалось. Почувствовать возбуждение из-за горячей ладони Ци Жуна, которая так чётко ощущалась из-за того, каким тонким был материала рубашки... Это было бы уже слишком, наверное. — Тц, какой ты зануда, — Ци Жун издал такой опечаленный вздох, вынужденно убрав руку и покачал головой. — А ты слишком много думаешь иногда, расслабься. И лучше задумайся о том, как я сейчас надеру тебе задницу! Спорим, что ты первым сольёшься? Поддаваться на такую провокацию было бы просто глупо. Но пылкий дух уже зажёгся в желании поспорить и доказать обратное. Лан Цяньцю фыркнул и почти что залпом допил те жалки остатки напитка, что только и сдерживали его от того, чтобы прервать этот их недолгий передых. О, он абсолютно точно не уступит какому-то тощему задохлику. — Обманывай себя и дальше, но я же знаю, что это ты устанешь первее. На этот раз первым из-за стола вышел Лан Цяньцю, уже готовый двигаться навстречу дикой толпе на танцполе, слушая тихий поток брани за спиной. Теперь уж влиться было абсолютно несложно. Да и второй коктейль вступил в силу, придав немного смелости. Когда Лан Цяньцю нашёл свободное местечко среди хаотично двигающихся тел и обернулся, то сразу же наткнулся на влетевшего в него Ци Жуна. С тихим "ох" он машинально обхватил его талию руками с намереньем избежать резкого столкновения или вроде того. Так Ци Жун оказался прижатым к нему, удивлённо моргая. Явно не ожидал таких поворотов. — Что? Уже передумал и совсем не против близких физических контактов? Ах, каков наглец! — притворно повздыхал Ци Жун и тут же рассмеялся, но вопреки ожиданиям Лан Цяньцю, не отодвинулся, не взбрыкнулся, а наоборот лишь закинул руки ему на плечи. — Попался, красавчик. Лёгкие движения так и начались в этой позе, без шанса на побег. А дальше... О, началось какое-то безумие и никак иначе. Поймав ритм, Ци Жун начал буквально извиваться в руках Лан Цяньцю. Он то чуть отстранялся от него, то наоборот прижимался вплотную, притираясь своим разгорячённым гибким телом. То запрокидывал голову назад, прикрыв в блаженстве глаза, то наоборот томно смотрел на Лан Цяньцю из-под полуприкрытых век. Его не то что ничего не смущало, ему это нравилось. И что-то подсказывало, что в первую очередь именно из-за того, что всё это дикое действо как раз очень даже смущало Лан Цяньцю. Но он бы соврал, если бы сказал, что хотел прекратить всё. Потому что словно оказался под гипнозом из-за этих жарких движений и искрящих взглядов. И это словно что-то доломало внутри, подтолкнув к краю. Когда Ци Жун в очередной раз оказался совсем близко, дразняще обдав горячим дыханием губы Лан Цяньцю, тот не выдержал этого искрящего напряжения, дёрнувшись вперёд. Вот так просто страстно и несдержанно целоваться посреди танцпола казалось странным, но при этом таким будоражащим. Шум мира вокруг словно исчез на момент. В этот раз всё был совсем иначе, чем в первый за столиком, потому что мягкие касания уступили чистой животной страсти. Будто все горячие желания наконец нашли свой выход. Но если Лан Цяньцю был просто настойчив, то вот Ци Жун не стеснялся ещё и кусаться, игриво прихватывая нежные губы. Чем дольше это продолжалось, тем меньше хотелось останавливаться. Руки на талии Ци Жуна сжались сильней, Лан Цяньцю рискнул углубить поцелуй и не без удовольствия почувствовал дрожь в чужом теле, как только их языки столкнулись. Это безумие стоило бы остановить. Но так не хотелось. И всё равно пришлось, когда понимание того, что ситуация полностью выходит из-под контроля, ударило по мозгам. Лан Цяньцю медленно отстранился и моргнул так, словно резко осознал себя в этом моменте. Он смущённо отвёл взгляд и отпустил Ци Жуна, сделав коротенький шажок назад, насколько позволяло пространство среди людей. — Если эта была попытка отвлечь меня и сбежать с танцпола, то даже не думай. Но... Неплохо, — безобразно довольным голосом протянул Ци Жун, улыбаясь словно сытый кошак. Лан Цяньцю лишь мотнул головой и вздохнул. Это абсолютно точно не входило в его планы, но явно обоим понравилось. И если честно, то в некотором роде Ци Жун был прав. Сейчас Лан Цяньцю мечтал сбежать. Только не то чтобы намеренно с танцпола, а просто куда подальше от этой зелёной беды. Правда, тогда ему бы точно признать своё поражение. Во всём и сразу. Потому он горделиво вздёрнул подбородок, одарив Ци Жуна пронзительным взглядом, и мотнул головой. Сложно было сделать вид, будто ничего не произошло, и всё равно Лан Цяньцю постарался изо всех сил, концентрируясь на танцевальном потоке. Но всё же... Пусть его тело было здесь и сейчас, предаваясь выматывающим активным танцам, а вот разум был далеко в раздумьях. И что только его толкнуло вперёд? Кто б знал. Себе на этот вопрос Лан Цяньцю никак не мог ответить. Зато мог на другой. Было ли это приятно? О, ещё как да. Даже слишком. Жалеет ли он в итоге? Скорее нет, чем да. Вот только как теперь воспринимать Ци Жуна, как на него смотреть, как себя вести... Наверное, стоило и правда просто забыть и двигаться вперёд. Ведь сам Ци Жун явно вообще не забивал себе голову такими же вопросам. Он продолжал беззаботно отплясывать, волнуясь разве что только о собственном веселье. Единственное, что изменилось, или что Лан Цяньцю просто стал замечать, так это то, что теперь Ци Жун то и дело будто случайно касался руками Лан Цяньцю, прижимался к нему, был ближе, чем до этого. Или это уже были надумки. Кто знает. Вот только всё это "ненавязчивое" сводило Лан Цяньцю с ума и действовало на него весьма однозначно. Ему хотелось оказаться вновь слишком близко, почувствовать разгорячённое тело в своих рука, заставить его дрожать... Чёрт. Только это вынудило сдаться. Лан Цяньцю смирился со своим поражением, резко выдохнул и махнул рукой, мол, я всё. Он не стал задерживаться больше на танцполе, убегая в "безопасный" угол его душевного спокойствия. И пока он даже не подозревал, насколько ошибался в своих убеждениях. — Ха! Я же сказал! Пусть ты и весь из себя такой невъебенный на спортике, но я-то зато двигаюсь по танцулькам куда пизже! Надеюсь, тебе нравится вкус поражения? — самодовольство так и пёрло вперёд Ци Жуна, когда он нагнал Цяньцю и со всего маху плюхнулся на сиденье рядом. — Но знаешь какой вкус ещё лучше? Каких же усилий стоило не ляпнуть какую-то дурость по типу "лучше только вкус твоих губ". Потому что именно такая мысль сразу же всплыла в разуме Лан Цяньцю, отчего он резко смутился, шумно выдохнув и отвернувшись, сделав вид, будто его просто раздражает чужая насмешка. — Без понятия. — Пф, ну и тупой же ты! Я про ещё про один заказ. Последний на сегодня и можно сваливать отсюда. Ну и хорошо, подумалось Лан Цяньцю. Пока они переведут дух, освежатся, что и к лучшему, да наконец уйдут отсюда. Лишь бы избежать поток смешанных эмоций и поскорее. И вот Лан Цяньцю надеялся на то, что они спокойно, молчаливо посидят подальше друг от друга, усмирят бешеное сердцебиение, да в путь. Но и этому не суждено было сбыться. Ведь стоило стаканам оказаться на столе, а официантке уйти, как Ци Жун придвинулся ближе. — Ну что, не так уж всё и ужасно, да? Ты сейчас опять пиздец угрюмый, конечно, но этот удар в сердце я как-нибудь переживу! Но вообще-то, тебе полезно почаще отпускать себя, совет на будущее. Ну скажи же, что это приятно? Лан Цяньцю был упрям и потому лишь пожал плечами. Хотя глубоко в душе он признавал, что это было так. Чувствовать себя свободным от рамок, которые ты сам же себе и установил, чувствовать бурлящую энергию в себе, чувствовать поток новых ярких эмоций. Конечно, это приятно. Вот только вслух он не готов был такое признавать. Да и вообще всё ещё хотелось бы просто помолчать. Правда, у Ци Жуна были прямо противоположные планы. Так и вышло, что остаток своего вечера они провели за тихими непринуждёнными беседами обо всём и ни о чём сразу. Скорей уж больше болтал, конечно же, Ци Жун. А Лан Цяньцю лениво отвечал ему, потягивая коктейль. В какой-то момент он заметил, что рука Ци Жуна касается его сначала просто как бы ненавязчиво случайно, когда он особо экспрессивно выражается и шлёпает Лан Цяньцю по плечу. Потом уже куда более заметное касание к предплечью, задумчивые поглаживания тонкими пальцами. И пиком "заметности" стало касание к бедру и колену, где пальцы задержались, ненавязчиво так поглаживая. Всё это выглядело достаточно безобидно, с одной стороны, просто как бездумная привычка во время разговора. А с другой... Чем дольше эти удивительно мягкие в своих касаниях пальцы гладили его колено, тем больше Лан Цяньцю понимал, что его опять это сводит с ума. Надо было уходить, пока не произошло нечто крайне постыдное, но ожидаемо закономерное от такого-то рода касаний, которые сейчас казались особенно интимными. — Я вызову такси, — на выдохе произнёс Лан Цяньцю, мысленно выругавшись из-за того, как хрипло и дрожаще прозвучал его голос. Он встал слишком резко со своего места и сразу двинулся вперёд, на ходу копясь в телефоне. Что угодно, лишь бы поскорее избежать странного контакта. Ну и оказаться на свежем воздухе. Ночная прохлада немного отрезвляла. Но не настолько, чтобы перестать думать... Обо всём. Оставалось лишь молиться, чтобы эта поездка до дома закончилась побыстрее и они смогли бы разбежаться по разным углам. Правда, как уже успел заметить Лан Цяньцю, весь вечер все его мечты и надежды рассыпались, стоило только о них подумать. И всё равно он очень сильно надеялся, что в этот раз всё пойдёт по его плану.