Древность

Ниот и Малкадор стояли на горе, возвышавшейся и защищавшей своими суровыми объятиями огромный город. Будущий император зажмурился от солнца, бившего в глаза: "Смотри, друг мой. Скоро этот город будет наш. В свете новой империи он робко склонится пред нашей славой. Мы изменим этот тщеславный мир, что стоит на трупах и костях! ". Сфинкс улыбался другу, молодые сердца бились в такт, юноши были еще полны надежд и задора... Город пал за неделю, он был снесен армией молодой Империи. Ниот лично отсек голову правителю и вывесил его голову на крепостную стену. Но Малкадор не разделял кровавого экстаза своего товарища. Его взгляд привлекла жена короля, хрупкая почти прозрачная девушка с ребенком. Она была много младше правителя и возможно была привезена сюда против воли. Сфинкс взял ее за руку и увел из тронного зала. Девушке протянули плащ и походную сумку: "Беги на запад, через пустыню, там будет племя жрецов. Укройся у них. Тебе не стоит видеть то, что здесь случится. Живи спокойно". Девушка, было, расплакалась, но быстро утерла слезы и убежала в один из тайных ходов. Малкадор лишь бросил взгляд на закрывшуюся дверь и ушел прочь. Завидев Ниота, он крикнул: " Больше тут никого нет! А тех, кто был, я убил". Ниот по-братски хлопнул его по плечу: "Ты же помнишь, что мы тут ищем? ". Сфинкс медленно брел рядом: " Я все еще не понимаю, что ты тут ищешь. Зачем нам этот секрет химер? Твоя армия итак сильна". Ниот листал записи павшего правителя: "Нужно, мой названный брат. Простые войны не способны привести нас к тому могуществу, что я увидел в кристалле. Мне нужны самые лояльные и старательные командиры. Птенцы гнезда моего! Хм... А ведь это идея! Мне нужны мои дети, они точно будут как я, и точно меня не предадут". Малкадор еще с первой встречи подозревал, что его друг болен разумом. Неспособный понимать чужие эмоции, эгоистичный и неспокойный Ниот в то же время был обаятелен, царственен и мужественен. Люди шли за ним, словно не замечая всего прочего. "Ниот, это дети. Они должны вырасти, им нужна любовь матери и отца. Вспомни себя в детстве" - Малкадор вяло усмехнулся. Ниот повел плечами: "Зачем любить оружие? Или скажи мне, ты любишь фигуры на шахматной доске? Не стоит сантиментов, сначала достигнем могущества и рассвета, а потом может и до любви дойдем". Юноша ушел в подвалы, где хранились тела химер. Малкадор остался размышлять... Он хорошо помнил первую встречу с Ниотом и все последующие. Помнил, как Ниот предложил покинуть племя и пойти с ним. Будущий Император постоянно говорил: "Нет богов ни на земле, ни на небе. Империя расцветет, когда последний камень последнего храма падет на голову последнего жреца. Только тогда настанет очищение от этой скверны". Малкадор в шутку обижался: " Я же тоже жрец. Ты меня решил убить? Не убивай меня, я тебе пригожусь ". В такие моменты из их шатра солдаты слышали заливистый смех. Вскоре к ним присоединился Константин, мечник одного из павших королевств, добровольно перешедший на службу к Ниоту и заколовший предыдущего хозяина. Империя получала новую кровь. Последняя пришла Амара, молодая колдунья и травница. На нее очень понадеялся Малкадор, может хоть она бы тронула каменное сердце Ниота? Но ничего не вышло, Императора еще сильнее обозлился и совершил страшный грех... Все случилось лишь из-за мимолетной привязанности и нескольких взглядов. Малкадор был очарован молодой девушкой из своего клана. Но любовь принесла лишь страдания обоим. Сфинкс видел, как Ниот злился на происходящее. Разговоры не помогали, Император не понимал такого странного чувства как любовь. Малкадор решил спасти от гнева друга хотя бы девушку. Ее отослали обратно в племя. Сфинксу казалось, что все теперь будет хорошо. Но он обманул сам себя... На кровати лежало тело с оторванной головой. Это была она, та, что еще месяц назад ласково улыбалась ему и смеялась с заумных речей. Но теперь девушка молчала, навсегда умолк ее смех. Малкадор держал ее руку и плакал. В глаза бросилась записка на столе. Она была написана ужасно знакомым подчерком... Таким, какой Малкадор хорошо знал. Это была записка от Ниота. Сердце рвалось от каждой новой строчки, но сфинкс читал: "Я убил ее и сжег твое племя. Ты прав, ты будешь последним жрецом. И ты будешь жить в мире, где ничего не будет тебе мешать". В животной ярости Малкадор крушил убранство шатра, ища в свитках любые способы воскрешения мертвого тела. Рука дрожаще писала руны, чертила круги. Разум лихорадочно перебирал известные заклинания и молитвы. Сфинкс приложил руки к кругу и вложил все свои силы. Шатер залил золотой свет и только тут Малкадор заметил неправильное положение некоторых символов. Это было не оживление, а заклинание переноса жизненных сил. Еще и с ошибками. Сфинкса пронзило молнией, боль разрывала кости и мышцы, выворачивала суставы. Ниот ворвался в шатер, но мог лишь испуганно смотреть на ужасный танец магии. Все закончилось взрывом и пеленой... Сознание вернулось к Малкадору, а с нии и боль... Адская боль, что пронзала почему-то только верхнюю половину туловища. Сфинкс ощупал свое тело и обнаружил крепкую перевязь из широких бинтов на животе. Малкадор попытался пошевелить ногами, но получалось вяло. Сфинкс испуганно забился в постели, благополучно рухнув в итоге на пол. Своим падением он разбудил спавшего рядом Ниота. Император осторожно поднял его на руки и положил обратно: "Лежи, ты сломал позвоночник. Надо было так стараться? Тебя еле вытащили из-под завала". Сфинкс отвернулся: " Ты все равно не поймешь. Я даже готов теперь нести это проклятие... ". Ниот опустил голову и обнял колени: " Прости... ". В него кинули кувшином: " Убирайся! Ты все равно никогда не умел извиняться! Убийца, грешник! Я проклинаю тебя! Чтоб ты никогда не познал чувства любви! "