Разве черная душа способна любить?

В гостиной собрались все. Энджел что-то бурно доказывал недовольной Вегги. Хаскер пытался не заснуть за барной стойкой. Люцифер рассказывал дочери о своем хобби. - И что теперь? - все-таки спросила Черри. Ребята отвлеклись и все посмотрели на нее. - Ну, типа, искупление невозможно, как мы поняли. Пентиус… умер. Мы пошли против Рая. Чарли нахмурилась, невольно сжала пальцами колени. Аластор, стоящий в отдалении ото всех, обратил внимание на это действие. Отчего в груди что-то неприятное зашевелилось. Было ли ему жаль Чарли, мечта которой медленно трескается, еще чуть-чуть и разобьется? Демон не хотел признаваться самому себе в этом, но было. - Дорогая, - все-таки обратился он по принцессе. - может быть ты проверишь свою гипотезу? Об искуплении. Чарли не знала, что Аластор был в ее комнате, читал ее блокнот. И видел в нем записи о том, что Пентиус чисто гипотетически мог попасть в Рай. - О чем он говорит, Чар-Чар? - Нахмурился Люцифер, посмотрев на улыбающегося радио-демона. - Я…- Начала было девушка, но запнулась. Она уже ни в чем не было уверена. Ни в том, что искупление возможно, ни в том, что ее мечта может исполниться. После победы вчера она чувствовала прилив сил, энергии. Воодушевление. Даже умудрилась составить два сценария для тренингов с грешниками. Но с ночи Чарли находится в состоянии полного опустошения и выгорания. Она не знает, какой следующий шаг ей сделать к своей мечте. И возможно ли вообще исполнить ее. - Я думаю, нет, предполагаю, что Пентиус мог искупиться, - протараторила девушка, смотря в пол. - Чисто логически, для того чтобы кого-то убить, нужно использовать ангельское оружие. Аластор в какой-то момент переместился через тени к принцессе, сел рядом с ней на диван. От этого девушка занервничала еще больше. Причем сама не понимала, почему. Люцифер начал медленно закипать от того, что разворачивалось перел его глазами. Либо он глупый и старый, либо Аластор пытается поближе подобраться к его дочери. Сама же Чарли, смущенно поймав взгляд отца, отодвинулась от радио-демона. - Можем на ком-нибудь проверить? – вдруг предложила Ниффти, кровожадно улыбнувшись. И почему-то покосилась на Энджела. Паук возмущенно сложил на груди первую пару рук. - Вообще-то меня нельзя убивать, я - известная личность! Вегги ощутила дежавю, поэтому улыбнулась и саркастично парировала: - Энджел, ты порно-звезда. Грешник чуть склонил голову на бок и засмеялся, очень мелодично. А потом поправил девушку: - Известная порно-звезда. - Нашел, чем гордиться, - фыркнула Вегги. - Так, что там об искуплении. Значит, исходя из предположения Чарли, можем сделать вывод, что Пентиус - искупился? В гостиной наступила пауза длинной более пяти минут. Естественно, точно нельзя было определить, ведь Ниффти не сидела в углу с секундомером. - Нет, - задумчиво отозвался Хаск, он вообще крайне редко принимал участие в разговорах. - Мы не можем сделать такой вывод, не имея доказательства. В Раю мы побывать не можем, а, значит, доказательства теории найти не сможем. Чарли слишком резко поднялась с дивана и стала ходить вперед и назад, при этом она двумя пальцами, указательным и большим, поглаживала свой подбородок. Энджел сначала обеспокоено наблюдал за подругой, потом опомнился, и уткнулся взглядом в свой навороченный телефон. Открыл сообщения и увидел множество голосовых от Вала. «Чертов кретин, - мысленно выругался Даст. - как мне от него избавиться?». Открыто и больше всех волновался, конечно же, Люцифер. Он все это время постукивал тростью по полу и внимательно наблюдал за дочерью. Падший ангел прекрасно понимал, что в ней куда больше ангельского, чем в серафимах, возглавляющих сейчас Рай. Однако, он не хотел, чтобы Чарли сломали так же, как его когда-то. Не хотел, чтобы она во всем разочаровалась так же, как он. Чтобы она возненавидела себя. И ведь ситуация двоякая. Пентиус за все время пребывания в Отеле, очень сильно изменился, стал добрее, заботливей, внимательней. И, если он не искупился и на самом деле растворился в вечности... Значит, искупления не существует. И, если он, Люцифер, позволит дочери снова попасть в Рай и попытаться доказать гипотезу "искупления", он может раз и навсегда ее потерять. Подобно ему, потерявшему нимб, она потеряет себя. Но не будет ли это предательством? - Яблонька, - окликнул он решительно дочку. - Я могу устроить тебе еще одну встречу с Серафимами в Раю. Последнюю встречу. Но при одном условии. Принцесса встрепенулась, будто бы ей отец только что на блюдечке преподнес сверкающую надежду. - Каком? - свистящим шепотом спросила она. - Ты пообещаешь мне, что, даже если Пентиус умер во второй раз, ты продолжишь бороться за души грешников. "Даже если это абсолютно бессмысленно" - мысленно договорил Люцифер.