I Would

"Я тоже вас люблю, мам. Ладно, пап. Спокойной ночи. Пока." Лиса прикусила губу, отодвинула телефон от уха и нерешительно повесила трубку. Она положила его на стойку рядом со своим бокалом вина и вздохнула, прислонившись к нему спиной и закрыв лицо обеими руками. Она тосковала по дому. Лиса тосковала по дому в свой день рождения. Это был первый раз за многие годы, когда ее родители не смогли прилететь, и Лиса никогда не чувствовала себя такой разочарованной. Она опустила руки и посмотрела на ингредиенты для своего любимого праздничного блюда, которое ее папа готовил на каждый ее день рождения с замиранием сердца. Рости. Они с отцом соревнуются, кто лучше приготовит, а судьей выступает ее мать. И, будучи предвзятой к собственной дочери, она всегда говорила, что у Лисы вкуснее всего, несмотря на подгоревший цвет и горький привкус. Ее мать никогда не оставляла на тарелке объедков. И в конце все трое ели то, что готовил их отец, и это всегда было в десять раз лучше. Сделав последний долгий усталый вдох и сделав большой глоток вина, Лиса оттолкнулась от стойки и начала готовить. Она почувствовала, как подступают слезы, но сдержалась. Лиса не хотела плакать в свой день рождения. Она могла слышать гудок сообщения на телефоне, но проигнорировала его, зная, кто звонит. Не то чтобы Лиса намеренно игнорировала Дженни всю прошедшую неделю с того вечера. Она просто была... занята. Ладно, может быть, она избегала игривую брюнетку. Она ничего не могла с этим поделать. Она знала, что ее чувства не должны были расти, но это было так. Это чувство росло каждый раз, когда она видела ее милую улыбку, или ее яркие глаза, или просто... ее. "Черт", Лиса поморщилась, когда масло попало ей на кожу. Но затем застонала, заметив, что масло подгорело по краям, создавая горький запах гари, который окружил всю ее квартиру. Слезы уже начали подступать к глазам и затуманивать зрение. Она снова все испортила, и на этот раз ее отца не было рядом, чтобы помочь ей. Она была одна. "Черт побери!" Она закричала, когда масло снова попало ей на руку, отчего одинокая слеза скатилась по ее щеке. Потом еще одна, и еще, и вот, рыдание вырвалось из ее горла, поскольку "рости" официально был полностью сожжен. Что усугубляло ситуацию, так это то, что кто-то решил постучать в ее дверь, когда она была вvплачевном состоянии. Она застонала и грубо вытерла слезы, направляясь к своей двери. Ей не хотелось смотреть в глазок, и она не потрудилась остановить слезы. Она надеялась, что, возможно, человек за дверью уйдет, если увидит, что она выглядит как угодно, только не как модель. Чего она, однако, не ожидала, так это столкнуться с удивленной Дженни, выглядящей, конечно, такой же красивой, как всегда. Ее волосы были собраны в высокий конский хвост, открывающий гладкую тонкую шею, в сочетании с красивым белым летним платьем, которое заканчивалось чуть выше колен, делая ее похожей на настоящего ангела. И, давайте просто скажем, Лиса почувствовала, что ей хочется плакать сильнее, зная, что она выглядит ужасно перед богиней. "Что ты здесь делаешь?" Тихо спросила Лиса, вытирая бесконечные слезы, избегая смотреть Дженни в глаза. "Я... я почувствовала запах чего-то горящего и хотела проверить, все ли с тобой в порядке", - медленно и осторожно заговорила Дженни. Дженни сделала паузу и подождала мгновение, прежде чем сделать маленький шаг вперед: "С тобой все в порядке, Лиса?" Ее голос звучал так заботливо и просто так чертовски мягко, что это заставило Лису издать рыдание, которое сотрясло ее тело. "Нет. Все не в порядке. Мои родители должны были быть здесь на мой день рождения..." Лиса захныкала, глядя в расширенные карие глаза. "Подожди, день рождения?" "И мы должны были приготовить Рости по традиции, но как это может быть традицией, если их здесь нет?! И я сжигаю его уже третий раз! Третья чертова попытка, Дженни! Как можно записать что-то с третьей попытки?! Разве это не должно быть заклинанием в третий раз?!"Лиса усмехнулась и вытерла слезы, слегка шмыгнув носом. "Больше похоже на проклятие в третий раз! Это сжигает Дженни!" "Подожди, Лис..." "И теперь я здесь, выглядящая как зверь, в то время как ты стоишь там, выглядя такой же ангельской, как всегда, и я взвинчена и..." Дженни бросилась вперед и положила руки на плечи Лисы, притягивая ее к себе и крепко обнимая. Она слышала, как Дженни шикала на нее, успокаивающе поглаживая ей спину, что заставило Лису смягчиться. Она наклонила голову, уткнувшись лицом в изгиб обнаженной шеи Дженни, и беззвучно заплакала, обнимая ее за тонкую талию. "Я не знала, что у тебя день рождения, прости" - услышала она тихий шепот Дженни, которая крепче обняла Лису. Лиса грустно усмехнулась, проводя руками вверх и вниз по нежным изгибам Дженни. "Не извиняйся, я никогда тебе не говорила". Она почувствовала, как Дженни отстранилась и провела руками по щеке Лисы, вытирая её слезы и смотря нежными глазами. "Да, но я никогда не спрашивала". Лиса легко рассмеялась и сжала талию Дженни: "Не спорь со мной, это мой день рождения". Та, что поменьше, тихо хихикнула, глядя на нее снизу вверх с доброй улыбкой. Улыбка, которая создавала настоящий цирк, разразилась в сердце Лисы. Особенно когда Дженни заправила волосы Лисы за ухо, нежно поглаживая ее ухо. "Хочешь, я приготовлю для тебя рости?" Предложила она, продолжая ласкать, внимательно и нежно заглядывая в глаза Лисы. Это вызвало прилив жара к ее щекам, и она надеялась, что румянец не был заметен. "Ты бы сделала это?" Прошептала Лиса. Голос звучал застенчиво, а глаза были опущены в пол. Уставившись на недостаток пространства между носками их туфель. Но затем ее взгляд снова переместился в любящие глаза, когда Дженни приподняла пальцами подбородок Лисы. Дженни нежно улыбнулась. "Если это вызовет улыбку на твоем лице, то да", - гордо заявила она, сверкая глазами и глядя на румянец, покрывший щеки Лисы. "Хорошо", - застенчиво пробормотала Лиса, отступая от сладкого запаха и успокаивающего тепла Дженни. она отступила в сторону и жестом пригласила Дженни войти, что та сделала без колебаний, одновременно коснувшись ладонями руки Лисы, когда та проходила мимо. Лиса могла поклясться, что ее сердце готово было выпрыгнуть из груди. Дженни обернулась и хихикнула, увидев Лису, которая стояла, как статуя, у открытой двери, выключая плиту. Лиса услышала смешок и почувствовала, что краснеет еще больше. Та, что повыше, закрыла дверь, прошла на кухню и запрыгнула на столешницу. "Ты когда-нибудь раньше готовила рости?" Спросила Лиса, голос по-прежнему звучал мягко и деликатно. Она не хотела казаться такой уязвимой и маленькой, но ничего не могла с собой поделать, она все еще ужасно скучала по своим родителям. Тон ее тихого голоса заставил Дженни взглянуть на нее с такой заботой, сопровождаемой доброй улыбкой, когда она проходила перед Лисой. Она положила свои руки поверх рук Лисы, которые лежали и дрожали на ее бедре. В животе у нее запорхали бабочки, и это заставило Лису задержать вздох от соприкосновения. Ощущение было чудесным. Дженни была замечательной. "Да, бывало. Но для тебя я собираюсь сделать это особенным". И она действительно приготовила это блюдо по-особенному, и Лисе снова захотелось расплакаться после первого же кусочка. Дженни сидела напротив и смотрела на нее выжидающе, но с той же мягкой улыбкой. "Каково на вкус?" Спросила Дженни с ноткой беспокойства в голосе. Но, когда Лиса впервые за этот день улыбнулась, и ее улыбка коснулась глаз. Дженни не смогла сдержаться от того, чтобы ее собственная улыбка не стала шире. Она также не смогла удержаться от того, чтобы протянуть руку вперед и положить ее на свободную руку Лисы. Лиса шмыгнула носом: "На вкус точь-в-точь как у моего отца. Прямо как дома". Лиса перевернула руку и крепко сжала ладонь Дженни. "Спасибо", - прошептала она, глядя в прекрасные глаза брюнетки. Дженни крепче сжала ее руку в знак молчаливо признательности. Затем она отстранилась, но только для того, чтобы сесть рядом с Лисой и положить голову ей на плечо, обхватив рукой талию Лисы и притянув ближе, пока их бока не оказались прижатыми друг к другу. "С днем рождения, Лис". Лиса сильно влюблялась, но в этот самый момент она была не против.