Непридуманная любовь

— Даже не верится, что Хогвартс наконец-то заработал, — радовалась Джинни, ищя свободное купе, пока за ней шла Гермиона. — Конечно, дома работать над заданиями интересно, но я живу с родителями. Рону же Гарри подарил свой дом в Годриковой впадине, — закатила глаза рыжая. — Нашла! Девушки разложили вещи и сели друг напротив друга. — Вы с Гарри так и не сошлись? — Пока нет. Суды эти проклятые. Интервью Национального героя. Но мама уже планирует свадебный торт, — хлопала в ладоши девушка. — Как твоя мама после смерти Перси? — Держится. А как твои родители после Обливиэйта? — В ужасе от моего поступка, остались в Австралии и попросили общаться с ними только по телефону, — честно ответила Гермиона. — После смерти Снейпа попробуй найти хорошего легилимента. Но я нашла. За это Люциуса не упаковали вновь в Азкабан, посчитав, что он хорошо поступил. Да и Гарри сильно просил за Малфоев. Так обо мне печётся, — мечтательно прошептала Грейнджер. — Ты так и не поведала, что между тобой и Малфоем. Твоё письмо на Рождество разожгло огонь интереса. Дверь купе резко открылась и подруги уставились на Луну, которая улыбалась им. — Привет, девочки. — Занято! — рыкнула Джинни. — Мы сплетничаем. Закрой дверь с той стороны. Луна явно удивилась такому обращению, но видя, что и Гермиона ждёт, пока Лавгуд уйдёт, то рейвенкловка закрыла за собой дверь. — Ох и бесит же она меня! Гарри от неё в восторге! И как мне с ней мириться в будущем? — Но ты станешь миссис Поттер в будущем. Будешь такое вытворять в постели с Гарри, что он выполнит любую твою просьбу. — О да! Пока мы всю осень и декабрь сидели дома, то я научилась в постели такому, — восхищалась Джинни. — Мама думала, что я гулять хожу. А я и ходила. Блейз Забини, Дин Томас, Симус Финниган, Невилл Лонгботтом, Теодор Нотт и Кормак Маклагген составляли компанию! — Вот это список! — ахнула Гермиона. Дело в том, что Хогвартс и его чары были настолько разрушены, что ни одни чары не смогли его восстановить за май и лето, вот и пришлось школьникам ждать 1 января. Конечно, что можно было, им задали изучать дома с родителями, ну а что не выучишь без преподавателя, будут догонять. Да и учебный год закончится 31 июля, а летние каникулы в этот раз будут всего месяц. Весенних в этом году вообще не будет. Гермиона шла на восьмой год обучения, как и весь их выпуск, чтобы получить диплом. Джинни перевелась на седьмой курс, как и положено. Девушки были в восторге, что будут выпускаться вместе. — Так ты расскажешь мне о Драко Малфое? — Да! — воодушевилась Гермиона. — Я считаю, что он в меня влюблён. У меня целый список доказательств. Я писала его с четвёртого курса, — Гермиона достала блокнот, а Джинни похлопала в ладоши за старания подруги. — Я вся внимание! — Первое, что я заметила и проанализировала, что Малфой задирал именно Гарри. Когда мы с Роном были вдвоём, он никогда и слова плохого не говорил. Думаю, что Драко ревновал к Гарри. Всё-таки герой. — А его я отхватила, — засмеялась Джинни. — Кстати, теперь понятно, почему дальше поцелуя у вас с Роном ничего не зашло. — Это не совсем так. Мы переспали в день победы, — Джинни удивлённо выпучила глаза. — А я поняла, что Малфоя представляла. Сказала Рону, что это ошибка. Что гулял адреналин. Он обиделся и до сих пор со мной не разговаривает. Хорошо, хоть не понял, что я не девственница. Всё-таки, я успела с Виктором перепихнуться на свадьбе Билла и Флёр. — Всё-то ты успеваешь, Герми. Читай дальше, — Джинни желала подробностей. — Так, на четвёртом году в меня попало заклинание зубов, брошенное в Гарри. Малфой тогда смеялся для вида при всех, но на балу глаз с меня не спускал. Уверена, он уже был мной заинтересован. Но тогда он был сыном влиятельного чистокровного папочки, а сейчас статусом лорда можно задницу вытереть после всех проколов его семейки. К тому же, я теперь героиня войны, если я покажу ему, что всё в силе, то он женится на мне. — Логично. — Кстати, я ещё на третьем курсе стала замечать, что Драко улыбается, когда я рядом. Но видит Гарри и вспыхивает. Жаль, что статус крови не позволил ему пригласить меня на бал, но, думаю, он был под впечатлением. — Ты была великолепной. — На пятом курсе он долго не мог нас вычислить, думаю помогал, а после мой патронус стал выдрой. Я сначала не придала этому значения, пока Гарри не поведал, что у Джеймса Поттера Патронусом была лань, как и у его мамы, по словам Дамблдора, и у Снейпа тоже лань и он любил маму Гарри. Лже-Грюм обратил Драко в его анимагическую форму хорька. — Ах! — запищала Джинни, закрывая рот руками. — Это же прямое доказательство. — Именно! — сияла Гермиона. — На шестом году Драко ни на кого не обращал внимания. Теперь я знаю, почему, но тогда я жутко бесилась, и под раздачу попал Рон, который всего лишь в игре выиграл, а трахался с Лавандой по всем классам… Я была не права, но признаваться Рону не собираюсь. — Он переживёт, — хихикнула Джинни. — Кстати, я побаивалась, что Гарри следит за Драко из-за любви, но когда вы начали встречаться, я выдохнула. Да и не прилично парням встречаться, а ты девушка красивая. — Всегда пожалуйста, что развеяла твой страх, — засмеялась Уизли. — На седьмом году мы были в бегах. И когда нас поймали егеря, то Драко увидел меня и Рона. Он ради меня соврал Белле. Я надеюсь, что Гарри примет мой выбор касательно Драко. — Я видела его. Запуган до смерти. — Пусть дементоры теперь сторожат только одно крыло, но семья Малфоев просидела в Азкабане месяц. Я бы сама была в ужасе. Не буду давить. Буду поближе к нему. К тому же, на восьмой год обучения вернулись не все. Я слышала, многие сдавали Ж.А.Б.А. в Министерстве. И сдали неплохо, лишь бы не возвращаться в Хогвартс, где было столько смертей. — Значит, наши цели таковы: ты флиртуешь с Драко, говоря ему, что можно действовать, и твой статус героини поможет его семье, а я напоминаю Гарри, что война закончилась и нам пора воссоединиться. — Кстати, Гарри говорил, что хочет стать аврором. Тяжело тебе будет. — Ой и не говори. Но я готова делить его с работой, только бы не с Лавгуд! — рычала девушка. — Ох, мне она тоже не нравится. Как была полоумной, так и осталась. У неё вся семейка больная. Мы в доме Лавгуда из-за взрывного рога чуть не погибли, а главное, этот Ксенофилиус доказывал мне, что рог не опасен! — Слушай, давай ты расскажешь о первом разе с Крамом, а я тебе о первом разе с Забини. Девушки хохотнули и начали делиться самым интимным, наслаждаясь поездкой.

***

Гарри и Рон ехали в плацкарте. Поттер лично попросил друга поехать там и рыжик согласился. Оба сели так, чтобы можно было видеть Драко, болтающего с Блейзом, Пэнси, Дафной и Тео. Гойл не явился на последний год обучения, после смерти Крэбба ему дурно от вида школы. — Так значит, она флиртовала с тобой? — хмыкнул Гарри. — Да. Но, Гарри, ей только в ноябре исполнилось пятнадцать, я подожду как раз годик, — хмыкнул Рон. — Габриэль растёт очень красивой девушкой. Она мне нравится. Понимает меня. И семья у неё хорошая. Ей плевать на статус. — Да, благодаря Флёр, мы это знаем. Но Габриэль выбрала в избранники героя войны. — Близнецы были озабочены этим фактором и подлили ей на Рождество Веритасерум. Вытащили все признания. Как она бедная краснела. Как злилась Флёр. — Ты хоть поговорил с Габриэль? — Конечно, — улыбнулся Рон. — Она мне и самому нравится. — А то, что ты идёшь в мракоборцы не страшит её? — Нет, ей нравится. Джинни ждала от тебя подарка, а ты прислал только мне, — подметил Рон. — Как ты не желаешь видеть Гермиону, так я не желаю видеть Джинни, — Гарри достал рождественские письма от друзей. — Дин пишет, что они трахались с Джинни 22 декабря. Недавно, кстати, — Рон удивлённо уставился на письма. — Симус пишет о 18 ноября. Невилл пишет о 1 декабря. — Меня забыл в том списке, — крикнул Забини, услышав разговор. — Я сорвал невинный цветок 1 июня! — А трахал её на день рождения в августе я, — засмеялся Нотт. — Вот! И как мне с твоей сестрой общаться после такого. Я её разлюбил давно, но даже если бы любил, то после таких откровений, на кой она мне сдалась. Ребята пишут, чтобы я нашёл себе не шлюху. Я же не знаю, с кем она ещё спала! — Я видела её в компании Маклаггена вчера, — заявила Пэнси. — Когда покупала мантию в магазине мадам Малкин. Они шли в сторону «Дырявого котла». — Я свидетель! — заявила Дафна. Рон краснел и бледнел за свою сестру. Хотя он не знал, была ли с кем-то ещё и Гермиона. Даже если была, это не важно, ведь девушка попользовалась им и бросила, как вшивую собаку. У них тогда и правда играл адреналин, но Рон думал, что это любовь. А когда на похороны Перси прилетела Габриэль, рыжик понял, что попал, и готов был ждать возраста согласия, чтобы предложить ей встречаться. Луна вошла в плацкарт, улыбнулась мальчикам и встала возле Гарри. — Можно? — Конечно, Луна, почему спрашиваешь? — удивился Гарри. — Гермиона и Джинни меня прогнали. Рон побледнел от услышанного, а Гарри тяжело вздохнул. Их подруги сходили с ума, причём быстро и безвозвратно. Непонятно, что понапридумывали себе в голове. Слизеринцы хихикали, слушая разговор Поттера и Уизли. Гарри встретился глазами с пепельным взглядом, который был холодным, как и его хозяин, но Гарри казалось, что правый уголок губ Драко приподнялся.

***

Хогвартс встретил гостей радостно, будто и не был разрухой ещё восемь месяцев назад. Ёлку уже убрали, но снежинки, летающие в воздухе, говорили о празднике. На факультет Гриффиндора попало целых тринадцать ребятишек, а старостами были Деннис Криви и Натали Макдональд. Минерва решила дать 7 и 8 курсам разгрузку. Да и Денис был отличным старостой всей школы. Шестикурсник был ответственным. О квиддиче в этом году и речи не было, Минерва сразу об этом заявила. — И последнее. Для восьмого курса была обустроена Средняя башня Хогвартса, которая много лет пустовала. Поскольку ваши характеры изменились, а многих ребят из ваших факультетов нет, ведь они сдали экзамены экстерном, то вас по комнатам распределит Шляпа. Я каждому её надену на голову, а в конце она выдаст вердикт. Начнём с Гриффиндора. Студентов и правда было немного, поэтому Шляпа быстренько побывала на голове каждого восьмикурсника, а через минуту дала ответ. — Лаванда Браун и Парвати Патил, — девушки запищали от восторга, — Дафна Гринграсс и Пэнси Паркинсон, Падма Патил и Гермиона Грейнджер, Сьюзен Боунс и Хана Аббот, Теодор Нотт и Блейз Забини, Симус Финниган и Дин Томас, Захария Смит и Терри Бут, Невилл Лонгботтом и Рональд Уизли, Гарри Поттер и Драко Малфой. Последняя пара удивила, заставляя всех открыть рты. Но Гарри показалось это решение уместным, ведь он точно не будет издеваться и смеяться над бедным Малфоем, которого и за человека никто не считает. — Восьмой курс, я проведу вас лично, — заявила Минерва. — А сейчас пир. Рон был только рад жить с Невиллом, с Гарри он нажился за последний год в палатке, как шутил за столом. — Итак, это портрет ведьмы Кассандры, — говорила МакГонагалл, когда привела восьмой курс к башне, — которая будет за вами присматривать. И она была настоящей ясновидицей. Пароль «Солнце и луна». Главных среди вас нет. Но если что, мистер Поттер за старшего. Гарри улыбнулся Минерве, радуясь, что ему наконец-то хоть один директор доверяет. — Отбой в 10, как и для остальных курсов. Научитесь жить друг с другом. Всё-таки, впереди ещё 7 месяцев общего проживания. — Спасибо, директор, — ответил Поттер. — На каждой двери светятся имена. Без пароля в спальню не войти. Первый раз дверь открыта. На кровати каждого лежит собственный пароль. Удачи! Минерва оставила их, а Гарри произнёс пароль и вошёл первым. Гостиная была небольшой, в ней находился один огромный круглый стол со входом внутрь. Стулья стояли и внутри, ведь был пустым. Возле камина стоял небольшой диван и два кресла. Огромное окно выходило на Северную башню, но видно ничего толком не было. — Поттер, обидишь Малфоя… — То, что, Забини? — закатил глаза Гарри. — Моя семья не провинилась, могу качать права. — Давай, и закончишь, как твой отец. Рон прыснул, входя в спальню. Драко настороженно осматривал комнату, где стояло две кровати, два комода, две тумбочки, один стол и два стула. В каждой комнате была своя отдельная ванная. Видимо, Минерва боялась, что слизеринцев попросту зарежут. Пэнси отличилась тем, что хотела сдать Поттера Волдеморту. У Нотта отец был пожирателем, а Драко… Ну там всё ясно. Только Блейз и Дафна не накосячили. Гарри прилёг на красное покрывало, ведь зелёное явно адресовалось Малфою, и засмеялся, когда кот Гермионы запрыгнул ему на живот. — Привет, Живоглотик. Я скучал по тебе, — погладив рыжую мордочку, прошептал Гарри. — Не смотри на окно, Букли больше нет. Она погибла от зелёного луча, защищая меня, — печально произнёс брюнет. Драко повернулся спиной к Гарри, но глаза бегали по окну. Даже сова пыталась спасти Поттера ценой собственной жизни, а Малфой сумел только соврать тётке. — Как уживаться будем? — задал вопрос Гарри. — Я поздно ложусь. — Я тоже, — прохрипел Драко и прокашлялся, стараясь придать голосу спокойствия и строгости. — Ты нашёл пароль? — Да. Очень тактично сделать паролем словосочетание «Верное решение». — Скажи «спасибо», что это не название цветка, которое попробуй выговорить. У тебя животные есть? — Нет. — Вспомнил, — Гарри потянулся за рюкзаком, отчего кот мяукнул и переполз в ноги парня. — Твоя палочка! Обещал же отдать. — Помню, — улыбнулся Драко старой подруге. — Это она убила Волдеморта, — от имени безумца Драко передёрнуло, но виду не подал. — Гордись. — Горжусь, — искренне улыбался Малфой, держа подругу в руках. Гарри давно не видел улыбки на губах Малфоя. Настоящей улыбки, а не благодарной в комплекте с кивком. — Решил, на кого пойдёшь? — спросил Поттер. — Да, на зельевара. — Хочешь работать в школе? — удивлённо изогнул бровь Гарри, а Малфой закатил глаза и цокнул языком. — Хочу работать в Отделе правопорядка. Там нужны зельевары. Крёстный хорошо меня обучил. — Крёстный — это Снейп? — дошло гриффиндорцу. — Всё меняется, кроме того, как быстро ты усваиваешь информацию, Поттер, — оскалился Драко, как в старые добрые времена, что понравилось Гарри. — Всё меняется, кроме язвительности Малфоя! Твой язык ещё на что-то способен, кроме колкостей? — Хочешь проверить? Драко изогнул бровь, подходя к Гарри, который всё ещё сидел на кровати и смотрел снизу вверх на самовлюблённого слизеринца. — А тебе храбрости хватит или только трепаться умеешь? Рука Поттера легла на бедро и потянулась вверх к паху. Гарри не сводил изумрудных глаз с Малфоя, который начал учащённо дышать, а после отскочил в сторону. — Ну и шуточки у тебя, Поттер! Гарри закусил губу, победно глядя на слизеринца, покрасневшего, как варёный рак, пытающегося восстановить дыхание. — Я первый в душ. Ухватив вещи, Драко рванул в ванную комнату, а Гарри переглянулся с Живоглотом, который мяукнул ему. — Да мне прощупать почву нужно. Всё-таки скучно мне без него, а он красивый, умный, язвительный и притягательный. Только ему не обязательно знать, что я за последние полгода, пока помогал его семье с судом и возвращением мэнора после расследования, проникся его улыбкой и глазами, а голос… Мерлин… Какой голос. Драко не слышал восхищений Гарри, который после неудачных попыток с девушками понял, что его привлекает язва Малфой, возле которого всегда мурашки ходили по коже. Только в школе он считал, что это мурашки ненависти, а после понял, что мурашки стояка и учащённого сердцебиения. Драко же старался прохладной водой смыть окрас с лица. Он не понимал, для чего Гарри издевается над ним. Неужели Гойл решил отомстить за смерть Крэбба и поведал Поттеру, что он влюблён в Гарри с третьего курса? Чутье подсказывало, что Поттер попросту издевается, чтобы немного отыграться за все годы. И только сердце отбивало кульбит надежды, что чувства не односторонние. Нужно больше проводить времени с Гарри, чтобы понять его. Изучить. И возможно, судьба перестанет быть такой жестокой к избалованному мальчику, который понял все свои ошибки, оттого желал заполучить Национального героя. Да, эгоистично, но эго у Малфоя не пало. Он лучший и ему должен достаться самый лучший.