Скорбь

Сбежал, заставил тем самым терзаться сомнениями, ушел так быстро, ни слова не сказав. Каково теперь человеку, которому не ответили и не объяснили ничего? Пак Чимин испугался. Посчитал себя слишком свободолюбивым, а возможно, дело было и в другом. Мысли у него были такими: «Я, может, завтра вены себе вскрою. И это мой выбор, моя жизнь. Я не хочу никому боль причинять, а ведь буду. Обязательно буду. И дело-то не только в том, что не смогу открыться, не смогу отречься от прошлого. Дело в том, что человек я такой…» Мин Юнги слышал, как уходил, точнее, сбегал Пак, но не стал ни выходить, ни останавливать его. Сказал же, что если тот захочет уйти и забыть, то он не будет против. Он отпустит. Не будет удерживать. Он слово дал. Пак Чимин пусть ушел, но не планировал забывать. Ему нужно было проветрить голову, осмыслить всё, потому что Мин Юнги слишком много вчера сказал и дотронулся своими словами до чувствительных струн души. Чимин не хотел забывать Юнги. Только вот сейчас было не до любви… Нельзя в одно мгновение освоиться с неведомым. Что даст Пак Чимин, человек, скорбящий и погрязший в своих проблемах? Человек, переставший интересоваться чем-либо. Человек, разочаровавшийся в любви и дружбе. Человек, потерявшийся где-то во мгле. Какие чувства? Какая любовь? Пак Чимин не верил в то, что она его спасет. Он жалел себя, не давал себе права на то, чтобы стать счастливым. Поставил на себе крест, решив, что счастье больше и не обрести. Уподоблялся своей скорби, просвета видеть не хотел. Считал себя самым несчастным человеком, хотя он им не был. Считал позорным просить помощи, искать поддержку, позволить себе любить. Принижал Мин Юнги, уверял себя в том, что тот не сможет его спасти. Чимин делался слишком важным. Был уверен в том, что никто не сумеет его понять. Никто не сможет помочь. Только вот все это неправда. Кого из себя строил Пак Чимин? Чимин млел от взглядов Юнги. Испытывал трепет о того, как тот бегал за ним и пытался разговорить. Пак обманывал самого себя. Ему хотелось любви. Хотелось вновь найти своего человека. Ему хотелось жить. Только как ко всему этому прийти? Как снова начать жить, когда мать умерла на глазах, предало большинство, и ты остался один? Как начать, если в памяти не прекращали плохие воспоминания всплывать, а душа, разорванная на части, не срасталась и продолжала кровью истекать? Как исцелиться? И когда это должно произойти? Тогда, когда ты влюблен? Или сначала надо в себя прийти без чьей-либо помощи? Или все-таки с ней? Как начать жить? Пак Чимин, придя домой, не мог места себе найти. Поминутно вспоминал ласковые глаза Юнги… Его ошеломляющие, но осторожно сказанные слова. Вспоминал, вспоминал и не знал, к какому выводу прийти. Дайте ему время… Он сможет ответ найти. Чимин завалился на кровать и уснул. Он ушел от Юнги, когда утро только начиналась, когда солнце только вставало. Надо было поспать.

***

Проспав ещё пару часов, Чимин проснулся с дикой жаждой и болью в голове. Не вставая, он пошарил рукой по кровати в поисках своего телефона. Когда нашел, то ожидал увидеть уйму пропущенных звонков от Юнги, но не увидел. Мин Юнги ответил Чимину на его уход тишиной. Не среагировал. Было не ясно обоим, как все воспринимать. В дверь постучали. Мин Юнги? Нет, конечно. Он не знал адреса. Чимин кое-как встал с кровати и нехотя поплелся открывать дверь. Кого могло принести так рано? Немногих. Выглядел Пак ужасно из-за вновь выпитого алкоголя, голодного желудка и плохого сна. В гроб краше кладут. На пороге стоял Ким Тэхен. Когда Чимин последний раз его видел? Давным-давно… -Доброе утро, -сказал Тэхен. Пак пошире открыл дверь, впустил друга и виновато на него посмотрел. Тэхен снял обувь, панаму, подвинул Чимина, чтобы повесить кофту. Выглядел Ким серьезно, может, немного злобно, в движениях его была скованность. Чимин стоял неподвижно, наблюдая за другом и не решаясь заговорить. Было стыдно… Пак Чимин, когда все завертелось с этим Мин Юнги, Ким Тэхена отодвинул на задний план: не отвечал на его звонки и сообщения, когда тот предлагал встретиться, отказывал, да и вообще как будто бы перестал нуждаться в своем друге. Просто Чимин переключил свое внимание… Паку хотелось провалиться сквозь землю от стыда. -Ты пропал, -начал Тэхен рубить с плеча. -Да, -замямлил Чимин. -Куда? Пак понимал, что коротким разговором все это не ограничится. Ким Тэхен многое прощал, когда знал всю ситуацию, но сейчас он был в неведении. Подавленный друг начал пропадать, перестал делиться переживаниями. Странно. Что думать? Ким Тэхен был уверен в том, что Чимину стало хуже и что он уже наложил на себя руки. -Куда? -настойчиво повторил вопрос Ким. Чимин тяжело вздохнул. Было трудно вымолвить из себя хоть что-то, потому что голова не соображала. Пак, перестав стоять столбом, схватил Тэхена под руку, отвел его на кухню, усадил за стол и сказал: -Подожди меня немного. Я просто только встал. -Конечно, подожду. Правда, выглядишь ты будто бы и не спал совсем. Я вообще удивлен, что застал тебя дома, -ответил Ким Тэхен. -Потом все объясню, подожди пока. Чимин ушел, быстро переоделся, умылся, успел покурить. В ванной пытался собраться с мыслями. Мин Юнги ему не звонил… Противоречивые чувства жалили сердце. Объяснять сейчас все Тэхену не хотелось, потому что слишком паршивым было состояние. Но Пак не мог молчать перед своим лучшим другом. На кухне послышался грохот. Чимин вышел из ванны, сразу же увидел Тэхена, а рядом с ним разбитую тарелку. -Прости, хотел сделать нам завтрак. Пак кивнул, наклонился, а потом начал стремительно собирать осколки. На столе стояли две ожидающие кружки чая, а также какие-то наспех сделанные бутерброды. Когда разбитая посуда была убрана, Чимин хотел было вновь куда-то отойти, но его остановил недовольный голос Тэхена: -Долго бегать будешь? Объяснись. Пак Чимин замер: понял, что разговор действительно неизбежен. Голову сейчас занимали мысли только о Мин Юнги, поэтому разговаривать с Тэхеном не хотелось. Пак не успел ещё ничего переварить. Но Чимин пропал, долго игнорировал Тэхена, который совсем этого не заслуживал. Молчать и дальше было нельзя. Пак сел за стол к Киму, придвинул к себе сделанный им завтрак, а потом задал вопрос: -Зачем ты так рано пришел? -Хотел застать тебя уже хоть где-нибудь. Я не раз был в ресторане, но тебя там не было, -начал Ким Тэхен. -У меня теперь другой график работы: я по будням могу быть дома, -сказал Пак. -Вот как, а я этого и не знал. Ты же не сообщил мне об этом. Дома я тебя вчера тоже не застал: ты в это время был на работе, я так полагаю, -возмущался Тэхен, глядя на Чимина с выгнутой бровью.-Но черт с ней, с этой работой. Я звонил тебе вчера весь вечер, ты не отвечал. Ты вообще игнорировал меня почти месяц, только иногда односложно отвечал. Как думаешь, какие у меня были мысли на этот счет? Не отвечай. Я думал, что тебе стало хуже, и ты уже где-нибудь валяешься с вскрытыми венами или обкаченный наркотой. Такое же могло произойти, да, Чимин? Будь добр, скажи мне, куда ты пропал. Я же всегда был рядом… Если тебе стало хуже, то почему игнорировал меня? -Тэхен, что за страшные мысли у тебя в голове? Вот он я, перед тобой, живой и здоровый, -с выпученными глазами и виноватой улыбкой произнёс Пак. -Какой же ты… Почему пропал?! -не унимался Тэхен. -Был занят, -нес Пак бред. -Ты издеваешься надо мной? -Тэхен, нет. Просто я не в состоянии сейчас что-либо объяснять… -Ты последние два года, в принципе, не в состоянии. Что случилось? -Ничего, -отмахивался Пак Чимин. -Хватит тебе, -чуть повысив тон, сказал сердито Тэхен. Чимин хотел ответить, но его голос надломился, а лицо приобрело страдальческое выражение. Ким резко встал из-за стола, подошел к Паку и прижал его к себе. Руки Тэхена сжались на спине Чимина так сильно и судорожно, что тот даже почувствовал касание ногтей. Но и сам Пак сразу обнял Кима, устроив свою голову на его плече. Тэхен злился, все это время очень переживал, а Чимин опять со своим другом некрасиво поступал… Ким Тэхен сказал: -Знаешь, как я испугался. Скоро же ведь годовщина смерти твоей мамы… Я думал, что тебе из-за этого совсем худо, вот ты и решил что-нибудь сделать с собой. Почему пропал, Чимин? Ответь. -Нет, мне не стало совсем худо, -усмехнувшись, произнёс Пак, -и не пропадал я. Затерялся немного, но не пропадал. Я в растерянности, Тэхен. Мой мир пошатнулся. -Чем же нарушена твоя привычная жизнь? -спросил Ким, отстранившись. -Кем, -поправил Чимин. -Вот это новости, -удивился Ким Тэхен, -продолжишь говорить загадками? -Не хочу продолжать говорить вообще… Ким печально вздохнул, прижал к себе Чимина сильнее, но допытываться не стал. Пак тихо произнёс: -Прости, пожалуйста. -Мне стоит опасаться? Стоит переживать за тебя? -спросил Тэхен. -Нет. Я в порядке. В относительном. -Ничего мне больше не расскажешь? -Ким слишком хорошо знал Чимина и его нелюбовь делиться чем-либо, но надеялся, что тот все же расскажет хоть что-то. -Пока не хочу. Пак Чимин высвободился из цепких объятий друга и посмотрел ему в глаза. Вспомнился Мин Юнги… Рой сомнений в голове не давал покоя. Чимин же мог сейчас поделиться всем с Тэхеном, но язык не поворачивался начинать рассказывать о Юнги. Пак знал, что друг подскажет, как правильно поступить, поддержит. И Чимин бы поделился всем с Тэхеном, если бы Юнги не усложнил все. А он многое усложнил… Пак был рад тому, что осмелился на новую дружбу, доверился Мину, но тот влюбился в него. Чимин понимал, что ещё не оправился. Юнги, Юнги… Да Пак Чимин к тому же уже сам не знал, что испытывал к нему. -Какой же я малодушный, сумасшедший, ничего не знающий по-настоящему трус. Я живу только иллюзиями. Отталкиваю от себя всех. Тэхен, какой же я мудак. Мне надоело себя жалеть, -сказал Чимин с нотками презрения в голосе. -Горе все переживают по-разному. Ты не жалеешь себя, а борешься с самим собой. Пытаешься восстановиться. Вспомни себя, когда твоя мама только умерла? Время, Чимин, время. Ты каждый день воюешь с самим с собой, потому что тебе не все равно, пусть кажется, что это и не так. Да, ты устал и слишком ослаб. Тебе сейчас лучше не быть одному, потому что одиночество-это тревога и страх. Не пропадай больше, пожалуйста. Пусть хотя бы я буду знать, где ты, -спокойно, уже без злобы говорил Ким Тэхен. -Я ненавижу не пойми откуда взявшуюся во мне чрезмерную дотошность, настороженность и недоверие. Тэхен, ну как я мог так сильно измениться? Да, мама умерла, Сокджин и другие обидели и предали, Чинчон ушла, но что со мной стало? Тупым социофобом стал каким-то. -Ты все тот же. Дай себе волю быть тем же. Да, и это то, что нужно было сделать Пак Чимину. Доверять людям не страшно. Страшнее этого не делать. Пак, два года находясь только наедине со своими мыслями, понял теперь, что так ему из траура не выбраться. Мин Юнги за короткое время смог завладеть его вниманием и заставить думать хоть ещё о чем-то, помимо страшных событий прошлого. Так почему бы не продолжить начатое? Так почему бы не попытаться выйти на свет? Почему бы не вручить кому-нибудь свое раненое сердце? Если только оно будет нужно кому-то. Ким Тэхен молча наблюдал за своим другом и в душе продолжал злиться. Да, Чимин не раз плохо с ним обращался, теперь вот ещё и перестал делиться переживаниями. Тэхен на самом деле был в ярости. Потерять друга ему не хотелось. Но Ким не мог и слова обидного вымолвить, не стал как-то возмущаться. Пак Чимин, который сидел напротив, медленно ел сделанный не им самим завтрак, пялился куда-то в одну точку и выглядел, как всегда, подавленно. Ким наблюдал за ним и все думал над тем, как бы выудить у него хоть какую-нибудь информацию, обижался, потому что Чимин не реагировал и продолжал молчать. С кем он там познакомился? Что теперь с ним будет? Ким Тэхен наделся, что человек, с которым Пак завел знакомство, окажется нормальным. Тэхен просто надеялся, что все будет хорошо.

***

День шел за днем. Юнги не писал и не звонил. Чимин тоже этого не делал. Глупо это было со стороны обоих. Каждый не раз порывался за день позвонить, но постоянно откладывал телефон, ссылаясь на то, что не нужно, ведь Юнги слово дал, а Чимин все никак не мог разобраться в себе. Но Пак был глупее… Мин Юнги не ставил никаких ультиматумов, не принуждал ни к чему, а Чимин заладил: «Ну как так, я же нравлюсь ему? Как так общаться?» Правда, нужно было учесть то, что Юнги был искусен во многом. Он столько переменил масок, стольким людям за всю свою жизнь угодил, мог быть кем угодно, порой забывая, кто он на самом деле. Юнги пусть и не совсем напрямую признался в своих чувствах: не ждал взаимности сразу. Он просто хотел быть рядом, хотел поддержать, а Пак Чимин этого не понимал. Чимин вечерами, не прекращая, думал о Юнги. Вспоминал, как он рассказывал ему о своем детстве, семье, брате, первой любви. Мин давал читать себя, как открытую книгу, не боясь, что предадут. Не боясь, что причинят боль или неправильно поймут. Юнги спокойно рассказывал о том, что чувствовал когда-то. Держался то смело, то робко. Он был человеком, который по умолчанию считал себя всегда правым. Юнги понимал, что жизнь коротка, и тратить оставшееся время на мысли о том, что было бы, сложись все иначе, смысла нет. Мин Юнги действовал и никого не ждал. Именно такой своей сущность Юнги сумел отвлечь Чимина, которому только и надо было повстречать такого человека, чтобы отпустить своё прошлое. Пак Чимину нужно было переменить на себя чужой взгляд на жизнь. Тогда к чему были все эти сомнения? Пак, конечно же, знал. Прошлое, прошлое, прошлое… Его надо было отпустить, потому что иначе никак. Иначе не получится ничего. Никак иначе. Не переставая, надо твердить себе о том, что все плохое прошло-пора жить дальше.

***

Случайные знакомства так просто не заканчиваются. И лето наступило. Ким Тэхен пришел к Паку в ресторан, заказал себе плотный обед. Когда друг обслуживал, отшучивался с ним. Казалось, что и хорошо все, и налаживается жизнь, и настроение отличное. Да, Чимин стал почему-то выглядеть чересчур спокойно, несмотря на приближающуюся годовщину смерти матери. Казалось, что он приходит в себя. Да, стал молчаливее, всякий раз говорил, что у него все нормально, постоянно твердил: «Я в порядке». Тэхен чувствовал какой-то подвох, друга своего не узнавал, но искренне хотел верить в то, что все действительно налаживается. -Принеси мне ещё кофе и десерт какой-нибудь, -попросил Ким Тэхен у обслуживающего его Пак Чимина. -Хорошо, -ответил Чимин, черканул что-то в своем блокноте, после поднял голову и резко изменился в лице. Ким, наблюдая за Паком, не понял, что тот увидел. Он обернулся, но на входе в ресторан никого не было. Тэхен развернулся обратно и очень удивился, потому что и Чимин уже испарился: он торопливым и нерешительным шагом ушел вглубь ресторана. Где-то рядом, в поле зрения Ким Тэхена, сел за столик молодой человек, который выискивающее смотрел на все. Это был, конечно же, Мин Юнги. Сколько он не ходил в ресторан? Почти две недели? Столько же он и Чимин игнорировали друг друга. Спустя время Пак вынес поднос с кофе и десертом Тэхена и направился к нему. Он держал голову неподвижно, не смея смотреть по сторонам. Ким Тэхен в своем друге почти никаких странностей не заметил, но Пак… Чимин, когда увидел зашедшего в ресторан Юнги, чуть не свалился, и внутри все начало бешено колотиться. Пак поставил на стол заказ Тэхена и почувствовал, как его спину прожигает чей-то взгляд. Мысли не могли формулироваться нормально: «Пришел, пришел. Первым пришел. Первым. Сука, какой же я урод. Я не знаю, что ему говорить. Все ещё не знаю. Юнги…» -Прогуляемся завтра? Я бы хотел ещё втроем встретиться, как в тот раз мы с Чонгуком были. Давай? -спрашивал Тэхен. -Чего? -слова друга не сразу дошли до сознания Чимина.-А, нет. Не хочу завтра, не обижайся. В другой раз. Стараясь не выдать своё напряжение, Чимин говорил с остановками, теребя в руках ручку. Сзади кто-то позвал. Пак, услышав знакомый голос, нервно сглотнул. -Ты звони мне, ладно? И вали уже, все никак не наешься, -с наигранной улыбкой сказал Чимин Тэхену, не смотря на него. Глаза Пака бегали, движения были дерганными, а ручка через минуту выпала из рук. -Ладно, давай, -ответил Ким и заметил, как кто-то прожигал Чимина взглядом. Спрашивать не стал. Пак расскажет. Рано или поздно. Поделится. Все будет хорошо. Ким Тэхен искренне в это верил. Тэхен встал изо стола и двинулся к выходу. Чимин с минуту провожал его взглядом, оттягивая время, но потом услышал, как сзади кашлянули. Звать снова не стали. Пак обернулся и, конечно же, встретился взглядом с Мин Юнги, который сначала неотрывно прожигал глазами спину парня, а теперь и лицо. Чимин, не прерывая зрительного контакта, подошел к Мину. -Я просто пришел в ресторан, -сказал Юнги, но все понимали, что пришел он не просто так. -Как жаль, -сказал Чимин и немного пожалел о сказанном. Глаза Мин Юнги заискрились. -Что? -Ничего. Заказывай, -стушевался Чимин, растеряв всю уверенность и вновь потеряв контроль над своими мыслями. -Какой ты жестокий, -печально улыбнулся Юнги. Он воспринял слова Пака неправильно и убедил себя в том, что Чимин ушел тогда, потому что захотел. И сейчас он явно не рад его видеть. Не стоило и приходить. Мин Юнги сделал заказ. Он старался больше не встречаться с взглядом Чимина, поэтому смотрел то по сторонам, то в пол, а под столом его руки нервно теребили браслет на запястье. Когда Пак хотел уже уходить, он замешкался и остановился. -Я ушел тогда не потому, что захотел забыть тебя, -сказал робко Чимин, но лицо его оставалось каменным. -Как мне это воспринимать? -Юнги казалось, что он ослышался. -Пока и сам не знаю, -сказал Чимин, а Мин, отвернувшись, закатил глаза. Пак Чимина толкнули и злым голосом негромко спросили: -Долго ты будешь трепаться со всеми подряд? Это была ещё одна официантка. Действительно, посетителей было много, а Пак Чимин сначала с Тэхеном болтал, задерживаясь у его столика на добротные пару минут, теперь с Юнги. Пак, не посмотрев на Мина, вздохнул, покачал головой и ушел. Ладони вспотели, лоб покрылся испариной, и вообще, казалось, что поднялась температура. Чимин, идя по памяти и стараясь ни с кем не столкнуться, на секунду прикрыл глаза и подумал: «Как же сложно признаться себе, что нуждаешься в других.» Паку стало уже все равно на то, какой Юнги человек. Уже стало не важно, к чему приведет их знакомство, и что будет дальше. Скоро годовщина смерти матери… Два года. Пора сбросить со своей души груз, открыться кому-то, выплакаться в плечо, дать волю чувствам и заполнить себя чем-то светлым и приятным. У каждой истории наступает тот момент, когда ей пора поделиться. Если этого не сделать, то душа обречена, ведь она, связанная с этой тайной навсегда, будет мучиться. Пак Чимин так устал от самого себя… Неся заказ Юнги, Чимин пытался одной рукой утереть слезинки, проступившие так внезапно и неожиданно. Мин смотрел в стол, не видя перед собой ничего, он был в растерянности и не знал, как правильно поступить. Пак подошел к его столику и поставил заказ. Юнги поднял голову и ожидал, что Чимин скажет что-нибудь ещё… Не сказал. Пак выглядел отрешенным, покрасневшие глаза и нос были заметны. Но ни одного слова Пак Чимин так и не произнёс. -Ты ничего мне не скажешь? -с тревогой в голосе спросил Юнги. Чимин покачал головой. Мин чуть приоткрыл рот и удивленно посмотрел на Пака. Он хотел сказать что-то ещё, но Чимин развернулся и ушел. Оба друг другу ответили на все тишиной.