И это то, что каждый видит после смерти?

      Раннее утро, как всегда, красит небо в ярко-оранжевые краски. Удивительно, но после практически бессонной ночи Акеми проснулась достаточно рано и чувствовала себя просто чудесно. Особенно чудесно, когда она вспоминала, почему та ночь была бессонной.       А если говорить об итогах вчерашних приключений, то этим утром Ризе была мрачнее тучи, а дети, которых она вчера заставила оттирать зеркала и пол, остались до отбоя у себя в комнатах, они только приходили на завтрак и обед, Ризе следила за их дисциплиной сегодня хуже некуда. Акеми это совсем никак не волновало. Она занимала свои скучные дни жизни хоть каким-то развлечением. Так же она нашла хорошее, спокойное, тихое и безлюдное место для тренировок, где она каждый день занималась, повышая выносливость и силу.       После своей первой «вылазки» за границу приюта у Акеми возникла мысль, что она Эрен, который хотел за стены. Но зато она проветрилась и немного изучила, где находятся нужные ей места. А то, что её никто не заметил, воодушевило ходить на подобные прогулки при первой возможности. Изначально первые пару раз были волнительными, но потом она втянулась и без проблем уходила гулять, перед этим не забывая воровать еду из столовой. Также она не забывала создавать двух клонов, один из которых сидел в комнате и учился, а второй был с остальными детьми. Деньги она больше ни у кого не брала, пусть никто и не заметил пропажи в первый раз. Акеми решила, что это была одноразовая акция и теперь ей нужно их вернуть.       Выходя на одну из прогулок, она была настроена найти какую-то подработку, на которую возьмут без документов, что она и сделала. В нескольких километрах от академии шиноби, которую она нашла на одной из своих прогулок, находилась небольшая кафешка, которая снаружи была похожа на простую забегаловку, куда требовался человек, который будет стоять на кассе. Владельцы были людьми несерьёзными, хоть и приятными в общении, потому никаких документов не потребовали, они обошлись лишь тем, что Акеми выглядела на девушку девятнадцати лет, образ которой она снова создала, исходя из своей прошлой внешности, просто став чуть постарше.       Платили там немного, но за несколько дней можно заработать немаленькую сумму. Но если Акеми в будущем хочет покупать хорошую экипировку, ей этого будет мало. Да, будут приходить карманные, а после будут платить за миссии, но в таком случае на что-то качественное придётся очень долго копить и экономить, что ей делать не особо хотелось. У Акеми не осталось выбора, кроме как идти искать еще одну подработку или идти и менять эту. Посчитав первый вариант самым привлекательным, она снова отправилась в путешествие по деревне в поисках своей цели.       Бродила Адель до вечера, пока не наткнулась на группу из четырёх человек, которые были генинами лет двадцати пяти. Они были из тех людей, что если хотят чего-то, то они получат это, и им без разницы качество результата. Пользуясь пустой улицей, они просто стали подкатывать к молодой и достаточно привлекательной девушке, при этом используя тупые, дешёвые подкаты.       — Э-эй, красавица! — весело крикнул лысый парень с достаточно спортивным телосложением и шрамом от виска до шеи, после чего свистнул, чтобы привлечь внимание своей цели. Его друзья поддержали его и повторили его действие.       «Ах, даже здесь мужики не меняются. Пристрелите, желательно их. А, точно, здесь нет огнестрельного оружия. Вот чёрт», — подумала на это Акеми, слегка скривившись. Решив, что они отвянут, она пошла дальше, проигнорировав. Но парни не отстали, а лишь, наоборот, пошли её догонять, чтобы остановить и получить желанное.       — Кис-кис, — стал кис-кискать всё тот же лысый парень, при этом задев больную точку Акеми, на что после услышанного её передёрнуло. После продолжил говорить уже его друг.       — Ну, кис, подожди, мы познакомиться хотим, всего-то, — говорил уже парень с волосами, завязанными в низкий и короткий хвостик. Говорил он с кривой, мерзкой улыбкой и с явным запахом перегара, который так и говорил: «Беги от него! Он жутко пьян! Съёбывай!»       — Тороплюсь, некогда, — коротко ответила Акеми и увеличила темп шага, при этом думая: «Блять, да что же такое-то, а?»       — Мы не займём слишком много твоего времени, просто скажи, как тебя зовут, принцесса, и как тебя потом найти, — снова стал говорить лысый парень, повторяя улыбку черноволосого, догоняя и беря девушку за локоть, чтобы остановить.       — Сука, — тихо сказала Акеми на русском, не поняв, лысый переспросил.       — Что, кисуль?       — Говорю, идите к чёрту, алкаши херовы! Себе покискайте! — удивившись наглости девушки, парень впал в ступор, при этом ослабив хватку, а из-за алкоголя ещё и реакция была заторможенной, что помогло девушке вырвать руку и запрыгнуть на крышу.       «Вот же чёрт. Так вот для чего куноичи нужно тренироваться. Спасибо себе, что я додумалась заниматься и физическими тренировками. Где таких шиноби набирают и как их не выперли ещё?» — думала девушка, пока летела на следующую крышу.       Обернувшись, она увидела, что парни достаточно быстро опомнились и направились в погоню, притом шатаясь и оступаясь, но продолжали бежать.       — Ах-гр, — она хотела выдохнуть, но получился недорык.       Поняв, что пора сбрасывать хвост, Адель прыгнула в ближайший переулок между домами и побежала к выходу из него, ближе к скоплению людей, где они побоятся действовать. Парни спрыгнули за ней, но её не обнаружили.       — Чёрт, как она успела смыться?! — со злостью сказал темноволосый, после чего икнул от избытка алкоголя.       — Ай, забей. Ушла, так ушла, тут ещё дохера красивых баб есть, уходим, — уже ожил какой-то жирный парень, который изначально молчал. Выкинув ещё несколько подобных фраз, они быстро переключились на другую тему, покинув переулок.       — Во алкашня, — тихо сказала себе Акеми по-русски, взглянув из-за угла, при этом подумав: «Лысик, бросай пить, уже икаешь — добром не кончится. Проверено, слава всему святому, что не мной». Она была рада, что они были всего лишь генинами и она не попала в передрягу с ними. Ей повезло, что она успела быстро сменить свой облик на какого-то ребёнка и успела из переулка уйти на общую улицу, где среди множества людей она не выделялась.       Зайдя в следующий переулок, она сменила свой облик на прежний и направилась на поиски своей ранее поставленной цели.       Прогуливаясь по деревне, Акеми не заметила, как зашла в жилой район, выход из которого она не смогла найти, потому, увидев шиноби, который, видимо, патрулировал местность, она взяла всю свою волю в кулак и решила попросить помощи у него, надеясь, что он не такой, как те шиноби, которых она встретила ранее.       — Здравствуйте, — пересилив себя, сказала Акеми, шиноби не успел опомниться, как она продолжила говорить, — я немного заблудилась, редко бываю в этом районе, не могли бы вы подсказать, как мне найти путь к главной улице?       Шиноби сначала подозрительно глянул на девушку, но через секунду расслабился.       — Привет! — заулыбался он, после оглянулся вокруг, — м-м, ты ведь оттуда пришла? — указал за спину девушки, которая, не оборачиваясь, кивнула в знак согласия и продолжила слушать, — тогда пройди обратно до того светлого дома. Вон там кошка сидит. — Акеми уже обернулась и искала глазами кошку.       — Да, вижу.       — И перед тем домом повернёшь налево, там сквозь улицы попадёшь в центр деревни.       — Ага, хорошо, спасибо вам, — всё также улыбаясь, говорила Акеми. Она уже хотела поклониться в знак благодарности, но вспомнила кое-что. — Ой, нет, подождите, — шиноби внимательно слушал, даже не пытаясь перебить. — Я ищу место, где можно подработать, желательно, чтобы работа была не сильно тяжёлой. Не знаете, куда я могу обратиться?       — Подработка, значит, — повторил он слова девушки, затем сложил одну руку на поясе, а вторую приставил к подбородку, смотря немного наверх, в небо, давая всем своим видом понять, что он в раздумьях.       «Что ещё за игра на публику?» — думала девушка, смотря на его действия.       — Могу предложить поискать место работы в ресторанчиках, — сказав это, он опустил свой взгляд на Акеми. — Там частенько нужны официанты или другой обслуживающий персонал, может, найдётся вам местечко.       «Зачем вести себя так, будто я ребёнок? Ничего нового он не сказал, ладно, сама разберусь», — мыслила над ответом юная Узумаки. Но, несмотря на своё недовольство, решила проявить вежливость. Ведь как-никак, она в другом мире с другим понятием культуры.       — Спасибо ещё раз, — она мило улыбнулась и слегка поклонилась. — Хорошего дня, до свидания!       — Береги себя! — сказал напоследок парень и помахал девушке в знак прощания.       «Немногословно», — отметила Акеми и, выровнявшись, ушла прочь по указанному парнем маршруту.       Наконец, выйдя на главную улицу, Акеми просто шла вглубь деревни, надеясь, что если будет внимательно смотреть, то найдёт какую-нибудь вывеску или просто человека, который будет нуждаться в помощнике на работе. Она видела ещё множество ресторанов и кафешек, где требовался всё тот же кассир, уборщик или официант, в которых смена рабочего дня совпадала с местом, куда она устроилась, что не подходило. Да, можно было создать клона, это не проблема. Но Араки не думает, что найдутся ещё люди, которые примут без документов сомнительную особу.       Бесконечно бродя по улице в размышлениях, она дошла до вырезанных на скале голов Хокаге. После взгляда на которые сразу стали вспоминаться их личность, их достижения, их смерть. Первый Хокаге — Хаширама Сенджу, второй — Тобирама Сенджу, брат Хаширамы, с которым они вместе создали первую деревню шиноби — Конохагакуре, в простонародье её называют Конохой. Третий Хокаге, который недавно вступил на пост после смерти Четвёртого, — Хирузен Сарутоби, ученик прежнего Хокаге в деревне, он был могущественным ниндзя, которого называли Богом Шиноби. И, наконец, Четвёртый Хокаге — Минато Намикадзе, Жёлтая Молния Конохи, герой, который спас деревню, отец Наруто и Акеми. Через лет 10 здесь будет красоваться голова Пятой — Цунаде Сенджу, внучки Первого Хокаге, одной из тройки Саннинов. А после и остальных…       Смотря на гору, а именно на лицо Четвёртого, Акеми вспомнила ту ночь. Вспомнила его с Кушиной смерть, вспомнила Бога Смерти, от взгляда на которого у неё волосы встают дыбом. Перед глазами всплывают моменты того дня, как будто это было вчера. Она может дословно сказать всё, о чём они, родители, говорили в ту ночь. Она не может вспомнить, как звали её прошлых одноклассников, с которыми она проучилась десяток лет, не может вспомнить имена дальних родственников. Но что она точно не забудет, так это её обещание, которое она дала как самой себе, так и Минато с Кушиной, Отшельнику и всем людям, за которых она хочет сражаться, раз уж ей выпал такой шанс. Она жалеет лишь о том, что не смогла появиться на этот свет раньше и спасти родителей. А смогла бы? Она уверена в знании канона после рождения главного героя, а раньше? Смогла бы она спасти их, появись раньше?       Вытерев слёзы, которые начали течь после воспоминаний и после грусти по маме из той жизни, она твёрдым, полным уверенности шагом направилась на «полигон» для тренировок. Какое бы ни было желание начать делать что-то как можно раньше, она понимала: сейчас она бесполезна, всё, что ей нужно делать в данный момент — тренироваться и ещё раз тренироваться, чтобы суметь защитить себя, свою честь, брата и остальных. Для этого она готова выложиться на полную. Пусть её и будут терзать воспоминания о её настоящей, первой матери, она будет идти дальше, ведь понимает, что назад ей не вернуться. А если она и вернётся, то куда? После такого взрыва даже тело опознать будет сложно. А если вернётся в облике, который она имеет сейчас, то какой смысл в этом? Она будет просто наблюдать за своими знакомыми, как они радуются мелочам и живут своей жизнью, редко вспоминая её. А если рассказать, то кто поверит, что это она, та Адель, которая умерла от взрыва? Она сама бы такому не поверила.       Вернувшись в приют через открытое клоном окно часов в двенадцать ночи, она развеяла уже спящего клона, благодаря чему ей прибавилось достаточно сил и энергии, чтобы просидеть ещё несколько часов за учебниками. Сняв технику и переодевшись в пижаму, она нашла в тумбочке небольшой светильник и, укутавшись в одеяло, стала изучать и запоминать содержимое.       На утро она встала раньше всех, быстро умывшись и переодевшись, Акеми создала своего клона, которого отправила дальше спать, и сменила свой облик на взрослую себя, выпрыгнула через то же окно, прихватив оставшиеся деньги после похода по магазинам. Она направилась в кафешку, в которую устроилась вчера. Рабочий день начинается в восемь утра, удивительно, но её взяли не на стажировку, а сразу устроили как работника, пусть и без документов. К началу смены, которая будет длится до пяти часов дня, у Адель есть ещё полтора часа, которые она хочет потратить на то, чтобы купить поесть.

***

      — О, доброе утро, Мицу-чан, — обратился к Акеми Шируко, владелец кафе, в которое устроилась девушка. Он был мужчиной лет сорока, имел каштановые волосы с проблеском седины, небольшую вечную щетину и тёмные глаза. Назвал он Акеми как «Мицу-чан», потому что девушка решила, что раз у неё не потребовали документов, то ничего такого, если она назовёт себя как Мицуки и будет придерживаться полной анонимности.       — Здравствуй, дорогая, ты чего так рано пришла? — стала говорить жена Шируко, Юнко, женщина того же возраста, со светлыми глазами и светло-русыми волосами, на которых также виднелась седина, с которой они вместе руководили этим заведением.       — Доброе утро, Шируко-сан, Юнко-сан, — ответила Акеми и вежливо поклонилась в проходе, после чего прошла внутрь ближе к паре владельцев. — Не скажу, что рано. Через пятнадцать минут начало моей смены, я хотела прийти раньше, чтобы лучше разобраться с обязанностями, — продолжила она и слегка улыбнулась.       — Ой, а что, уже действительно столько времени? Я думала, что минут сорок ещё есть, — волнительно сказала женщина, спеша идя в кладовую. — Нужно столы протереть, — только её муж хотел ей что-то сказать, видимо, чтобы она не спешила сильно, как Акеми быстро сообразила и опередила его.       — Не спешите вы так, Юнко-сан, ещё есть время. Вы только покажите мне, чем протереть, и я всё сделаю, — сказала она и поспешила останавливать женщину, у которой невооружённым взглядом были заметны проблемы со спиной.       — Ох, Мицу-чан, — вздохнула женщина то ли с облегчением, то ли с пониманием, что молодая помощница не отстанет, — как зайдёшь на кухню, сразу увидишь упаковку небольших полотенец. Сначала нужно…       — Протереть сухим, потом протереть влажным и в конце протереть насухо. Знаю-ю! Не беспокойтесь! — перебила её Акеми и быстро побежала на кухню, где после её исчезновения сразу послышался шум воды из крана. Юнко на это лишь усмехнулась и посмотрела на своего мужа, который послушно, не влезая в разговор, подметал пол.       — Молодёжь она такая, — улыбнулся Шируко. — Она права, не напрягайся сильно, она хорошая девушка, ты ж сама это говорила, когда нанимала её.       — И вправду, спасибо, — сказала она и с облегчением села на стул возле кассы. — Тогда я немного посижу, а потом примусь за готовку, люди скоро будут идти на работу и заходить позавтракать, — наблюдая за Мицукой, которая налегке протирает столы и ходит то к одному, то ко второму, говорила хозяйка. Её муж просто молча кивнул и выбросил последний совок мусора в урну.       — Я закончила. Что мне делать дальше?       — Молодец какая, так быстро управилась, — улыбнулась девушке Юнко. — Тогда иди относи полотенца, помой руки и захвати возле кладовой доску с меню. Выставим её на улицу возле входа. А пока людей не будет, я быстро объясню тебе, как мы работаем, — поднимаясь, говорила она.       — Хорошо, — быстро ответила ей девушка и удалилась.       Вернулась Мицу уже с доской. Тяжёлой она не была, поэтому ей не составило труда нести её одной рукой. Поставив доску возле входа и получив одобрительный кивок от хозяйки, Акеми подумала:       «Первый день на подработке официально начат. Погнали!»       — Ты работаешь здесь, за прилавком, — начала говорить женщина, указывая на высокий столик, чем-то напоминающий Акеми барную стойку. — Когда к тебе подходят люди, ты слегка кланяешься, приветствуешь их и говоришь: «Добро пожаловать, чего желаете?». Либо же, как посчитаешь нужным. Думаю, ты девочка неглупая, — удивившись таким прямым словам и приказам, Акеми просто кивнула, решив ничего не отвечать, а Юнко продолжила. — Если они хотят чего-то, что находится на стеллаже позади тебя, то ты обслуживаешь их и в конце желаешь им хорошего дня и говоришь, чтобы они приходили ещё. Думаю, это ты и так знала? — спросила у Адель женщина, на что та снова кивнула, продолжая медленно следовать за ней. — Хорошо. А если приходят люди и сразу садятся за один из столов, то ты подходишь к ним, не забыв прихватить меню, это, конечно, если на кассе нет людей. Также приветствуешь их, даёшь меню для ознакомления и спрашиваешь, не желают ли они чего-то сейчас, или говоришь, что подойдёшь позже. Запомнила?       — Так точно, — ответила ей Акеми и приложила руку к голове, как солдаты в армии. На что хозяйка слегка засмеялась.       — Тогда это твоё, — вручила она своей помощнице тёмный фартук с небольшим прямоугольником бумаги, которые вытащила с полки под столом прилавка. — Напиши своё имя, чтобы люди могли в случае чего к тебе обратиться, и повесь за фартук слева на груди.       Акеми повязала его под свой размер, собрала волосы в слабый низкий хвост, чем-то напоминающий хвост Итачи; чёлку просто оставила как было — без неё ей чего-то не хватало. Убедившись, что с образом всё в порядке, она аккуратно написала маркером своё имя и, как велела ей Юнко, прицепила значок на фартук.       — Так, я, кажется, готова. Не волнуйтесь, я всё запомнила, — предугадав вопрос, сказала Акеми.       — Вот же, всё ты понимаешь, Мицу-чан, — сказала ей женщина, сделав жест рукой, как будто наказывая ребёнка, помотав указательным пальцем. — Вот, смотри, уже к нам идут. Становись, а я буду рядом, если что — помогу, — быстро сказала Юнко и подтолкнула в спину Акеми к прилавку, которая, выдохнув, встала на указанное место.       В помещение вошла девушка среднего возраста вместе с девочкой лет семи, держа ту за руку.       «И чего им с утра пораньше не спится?» — подумала Акеми, увидев возраст девочки.       — Приветствую, — улыбнулась она и слегка поклонилась, как и говорила хозяйка, сразу войдя в роль. — Добро пожаловать, чем я могу вам помочь?       — Доброе утро, — также улыбнулась девушка в ответ. — Говори, — тихо обратилась она уже к своей дочке, слегка подталкивая её, чтобы она не стеснялась.       — А. З-здравствуйте, — немного стесняясь и запнувшись в начале, стала говорить девочка, перебирая нижний край своей кофты. — Мы с папой пару дней назад брали у вас вкусные шоколадные печеньки. А… они ещё были зелёной ленточкой завязаны в красивый бантик.       — М-м, печеньки… — отвернувшись и потянувшись за печеньем, протянула Акеми. Они находились на полке, которую девочка из-за роста и высоты прилавка не видела, поэтому Араки взяла корзинку, накрытую полупрозрачной тканью, что очень напоминала занавески, но это были не они. И, встав сбоку от стола, протянула корзинку девочке, чтобы показать печенье. — Ты такие печеньки покупала?       — Да-да! Это они! — весело сказала девочка и слегка захлопала в ладоши. Потом сразу посмотрела на свою маму светящимися от счастья глазами, сразу давая понять, чего она хочет. Та, взглянув на неё, мило улыбнулась и обратилась к Мицуке.       — Давайте тогда их, а себе возьму кофе, пожалуй. Сделайте, пожалуйста, на ваше усмотрение. Желательно без сахара. И можете сделать мне с собой, — сказала мама девочки, положив руку ей на голову, слегка поглаживая и протягивая термос.       — Да, можно. Так, хорошо, вам сколько печенья? — спросила Адель, поставив термос возле себя и взяв пакетик с щипцами, которыми, как истинная продавщица, она будет накладывать печенье.       — Давайте штук пятнадцать.       — Поняла. Тогда вот возьмите, пожалуйста, а кофе сейчас будет готово, подождите немного, — девушка в ответ лишь кивнула головой, отдав дочке пакетик с её желанной вкусняшкой.       Шируко, который был на кухне, пока его супруга смотрела на результаты Мицуки, услышал, чего пожелала девушка, и уже принялся готовить. Акеми, получив согласие от хозяйки, которая осталась следить за залом, ушла с рабочего места на кухню, прихватив тару, в которую будет наливать кофе. Да, девушка просила на усмотрение самой Мицуки, но она тут никогда ничего не брала, поэтому без слов ждала готовности кофе.       — Прошу, ваш кофе! — немного громко сказала она, чтобы клиенты точно услышали, ведь девушка с дочкой уже сели за столик, ожидая.       Когда они забрали заказ, и девушка положила термос в сумку, Акеми назвала сумму за напиток и сладости. Оплатив, они распрощались, поблагодарили Мицу за сервис и ушли.       — Мицуки-чан, ты уверена, что нигде раньше не работала? — с улыбкой и ноткой смеха в голосе сказала Юнко, на что Акеми улыбнулась. — Удивлена, что это твой первый раз в такой роли. Ещё давно до тебя у нас была девочка, что так же работала на этом месте, что и ты, так она часто смотрела на меня или Шируко, боясь ошибиться или сказать что-то не то. Ну ладно, не всем талант дан. Что ты скажешь, старьё, а то молчишь всё время? — обратилась к мужу женщина. Услышав, как Юнко назвала его, у Акеми глаза на лоб полезли, благо, что они этого не заметили, ведь лицо было странное.       — Могу сказать то же, что и ты! Сам был удивлён, когда слышал, как легко она общается! — кричал с кухни Шируко, уже готовя тесто для выпечки, которую очень часто просят. Вот скоростной, понятно, почему им их дети не помогают.       — Спасибо вам большое, мне приятно, — искренне улыбалась Акеми. Ей так же мама говорила, когда она помогала ей в магазине, тогда ещё её отец жив был. На душе стало приятно, вспоминая это всё, но одновременно и больно. Не подавая виду, Акеми продолжила готовить. — Вы всегда так? — поинтересовалась она, ведь ей всегда нравилось, когда пара шутит друг над другом.       — Ой, ха-ха, не обращай внимание, мы любя, — отмахнулась Юнко.       — Понимаю, просто это мило выглядит.       — Ну-у, не смущай тётку, — всё продолжала смущаться женщина.       — Ладно-ладно, — немного засмеялась уже и Акеми.       — Если что, мы на кухне, а ты встречай посетителей. У тебя есть какие-то вопросы?       — Хочу спросить только насчёт зарплаты: она будет такой же, на какую мы договаривались, и когда вы её будете выдавать?       — А точно. Да, всё будет, как и договаривались. А если говорить о её выдаче… Шируко, что скажешь?       — Ну чего ты, девушка молодая, наверняка хочет купить то да сё, в конце каждой недели выдавай, как и раньше думала, — то да сё Акеми покупать не собирается, но вот планы, куда потратить деньги, есть.       — Ты его слышала — сказала Юнко, подняв руку и показав большим пальцем за спину в сторону своего супруга. — Я пошла, если что, ты знаешь, где нас найти.       Адель просто усмехнулась и согласилась. Женщина пошла на кухню помогать Шируко, а девушка осталась в зале, ожидая новых клиентов. В течение смены приходило много строителей, шиноби и других людей, особенно в обед, когда у всех был перерыв. Акеми справлялась прекрасно, несмотря на большую волну людей. Успевала и за прилавком стоять, и людей в зале обслуживать. Хозяева кафе выглядывали с кухни, проверить, всё ли в порядке, но, видя, как хорошо у неё всё идёт и сколько чаевых она получает, особенно от мужчин, которым она приглянулась, решили просто довериться Мицуке и не отвлекать её.       Акеми и не заметила, как закончился рабочий день, так быстро и весело он прошёл. Под конец дня батарейка уже начинала садиться, но впечатления об этом дне компенсировали потраченную энергию. А полученные чаевые — так вообще сказка. Приходящие мужчины хвалили хозяев за такую чудесную новенькую работницу, которая не только быстро и качественно всех обслужит, так ещё и с пьяницами разберётся, за последнее хвалили больше люди с детьми.       На хорошей ноте Мицуки попрощалась с Шируко и Юнко и направилась обратно в приют. Но по дороге зашла в один из магазинов потратить сегодня заработанную сумму.       А как только вернулась, то увидела, что её клон мирно спит. Увидев это, её окутала тёплая радость. Развеяв клона, она сняла с себя технику и упала на место, на котором только что лежал её клон, и почувствовала облегчение. За день в приюте ничего нового не произошло, Наруто, как всегда, отстраняли от всех, Ризе кричала, Айя успокаивала её, новенькая не понимала, что делать... Всё как всегда.