И это то, что каждый видит после смерти?

      Этим днём по улицам Конохи мало кого увидишь — большинство сидит по домам, скрываясь от дождя. Сейчас можно увидеть лишь детей, которые хотят попрыгать по лужам, их родителей и просто людей, которым не страшна плохая погода. Узумаки являются одними из них. Они бегают по почти пустым улицам, играя в догонялки, а негодующие люди кривляются, показывают пальцем на Наруто и удивляются спокойно играющей с ним девочке и тому, что её родители допустили её к мальчику. За этот день некоторые мамочки неоднократно хотели остановить девочку, которая веселилась с джинчуурики, сказать ей, что он не тот, с кем нужно связываться, или хотя бы спросить, где её родители и куда они смотрят, что отпустили ребёнка в такую погоду лишь в кедах, шортах, лёгкой футболке и такой же кофте, что не спасала от дождя, и ещё и играть с монстром. Девочка в это время просто не давала себя ловить, убегая от них из-за нежелания общаться.       Устав, дети дошли до ближайшего дерева, которое хоть как-то да защищало от дождя. Больше уставал мальчик, который мало бегал, в отличие от своей сестры. Они были полностью мокрые, но зато счастливые и с приятными воспоминаниями.       «Шиноби, которые присматривают за ним, уже не такие активные в слежке, как раньше, но сейчас они присутствуют, что напрягает», — периодически внимание Акеми сильно цеплялось за следящих. Вечное наблюдение заставляло её всё время чувствовать себя неловко и незащищённо.       — Как ты выносишь всё это, Аки-чан? — обессиленно возмущался Наруто, лёжа под кроной дерева.       — Сколько я раз тебе говорила, не сокращай моё имя! — возмущалась собеседница.       — Прости-прости, забываю, — сказал он, улыбаясь и неловко почесав затылок.       — Конечно, — закатила глаза Акеми. — Не знаю, просто чаще играю в физические игры.       — Что-то ни разу не видел, — прищурился Наруто, садясь ровно, сложив пятки друг к другу, а колени положив на землю.       — Твои проблемы, — расставила руки в стороны Акеми, показывая, что она не при делах и он сам виноват, что не замечал этого. Хотя в этот момент она и понимала, что он действительно никак не мог её видеть, ведь занимается она под техникой превращения подальше от людских глаз и тогда, когда он уже спит и видит десятый сон.       — Эх, с тобой хоть играют, — вздохнул мальчик, вновь ложась на землю. От услышанного Акеми впала в ступор.       «Не сказала бы, что играют», — просто смотрела на закрывшего глаза брата Араки, который был с не самым весёлым лицом. Думала она так, потому что сама всё время отказывается от игр с другими детьми, исключением был сам Наруто. Она хотела, чтобы он не был зол или обижен на неё. Хотела дать ему больше заботы, пусть даже и в лице одногодки. И не хотела, чтобы он чувствовал себя совсем одиноким, ведь он ещё совсем ребёнок.       — Я отдохнул, — резко подорвался он, — пошли поедим, а то слона съесть готов!       — Давай. Ичираку? — ухмыльнулась Акеми, решив отложить свои мысли про одиночество Наруто на второй план.       — Само собой, даттебаё!       Гуляли так дети, пока не начало темнеть. По прибытии в приют их с порога начала отчитывать Ризе за опоздание, за то, что они пришли мокрые, и за то, что они вообще пошли гулять в такую погоду, ведь они могут заболеть, а ей их лечить. Но вовремя пришла Риота и забрала детей у взбешённой женщины, отправив их мыться и согреваться в ванную. После банных процедур они лишь вдвоём сидели в столовой, пока остальные дети уже спали. Рядом с ними, за соседним столом, сидела та же Риота, наблюдая, чтобы они не разговаривали и быстрее шли спать.       — Наруто, не ковыряй еду! Там всё, что ты ешь, отравы нет! Посмотри, как Акеми спокойно ест и не перебирает. Не встанешь, пока не доешь до конца.       «Вспоминается детство в деревне у бабушки. Слово в слово», — ностальгировала упомянутая в разговоре Акеми.       Уложив детей спать, после того как они поели, и убедившись, что они действительно спят, Риота со спокойной душой, заварив себе кофе, пошла к коллегам обсуждать их вторых половинок и просто тех, кто им приглянулся.       Араки в это время ждала, когда пройдёт несколько минут, чтобы быть уверенной, что к ней никто не зайдёт. По истечении этого времени она, не став перевоплощаться, просто создала клона и сбежала через окно.       За несколько минут оказавшись на своём полигоне и убедившись, что поблизости никого нет, Акеми прокусила кончик своего пальца до крови, подумав: «Никогда не привыкну к нанесению ран самой себе». Сложив печати, она приложила ладонь к земле и тихо произнесла:       — Техника Призыва, — после её слов на импровизированном полигоне оказались мирно сидящая Сэнко и весело вилявший хвостом Кобояши с небольшой сумкой на спине, в которую поместится несколько свитков и не только.       — Акеми-сан, добрый вечер! — весело поприветствовал девочку кот.       «Наруто напоминает».       — Привет, Акеми, — сразу после Кобояши сказала серая кошка.       — Привет вам, — одарила их лёгкой улыбкой Акеми. — Ну как успехи? Хватило времени найти хоть что-то? — продолжила говорить девочка уже серьёзно и обеспокоенно.       — Тихо-тихо. Не нервничайте, — начал успокаивать её Кобояши, умерив свой пыл и выставив лапу вперёд, призывая успокоиться.       — Пожалуйста, не тяни, и так неспокойно. Хотя я уже рада, что с тобой всё в порядке, — от сказанных ею же слов ей стало спокойнее, ведь пришло осознание, что с ним правда всё в порядке.       — Не мучай её, говори как есть, — стала в поддержку Сэнко.       — В Корне есть несколько комнат, используемых как «хранилище» либо же архив, — уже серьёзно стал говорить Кобояши. От его тона Акеми также стала более серьёзной. Выждав несколько секундную паузу, он продолжил: — Мне хватило времени осмотреть только две из них и ещё найденную мной небольшую лабораторию. Если говорить об архивах, то я нашёл несколько задокументированных заключений тайных сделок и соглашений с лидерами или влиятельными фигурами Киригакурэ, — на этих словах Акеми одновременно обрадовалась и насторожилась, понимая, что обратного пути нет. — Они включают обмен информацией, сотрудничество в тайных операциях и устранение общих врагов руками шиноби Кровавого Тумана или же Анбу Корня. Несколько свитков с подписями Данзо и Тумана о соглашении тех или иных действий я взял с собой как доказательства, которые тебе точно нужны, — после сказанных слов кот снял свою сумку и зубами открыл застёжку, давая свиткам выпасть.       — А было что-то касающееся действий внутри Конохи? — поинтересовалась Сэнко о разумных вещах.       — Да, я нашёл множество законченных и не только альбомов с целями для устранения, их с собой я не прихватил, ибо не хватило времени перебрать и найти свежие. Тут прости уж, в следующий раз возьму с собой кого-то ещё, — спокойно ответил Кобояши. Акеми хотела задать вопрос, но кот, не дожидаясь, ответил: — Я не знал, сколько там комнат, где ловушки и где какая информация, поэтому пошёл один. Сейчас я примерно представляю, как там всё устроено, и в следующий раз, когда пойду в Корень, возьму друга, с ним уже сможем поделить обязанности и территорию поиска, — угадал он вопрос.       — А и вправду… Тогда претензий нет, спасибо, Кобояши, — ответила Акеми и принялась изучать свитки. — А, ты ещё говорил про какую-то лабораторию! — вдруг вспомнила она.       — Один из свитков как раз оттуда, когда откроешь — сразу поймёшь. Там данные об экспериментах и их успехах, расписано всё подробно, даже про испытуемых, а если точнее — вся подробная информация о личностях, их симптомы от тех или иных препаратов и прочее.       — Я даже догадываюсь о личности этого человека, — выдохнув, сказала девочка. — Ещё раз спасибо. Думаю, ты можешь быть свободен, а через пару дней встретимся вновь, — протянула она руку коту ладонью вверх. Кот сразу понял намёк и, подойдя поближе, положил свою лапу на руку Араки, после чего она её сжала, имитируя рукопожатие людей.       — Покеда, — напоследок сказал Кобояши, исчезая, перед этим подпрыгнув, чтобы сделать сальто.       — Ну что за идиот, — протянула Сэнко, приложив свою лапу к морде, на что Акеми слегка посмеялась.       — Знакомая ситуация, — сказала она через смех. — Ты тоже можешь быть свободна, я дальше сама.       — Как скажешь. До встречи.       — Пока, — попрощалась она с кошкой, повторив жест, как с котом.       Сейчас Акеми сидит одна, изучая полученные свитки. Её единственным источником света является взятая с собой свечка и большая яркая луна, свет от которой мало чем помогал.       Потратив много времени, она узнала о множестве сделок с Кровавым туманом и их последствиях, всё было, как и сказал Кобояши, — большинство были про договорённости об убийствах, а то меньшинство, что осталось, были документами о неразглашении информации, про обмен преступниками и прочее. Что самое главное — в каждом были следующие пункты: после невыполнения своей обязанности одной стороны вторая безнаказанно могла убить первую; все действия анонимны, особенно для других стран, организаций, Каге и прочих личностей, разглашение также наказывается смертью провинившегося и того, кому он что-либо рассказал.       Про подопытных Кобояши так же не солгал. В свитках была подробная информация о людях деревни Листа, Кровавого Тумана и множества других стран. Жертвы были выбраны совершенно спонтанно, но больше всего было тех, у кого хороший иммунитет, и тех, кто поддерживает здоровый образ жизни. Изначально большей половиной являлись дети от семи до тринадцати лет, но под конец списка уже были люди разных возрастов.       Просидела так Акеми до рассвета, пока первые лучи солнца не стали просачиваться сквозь деревья на востоке. Сложив полученные свитки в сумку, она приняла свой новый облик и направилась обратно в приют.       Как Акеми и обещала, через несколько дней утром она вновь призвала Кобояши и отправила его в Корень, напомнив позвать с собой друга для помощи. К выбору дня она отнеслась серьёзно, ждала выходной, когда она потратит меньше всего чакры, чтобы у Кобояши и его товарища было больше времени.