Девушка в маске

Захлопнув дверь, Каири сразу юркнула в кровать. Вот так просто, за одно мгновенье, ее лицо обнажилось перед неизвестным ей парнем. Хотелось провалиться сквозь землю, выставить Рэя за дверь, но Каири помнила — ей это аукнется. Мисс Пейн не позволить выставить за дверь собственного племянника. Поделиться произошедшим с кем-то Каири не могла — у нее не было друзей, а с родственниками она не общалась уже два года. Но сейчас девушка готова была к любому подарку судьбы. И он произошел. Вибрация была слишком громкая. Весь стол вибрировал от него. Нехотя, Каири встала с уютной постели и подошла к столу, положа маску на какую-то книгу. Она была одна, хотя бы в комнате, а потому могла не скрывать свое лицо. Хотя после произошедшего недавно она не могла найти спокойствия даже дома. Взглянув на трубку, послышался протяжный вдох, напоминающий рык волка. Звонила мама — тот человек, которого Каири не хотела слышать. Но что-то заставило ее поднять трубку и приложить аппарат к уху. — Доченька, привет, ты как там? — послышался слегка сиплый голос матери. На фоне кричали младшие брат и сестра Каири, с которыми девушка также не общалась. — Я в порядке. А ты чего звонишь? Просто так мама звонить не могла. Каири поняла это после переезда. Мама не проявляла тепло, заботу и ласку к старшей дочери после того, как родился брат. А уж после рождения второй сестры мама и вовсе забыла о старшей, сделав ее нянькой. Тогда у Каири уже был шрам, и общение с младшими доставляло ей дискомфорт — брат и сестра пытались сдернуть маску, неоднократно ее рвали и подшучивали над шрамом. И все спускалось им с рук. Мама не верила Каири. Считала, что она пытается выставить младших в дурном свете. Да и в истеричное желание Каири носить маску, не снимая ее даже дома, мать не верила — считала это все обычной подростковой чушью. Как же она ошибалась. Помня все те унижения, что пришлось пережить в детстве, Каири не верила матери. И в очередной раз ее слова подтвердились: — Да так… Твой несносный брат потерял кошелек, и теперь нам нечем платить за учебу! Подсобишь? Все-таки, мы семья. Хотелось швырнуть телефон в стену. Чтобы голос звучал гораздо грубее и громче, Каири прокашлялась, тянула с ответом. А после выдала короткое и гневное: — Нет. — Почему? Мы столько раз тебе помогали, а ты отказываешь нам? У тебя, между прочим, кроме нас никого нет! Тебе что, жалко? — Да, жалко. Ты забыла, как все прощала и позволяла и брату, и сестре в их детстве? Как ты высмеивала меня за мою проблему с общением? Неужели я должна помочь вам, только потому что вы типа семья? Нет, и не жди. — Дочь, перестань. Ты знаешь, что мы все тебя- — Заткнись! Голос перешел с громкого в натуральный крик. Каири даже забыла, что она не одна в доме, и все это наверняка слышал Рей. А так действительно и было — парень проходил мимо двери, прихватив поднос, но услышав крик по ту сторону чуть его не уронил. И он прислушался: — Ты никогда меня не любила! Брат и сестра вытирали об меня ноги, и ты им это позволяла! А когда мне понадобилась ваша помощь, ты отмахнулась от меня! Все свои ресурсы потратила на них, так что уверена, ты в состоянии справиться с этим сама. Да и к тому же, он взрослый. Не пора ли ему работать? Думаешь, почему я переехала? Да потому что вы все меня задрали! Я устала от вас! У меня больше нет семьи! Пока! И пока мать еще не успела хоть что-то сказать, Каири сбросила звонок и заблокировала всех членов семьи. Она устала от всего этого. Семья отвернулась от нее, когда ее буллили в школе, и иметь хоть что-то общее с этой семьей она больше не хотела. Каири принялась успокаиваться, и только тогда она вспомнила, что кричала на всю квартиру. Почему-то стыдно не было, ведь она выплеснула все накопившееся наружу, и молчать явно не хотела. Но все же, Каири решила удостовериться, что Рей не подслушивал. Девушка надела маску на лицо и приоткрыла дверь. Рей стоял, прислонив ухо к двери, и был дезориентирован, а потому ему прилетел удар прямо в ухо. Он упал на пол, схватившись за место удара. Каири выжидающе стала смотреть на него, а в глазах были лишь нотки усталости. — Достаточно долго стоишь? — Прости, я не хотел подслушивать… — Рей встал, стряхнув пыль со штанов. — Странно, что тогда тебя пришибло дверью. Каири хоть и считала, что парень получил по заслугам, все-таки чувствовала небольшую нотку вины. Да и кто знает, вдруг Рей нажалуется своей тете? Каири вышла из комнаты, оставив дверь приоткрытой, и подошла к своему соседу, заправляя прядь за ухо: — Сильно больно? Парень опешил от излишней заботы, а потому забегал глазами, смотря куда угодно, но не на девушку. — Нет-нет, все в порядке! Сам виноват, близко к двери стоял. Каири вздохнула. Нет смысла придумывать отговорку насчет криков. Она была уверена, что он все слышал. Поэтому поспешно извинилась за то, что напугала его. Тот снова удивился, но посчитал, что это хороший момент, чтобы разговорить соседку. Он взглядом указал девушке на поднос: — Не хочешь чаю? Мисс Пейн днем оставила торт в честь моего приезда. Рей надавил прямо на нужную точку. Каири обожала сладкое. Но как есть перед ним, если она ни перед кем не снимает свою маску? В голове бумерангом пронеслась ситуация, произошедшая совсем недавно — Рей уже видел ее без маски. Она уже хотела что-то сказать, но тот ее опередил: — Я отвернусь, если ты все еще стесняешься находиться с открытым лицом. И парень повернулся, чтобы уйти на кухню, но Каири его остановила, схватив за запястье. Касание было теплым, нежным и приятным, а девичьи пальцы дрожали. Она была благодарна ему, что ей не пришлось идти на уступки и обнажать свое лико. Рей остановился, его щеки слегка побраговели. Благо, он стоял к девушке спиной, а значит она не видела его смутение. Тоже самое думала и Каири — она была прямо-таки олицетворением спелого помидора. Она очень сильно смущалась. Не столько из-за маски, сколько из-за порыва взять его за руку и секундного колебания перед этим. Она недолго держала чужое запястье, а после отпустила, тихо выдавив из себя слова благодарности.

***

Осадок после произошедшего в коридоре все еще витал в воздухе. «Зачем я его схватила?» — думала Каири, пока Рей занимался нарезкой торта и завариванием чая. Маску та все еще не сняла, дожидаясь знака от соседа, что она может это сделать. Но тот словно как тоже витал в облаках, думая о своем. А он действительно думал. Правую руку жгло от девичьего прикосновения. Рей хоть и был популярным парнем во времена университета, но ощущал такое касание совсем по другому. В нем не было страсти, не было любви. Была лишь мелкая дрожь и безмолвная благодарность. Благодарность за то, что тот не позволил Каири снова снять маску перед ним. Ведь если бы так и произошло, вряд ли бы соседка была ему благодарна. Рей поднял на нее взгляд — Каири смотрела в окно, подперев подборок рукой. Длинные, русые волосы каскадом ложились на плечи, а серые глаза поблескивали от света лампы. Парень сам, в своей голове, скинул черную маску, представляя по памяти ее шрам на подбородке. И он ни сколько не отпугивал его, а напротив — притягивал к себе внимание. Каири в его голове выглядела безумно красиво. И вот бы она так сидела перед ним каждый вечер с кружкой чая в руках, без этой маски, и они бы просто разговаривали обо всем. Но это лишь мечты. — Все в порядке? Девушка уже не смотрела в окно, подловив парня на том, что тот внаглую пялится на нее. Каири показалось, что у нее выбилась прядь волос, и она уже поднесла пальцы к макушке, но Рей лишь покачал головой и закончил. Разложил куски по тарелкам и отвернулся, чтобы его соседка смогла спокойно поесть. Каири выдохнула, сняла маску, положила ее рядом и принялась есть, не скрывая улыбку. Рей не мог повернуться к ней, ведь еще недавно Каири дала понять, что ему пока рано видеть ее без маски. Он также принялся есть десерт. 10 минут прошли в молчании. Первым тишину нарушила, к своему удивлению, Каири: — Так значит, Мисс Пейн — твоя тетя? — Да, все так. — И что тебя принесло в Нью-Йорк? Девушка, работа, семья? Почему-то вопрос о личной жизни вызвал у Рея грусть на лице. Видимо, он до последнего надеялся, что Каири не спросит об этом. Но ответить все равно пришлось: — Нет, не девушка. У меня ее нет. Кроме Мисс Пейн, у меня нет родственников. Я приехал из-за работы. Меня позвали в библиотеку. Зарплата хорошая, поэтому я и приехал. Каири не на шутку удивилась. Ведь она никак не ожидала, что такой любопытный и бестактный парень затеряется среди книжек и даже свяжет с ними свою жизнь. Брякнула вилка о край тарелки. — Никогда бы не подумала, что ты любишь книги. — А на кого по твоему я похож? Он бы повернулся, но все еще помнил бурную реакцию Каири после произошедшего. Но ему и не нужно было — девушка почувствовала, что тот усмехнулся. Скрывать свои мысли насчет Рея Каири не стала: — Ты похож на мотоциклиста. Того, кто бы водил байки. — Ну, их я тоже люблю. Но пока я не накоплю на жилье, мне придется побыть библиотекарем. — А когда накопишь и купишь, ты устроишься в такой магазин? Рей улыбнулся: — Да. Я действительно люблю скорость и байки. А что насчет тебя? Повисло долгое молчание. Рей даже успел дожевать кусок торта и допить чай, и теперь смотрел в стену. Там, в отражении на шкафчике, он увидел поникший взгляд Каири без маски. Она даже не заботилась о том, что тот может ее увидеть, и как бы тот не хотел ее утешить, он не мог позволить себе забрать девочку в объятия, позволить ей расплакаться. Он бы тогда точно получил леща. По лицу Каири скатилась слезинка: — Я мечтала быть художником. Но мои работы в детстве высмеивали. Поэтому я рисую в тайне, а работаю баристой. Может, если бы не детство, я бы осуществила свою мечту… Голос задрожал. Каири пыталась держаться. Не заплакать перед соседом. Но, кажется, Рей был против такого решения. Он встал, закрыв глаза, подошел сзади и обнял ее за плечи. Он все же поддался своему желанию утешить ее, а та, кажется, сдалась. Соленоватые струйки потекли по лицу, спадая на руки Рея, но Каири даже не думала их останавливать. А притрагиваться к ее щекам, стирая слезы, Рей не решался. Он просто позволил ей поплакать. Выпустить наружу все ее эмоции, что она таила в себе. Девушка была одновременно и зла на него, и благодарна за это. Ведь за все 2 года жительства здесь она ни разу не плакала. Скрывала свои эмоции, не показывая слабость. Рей стал первым, кому она показала себя настоящую. А она настоящая — слабая, беззащитная девочка, нуждающаяся в мужском плече. Вскоре тихий плач перерос в всхлипы и рыдания, что оглушили всю кухню. Рей также держал ее в своем теплом коконе, а Каири и не пыталась вырваться. Слезы шли очень долго, все лицо девушки и руки парня были мокрыми и солеными, но обоим было так плевать на это. Лишь когда рыдания прекратились, Рей взглянул на их отражение в стекле, обращаясь к Каири не напрямую, но видя ее мокрые и красноватые глаза: — Еще не поздно начать ее осуществлять. Детство у всех было тяжелое, и как-нибудь я расскажу тебе свое. Пока позволь мне побыть рядом, чтобы ты могла плакать. Ты талантливая, Каири, я видел твои рисунки. У тебя есть все шансы стать популярной художницей. Каири взглянула на отражение в стекле, и вместо рыданий на ее лице появилось удивление. Неужели все это время Рей мог видеть ее шрам? И почему тогда он не смеялся над ней? Не бежал, как делали другие, а обнимал ее и успокаивал? Ей было непонятно и жутко интересно, почему он так хотел с ней сблизиться. Но сама себе не могла признаться в том, что благодарна ему за присутствие. Благодарна Мисс Пейн, что поселила Рея сюда. И благодарна судьбе, что сегодня утром они пересеклись. Появилась слабая надежда на то, что Каири снова сможет выйти в люди, не боясь осуждения. Она вышла из объятий Рея, повернувшись к нему лицом. Вытерла руками щеки от слез, и подняла взгляд на него. Пальцы дрожали, но Каири решила — хватит бояться. Нужно начинать взаимодействовать хоть с кем-то без маски. А раз Рей не боялся ее, то и начать нужно с него. Рей уловил взгляд ее пепельных глаз. Утонул в нем. Мгновенно влюбился. Каири поймала его темные глаза, откладывая их в памяти. Она улыбнулась, вызывая у своего соседа дрожь и мурашки. — Тогда помоги мне. Пожалуйста. Все еще опасаясь, она взяла Рея за фаланги пальцев. Ее руки также подрагивали, но уже не так сильно, как раньше. Был порыв спрятать взгляд куда-то далеко, но она его поборола и смотрела на парня прямо. Даже забыла о шраме, который не скрыла. Рей опешил, но тепло улыбнулся, взяв ее за руки. — Хорошо. Соседи снова обнялись, Рей отошел в туалет, а Каири села за стол. Она увидела чистый, пустой дневник в шкафчике стола, и решилась написать в него все свои переживания.