Я посвящу тебе свою душу.

Друзья довольно долго смотрели друг другу в глаза, а когда пришло осознание этой ситуации даже начали смеяться. Дазай отметил для себя, что ему очень нравится подобное. На самом деле он не был ярым фанатом объятий или вообще каких-либо тактильных контактов, но.. У него была странная для его осознания реакция на прикосновения Достоевского. Ему это нравилось(?). Сейчас Дазай даже ловит себя на мысли, что ему хочется даже больше тактильного контакта, но именно от рядом лежащим человека. Он снова удивляется своим же мыслям, но не может прийти к другим. Если бы не прервавший его раздумья Фёдор, Дазай наверное решился бы обнять того крепче: – Пойдём чай что-ли попьём, а то я устал лежать. – Достоевский смотрит на Осаму так, будто знает о чём пару секунд назад думал шатен. – Давай. – Дазай начинает вставать с дивана, который пропитался теплом после лежащих на нём людей. Появилось желание вновь лечь на него, но спина уже начинала побаливать от долгого лежания. Первым делом Достоевский смотрит время. На часах 17:24. На улице ещё светло, но уже через час наступит темень. В Петербургской местности было так всегда. Фёдор ещё несколько секунд сидит, чтобы приготовиться встать не так резко, не упав после этого от потемнения в глазах. Конечно, рядом стоит Осаму, который ранее говорил, что поймает Федю, если тот будет падать, но Фёдор решил, что надо надеяться только на себя. Дазай постоял рядом, чтобы проследить, не случится ли что-нибудь с Достоевским, но увидев, что тот встал успешно и даже не покачнулся, направился на кухню ставить чайник и доставать печенье. Фёдор направился за ним. Чаепитие проходило молча. Болезненное состояние размывало сознание и мешало здраво мыслить, из-за чего темы для разговора никак не приходили. Дазай подумал, что надо бы развеяться, этим вопросом он и разрушил тишину: – А пошли гулять? – Достоевский услышав вопрос сразу обернулся на окно. Уже было намного темнее, чем полчаса назад. – Пока мы соберёмся совсем стемнеет. – Это ли не прекрасно? Да и вообще, чем мы тогда будем заниматься? Я устал лежать, сидеть тоже, а думать сейчас так вообще не хочется. – А мне будет холодно на улице сейчас, так что если хочешь можешь сам идти. – Достоевский поёжился, как бы показывая, что он не врёт. Осаму как-то даже поник. Он хочет идти гулять с Фёдором, а без него как-то почему-то не хочется.. Интересно, почему? – Ну пожалуйста, пойдём со мной. Одному скучно и.. ты ведь можешь теплее одеться. Хочешь мы в кафе, например, зайдём погреться? – Дазай умоляюще смотрит на Фёдора, а тот в свою очередь принимает задумчивый вид. "Да, действительно, дома наверное будет скучно, даже читать не хочется. Но и на улицу я не хочу.." – Ну ладно, пойдём. – Фёдор даже немного улыбается, когда видит счастливую реакцию Дазая. Помыв чашки они направились собираться. – Осаму, знаешь, что я вспомнил? – громко спрашивает Достоевский, чтобы его услышали из другой комнаты. – Что? – Дазай заинтересованно выглядывает из-за угла. – Моё пальто сейчас дома, без него я не могу идти. – точно! – Дазай секунду думает и пропадает из поля зрения, заходя полностью в свою комнату. Слышится звук раскрытия шкафа и вот Осаму выходит уже с чем-то в руках. – держи, это моя зимняя куртка. Ты как раз не замёрзнешь. – Фёдор минуту назад хотел радоваться, что всё же не пойдёт гулять, но не тут-то было. Он осторожно принимает одежду и разглядывает. Обычная, чёрного цвета куртка. у Фёдора была почти такая же где-то в доме, в шкафу. Как же он не вспомнил про неё вчера! могли бы нормально дойти до квартиры Осаму. Без замерзания Дазая и отдачи его пальто Достоевскому. Фёдор сам для себя отмечает, что ему нравится эта забота от Осаму. О нём столько лет никто не заботился, что просто невозможно поверить, что нашёлся человек, который оказывает ему сие действия. – Спасибо.. – Достоевский надевает на себя куртку и в моменте смотрит на Дазая, который улыбается. Улыбается даже как-то ласково и заботливо. Может Фёдору просто так показалось, а может этот взгляд и улыбка действительно были такими. – Ну вот, как на тебя сшили! – Дазай продолжает так же улыбаться и надевает своё пальто. И как ему не холодно в нём будет? Друзья уже вышли из подъезда и оказались на улице. Здесь было холодно, казалось будто сейчас не весна, а ледяной январь, предвещающий о начале нового года, а то и новой жизни для кого-то. Наступившую тишину прерывает Осаму, задав вопрос: – Ну что? Сначала походим или сразу в кафе? – Как хочешь, можно сразу домой вообще. – Неет! – Осаму с возмущением глядит на Фёдора. – Тогда давай погуляем. Достоевский слегка улыбается с реакции Дазая и идёт рядом с ним. Они даже не знают куда идут. Местность, конечно, узнаётся, но цели с которой друзья сюда идут не понятна. Голова даже немного перестаёт болеть. Видимо прохлада на улице и обезболивающее этому способствуют. Никакие мысли в голову не идут, поэтому Осаму с Фёдором идут молча, иногда поглядывая друг на друга и почему-то сразу убирают взгляд, когда второй замечает его. Внезапно тишину разрезает звонок телефона Дазая. Осаму раздраженно вздыхает и принимает звонок. – Ало, Чуяя, ты чего звони-ишь? – Достоевский так же, как и его друг реагирует на звонок и с раздражением смотрит в сторону Дазая. Будто он виноват, что ему позвонили! – Тебя чего сегодня в школе не было? – А что? Волнуешься, да? – Осаму лукаво улыбается. – Нет конечно!! – Чуя на секунду замолкает и потом продолжает суть данного диалога. – Короче, мы тут с ребятами алкоголь достали, не спрашивай, только, как. Ты с нами пойдёшь? Дазай не говорит ничего, поворачиваясь к Фёдору, которому прекрасно слышно , что там говорится в телефоне. В его мыслях сейчас была какая-то несогласованность: он почти уверен, что Дазай согласится на предложение своего друга и даже расстраивается с этой новости. "Чего бы это мне расстраиваться? Я же сам домой хотел!" Кажется, молчание слишком задержалось и Чуя задаёт вопрос повторно: – Ну так что? – В его голосе читается раздражение. Дазай сейчас на самом деле не сильно и хотел с ними идти. Один раз он согласился и о том, что они по пьяни там начали вытворять, лучше не знать. Но была ещё одна причина: он не мог оставить Фёдора. Они же уже вышли, гуляют тут. Да и.. он наверняка расстроится, что Дазай уйдёт с какой-то компанией заниматься отвратительными вещами. – Да знаешь, я тут приболел, ужасно себя чувствую. Думаю, даже дойти к вам не смогу. Тем более, я уже спать собрался. Из динамика телефона слышится огорчённый вздох, а далее речь: – Ой, ну и ладно! Сиди там один и скучай! – Чуя почти сразу сбрасывает звонок. Дазай же радостно улыбается. Ну наконец-то от него отстали! – Ты же соврал ему. Почему решил не идти? Я думал ты любишь что-то подобное. – Фёдор вопросительно глядит на Дазая. – Ну я же и правда заболел, так что вовсе не вру! – Дазай создаёт даже какую-то возмущённую интонацию голоса. – Темболее, я уже гуляю с тобой. Не зря же уговаривал тебя пойти. – Но ведь ты мог отправиться с ними. Они явно были бы рады твоей компании. А я бы дома посидел. Зачем ты выбираешь меня? – Знаешь, Федь, твоя компания мне намного приятнее и интереснее. – Осаму решает, что искренность здесь будет очень важна. Достоевский изумлённо смотрит на Дазая, но потом отворачивается. В голове лишь один вопрос: "Почему?" Такой же вопрос сейчас находится в голове Осаму. Действительно, почему он выбрал его? Казалось бы, ему должно наоборот нравится то, что предлагает ему та компания. Веселье, опьянение, непристойные занятия и тому подобное. Но с Фёдором у него будто какая-то душевная связь. Дазаю хочется быть с ним и сам он пока не может осознать почему. – Здесь рядом вроде есть кафе хорошее. Пойдём в него? – предлагает Дазай. – Давай. – Фёдор рад наконец зайти в тёплое помещение и надеется, что кафе, которое Осаму ему хочет показать будет хорошим. Достоевский хоть и жил с рождения в Питере, очень плохо знает здесь всякие здания, особенно кафешки, кинотеатры, рестораны. Просто потому что в них очень редко ходит. Не с кем, да и смысла нет, даже если посещать их одному. Кафе оказалось действительно хорошим. Приятный свет, небольшое помещение, удобные с виду диванчики, расположенные с обеих сторон столов и приятный запах выпечки. После входа стояла раздевалка, куда друзья повесили верхнюю одежду. Им очень приглянулся самый последний столик, который они и заняли, сев рядом друг с другом. Первым делом, что сделал Достоевский, придя на место – это посмотрел время. На часах 19:02. Осаму даже не спросил, что будет Фёдор, он решил сам подумать над этим. "Федя только бы чай и взял наверное! Его надо вкусно накормить." Дазай улыбается со своих мыслей и видит, как официант подходит к их столу, подавая меню. Осаму сразу берёт его и осматривает блюда. "Федя бы взял только чай, не потому что больше ничего не хочет, а потому что ему бы не хватило денег.. Да, пускай, возможно, не так дорого вышло бы, но он пришёл сюда из-за меня, а значит я и буду оплачивать и имею право сам выбрать, чем его накормить." – Продолжает рассуждать Дазай, одновременно читая текст в меню. – Можно нам пожалуйста два круассана с шоколадом, один горячий шоколад и чёрный чай. За всё заплачу я. – Дазай вежливо озвучивает свой выбор и мило улыбается официанту. Сотрудник кафе записывает названные блюда в отведённый ему блокнот для этих целей. В это время Достоевский с недоразумением смотрит на Дазая. Нам? Даже выбрать ему не дал и ничего не обговорил с ним про оплату! Фёдор, конечно, был не особо против, но ему было даже как-то стыдно, что есть он будет не за свой счёт. – Хорошо, ждите свой заказ в течение 20-30 минут. – Отвечает официант и напоследок улыбнувшись идёт докладывать, что заказали новые посетители. – Ну и что это было? Почему ты за меня оплачиваешь? – сразу же спрашивает Фёдор и вопросительно поднимает брови. – Ой, ты против как будто! Я же знаю, что сам бы ты ничего есть не стал толком. Поэтому не возмущайся. Достоевскому больше нечего ответить и он состроив выражение лица, будто обиделся, поворачивает голову на окно. В нём уже ничего почти не видно, кроме проезжающих машин и.. Капель дождя? Тогда им повезло, что они успели зайти сюда до его начала. Дазай на Фёдорову реакцию только немного смеётся и тоже смотрит в окно. Заказ принесли вовремя и друзья сразу приступили к его употреблению. Фёдор съел так быстро, будто не ел дня три. – Федь, ты может ещё будешь? – Дазай радостно улыбался. Ну наконец-то его друг поест нормально, а не одно печенье, да чай! – Неа. – Достоевский выпивает весь оставшийся чай и удовлетворённо кладёт голову в угол между спинкой дивана и стеной, чуть ли не ложась на диванчике. Осаму лишь ещё сильнее улыбается на это действие и приступает к доеданию своего круассана. В кафе была действительно приятная и спокойная атмосфера. Никто не кричал, не разговаривал громко, было мало людей. Лишь тихая музыка разбавляла тишину своей мелодичностью. Дазай через минут пять тоже закончил со своей едой и повернулся на Фёдора, который успел задремать. Ну посмотрите на него, прямо как кот: наелся, напился и спать улёгся. Осаму ловит себя на мысли, что сейчас бы с удовольствием примостился рядом и тоже уснул, но в кафе в принципе спать нельзя, поэтому так мило спящего Фёдора придётся разбудить. Он делает это, как всегда: легко кладет руку на плечо своего друга и потряхивает. Совсем немного, но этого достаточно, чтобы необычного цвета глаза распахнулись. – Я смотрю ты любишь спать везде, но только не на кровати. – ласково улыбаясь говорит Осаму. Он сам не понимает откуда взялась эта забота к своему необыкновенному другу, но пока она не доставляет неудобств, а значит её можно проявлять. Фёдор щурится от света и даже не понимает вначале, что произошло, но потом до него доходит осознание, что его величество опять уснуло. – Пошли домой? – Достоевский сонно кивает. – Только там дождь, до дома пробежаться придётся, если мы не хотим промокнуть. Фёдор разочарованно вздыхает и поднимается с дивана, опираясь на стену, потому что знает, что после такого пробуждения в глазах точно потемнеет. Дождь на улице был не сильный, но очень неприятный после тёплого, комфортного помещения, поэтому друзья до квартиры добираются быстрым шагом и иногда смеются. А зря Фёдор сначала не хотел идти гулять с Осаму..