Одиночка/A Solitary man

      Ксав уже с трудом сдерживал себя, ожидая звонка Твайлы Фэй. Ожидание сводило его с ума, и когда его сотовый наконец зазвонил, он буквально подпрыгнул.       — Привет, Твайла Фэй.       — Это Хэтч.       — Кто?       — Хэтч из «Дженни»! Вы просили звонить, если мне что-нибудь понадобится?       — Ах да. Хэтч, я занят, и сейчас неподходящее время для разговоров.       — Я знаю, что вы все заняты. Вот почему я звоню. Вы все ищете «Батерфляй», верно?       Ксава охватило волнение.       — Вы нашли «Батерфляй»?       Все взгляды в рубке обратились к Ксаву.       — Пока мы разговариваем, я ее преследую.       — Что вы имеете в виду под «преследую»?       — Команда выбросила что-то за борт, и мне не понравилось, как груз выглядел, поэтому я подошел посмотреть, что это было. Это был ребенок!       Ксав громко выругался.       — Ребенок жив?       — Еле-еле. Я посадил его на борт, и сейчас он в безопасности. «Батерфляй» заметили меня и со всех ног бросилась прочь. Она движется прямо на восток со скоростью двадцать восемь узлов, и я не знаю, смогу ли догнать ее, но я догоняю ее. У меня полный бак, а она, очевидно, пустая.       — Где вы?       — Запишите координаты и передайте своему капитану.       — Подожди, подожди. Мне нужна ручка.       Шериф Уинстон протянул ему блокнот и ручку.       — Диктуйте.       — Тридцать четыре целых семь десятых один восемь восемь три один и семьдесят шесть десятых три три пять восемь один семь. Мы на Внешней отмели, сразу за мысом Лукаут. Когда вы доберетесь сюда?       Ксав показал блокнот капитану Граймсу.       — Вот где находится «Баттерфляй». Сколько времени нам потребуется, чтобы добраться туда?       Граймс взял планшет у него из рук и показал его пилоту, который сказал:       — Семь минут. — Катер набрал максимальную скорость, и Билли успел подхватить Ксава, прежде чем тот упал навзничь.       — Хэтч, послушай меня. Мы будем на месте через семь минут. Эти люди вооружены и опасны. Я не хочу, чтобы вы пытались противостоять им.       — Я всего лишь последую за ней, но вы все добирайтесь сюда как можно быстрее.       — Мы уже в пути. Будь осторожен, Хэтч! — Он повернулся к Граймсу. — На борту есть дети.       Капитан Граймс что-то сказал в радиотелефон и отдал приказ всем судам следовать по координатам, указанным Хэтчем.       Через минуту по рации раздался голос лейтенанта Нельсона.       — Объект замечен. На палубе видно девять членов экипажа.       Телефон Ксава зазвонил снова, и он снял трубку.       — Твайла Фэй?       — Вот номер. — Она продиктовала его, и Ксав записал. — Спасибо, Твайла Фэй. — Он повесил трубку. — Это номер передатчика «Камарона».       Капитан Граймс подошел к терминалу радара, выдвинул из него клавиатуру и набрал номер. Он начал мигать на экране радара. Он посмотрел на горизонт и указал пальцем. Пилот кивнул. Граймс повернулся к Уинстону.       — Сначала мы найдем «Баттерфляй» и проследим как она будет двигаться к яхте. Когда они окажутся бок о бок, мы поднимемся на борт, а с документами разберемся позже.       Уинстон кивнул.       — Пристегнитесь к своим креслам, нас ждет ухабистый путь, — приказал Граймс.       — Мы подходим с левого борта, — сказал пилот несколько минут спустя.       Капитан Граймс поднял трубку радиотелефона, щелкнул переключателем и приказал «Батерфляй» заглушить двигатели. Она не подчинилась.       Пилот указал в иллюминатор. «Дженни» догоняла «Батерфляй».       — Последнее, что нам нужно, это какой-то ковбой на воде! — Граймс крикнул: — Направляйте «Батерфляй» в сторону!       Пилот прибавил скорость, поравнялся с «Баттерфляй» и слегка ударил ее левым бортом. «Батерфляй» резко развернулся правым бортом, и «Дженни» не смогла затормозить и развернуться достаточно быстро. Она с оглушительным треском протаранила «Батерфляй» посередине корпуса, и «Батерфляй» остановилась. С «Баттерфляй» раздались выстрелы, и все на «Дженни» нырнули под палубу, когда катер повернул в сторону, пули со свистом отскакивали от ходовой рубки.       Отойдя на безопасное расстояние, пилот замедлил ход катера и развернул его. Граймс поднес к лицу бинокль, наблюдая, как его корабли окружают «Камарон». Он бросил бинокль на стол с картой, схватил телефонную трубку и вызвал головное судно.       — Не поднимайтесь на борт «Камарона». Я повторяю. Не поднимайтесь на борт «Камарона».       Он посмотрел на Ксава.       — У нас неприятности.       — Нам нужно добраться до «Дженни», пока она не затонула, и забрать детей с «Баттерфляй», — сказал Ксав.       Граймс крикнул капитану катера.       — Вызовите спасателей для «Дженни»! Немедленно! — Он повернулся к Ксаву. — Вы когда-нибудь ныряли?       — Конечно, у меня лицензия.       — Тогда вот что мы сделаем.       Они стояли на палубе катера, и Ксав слушал лекцию Басби, инженера, об особенностях «Батерфляй».       Ксав надел гидрокостюм и баллоны с воздухом, затем водолазные часы, которые он использовал для связи из-под воды. Он набрал тестовое сообщение на маленькой клавиатуре и почти мгновенно получил подтверждение.       Когда Басби закончил свою лекцию, Ксав взглянул на схему и указал на отверстие.       — Это единственный вход в трюм?       — Да. Она ровная и плотная. Угол наклона тридцать пять градусов. Тебе повезет, если ты сможешь просунуть плечи в шахту.       — Если я не смогу туда пролезть, какой у тебя план Б?       — Только захват.       Шериф Уинстон подошел ближе.       — У вас есть люди на воде, которые будут следить за беглецами?       Басби кивнул.       — Они их поймают, а у нас есть катер для преследования, который может подойти и забрать их.       — Что насчет «Камарона»? — спросил Ксав.       — У нее нет другого выбора, кроме как пока оставаться на месте, — сказал Граймс.       Ксав показал мужчине большой палец, сел на край катера и спрыгнул спиной в воду.       Он проплыл сквозь мутную воду и обломки четверть мили, пока не добрался до «Батерфляй». Оставался глубоко в воде, затем вынырнул. Отверстие для спуска было как раз там, где Басби показал ему на схеме. Он приложил ухо к корпусу и внимательно прислушался. До него донесся негромкий гул голосов. Он быстро набрал сообщение на своих часах.       «Примерно 5 канареек. Ожидаю начала полета». Он отправил сообщение и тут же получил ответ.       «Иди».       Ксав осторожно отвинтил решетку, закрывавшую отверстие для смыва, и убрал ее. Она на мгновение всплыла, прежде чем упасть в темную воду. Он осмотрел отверстие и ощупал внутренние стенки кончиками пальцев. Они были скользкими от водорослей, что облегчило бы короткий переход, если бы он смог найти зацепы. Включил бесшумный маячок на своих баллонах с воздухом и выскользнул из них. Он быстро привязал их к одному из кронштейнов, на которых крепилась решетка, сделал глубокий вдох и убрал респиратор, затем забрался в шахту.       Басби не шутил, когда говорил, что будет узко. Ксав вытянулся, длинный и поджарый, водоросли помогали ему медленно ползти вверх. Он поблагодарил свою счастливую звезду за то, что внутренние стенки были скреплены клепками. В противном случае ему не за что было бы уцепиться, и у него было бы меньше надежды преодолеть наклонную шахту. Он ухватился пальцами за заклепки, чтобы двигаться вперед и вверх. Когда перед его маской проплыла рыбья голова, он чуть не выругался вслух и не задохнулся. Чертова штуковина вывалилась откуда-то из туннеля. Он оттолкнул ее и снова медленно пополз вверх, его легким стало не хватать воздуха. Наконец, он увидел, где заканчивается вода. Осторожно продвигался вперед, пока не достиг воздуха, и сделал глубокий вдох так тихо, как только мог. Еще один рывок вверх, и он был там.       Он снял маску, и один из мальчиков случайно взглянул на отверстие. Он вскрикнул, когда увидел лицо Ксава, и Ксав быстро прижал пальцы к губам. Мальчик молча указал на него.       — Что? — раздалось тихое эхо.       Когда Ксав услышал знакомый голос Ченса, он улыбнулся про себя, и его сердце на самом деле слегка подпрыгнуло. Он подтянулся еще немного вперед и заглянул за край шахты. Широко раскрытые глаза Ченса согрели его сердце так, как он и представить себе не мог. Он подмигнул и снова приложил пальцы к губам, прежде чем что-то напечатать на своих часах.       «Внутри».       Ксав наполовину протиснулся в отверстие и осмотрел стены слева и справа от себя. Там были захваты, и он воспользовался ими, чтобы забраться в трюм.       — Слава богу, — тихо выдохнул Ченс.       Ксав ничего не мог с собой поделать. Он быстро обнял Ченса. Посмотрел на мальчиков в отсеке и не почувствовал утешения. Они были в шоке и в плохом состоянии.       Он снял с пояса маленький фонарик и осмотрел стены и потолок резервуара. Когда нашел люк, то велел всем отойти от него подальше.       — Давайте отойдем в тот угол, — предложил он.       Ченс помог мальчикам переместиться туда, куда указал Ксав.       — Ведите себя как можно тише, — прошептал Ксав.       — Ты спасаешь нас? — спросил один из мальчиков.       — Я пытаюсь, — прошептал Ксав. В этот момент сверху раздался выстрел, и воцарившаяся какофония напомнила зону боевых действий. Завыли сирены, загремели шаги, а грохот выстрелов стал оглушительным. Через несколько минут шум стих, но Ксаву показалось, что прошла вечность. Еще несколько хлопков. Ксав ждал, а минуты шли, и над головой раздавались новые шаги — это сотрудники береговой охраны поднимались на борт лодки. Люк над ними открылся через несколько минут, и в трюм хлынул яркий солнечный свет. Все прикрыли глаза руками, кроме Ксава, который был рад увидеть лицо шерифа Уинстона, появившееся в проеме.       — Клянусь, мистер Фэйрчайлд, я никогда не думал, что доживу до того дня, когда вам понадобится моя помощь! — Донесся до них голос шерифа Уинстона.       Ченс не улыбнулся.       — Чем скорее вы увезете нас отсюда, тем лучше.       Лодка внезапно застонала, и из шахты, из которой вышел Ксав, хлынула соленая вода. Кто-то открыл клапан, чтобы наполнить трюм.       — Немедленно спускайте канаты! — крикнул Ксав, перекрывая шум воды.       Ченс и Ксав собрали мальчиков под люком. Вода быстро прибывала, и оставалось всего несколько минут до того, как их затопит. Спустили пять тросов, и Ксав показал Ченсу, как обмотать один из них вокруг мальчика и закрепить.       — Держись, — приказал Ксав, обхватывая руками первого мальчика веревку. — Вверх! — крикнул он, и мальчика подняли и освободили от каната. Ксав наблюдал, как Ченс изо всех сил пытается помочь одному из мальчиков, на его лице была написана решимость.       — Поднимайте! — крикнул Ченс.       К тому времени, когда береговая охрана вытащила последнего мальчика из резервуара, вода была уже по грудь.       — А что насчет тебя? — потребовал Ченс.       — Я сразу за тобой, — улыбнулся Ксав. — Поднимайте!       Ченс подтянулся на веревке и за считанные секунды выбрался из трюма.       Ксав погрузился в воду, когда уровень ее поднялся, а затем, естественно, добрался по воде до люка. Сильная рука Уинстона помогла ему выбраться из трюма.       Медицинский персонал осматривал их, пока они сидели на палубе. Басби поднялся снизу на палубу и жестом подозвал Уинстона к себе. Уинстон слушал, что говорил Басби, а затем его лицо покраснело от ярости. Двое санитаров поднялись на борт с корзинчатыми носилками, и Уинстон жестом подозвал Ксава.       Прежде чем Ксав успел спросить, разъяренный Уинстон фыркнул:       — Тебе это не понравится, и я попрошу тебя сохранять спокойствие.       Ксаву не нужно было спрашивать. Ребенок был мертв. Ярость пронзила каждую клеточку его существа.       — Кто это сделал?       — Они устанавливают виновных.       Виновники преступлений. Множественное число.       Ксав прикрыл рот рукой, чтобы ярость не вырвалась наружу в первобытном крике.       Парамедики спустились по ступенькам и через несколько мгновений вернулись с носилками, небольшое содержимое которой было накрыто простыней.       Все молча наблюдали, как парамедики осторожно переносят носилки с лодки. Один из мальчиков начал всхлипывать, и Ченс сделал все возможное, чтобы успокоить его.       — Иди сядь, — приказал Уинстон Ксаву.       Ксав встретился взглядом с Уинстоном и после долгой паузы повернулся к Ченсу и мальчикам.       Ченс снова успокоил плачущего мальчика, затем встал рядом с Ксавом. Полицейские вытащили снизу агрессивно настроенного Чарли Купера. На нем не было ничего, кроме трусов. В тот момент Ксав поклялся убить его, если у него будет законная возможность.       — Развратный сукин сын, — пробормотал Ченс себе под нос.       Но это было еще не самое худшее.       Затем помощники шерифа вытащили снизу обнаженного, сквернословящего Фэйсона, кровь на руках которого не была в этом случае эвфемизмом.       Ченс побледнел так, что Ксав не мог себе представить, и это напомнило ему о том, что почувствовал Ксав, когда впервые увидел подобную порочность.       — Нет, — выдохнул Ченс.       Ксав положил руку ему на плечо.       — Да, — тихо сказал он.       Что-то внутри Ченса разбилось вдребезги.       Неееет! пронеслось у него в голове. Но при виде Фэйсона что-то схватило его за горло и не отпускало. Нет. Фэйсон преуменьшал все цифры. Он называл это хорошей политикой.       А как же тогда траулеры? Фэйсон отказал ему, хотя связь была вполне логичной.       Раз за разом дела против поставщиков наркотиков прекращались еще до того, как попадали на стол Ченса. Никакого "SBI". Никакого Управления по борьбе с наркотиками. Никакого ФБР.       Никому совать нос в чужие дела и ворошить обстановку.       Фэйсон поручил ему расследовать дело Дэвиса. Это было простое дело, но ему потребовались недели, чтобы вникнуть в суть. Пустая трата времени.       Отличный способ не позволять никому совать нос в его дела.       Люди, которые украли Ченса, хотели знать, что ему известно. Не о Ксаве. О Фэйсоне.       Никто и глазом не моргнул о пропавших детях, пока Ксав не начал копать. Как, черт возьми, могло так происходить, что дети исчезают, но никто этого не замечает?       Его сердце бешено колотилось в груди, и он стиснул зубы. Как он мог этого не заметить? Прошло три года, а он ни разу не усомнился в отсутствии прогресса в расследовании дел о наркотиках. Он всегда считал, что Фэйсон скрывает от него информацию. Он просто никогда не предполагал, что это нечто большее, чем политика. Ублюдок. Проклятый ублюдок!       — Ты больной сукин сын! — закричал Ченс.       Фэйсон уставился на него дикими глазами, на верхней губе у него была белая пудра. Он был под кайфом.       — Ты просто киска, красавчик.       Ченс замер. Его мысли, его чувства, вся ярость, все, что он когда-либо переживал, казалось, достигли кульминации в полном затишье после бури. Он взглянул на Ксава, уголки его рта едва заметно приподнялись. Затем, спокойно, без всякой ярости, в которой он жил всю свою жизнь, Ченс ударил Фэйсона по лицу с такой силой, что тот полетел вниз по лестнице прямо в лодку.