Сердцу не прикажешь

«Я думала ты лучший, но людям свойственно ошибаться»

      В далёком 1989 году, юная Роза ещё не знала, на какие муки обрекла взрослую версию себя. Ей казалось, что тот мужчина, которого она встретила тогда самый лучший. Что он изменится, но девочкам в таком возрасте свойственно ошибаться. В школе умная была, а по жизни оказалась глупой, хотя, может половина девчонок того времени сделали не лучший выбор в своей жизни? По дурости, замуж молодыми вышли, детей от маргиналов понарожали, да пожинают плоды своего выбора. А в итоге что? Как бабка, ныне покойная, предрекала, что останется девка у корыта разбитого.       На дворе уже 2010 год. Кащинская Роза Демидовна взрослая женщина 37-ми лет, с тремя дочерями под боком от некогда любимого ею мужчины. Анне, старшей из девочек, уже 17. Внешне она просто копия отца, которого всем сердцем ненавидит. Кудрявая, высокая, зубы с щербинками, курносая, вылитый Кащей в девичьем обличии. Но судьба-злодейка сыграла поганую шутку, что ребенок, который так сильно походил на него, ненавидел его больше всех. Молодая Анна желала смерти своему родителю-пьянице, пинала его, когда он набухавшись храпел на диване, лишь бы только поскорее заткнулся. И каждый раз говорила матери, что лучше б его пристрелили бы в лихие 90-е и у них не было отца, чем такой. Что Роза достойна лучшего человека, а вместо этого, стала зависима от этого урода, что даже развестись с ним не может, потому что она и девочки с голой жопой останутся.       Средняя, Ксения. Ей сейчас 13 лет. Она выбрала самую удобную позицию. Старается ни с кем не конфликтовать, хорошо общается с сестрами. Сильно переживает за маму, ведь видит, как женщина, несмотря на своего пропойцу-мужа, в этих ужасных условиях старается сделать все для своих кровиночек. Касаемо отца у Ксеньки смешанные чувства. Что-то в глубине души вспоминает доброго папу, что хоть трезвым и не бывает, но на свой лад любит дочек. В то же время противный, деградировавший человек, которому ничего не надо кроме бутылки водки «Мягков» или палёной «Синички». В какие-то моменты Ксюша ненавидит и любит его одновременно.       И младшая, Васечка. Ей 9 лет и это просто прекрасный, лучезарный ребенок, который несмотря на пагубные привычки отца, по-прежнему любит его. Может, потому что ещё маленькая совсем. Ей кажется, что любимый папа просто находится в плену злого монстра, который поселился в нем и заставляет пить эту дрянь, да вести себя ужасно. Может, он не хочет вовсе глотать водку, а чудовище, живущее в его душе и теле вливает насильно в него яд. Потому что, когда Костя словит белочку, да начинает орать на своих домочадцев, то он становится непохожим на себя, а скорее на одержимого бесом походит. Громит квартиру, руку на мать поднимает, пока Роза девчонок в комнате запирает. Аня, естественно, мелких оставляет, а сама как, самая старшая, маму защищает и бесцеремонно бьёт отца тем, что под руку попадется. Ксюша, в этот момент обнимает Васю, по голове гладя, а младшая самая, ушки закрывает, чтобы этого не слышать, да плачет горькими слезами.       Каждый раз, когда Демидовна смотрит в пустые, пьяные глаза Константина, она не понимает, как за него могла выйти замуж. Ей казалось, что все усугубилось с рождением детей, хотя на деле это не так. Кащей всегда был таким, просто Роза предпочла этого не замечать, за что потом и расплатилась ментальным здоровьем своих дочек. Ладно она сама страдает, заслужила, ведь это ее выбор, но Аня, Ксюша и Василиса не должны терпеть выходки бухого отца.       Нередко, в минуты отчаяния, Роза вместе с ним прикладывается к горячительной жидкости, а на утро ненавидит себя за то, что поддалась этой слабости. Своим поступком поощряла пьянство супруга, да упала ниже плинтуса в глазах своих детей. Слыша, как старшая дочь приравнивает ее к пьяницам, самое оскорбительное, что может быть. Ведь Роза старается держаться ради них. Дочери, это то, что не даёт ей деградировать так, как Костя и держат ее на плаву.       Бывшая Хайруллина стала курить. Никогда не думала, что возьмётся за сигарету, всю жизнь была примерная девочка, а в итоге этот нетронутый, приличный человечек был сломлен дьяволом по прозвищу Кащей. Конечно, рядом не было человека, что наставил бы ее на путь истинный, ведь бабка в Москве осталась, а папаша Розин, недалеко ушел от её муженька. Да что говорить, если это отец родный, донечку с Кащинским и зазнакомил?       И тот, козлина, тактику правильную и хитрую применил. Добился лёгкой добычи парой приемов. Одинокая школьница, что осталась без матери, потому что та погибла в автокатастрофе, а папаше-зэку не нужна, нуждалась остро во внимании человека постарше. Вот и стал ей тогда Костян и отцом, да мужем в одном лице.       Очевидно, Роза не думала о репутации будущих детей, ведь каждый раз, стоило кому-то из одноклассников увидеть отца Аннушки или Ксюши, а может Васечки, все упорно спрашивали у них: «У тебя папа сидел что ли?» И девчонкам стыдно от того, что у них такой нерадивый папаша с отпечатком уголовничьим на роже. И ведь Роза сама стеснялась своего родителя, когда в редкие разы Демид появлялся в школе. А в итоге что, дочки повторяют ее же судьбу, как некую сценарную программу. Когда единственный мужчина в их жизни, можно сказать, главный, стал в итоге для них не примером, а самой большой проблемой и горьким разочарованием.       И каждый раз, Роза просит у своих малышек прощение за то, что не смогла как мать дать им лучшей жизни. Не подарила им счастливое детство, а вместо этого, они наблюдали беснования отца-алкаша. Иногда, Демидовну посещали мысли о суициде, но она их быстро отметала, понимая, что не может, даже не так… Не имеет права оставить дочек одних, с ним…       Это далеко не та жизнь, о которой мечтала голубоглазая. Скорее, это пример того, как жить не стоит. И самое интересное то, что так живёт половина женщин, рождённых в 60-70-е года. Большинство романтизирует времена ее молодости, хотя тогда творился полный беспредел. Тогда женщину за человека не считали. В 90-е вообще людская жизнь не ценилась. Поголовно все мужики бандитами были, отчего многих ещё в 20 с копейками грохали, да вместе с женами и детьми хоронили в одной могиле, а кто-то как Роза. Всю жизнь прозябает в несчастном и зависимом браке. Замуж вышла после школы, университет бросила, в 19 залетела первенцем. И не она одна такая, таких дур много в то время было, а сейчас рыдают от безысходности.       Очередной вечер в семье Кащинских. Роза стоит в проходе и смотрит на то, как Костя водку глушит, в руке бутерброд с сельдью у него, сигарета подожжённая в пепельнице лежит, а он сам телек глядит. Денег хватает едва на продукты и на коммуналку. Типичная, неблагополучная семья. Ещё и троих наплодили, хотя обеспечить нормально не могут. Вместо того, чтобы жить душа в душу, Кащинские срутся как кошка с собакой. Нередко, Константин, как свой папаша покойный, супружницу поколачивает.       И давно бы Роза попыталась уйти, да душонка чахлая все равно за него цепляется. Что-то же в нем было, отчего ее сердечко-то по нему дрогнуло. Особенное нечто, отчего тело Хайруллина ему свое отдала, да троих дочерей подарила. Пока старшенькая к экзаменам готовится, средненькая с младшенькой играет, супруга мужа планирует спать уложить. — Завязывай, Костя. Укладывайся давай, — пытается она по-хорошему с ним.       От такого образа жизни, у обоих на лицах отпечаток остался. Из-за усталости, Роза выглядит старше своих лет, а ей всего-то 37. Косте 47, но он подходит на все 60 с началом от пьянства своего. Сидя в засаленной майке, которую Роза, как бы не старалась, отстирать не могла, да глазами косыми и от пьянства, и от врождённого косоглазия, жену окинув, Константин стопку очередную опрокинул. — Негоже бабе указывать мне, что делать.       Бросил он ей без уважения и закинул в рот закуску. Очевидно, на заводе изменяет он ей, ведь пару раз вместо ее собственного имени, называл некой Анжеликой. Даже больно по началу было, потом как-то смирилась Хайруллина со временем. Мужа она воспринимала отныне не как опору и вторую половинку, а как некое приложение и источник, пусть не больших, но все же денег. Об интимной близости и речи быть не может, потому что он стал ей противен, а она ему безразлична. Последний раз, когда у них что-то было, это наверное тогда, когда Вася появилась, то есть 9 лет назад.       На такие слова, Роза уже не обижается, она лишь оставляет его одного, пока Костя не напьется до того, что отрубится прямо за столом. Говорить с ним в таком состоянии, бесполезно также, как реанимировать покойника. И через полтора часа, действительно, вырубился он под какую-то передачу документальную. Видя этот беспредел, Роза зовёт старшую дочку сюда. Анечка приходит по первому материнскому зову, ведь все же родительницу она любит, в отличие от папы. Его выпускница старается терпеть. Оглядев мужчину с отвращением, курчавая сказала матери. — Наконец-то спит, главное, чтобы он не храпел, иначе я ему всеку.       Раньше, Розочка одергивала дочь от таких ужасных высказываний в адрес отца, но после того, какой пример отвратный, как мужчина он показывал своим девочкам, перестала. Ведь заслужил Константин всю ненависть Анечки, а вскоре и Ксюши, а затем и Васечки, да добьется до того, что все три дочки ненавидеть его начнут. — Не будет, я толкать его начну при первом же храпе. Лучше помоги мне его поднять, да на диван положить, — попросила Демидовна у нее, оглядев мужа безразлично.       Анна цыкнула, поборов мерзость, которую вызывал у нее родитель противоположного пола, все же помогла маме поднять его. Женщины по обе стороны обхватили мужчину и с трудом дотащили его до постели, ведь Костя все же тяжёлый, ещё и обрюзг с возрастом, так как, от пьянки вся форма и растерялась. — Как тебе не противно, что вот «это», спит под боком? — спросила Анна Константиновна у матери, пока та выключала телевизор, да со стола убирала.       Розу никогда об этом не спрашивали, а может, она просто предпочитала не задумываться. Дома воняло спиртным, сигаретами и простоявшей долго на столе селёдкой, словно они в заброшке с бомжами сидят. Черноволосая женщина на дитятку свою посмотрела и прижала пульт к груди, воспоминая прошлое. — Привыкла, — бросила женщина ей.       Для Ани, Ксюшеньки или Васютки, материнская душа потёмки. Роза не говорит им о своих чувствах, старается изо всех сил, даже в таких условиях дать им все по максимуму. Никогда не покажет девочкам, что ей грустно или плохо. Всегда у нее все хорошо и ко всему она привыкла.       И последнее, между прочим, не ложь. Ведь, начиная с 15-ти лет, прожила девица бок о бок с алкашами под боком. Демид, Серёга, Костя. Хайруллина все свои школьные вечера провела в компании отца, друга семьи и своего будущего мужа. И если по началу для нее это казалось дикостью, то потом Кащинская привыкла к этому и все стало для нее в порядке вещей. Лишь с рождением Ани, к Розе пришло осознание, что все, что творит ее супруг — ненормально.       Убирая со стола, Анютка заметила, что мама притихла совсем. Школьница понимала, что матерь что-то гложет. Роза стол на место ставила, посуду мыла, остатки выбрасывала, пока отец храпит без задних ног.       На кухне без ремонтной, вода в раковине плещится, мамин тонкий голосок слышится, незамысловатую песню напевая. Анна же стоит в домашней майке и шортах в зале, где спит Константин на разложенном диване. Аня долгое время всматривались в черты лица отца, на кого с годами походила внешне всё сильнее и сильнее. Она порой думала, что вовсе вырастит и сделает пластику, что угодно в себе поменяет, лишь бы не быть копией этого ничтожного опущенца. Все свои юные годы, как появились сестры, детство из жизни Анечки пропало. Хоть мама и старалась делать все сама, Аннушка понимала, что Розе тяжело одной справляться с тремя детьми и приняла решение повзрослеть, помогая той во всем. А папа, умудрился нажраться до чёртиков в день рождения Ксюши, когда Роза была в родзале, отчего девочке пришлось звонить прабабушке и маминой тётке. И видя его, мирно сопящим на диване, вспоминая один из косяков, что он натворил в жизни, а наворотил папаша немало, Аню охватила злость. Она толкнула невменяемого отца, что храпел, и казалось, не чувствовал ничего. Аня била его, вымещая на нем всю свою детскую и девичью злость, что на утро Костя не понимал, почему весь в синяках. — Лучше бы ты сдох, тварь. Спился, сторчался, убили, что угодно лишь бы не портил ни одной из нас жизнь. Ты разочаровал маму, меня, Ксюшу с Васей, папаня херов!       В полголоса говорила ему проклятья Аня, а по щекам слезы потекли предательские. Ведь все плохое, всегда перекрывает что-то хорошее. И какой бы он ни был, а все же папа. Она села на пол и была на одном уровне с его лицом. Девчушка убрала его курчавые волосы с глаз мужчина и расплакалась, хотя старалась держаться всегда сильной. Ведь, на самом деле каждой маленькой принцессе нужен отец. Защитник, опора, герой, сила и мощь. Тот, кто является для будущей женщины примером, каким будет ее муж, а в итоге, глядя на своего папашу, Аня не хочет сближаться ни с одним мальчиком в школе.       Но ведь даже в этом пьянчуге были хорошие стороны. Он, несмотря на свое пьянство, не забывал о детях. Дарил каждой из дочерей дорогих, заграничных Барби. На площадки детские водил, гуляя с ними. Старался время по максимуму провести, хоть и был чаще не трезв. — Зачем ты заставляешь меня тебя ненавидеть? — спросила она его, погладила по голове.       Как бы внешне Кащинская Анна Константиновна не проявляла ненависть и неприязнь по отношению к отцу, в глубине души, она как и любая дочь любит его. Просто эти детские чувства к родителю закрыты глубоко под толщей льда, выстроенной из его ужасных пьянок и поступков.И каждый раз, когда Анна думала о том, что мама должна развестись с ним, начать жизнь с нормальным мужчиной, которого может встретить на своем пути, Анюта вспоминает об отце. Что ограничил мамину свободу, не дав ей нормально отучиться и обрюхатив, в результате чего родилась Анка. Но и также, старшая Кащинская думает, что благодаря семье, Константин держится на плаву. Многих порешали в бурной молодости, кто-то в тюрьме сидит, а другие от алкоголя померли. А этот, сколько бы не бухал, а все держится, хотя с бутылкой лет с 18-ти не расстаётся. Но стоит Розе с дочками уйти, то загнётся быстро от змея проклятого. — Пап…папа… Хорош бухать…       Обняв пьяного родителя, сказала ему Анна. Это, естественно увидела Роза, что вошла в комнату, словно мышка. Она давно не видела, чтобы старшая проявляла к Косте нежность. Казалось, первая дочь ненавидит его всеми фибрами своей души. Женщине, даже не хотелось прерывать это, ведь Анечку не хотелось смущать. От увиденного, Розе самой стало плохо и она уйдя на кухню, не смогла сдержать слез. Неужели он не видит, что все его девочки волнуются за него, что он всё ещё им нужен, а поступки Кашея разбивают жене и дочерям сердце, заставляя злиться на него.       Пострадав о многом, Роза пришла к выводу, что надо решать проблему радикально. Так продолжаться не может. Ей тяжело смотреть на скрытую боль старшей своей девочки, да наблюдать переживания средней и младшей. Утром же, Демидовна поговорит с ним серьезно и на сей раз поставит жёсткие ультиматумы. Его старые трюки уже не работают и она больше не купится на удочку, что без него ничего не может. Да, кроме школьного образования и незаконченного педагогического у нее ничего нет. Но никогда не поздно будет начать учиться, работать пусть и не на квалифицированной должности, но все же любой труд надо уважать. И если все дальше начнет скатываться и Кащинский не станет меняться, то Роза боится, что этот никчёмный брак кончится один: разводом.       Это утро было для Кости таким же, к которому он и привык. Ворчливой супруги не было под боком, каждая из дочерей пошла в школу и наверняка, Розочка, несмотря на материальное положение, как с иголочки собрала на уроки, что Аньку, что Ксюху с Васькой. Что-что, а дочками Костян гордился, ведь все три у него у были умницы-красавицы. Всю жизнь мечтал о пацане, но видимо, судьба распорядилась так, что ему надо бы быть папкой прекрасных принцесс.       Встав с кровати, бывший бандит шатаясь и держась за голову, дошел до кухни. Там жёнушка кашеварила. Пахло вкусно, супец с гречей и сосисками. Хоть и опохмелиться хотелось, но не тошнило, вкусно пахло. Сегодня договорился, Ренат его подменит, вместо этого дня, в субботу выйдет. — На опохмел есть чё? — спросил он у супруги, достав сигарету из пачки, да в рот сунув. — Нет.       Ответила ему жена, не оборачиваясь к нему, промывая тряпку в раковине. Затем простирав ее, повесила на кран сушиться. До ноздрей женщины сразу же дошел запах табака, что курил ее муж. Константин уселся задницей на край столешницы, а Роза повернулась к нему с серьезным видом и скрестив руки на груди. Косте хреново было, без выпивки, башка страшно гудела, ещё суровый вид жёнки не внушал доверия. Кащинская обратилась к нему. — Нам надо поговорить.       Он усмехается только, щербатые зубы обнажая. На теле мужском уже посинели все его тюремные наколки. Курчавые волосы торчат в разные стороны спросонья, глазами слегка косыми он смотрит на благоверную свою. — Чё, опять вздумала мне мозги ебать? — интересуется он, стряхивая пепел в стеклянную банку.       Роза поджала пухлые губы, окатив его недовольным взглядом. Демидовна тяжело вздыхает и отталкивается от раковины, подходя к нему. В ее тусклых глазах он уже не видит ту милую и наивную девочку, что встретил в далёком 89-ом году, а уставшую от жизни женщину. Казалось бы, всё ещё молодое лицо, без морщинок, почему-то выглядит старым. Волосы цвета воронова крыла потускнели, потеряв свою яркость. В ней сложно было узнать знакомую всем ранее Хайруллину. Уголовник обдал мать своих детей сизым дымом, да прищурился. Груди после вскармливаний обвисли, живот от трёх родов тоже появился, ещё и дряблый. Да и в целом, она была как типичная домохозяйка. И каждый раз, глядя на себя в зеркало, Роза понимала, что стала непривлекательной, ужасной и возможно, именно рядом с таким спутником по жизни, превратилась в кошелку. — То есть, ты себе это так видишь? Бедный и несчастный, батрачишь на неблагодарную семью, зарабатывая свои копейки, а я выношу тебе мозги? — А чё, не так что ли? Я упахиваюсь, детальки эти ебучие шлифуя, а ты только и делаешь, что либо нос свой от меня воротишь, либо ебло недовольное корёжишь, — затушив сигаретку, Костя ровно встал, расставил руки в боки и посмотрел с прищуром на супругу, сам предъявляя ей претензии.       В последнее время он позволяет себе грубить ей, но ещё по-молодости, Костя относился к ней как к богине. Даже когда ссорились они, ни одного матерного слова в сторону своей суженной не произнес, а буквально эти 10 лет совсем распоясался, да все больше на своего батька покойного походил. — А может, это не беспочвенно? Ты слово давал, что как дети появятся, пить бросишь, а в итоге забухал сильнее. Как свинья ведёшь в глазах своих дочерей. Аня тебя вообще уже ни во что не ставит… — хотела продолжить Роза, как Кащей ее тут же перебил — Анька много выебывается. Зажралась малявка. Жизни не видала, молоко на губах не обсохло, чтоб права качать. Батю она ненавидит, пожила в других семьях, я б на нее тогда посмотрел. Заныла бы сразу. Обутая, одетая, сытая, крыша над головой есть, ещё чё надо? Тьфу, ссыкуха.       Роза в шоке от изречений супруга и отходит от него на небольшое расстояние. Взбесится, ещё оплеуху вломит. Женщина помолчала с полминуты, а затем сказала. — Обеспечивать базовыми потребностями своих детей — твоя прямая обязанность, как отца. Ты обязан их кормить, одевать, обувать, а коль не тянешь, нечего было плодиться. Ты меня заставлял рожать, хотя я говорила тебе, что сначала нам надо было выйти на стабильный доход, а уже потом семью заводить, — приводит брюнетка, пусть и злые, но весомые аргументы в споре с ним.       И Сергеевич разозлился, взглянув разъяренный на супружницу. Начал ей пальцем угрожать, но Роза и бровью не повела. Стояла, аки стойкий, оловянный солдатик. — А я, по-твоему, что делал? Если бы Синий не кинул нас в 95-ом, ты бы с девчонками как сыр в масле каталась. — Изначально, ваш бизнес по машинам был провальным и ненадежным вариантом. И я тебе говорила это, и папе своему, но вы оба не захотели меня слушать, — говорила ему серьезным тоном Розонька, на что он ее плечи своими руками обхватил и посмотрел в глаза потухшие, голубые. Хотел бы что-то сказать, да парировать нечем. — Даже, когда я Анютой забеременела, помог бы мне отучиться, я бы договорилась на заочную форму, но вместо этого слепо понадеялась на тебя. Это было ошибкой. Что ты мне сказал: «Бросай учебу, я вас с доней обеспечу». Ещё и я дурой была, ведомой — А нахуй тебе нужен был этот универ? Будто бы на ставке училки ты деньги бы золотой лопатой гребла? Мужик должен обеспечивать, — спорил он с ней.       Тогда бы Роза ощущала бы себя увереннее, знала бы, что у нее есть подушка безопасности. Возможность не зависеть от него. Но она была глупа и как только покинула отчий дом, закончила школу, так быстро Кащей ее в оборот взял. Может, тогда и она жизнью была довольна. И дети ни в чем не нуждались. Глядя в глаза человека, которого она когда-то любила, сердце окончательно ломается на куски. Ведь яд и змий пьянства поглотили его полностью, хотя надежда на то, что он справится, у нее были.       Роза уже винит себя, за то, что он стал таким. Может, это она плохая жена, что допустила это. Вроде, женщина старалась быть понимающей, поддерживающей. А может в том и проблема, что она слишком мягкая? Надо было в какой-то момент поддюзгнуть его, отчитать, припугнуть, но вечно жёнка потакала, боялась перечить и ее слабость вот чем аукнулась. Но больше сил нет терпеть его пьянство. — Кость, сколько бы мы не спорили, конфликт ни к чему не приводит. Мы не приходим ни к одной нормальной мысли. Я устала, дети устали от твоей белой горячки. Либо ты кодируешься и мы живём, как нормальная семья. Либо мы разводимся.       Услышав про развод, Константин лишь смеётся отойдя от нее. С каких пор, Розочка вообще заикнулась об этом? Да кто она без него? Ни образования, ни денег, ни хаты, ведь Бабкино наследство тётке Алевтине перешло. Сейчас ни рожи, ни фигуры, так кто на нее позарится? — Кому ты лечешь? Куда ты пойдешь? Кому ты будешь нужна, кроме меня? Ты — идиотка.       Спрашивает он ее, хитро и щербато улыбаясь, скрестив руки на груди. А Роза старается держаться стойко. Не показать слабости перед ним. И видя, что она не боится, словно у нее есть какие-то варианты, Кащей напрягается. Жена выглядит так уверенно, будто бы знает место, куда свалит бот него. Может, пока Костян на заводе корячится, эта сука мужика себе завела? Уйдет от него к какому-то богатенькому херу, который и её, и дочек в золоте купать будет. От одной только мысли, что Роза перед кем-то другим ноги раздвинула, его аж передёрнуло. И уверенность его как рукой сняло. — Ты чё? Нашла себе кого-то, пока я из кожи вон ради вас лезу, шлюха? — спросил он её , словно обезумевший.       Роза нахмурилась, посмотрела на него задумчиво. Что он несёт? Очевидно, его до сих пор прёт от вчера выпитой водки, а от утренней сигареты, мужчину вставило на старые дрожжи. Жена молчит, даже не зная, что ответить на этот пьяный бред. Каждая ссора выходит из-под контроля, потому что ей кажется, что на фоне своей зависимости, муж тронулся умом. А ведь, действительно, деградация личности происходит. Человек теряет все крупицы разума и превращается в нечто.       Не дождавшись ответа, Костя грубо хватает супружницу за шею и заставляет ее посмотреть на себя. Роза испугано смотрит на него, пытаясь отцепить крепкую, мужскую руку от тонкой шейки. Давящее чувство в горле, ощущение того, что ей перекрывают кислород, сводит ее с ума. Лицо Кащинской краснеет, слезы текут из глаз, а страх, что он вовсе задушит ее, становится всё ближе. — Отвечай! С кем ты трахалась, шмара, пока я работал?!       Кричит он на нее. Роза даже вымолвить ничего не может. Больно и страшно. До такого не доходило. С каждым разом, все становится только хуже. Глядишь, и убьет ее в пьяном угаре. Она бьет его руками, пытаясь от себя отцепить и только, когда с женских уст срывается сдавленный сип, до Кости доходит, что он творит.       Глаза в миг округляются, бандит одергивает руку от своей благоверной и замечает, как ладони дрожат. То ли это от алкоголя, а то ли от испуга за то, что творит со своей женщиной. Роза, наконец-то вдыхает кислород, кашляет, пытаясь восстановиться . Косте стало страшно, мужчина пытается обнять жену, прижать ее к своей груди, чтобы успокоить и себя, и супругу. Роза отталкивает его от себя, кашляет, в испуге отшатывается от него. Он лишь смотрит на нее, всё ещё себя ненавидя. — Красота моя, я что-то…погорячился. В натуре кодироваться надо. Не хотел. Все, хорош, иди ко мне.       Пытается оправдаться зэк. Кащей, конечно, был той ещё мразью, но не думал, что и по отношению к своей семье сволочью станет. — Отвали, Костя, — уголовник вновь пытается ее тронуть, но она орет на него, — Я сказала, руки от меня убери!       Демидовна напугана, просит его к ней не подходить и не касаться её. Уходит в ванную комнату, запинаясь и включая воду. — Да иди сюда, Розка, не буду я тебя трогать. Слово даю. Голубушка... Ну, Роз... — вслед ей произносит он, но женщина непреклонна.       Оставшись один на кухне, он вздыхает, оперев руки в боки. Мужчина , молча охуевает от своего поступка. Ладно, пощечину дать, но начать душить свою любимую, это уже полный пиздец. После такого, Роза точно уйдет. Надо что-то делать. Сергеевич уже и сомневается, что у мамки его девочек , кишка тонка пойти на радикальные поступки.       Роза опирается руками о старую раковину, которую сколько бы не отмывала все равно налет останется. Женщина плачет от того, какую жизнь она проживает, от своей никчёмности. Сил больше нет, такое уже не прощается. Женщина принимает решение, что надо уйти. Поговорит с тетей в Москве, если та примет, переедут, будет жить с дочерями у нее. Оформит бракоразводный процесс. Сделает все, чтобы не зависеть от этого ублюдка. Не быть связанной с ним. Там выйдет полы мыть, накопит, отучится и пойдет работать на более квалифицированный труд. Уж как-нибудь выживет, лишь бы не сгинуть с этим тираном. А ведь, в 1989 году ей все казалось совершенно другим.