Неизвестная.

Лаура работала уже неделю. Неплохо проходили дни с Сашей и все налаживалось между парой. Из недостатков было то, что Татьяна и Лаура поочереди ночевали у Маши, чтобы она не боялась и не сбегала, это немного меняло планы женщин на день и вечер, они зависели от импровизированного расписания. День был сегодня необычный в полиции. Всех полицейских заставили сдавать нормативы и стрельбу, что было еще недавно и вот опять повторяется: — Что за бред? — рядом с Лукиной на площадке бежала коллега Эвелина. — Босс сказал, проверяют на профпригодность. — И что, попрут всех? Мы старики тут. — Брось, — брюнетка улыбнулась. — Я уже 10 круг даю. — Я 11. — А, дак ты лидер? — Видимо, — Лаура пожала плечами, на свою форму она никогда не жаловалась, до Ярова было далеко, но бегать за преступниками она могла, если это было необходимо. Сегодня была очередь Лукиной дежурить, поэтому брюнетка пришла к Маше в 9 вечера: — Ого, ты еле идешь. — Тш, — женщина махнула рукой. — Что случилось? — Сдавали норматив. Прикинь, я просрала подъем туловища. — Что сделала? — Не смогла покачать пресс. Я?! — она возмутилась, бросая сумку с формой. — Ну ты… не выглядишь спортивной. — Чего? — женщина открыла рот. — Ты выглядишь супер-спортивной, — Маша пожала плечами и пошла в спальню. — Чем занимаешься? — Рисую вот. — Ого, молодец. — Спасибо, — она кивнула, — А завтра что сдавать будешь? — Пресс еще раз и стрельба. — В тир пойдете? — Ага. — Там так шумно всегда и наушники тупые и… — Откуда ты знаешь? — женщина перебила ее. — Я? Да я… — Ты ходила в тир? — брюнетка нахмурилась, — Зачем? — Просто… было интересно. — Подержать оружие? — И это. Было интересно, как это… стрелять. — И как? — Никак. Скукота. Ну, похлопало, я испугалась и пошла домой. — Ммм… — брюнетка удивилась и вздохнула, — Я в душ и ляжем спать, ага? — Да, — блондинка взяла кисть, — Дорисую только. — Идет. Лаура крепко спала, когда ее разбудил странный шум в коридоре дома. Женщина села и посмотрела на место рядом. Маши не было. Женщина оглядела комнату, но блондинки тут не было. Она поняла, что Маша долго рисовала, судя, по почти законченной картине, очень долго. Брюнетка поднялась и пошла в сторону шума. На кухне Маши не было, но она заметила, что открыта входная дверь: — Ну что опять… — брюнетка прошептала и пошла в сторону коридора. Она заметила, что на полу общего коридора видны влажные шаркающие следы: — Маша? — она шепотом позвала. Девушка стояла у щитка и что-то делала в нем. Лаура подошла и осторожно тронула ее плечо: — Аааа! — блондинка завопила и следом последовало что-то обжигающее и шипящее. — Твою мать! — брюнетка зажмурилась, хватаясь за лицо — Лаура?! — девушка с испуга включила фонарик и увидела брюнетку, — Боже… прости… — Это баллончик с перцем? — Да, я испугалась! — Помогай быстрее, — женщина заливалась слезами от жжения. — Идем, — светловолосая щелкнула переключатель и в коридоре появился свет. Маша провела брюнетку в ванну и включила воду: — Какого хрена ты творишь?! Нахрен тебе баллончик?! — Пробки выбило, я пошла… я включить пошла, а одной страшно, вот и взяла, я не слышала тебя… клянусь я не… — Вот почему тебе нахрен его нельзя давать! — она промывала глаза, — Блин, как жжется. — Сильно? Прости… — Маша виновато смотрела. — Вымой руки и иди проветри коридор, сама не вдыхай там сильно, а то тоже зажжется горло. — Я быстро, — девушка ополоснула руки и умчалась в коридор, исправлять ситуацию. Лаура сидела на краю ванны, когда вернулась Маша. Брюнетка уткнулась в полотенце: — Ты как? — Фух, не знаю, — женщина убрала полотенце и осторожно открыла глаза из которых полились слезы от света и боли, — Черт… еле вижу. — Почему ты не надела очки… — Я и так могу видеть, — брюнетка выдохнула и подошла к зеркалу, — Черт… все опухло. — Прости, пожалуйста. Я не хотела. — Ладно. Идем спать, утром разберемся. — Ты злишься, да? — Честно? Да, — женщина обошла ее и придерживая себя за стену, ушла в спальню, — Иди ложись, а то слепая я тебя точно не найду. — Угу. Утром Лаура проснулась от будильника и села, она попробовала открыть глаза, но картинка была еле четкой, двоилось все и болела голова, горло побаливало при глотании: — Черт… — Ну что? — Маша села и посмотрела нее, — Все красное, мне так жаль. — Сегодня стрельба… — Лаура поджала губы, — Я не смогу стрелять. — И что… что будет? — А что бывает с полицейскими, которые не могут стрелять?! — Лаура хмуро буркнула, поднимаясь и уходя. Дима сидел на лавке, после сдачи норматива, когда из раздевалки пришла Лукина: — Фига, а где солнце, чего ты в очках? — Кхм, — Лаура подвинула темные очки на нос, показывая краснющие глаза и кожу вокруг них. — Охренеть, это че? — Перцовый. — Серьезно?! Где поймала? — Дома. Маша испугалась меня в темноте. Пока включала пробки. — Охереть… — он засмеялся, — А как ты видишь-то? — Херово, — женщина заключила. — Стрельба через 2 часа. — Мое увольнение там же. — Ну, пистолет точно заберут. — Кайф, — женщина обреченно вздохнула и села рядом, — Я знала, что он пойдет и на меня, как увидела.
 — Нахрен ты ей его дала? Она же нервная. — Она купила его сама. — Блин, а… Она просто непредсказуемая. — Факт, — Лаура вздохнула, — Сама тоже хороша… в темноте ее тронула. Позвала раз, надо было и два. — Ну, твоя вина только в том, что просчитывать движение баллончика ты не умеешь. — Угу, — Лукина усмехнулась, — И что делать? — Пробуй попасть в цель. Но сперва пресс. — Да, — она вздохнула и они пошли сдавать нормативы. Лукина на удивление, легче сдала пресс и действительно подумала, что вчера была ошибка или усталость. Брюнетка едва видела лица проверяющих или окружение, но особенно плохо она видела вдали, что сегодня было очень нужно. — Здрасьте, — брюнетка обернулась на голос, — Маша? — Угу, — ей ответил Яров, поднимаясь с лавки, — Привет. — Привет, — девушка подошла к ним. — Что ты тут делаешь? — брюнетка разглядела ее лучше, когда девушка подошла к ним ближе. — Эм… — девушка посмотрела на Диму. — Я пойду, до встречи в тире, — мужчина тактично ушел. — Давай, — брюнетка проводила его взглядом и посмотрела на Машу, — Тебе сюда нельзя, ты чего пришла? — женщина спросила чуть тише. — До встречи, — мимо прошло пару коллег. — До встречи, — женщина кивнула, она больше ориентировалась на голоса. — Я принесла тебе капли, — Маша шепнула. — Какие капли? — Для глаз. После ожога должны помочь. — Где ты взяла их? — Я… — Опять заказала? — Да нет. Я сходила в больницу и узнала все. Была у Татьяны и вот… И я тебе принесла их. Должны помочь. Выбора у тебя особо нет. — Я могу еще сильнее ослепнуть. — А какая уже разница, если ты и так не видишь? — Твоя правда, — брюнетка вздохнула, — Давай. — Даю, — она подвинула капли ближе к лицу и Лукина их взяла в руку. — Сколько капать? — Пару капель. — Точно? — Угу, — Маша кивнула. — Ладно, — брюнетка сняла очки. — Еще дали мазь от отека, но ее на ночь надо. — Мазью от отеков будет мой сон вдали от перцового баллона и его пользователя. Извини, — женщина залила в глаза, — Жжется блин… — Это нормально. Эффект будет не сразу, но станет легче. — Ладно. Все, спасибо, а теперь иди, а то здесь нельзя гражданским быть. — Поняла. Удачи. — Спасибо. Лаура минут 30 сидела прикрыв глаза, когда дошла очередь до нее. В тир брюнетка зашла спокойно снимая очки, здесь был тусклый свет, поэтому светобоязнь снизилась. Она встала у стола и взяла пистолет после команды. Женщина прицелилась и поняла, что видит цель достаточно четко, чтобы попасть. Брюнетка с легкостью начала стрелять в мишени. Заканчивая, она убрала оружие и отошла. Проверяющие приятно были удивлены ее профессионализмом. Маша была у Лукиной, брюнетка пришла после 11: — Эй, ты не спишь? — Нет, — Маша стояла у кухонной тумбы, — Как дела? — Маша… — брюнетка подошла к ней. — Что? — Ты самая лучшая, — брюнетка радостно ее обняла, немного отрывая от земли. — Ты чего? — блондинка с улыбкой смотрела на нее. — Я вижу тебя. Отлично вижу. Конечно свет еще дает дискомфорт. И… я видела мишень. Я отстрелялась круче всех. Мне кажется, стала видеть лучше, чем было до. — Значит… помогло? — Не то слово, — Лукина ее обняла, — Спасибо тебе. — За то что ослепила тебя и потом чуть не подвела под увольнение? — Что вовремя исправила ситуацию, — женщина помотала головой и улыбнулась, — Извини, что я так злилась. — Можно понять. — Обещаю, больше не подкрадываться и не трогать тебя в ночи. — Идет, — девушка улыбнулась, — Чай? — Давай. Только умоюсь и приду.