Когда рассветет

             

In this darkness — Clara La San

                           В коридоре раздался стук. Нечаев отнял руку от двери, поправил пиджак и чуть нервно выдохнул. Не то чтобы его волновало это вынужденное, как выразился Харитон Родионович «свидание», но тем не менее странное предчувствие его не покидало. За дверью послышалось шевеление. Прошла минута, вторая, третья, но никто двери не открыл. Нечаев поколебался еще с мгновение и потянулся, чтобы постучать еще раз. В этот момент дверь открылась, из-за нее показалась Анна Викторовна.       Сергей не раз подмечал наряды, которые биолог подбирала для мероприятий, а как тут, спрашивается, не подметишь? Элегантные костюмы, утонченные платья, сидящие идеально по фигуре и красиво подчеркивающие все выступающие части. Сегодняшнее торжество не было исключением. Платье переливалось нежными оттенками персикового, оно струилось по телу девушки, описывая женственную фигуру. Полупрозрачные рукава были похожи на крылья бабочки, они обрамляли изящные руки, делая весь ее образ еще более воздушным.       «Уже неприлично долго рассматриваете, агент», — Всплыл в мыслях насмешливый голос Харитона Родионовича.       Нечаев тут же посмотрел Анне в глаза, встречая ее одновременно и чуть смущенный, и лукавый, понимающий взгляд.       Девушка в ответ пробежалась глазами по своему сопровождающему на сегодня, конечно, куда более скромно и бегло. Как несложно догадаться, увидеть агента в чем-то классическом и официальном можно редко, но по мнению биолога, брючные костюмы ему очень даже шли. Они подчеркивали атлетичность его телосложения и мужественность черт лица.       — Добрый вечер, Сергей, — Она продолжала смотреть мужчине прямо в глаза.       П-3 отметил, что это был первый раз, когда девушка назвала его по имени.       — Добрый, Анна       Сергей усмехнулся и протянул согнутую в локте руку, предлагая отправиться к месту празднования. Биолог взялась за нее, как бы безмолвно принимая приглашение, и они выдвинулись к театру Майи Плисецкой – пожалуй, самому известному театру в мире. О стальных балеринах, выступающих там, по всему миру ходили чуть ли не легенды, и многие хотят увидеть их своими глазами. У любой медали две стороны, и вторая сторона этого места – «Закулисье», организатором которого является художественный руководитель театра – Степан Ласточкин. Многие из верхушки пользовались его услугами, вернее девочек, под его крылом, а потому про него знает строго ограниченный круг людей. Чтобы удержать место на работе, хоть как-то сравняться со стальными коллегами, которым чужда усталость, любая неточность и эмоциональность, все большему количеству балерин приходится в буквальном смысле продаваться.       — Вы отлично выглядите, красивое платье, кхм, — Агент сам не понял зачем это сказал, вежливость?       — Спасибо, — Для биолога этот абсолютно рядовой комплимент из уст майора прозвучал как-то необычно, неожиданно приятно.       — Знаете…, — Анна Викторовна посмотрела на мужчину, — Вам идут брючные костюмы.       Конкретно в этот момент произнесенная фраза не показалось ей глупой, излишней или ненастоящей, кажется, сказанное было действительно тем, о чем она думала.       П-3 откашлялся, пытаясь спрятать ухмылку в кулак. Было сложно понять шутит девушка или правда так считает, но он для себя решил, что верит во второй вариант.       «Я же говорил», — ехидно прокомментировал Харитон Родионович.       «Закрой пасть», — мысленно прорычал в ответ Нечаев.

***

      Торжество было в самом разгаре, когда пара прошла вглубь театра Майи Плисецкой. Роботы с невероятной скоростью восстановили помещения, которые задействовались на время праздника, и уже сегодня театр распахнул свои двери. Празднование проходило с размахом, все как любит Дмитрий Сергеевич Сеченов. Людей конечно меньше, в сравнении с прошлыми годами, и это торжество можно вполне считать танцем на костях, но Сеченову, как и партии, нужно поддерживать видимость того, что никакого сбоя не было и запуск Коллектива 2.0 идет по плану, особенно учитывая то, что на Челомей прибывает иностранная пресса, поэтому дамы надели свои лучшие платья, а джентельмены элегантные костюмы, и все, натянув на уставшие лица улыбки, вместе празднуют запуск Коллектива 2.0. Вот и сам академик, в компании Штокхаузена и бокала шампанского, стоит неподалеку от буфета в ожидании начала представления. Михаэль о чем-то общался с директором, но, увидев, что тот перевел взгляд от него на кого-то в толпе, замолк и устремил свой туда же. Биолог и академик встретились взглядами и пара решила подойти, чтобы поздороваться.       — Дмитрий Сергеевич, добрый вечер, — Первым заговорил П-3.       — Добрый, Сергей, — Директор кивнул в сторону агента.       — Не ожидал увидеть вас в компании Анны Викторовны, — Волшебник одобряюще улыбнулся.       Нечаев кинул хитрый взгляд в сторону биолога.       — Да я и сам не ожидал.       Девушка сжала локоть майора чуть ощутимее.       — Анна Викторовна, вы снова освещаете собой этот вечер. Выглядите обворожительно, — Сделал комплимент Сеченов, в присущей ему светской манере.       — Льстите мне, Дмитрий Сергеевич, — Отвечала девушка.       — Ни в коем случае.       Несерьезные препирательства между девушкой и академиком отошли на второй план. Параллельно с ними разворачивалась настоящая битва взглядов: злого Штокхаузена и ехидного Нечаева. Напряжение повисло в воздухе, казалось, что оно было осязаемым. Глаза Фрица пылали ревностью, такое не скроешь, сколько не пытайся. Сергей усмехнулся, не отводя взгляд, он смотрел с вызовом. «Знал бы ты правду, Шток…». Первым сдался Фриц. Он сжал зубы и отвел глаза. Прошло не больше пары секунд прежде чем Михаэль заговорил.       — Анна Викторовна, присоединяюсь к словам Дмитрия Сергеевича, вы просто очаровательны, как и всегда.       Комплимент от Фрица вышел каким-то несуразным, в нем сквозило недовольство ее партнером, злость от того, что предпочли не его. Прозвучала рядовая благодарность и пара отправилась к зрительному залу.       Вскоре началась постановка. Удивительная смесь отточенных движений балерин и чарующей живой музыки завораживала Анну. Она с детства любила балет и даже хотела связать с ним свою жизнь, но невысокий рост и расположение ее костей, в частности широкие от природы бедра, решили все за нее. В академии балета на первом же просмотре ей отказали в обучении и предупредили родителей о том, что вряд ли она сможет учиться не только тут, но и в любом другом месте по той же причине, во всяком случае профессионально. Конечно, детской истерики было не избежать, но со временем все проходит и это прошло. Фокус сместился в сторону биологии, сначала в школе, потом в университете и до сих пор. Пусть быть примой театра ей не светило, но искусство танца девушке по-прежнему нравились.       Нечаев словил себя за рассматриванием биолога. Ее глаза искрились, а с лица не сходила улыбка. Он ее восторгов не разделял. Балет это конечно красиво, но, как человек далекий от искусства, агент подобных ярких эмоций не испытывал, хотя честно старался вникнуть. Вдруг, девушка резко развернулась к П-3, да так, что тот аж слегка дернулся.       — Ебучие пироги, — Прошипел майор, пожалуй, громче чем хотелось бы.       Биолог склонилась к агенту и зашептала:       — Сергей, во-первых, мы в театре – не выражайтесь, во-вторых, вам я интереснее постановки? — Анна отстранилась с саркастичной усмешкой и вернула взгляд на сцену.       «Подъеб защитан», — Подумал Нечаев, закатывая глаза и собираясь положить руку на свой подлокотник. Чего он точно не мог ожидать так это того, что его рука ляжет на ладонь сидящей рядом девушки. Он едва сдержался, чтобы, выпучив глаза, не убрать руку тут же. Идея созрела быстро, до ужаса глупая идея, но, по его мнению, единственная способная на данный момент сделать его положение чуть лучше. Агент склонился к уху девушки и прошептал:       — Вы ко мне так близко не склоняйтесь, — Мужской шепот послал теплую волну по телу.       — А то ваш ухажер, если увидит нас сейчас, захочет мне руку оторвать. Ему это, конечно, вряд ли удастся, но зачем нам лишняя драма, м?       Майор приподнял одну бровь и состроил подобие уверенной ухмылки, отстраняясь и убирая ладонь с подлокотника.       Биолог как никогда была рада тому, что их окружал полумрак и никто не увидит ее горящие щеки. «Что. это. мать. его. было?!». Она мельком зыркнула на сидящего недалеко Михаэля, но тот был спокоен как удав. Чего девушка не заметила, так это взгляда директора предприятия, он как раз, в отличие от немца, их перешептывания заметил. Девушка постаралась принять самый непринужденный вид. Показать, что эта близость вызвала желаемую реакцию и признать поражение? Ни за что!       — Так, голубки, вы уже меня засмущали, а вокруг вас еще люди. Они не глухие и не слепые, так что оставьте свои амурные игры на потом, — Неожиданно ожил Харитон Родионович.       — ХРАЗ! — в унисон прошипели они.       — Все-все, молчу.       — Разве искусственный интеллект может так себя вести? — Возник у биолога логичный вопрос.       — Ну он не совсем искусственный интеллект…       — Это как?       — Там долгая история. Как-нибудь расскажу.       Девушка посмотрела на Нечаева в недоумении, но донимать не стала. Постановку досмотрели в тишине.       Объявили антракт – свет озарил ложу, где сидели члены партии, директор предприятия и руководители его комплексов. Агент отправился на перекур, девушка же решила остаться в фойе. Дмитрия Сергеевича в буквальном смысле смела пресса, стоило ему только покинуть свое место. Вопросы сыпались градом и гул вокруг него не затихал. Михаэль стоял там же неподалеку, внимания он получал значительно меньше.       Недолго думая, биолог решила пройтись по театру. Она витала в своих мыслях, а ей определенно было что обдумать, например: майор Нечаев, Сергей Алексеевич, агент П-3, а она точно подумала про ее сопровождающего на сегодняшнем торжестве? Чем дольше Анна шла, тем меньше узнавала местность вокруг. Девушка бродила по узким коридорам, каким-то комнатам и то, что ее окружало, стало больше напоминать служебные ходы. Опомнилась она в уже абсолютно незнакомом пустынном коридоре.       «Ну дела, как под гипнозом. Чертов Нечаев…», — Подумала биолог. Девушка оглянулась, пытаясь зацепиться за что-нибудь знакомое и таки зацепилась, только не за что-то, а за кого-то. Из дальнего помещения вышел Степан Ласточкин. Анну удивило то, что он здесь, а не отвечает на многочисленные вопросы журналистов, худрук театра как никак. Она уже хотела подойти, но Ласточкин сам увидел девушку и направился в ее сторону. В глазах мелькнуло удивление, но через мгновение оно исчезло и его лицо приняло привычное заискивающее выражение.       — Анна Викторовна, какая приятная встреча!       Степан взял руку девушки в свою и оставил легкий поцелуй. Анна улыбнулась на этот жест и поздоровалась в ответ. Такому поведению она не удивилась, мужчина всегда был до мозга костей джентельменом.       — Не думал, что встречу вас в моем царстве грез.       Степан положил руку на лопатки биолога направляя ее к помещению из которого только что вышел сам.       «Царство грез? Куда я забрела?» — Пронеслось у девушки в голове. Про особенную деятельность Ласточкина она слышала краем уха, но толком не вникала. Биолог попыталась попросить вывести ее отсюда, но прежде чем она сумела сформулировать, ее перебили:       — Анна, голубушка, ну что вы. Не первый день знакомы, я все понимаю. Естественно все конфиденциально, не волнуйтесь. Вы останетесь довольны.       Он будто специально не давал сказать. «Что там должно остаться конфиденциальным?». Девушка активно пыталась понять куда ее ведут. Ведь и не вырвешься так просто — некрасиво. Наконец пара подошла к арке, завешанной красным бархатом, напоминающим кулису на сцене.       — Добро пожаловать! — Через чур торжественным тоном провозгласил он, одергивая бархат.       Девушка неловко улыбнулась и прошла внутрь, а Степан за ней. Ее глаза округлились, стоило ей увидеть происходящее. Такого ожидать она точно не могла. Первым, что бросалось в глаза были мужчины в компании как живых балерин, так и их стальных коллег. Танцовщицы без стеснений льнули к своим гостям, а те им не уступали и спокойно тянули руки под их пачки прямо при всех. Все помещение было завешано тем же материалом, напоминающим кулисы, что и вход, пахло сигарами, алкоголем, какими-то благовониями, да так, что от одного вдоха пьянеешь. Официанты петляли между столиков, разнося напитки, и, даже их, гости умудрялись ощупать.       — Ну как? Впечатляет?