Dinner is served!

Работа официнантом та ещё сложность. Постоянная улыбка до ушей, боль в ногах. Зато за такую работёнку можешь получить хоть какие-то гроши, чтобы оплатить свою съемную ледяную однушку. Чан не был богат, да и по специальности не работал. Из-за желания родителей поступил на юриста, несмотря на то, что они умерли очень давно. Но он дал обещание, что получит высшее образование. А теперь ему даже жить негде. Квартиру родителей арестовали и закрыли их многочисленные кредиты, а сыну ничего не осталось. Брат и сестра уехали далеко, парень даже не может с ними связаться, а ведь очень любит их. Работать официантом иногда не так уж и сложно, да и весело в каких-то моментах. Небольшие деньги, зато работа нравится парню. Словно он родился для этой профессии. Да и глазки можно было построить богатому дяденьке. Может влюбится кто-нибудь и Чан станет жить в тепле, богатстве и любви. Хотя для него любовь больная тема, поскольку уже любил очень сильно, а потом долго приходил в себя после расставания. Но он всегда был открыт новым знакомствам, поэтому рассчитывал подцепить свою последнюю и самую сильную любовь. В ресторан, где работал Чан, частенько заглядывают бизнесмены, боссы корпораций, да и просто богатенькие папочки и мамочки. Как же он им завидовал, ведь они даже вторую половинку себе купить. А Чану даже на половинку яблока иногда не хватало. Вот и грустно. Но сегодняшний день скрасила одна лисья рожа, которая очень хотела кофе с шоколадным чизкейком. Да пусть он им подавится! Чмо недоёбанное! Кофе ему горький, сам же сказал без сахара. Без конфузов никогда не проходил рабочий день официанта. Поэтому даже сегодня были отвратительные клиенты. Или клиент. Его дружки вроде нормальные, а сам папкин сынок был занозой в заднице. Мелкий миллионер так и пищал о своём никчёмном авторитете, который здесь никому не сдался. Не его территория, здесь любят Чана и слушают только Чана. — Твой кофе слишком горький, переделывай, — лис слишком сильно швырнул стакан в сторону официанта, что заставило того отскочить. — Ссыкло ты, а не работник. Руки в ноги и работай, жопастый. Спасибо, конечно, за комплимент, ведь жопа у Чана была и правда хорошая. Но остальные слова просто убили парня. — Вы сами попросили без сахара, поэтому кофе горький. Это равносильно сексу без смазки. С ней хорошо, без неё — плохо. Не собираюсь переделывать заказ. Я официант, а не бариста, — Чан спокойно ответил посетителю. — Ты глухой или тупой? Кофе переделай, — парень прочитал бейджик Чана и слегка ухмыльнулся. — Официант Бан Чан. Тебе больше идёт статус бариста, жопастик. — Я общаюсь с вами довольно вежливо, а вы — нет. И если ваш кофе слишком горький, то просто добавьте сахара. Нет смысла заново его заваривать, — Бан случайно задел рукой чашку кофе и пролил его прямо на брюки этого наглого засранца. — Ах, извините. Видимо сегодня не ваш день, всего доброго. — Тварь ты, жопастый. Сынмин, у тебя с собой ножи? — парень резко обратился к своему подчинённому. — Они всегда со мной, Чонин, — Сынмин аккуратно похлопал себя по бедру, намекая, что там то и находятся острые перочинные ножики. — Я без них не могу. — Ты девчонка что ли? Я помню, что такие носили девушки в фильмах, — ещё один парень за столом усмехнулся над напарником. — Если ты не умеешь ими пользоваться, то закрой свой грязный рот, Хван, — Сынмин огрызнулся в сторону Хвана. Никто не смеет осуждать его великолепное оружие. — Боюсь тебя, милый, — Хёнджин ласково улыбнулся парню. — Хватит! Теперь перейдём к вашему заданию, придурки. Вы должны дождаться официанта сегодня вечером и привезти его к нам на загородную дачу. Отец не должен узнать об этом, за вами не должно быть хвоста. Если что, то я подстрахую вас на выезде из города. Не наводите шумихи и будьте осторожны. Он нужен мне живым, — Чонин оглядел парней и сложил руки в замок. — Надеюсь вам понятна ваша работа на сегодня? — А зачем он тебе? Отомстить за кофе? Это глупо тогда, — Хёнджин выгнул бровь. — За свои слова нужно уметь отвечать. Работает в таком приличном месте и так плохо общается с посетителями, — Ян конечно не озвучил всей причины поимки официанта. Но ему слишком скучно последние дни, поэтому нужно как-то развлечься. А тут такой повод: наглый официант отказался переделывать кофе. — Но можно же было в кофе добавить немного сахара и тогда всё было бы нормально. К чему это всё? — Сынмин тоже не понимал, зачем Чонину нужен был этот парень. — Вам дали задание. К чему ваши лишние вопросы?! Чтобы в одиннадцать вечера были на окраине города. Вам ясно? — Чонин был на грани. Его бесили собственные подчинённые. Звериная потребность нуждалась в Чане. Если он хочет, то получит своё. Лишь бы отец не узнал, иначе Чонина ждёт блокировка карты и жизнь в грязной общаге. Чего, конечно же, парень не хотел. — Окей, мы поняли, — ребята вместе ответили и проводили взглядом уходящего босса. Надо же, тот реально кого-то захотел помучить. Чонин встал из-за стола и ушёл из заведения, даже не заплатив за кофе. Не будет он платить за горькую мочу в стакане, хотя сам же и забронировал ресторан. Не тот уровень, дорогой. Да и настроение не то, чтобы улыбаться всем. Он увидел цель для пыток, поэтому нужно хорошенько подготовиться к сегодняшнему вечеру. Ему будет хорошо. Даже слишком хорошо… Хёнджин и Сынмин остались в ресторане и продолжили вести разговоры о том, как украсть милого парня. Каким бы дерзким не был его язык, сам Чан был безумно хорош во внешности. Кучерявые тёмные волосы, атлетичная форма тела, милые глазки — всё это делало из парня злой цветочек. Ребята надеялись завести с ним дружелюбный разговор, чтобы не пришлось брать того силой. Иначе будет очень больно. И им, и жертве. — Извини, можешь поговорить с нами десять минут. Ты очень важен нам, — Сынмин включает в ход свои щенячьи глазки и милую улыбочку. Если бы не работа, то Хёнджин давно бы взял эту вершину. Хотя всё ещё впереди. — Я на работе, так что не могу о чём-то болтать с посетителями, — Чан глянул на Кима и спокойно ответил. — Ты не понял, нам нужно поговорить с тобой, — Хёнджин хитро посмотрел на официанта. — Ты освобождён от работы. Этот ресторан забронировал господин Ян. Сегодня не будет посетителей. — Что же, давайте поговорим. А о чём? — Бан отодвинул стул и присел за стол к парням в костюмах. Надо признаться, что тем безумно шло. — До скольки ты сегодня работаешь? — Хёнджин задал вопрос прямо в лоб. Он знал, что Сынмин будет пытаться подобраться к парню другими путями. Поэтому сам решил начать беседу. — Зачем вам эта информация? — что-то подсказывает Чану, что пора уносить ноги. Но ему так интересно, что от него хотят парни. Может работу новую предложат. — Нам в компанию нужен новый сотрудник. Ты идеально подходишь на эту роль, поэтому мы хотели узнать, когда заканчиваются часы твоей работы. — Через два часа я буду полностью свободен. А так через тридцать минут заканчивается моя смена, — ему и правда решили предложить работу. Это ли не счастье, когда появилась возможность на новую жизнь. — Отлично. Можешь идти переодеваться. Мы едем в офис, тебя нужно взять на испытательный срок, — Сынмин указал рукой на дверь. — Мы подождём тебя в машине. — Ладно, дайте мне три минуты, — Чан встал со стула и как бешеный побежал переодеваться. Невозможно оценить наивность Чана, но он не хотел упускать свой последний шанс на лучшую жизнь. Парни всё ещё кажутся подозрительными, потому что они сидели за одним столиком с противным лисом. Но по крайней мере, они намного лояльнее и приятнее того мерзкого типа. Тем временем в зале наступила тишина. Как Хёнджин внезапно прижимает Сынмина в стене, ставя своё колено между ног Кима. — Может ты уже сам скажешь, кто мы друг другу? — Хван шептал на ухо Киму, опаляя своим дыханием кожу парня. Он слегка чмокнул его ухо и прижал его сильнее. — Мы на работе, через две минуты выйдет Чан и мы просто обязаны его поймать. Пусти меня, — Сынмин часто дышал и пытался не смотреть в глаза Хёнджина. — Твоя отговорка уже не работает на меня. Я жду ответа, сладкий, — Хёнджин тихо простонал тому на ухо. Теперь у Сынмина нет выхода. Он попался. — Я-я..поговорим чуть позже. Нам нужно поймать Чана, — Ким сглотнул. — Я обещаю, что мы поговорим. На моей квартире, ведь надо где-то спрятать официанта. — Я дам тебе последний шанс, — Хёнджин взглянул в смущённые глаза напротив. — Иначе я уволюсь и мне придётся начать охоту на тебя. Боюсь, что мой пистолет не хочет такого исхода событий, милый. — Х-хорошо. Чан совершенно ни о чём не подозревая, собрал все свои вещи и пошёл к ребятам. Его наверное заждались, но он просто очень аккуратный человек, поэтому слишком долго и кропотливо укладывал вещи в сумку. Но когда он выходит из комнаты к его лицу прикладывают вонючую тряпку, а в бедро выстреливают какой-то дротик. Ещё две минуты и парень ослабевает в крепкой хватке Сынмина. Не думал Ким, что тот окажется слишком тяжёлым. Но теперь эту тушу нужно было дотащить до машины и уехать незамеченными. Если их увидят, то им крышка. Сначала арест Чонина, а потом достанется и самим парням. В общем, ничего хорошего в таком исходе не случится. Хёнджин спрятал оружие и подбежал на помощь Сынмину. Он схватил Чана под руку и они потащили того к выходу. Пока тащили, Хван успел споткнуться раза два и удариться мизинцем о стул. А ведь всего пару минут назад он стоял и стонал на ухо Сынмину. До чего же катится этот мир! Чана с трудом засунули на пассажирское сидение, поскольку тот слишком расслабился, а весил он чуть меньше центнера. Ребята сели вперёд и уехали на квартиру Сынмина, где в ближайшие часы будут скрываться от отца Чонина и разрабатывать план по выезду из города. На улице около семи вечера, так что на дороге было очень много машин, но за ребятами успел появиться хвост. — А ведь Чонин говорил, чтобы мы были без хвоста, — Сынмин сидел на переднем пассажирском и часто поглядывал назад. — Да это невозможно. Эту тачку можно легко узнать, так что, если это агенты отца, то нам крышка, — Хёнджин начал заметно нервничать. — Ну почему? Мы то можем выкрутиться, а что с этим кабаном будем делать? Что про него скажем? — Уснул. Он просто уснул. Зачем оправдываться? Наш хороший друг просто уснул, — Чан промычал и затих. Хёнджин чуть испугался, ведь не ожидал, что на его речь отреагирует парень на заднем. — Ага, только через тридцать минут он проснётся и оправдываться придётся перед ним, — Сынмин разглядывал промелькающие здания за окном автомобиля и паралелльно представлял все исходы событий. — Опять вырубим. У меня пистолет полон таких дротиков. — Ты дурак? Мы не можем так долго над ним издеваться. Иначе живым до Чонина он не доедет. — Неважно. Мы же привезём его. — Босс сказал, что официант нужен ему живым. Так что будь добр не вырубай его до конца. Мы и так его хорошенько приложили, — Ким посмотрел на Хвана. — Договорились, любимый? — Ты изводишь меня. Мы же не доедем, если ты продолжишь меня динамить, но называть “любимым”, — Хёнджин отвёл свой взгляд от дороги и ласково посмотрел на Сынмина. — Мне правда больно. — Почти приехали. Останавливайся. — Сынмину так не хотелось это говорить, но таковы обстоятельства. У ребят есть ещё свободный час, чтобы расставить все точки над “и”. — Окей. Хёнджин припарковался недалеко от дома Сынмина, но специально поставил машину ближе к кустам, чтобы немного прикрыть номера и внешний вид. Ведь хвост оторвался, но очевидно тот, кто был за рулём, выяснил то, что ему было нужно. Сынмин открыл заднюю дверь и вытащил полусонного Чана. Ребята довели парня до лавочки стали хлопать по лицу, чтобы тот пришёл в себя. Хёнджин даже чуть по носу не заехал, но благо Сынмин оттолкнул его от парня. Он всегда мог успокоить излишний прилив сил Хвана. Его спокойствие и воздух. А судя по прилипчивости Хёнджина к Сынмину, тот просто жить не мог без него. Как без воздуха. Без Сынмина нет жизни. Наконец-то Чан очнулся, правда он не совсем понял где находится, даже сути никакой не уловил. Встать не мог, слишком ослабел, поэтому Хёнджин снова стрельнул ему в бедро и подхватив того под руку, потащил в квартиру Сынмина. Чана закрыли в комнате и оставили отдыхать на диване. Пройдёт около двух часов и только тогда он придёт в себя. Чтобы не терять время, Хван и Ким отправились на кухню выяснять отношения и разрабатывать новый план. — У нас есть два часа до пробуждения Чана и час на выяснения отношений, а другой час на разработку поездки на дачу семьи Ян. С чего начнём, сладкий? — Хёнджин набирает воды в чайник и ставит его кипятиться. — Предлагаю начать с отношений. Ещё одно твоё слащавое словечко в мою сторону и я за себя не ручаюсь. Ты меня изводишь на протяжении трёх месяцев, к чему всё это? — Сынмин прекрасно понимал, что к чему нужно соотнести. И для себя вроде как выбор сделал. Ему важно было услышать Хёнджина, хоть по тому всё было понятно. — Да я люблю тебя. Я больной дурак, который влюбился в своего напарника. Ты в моей голове и просто не могу говорить с тобой серьёзно. Я задыхаюсь от любви к тебе и без тебя мне плохо. Как без воздуха, понимаешь? — Хёнджин облокотился задницей на тумбу и потёр свои глаза. Ни слова больше. Сынмин всё понял. Эта сладость была не просто стёбом, она была поддержкой Хвану. Без него он погаснет. Этого не случится. Не сегодня и не завтра. Не в этой жизни. Сынмин даёт обещание не только себе, но и Хёнджину. Он подходит вплотную к Хвану и мягко целует, заводя руки тому за спину. Так нежно, сладко и искренне. Это было самым верным решением. Никаких больше вариантов. Чайник давно вскипел, только теперь он никого не волнует. Хёнджин тянет Сынмина на себя и целует медленно, тягуче, сминая губы до посинения. Он наслаждается им полность, ведь теперь он в его власти. Он его. Это реальная история их игр, которая закончилась прямо сейчас. Хватит с них игр, пора любить по-настоящему и крепко. Хван оставляет большой засос на шее Кима и осторожно зализывает место засоса, помечая парня. Сынмин часто и громко дышит, тихий стон вырывается из его уст, места в брюках категорически мало. Если бы не работа, то Хёнджин взял бы его на этом чёртовом столе. Пускай там Чан валяется в соседней комнате, единственное, что его останавливало — работа. Поэтому он слегка отстранился от Сынмина и присел за стол. — Уже пол девятого. Пора будить голубчика, ведь время снова впадать в приключения по волшебным лабиринтам, — Хван скрестил руки на груди и закинул одну ногу на стол. — А ему не много ли снотворного на сегодня? Он вообще вспомнит сегодняшний день? — немного обеспокоенно спросил Сынмин. — С ним будет всё нормально, когда он приедет на дачу, а вот, что будет дальше, я не знаю, — Хёнджин пожал плечами и задумался. — Да я тоже, но ведь пора собираться. Только давай теперь я его усыплю, ты слишком грубый. — Для тебя всё можно, сахарный. — Какой же ты слащавый всё-таки, Хёнджин, — Сынмин закатил глаза и пошёл открывать дверь в комнату Чана. — Влюблённый волк уже не волк. Стоит это принять, — Хёнджин прохрустел спиной и немного размялся. Он уже сильно устал, но работа только начинается. Сынмин захватил свою вонючую тряпочку и аккуратно приложил её к лицу официанта. Тот даже очнуться не успел, а его снова усыпляют. Когда-нибудь он проснётся и ему будет очень и очень плохо. А пока что его снова грузят на заднее сидение и ребята уезжают на окраину города. — Вы выехали? — серьёзный голос Чонина в трубке раздался, как гром среди ясного неба. — Да, через час будем на месте назначения. — Отлично. Не опаздывайте и будьте осторожны. Отец начал на вас охоту, — Чонин скинул звонок и в машине услышалось громкое сынминово “Заебись”. — Да ладно, не ссы. Всё будет хорошо, — Хёнджин посмотрел в боковое зеркало. — Или не очень. Возьми мой пистолет из бокового кармана брюк. — Ты серьёзно? За нами опять хвост? Блять, говорила мама не идти сюда работать. — Не бубни, а работай руками, — Сынмин специально задел ладошкой пах Хёнджина. — Да не тут, я всё понимаю, что ты хочешь меня и прочее, но пока только мой пистолет в боковом кармане брюк. — Хорошо, я достал. Что дальше делаем? — Это на случай нападения, — Хёнджин оглянулся. — Сука, пригнись, эта тварь стрелять удумала! — Открывай окно, я сейчас прострелю ему колёса! — Сынмин крикнул парню. — Ты дурак? Колени себе прострели. Не смей ничего сейчас делать, просто лежи. Мы почти оторвались, — Хёнджин вдавил газ в пол и ребята вырвались вперёд на встречу тёмной ночи. Остальная часть поездки прошла довольно хорошо. Ребята доехали лишь с разбитой задней фарой. Если бы не дурацкие преследователи, то всё было бы хорошо. Страх был у всех в машине, кроме Чана. Он спокойно спал на заднем сидении и ни о чём не думал. В какой-то степени ребята завидовали ему, ведь сейчас придётся выслушивать возмущения Чонина, что его малышку знатно прострелили. А потом ещё и его с собой забрать на дачу. Ну а потом свободная комната для Хёнджина и Сынмина, а вот для Чана что-то похуже… Чонин стоял возле дороги и смотрел на свои наручные часы, словно отсчитывал минуты опоздания ребят. Но нет, они прибыли во время. Сынмин открыл окно: — Чонин, ты с нами? Просто у тебя вроде тачки сейчас нет, — Ким посмотрел за Яна. — Я сяду на заднее. Там же Чан? — Да, конечно, ты садись, не задерживайся, — Сынмин взглянул на Хёнджина и понял, что тот слишком напрягся. Ну конечно он напрягся, там же Чан вырубленный сидит, да и задняя фара разбита. Стрёмно, как никогда ранее. Ведь они чуть-чуть уклонились от плана босса. Чонин открыл заднюю дверь и устроился рядом со спящим Чаном. Парнишку хотелось обнять и не отпускать. А ведь ещё днём он был готов убить его. Рука невольно легла на колено Бана и стала неловко поглаживать. Ян очень удивился своей же реакции, но руку не убрал. Он потом разберётся, а сейчас на передних сидениях слишком громко молчат. Обычно не заткнуть, а тут притихли. — Вы язык проглотили? — Чонин взглянул на пару с вопросом. — Да нет, всё нормально. Мы просто немного устали, — здесь даже прямолинейный Хёнджин решил соврать. Ведь по большей части он виноват. — Сейчас едем по прямой, а там на узелке заворачивайте налево. В той стороне всего один дом. — Хорошо, босс. По приезде на дачу, каждый решил пройтись по дому и рассмотреть его. Хоть это и была семейная дача, Чонин был здесь лет шесть назад. Поэтому многое позабыл, но про пыточную в подвале он помнил всегда. Хотя сегодня решил не пользоваться ей, а отправить Чана мучиться или не очень в собственную комнату. Своим помощникам он выделил гостевую комнату. Да, с одной двухспальной кроватью. Да, они будут там спать. Ничего необычного. Но сначала он даст парням финальное задание. — Ребят, слушайте мою последнюю просьбу на сегодня, — Ян подозвал Сынмина и Хёнджина к себе пальцем. — У вас в багажнике есть два килограмма афродизиака. Вам нужно взять немного воды и смешать интересный коктейль. В один стакан налейте коктейль, а в другой простой воды. Стакан с обычной водой поставьте на край подноса, а раствор афродизиака и воды — на середину. — А зачем тебе в тачке два килограмма афродизиака? Кого ты там соблазняешь? — вот здесь Хёнджин не побоялся задать рискованный вопрос. — Отец брал для матери. Дальше историю не знаю. — Тогда это всё объясняет, — Сынмин развернулся в сторону выхода. — Ну ты там поразвлекайся пока что, скоро всё будет готово. Хёнджин, собирай булки в руки и дуй на улицу. Воду не забудь, пожалуйста. — Хорошо, сла… Сынмин, — Хван остановился на полуслове и выбежал на улицу с графином воды. Чонин зашёл в спальню и увидел, что Чан очнулся. Но свет в комнате включать не стал, а то напугает ещё. — Ты проснулся, милый? — Чего? Где я? И кто ты? — Бан попытался разглядеть местность вокруг. Но кроме размытой фигуры напротив ничего не увидел. — Выпьем? Сейчас принесут воды. — Давай ты представишься и потом уже решим, что я с тобой сделаю, — надо же, только очнулся, а уже начал нервничать и угрожать. Чан был и правда удивительный. — Тебе больше идёт должность бариста, крошка, — Чонин ухмыльнулся. — Ты… нахрена ты меня похитил? — Чан нащупал подушку и со всей силы кинул в лицо похитителя. — Воу, полегче, детка, — Ян приблизился к лицу Бана. — Нужно уметь отвечать за свои слова. Поиграем? За дверью послышался неловкий стук и голоса двух напарников. — Ты уверен, что это хорошая идея? — Он даже не поймёт, что в обоих бокалах водичка с афродизиаком. Они в темноте сидят, может хоть расслабятся оба, — Хёнджин крепко держал поднос и ждал ответа. — Слушай, а ты так и не воспользовался ножами. Так что признай, мой пистолет лучше. — Ой, да иди ты к чёрту! За дверью послышалось шуршание и замок открылся. — Ты ещё и дверь запер, лох, — пробурчал официант. — Спасибо за воду, можете быть свободны, — Чонин забрал поднос из рук Хвана и хлопнул дверью, не забыв закрыться на замок. Ребята были в полном шоке от происходящего, но зацикливаться на этом не стали, решив для себя, что лучше посвятят часы спокойствия на поцелуи, секс и прочее. Сложный денёк выдался всё-таки. Между Чаном и Чонином словно пропасть. Ян стоит с подносом, а Чан не торопится брать стакан из рук этого мудилы. — Я выпью, если ты выпьешь половину моего стакана и половину своего. Может ты меня отравить хочешь, откуда мне знать, — Бан хитро прищурился. — Или трахнуть без сознания? — Что ж, я согласен. Давай выпьем, — Чонин прекрасно понимал, что очень и очень рискует. Но он надеялся, что вода поможет ему не возбудиться. Иначе всё пойдёт к чёрту и он отсосёт ему прямо здесь и сейчас. Чонин берёт свой стакан и залпом выпивает половину, а после передаёт его официанту. Тот повторяет тоже самое. Вроде вода, как вода. Ян, конечно же, не знал через какой промежуток времени начнётся действие. Поэтому пока что решил расслабиться, а там как пойдёт… Но Чан не из таких. Он схватил лиса за волосы и опрокинул на пол. Ему хотелось так разукрасить лицо, чтобы того мать родная не узнала. Бан замахнулся кулаком, но его перехватили и с громким выдохом перевернули на спину. В лицо прилетела такая пощёчина, которая как пламя разгорелась по всему лицу. Чонин обхватил его голову и ударил о пол. Чан даже вырубился на пару секунд, чем вызвал волнение на лице Чонина, но как только он очнулся, то пнул парня в шкаф, что тому на голову прилетело пара стеклянных бутылок. Они с дребезгом разбились, оставив после себя горлышки с острыми зубцами. Идеальное оружие для Сынмина! Но жалко сейчас парень не слышал грохота и плавно выцеловывал каждую частичку тела Хвана. Конечно же, Бан схватил горлышко бутылки и успел царапнуть по шее Чонина. Тот вскрикнул и больно замычал. Кровь стекала на грудь, пачкая рубашку. Только теперь Чан понял, что нанёс серьёзную рану противнику и ему стоит помочь. Он кинулся и сел Чонину на бедра, хлопая того по лицу. — У тебя всё в порядке? Тебе очень больно? — Чан облизал свои губы и и стал осматривать шею пострадавшего. — Если ты меня поцелуешь, я буду здоров, как никогда. Я правда вкуснее того кофе, — Чонин смотрел своими затуманенными глазами и очень просил поцелуя. Действие началось. — Ты ёбнулся? Тебе точно две бутылки по голове прилетело, а не триста две? — Триста — отсоси у тракториста, — Ян улыбнулся. — Трактористом буду я, отсосёшь ты у меня, — вот теперь и этого повело. Чан вцепился в лисью шею и стал зализывать ранку, паралелльно мягко целуя кожу за ушком. Парень под ним буквально плавился, кожа горела от прикосновений. Теперь не от пощёчин, а от мягких поцелуев, горячих объятий. Ёще мгновение и Чонин уже без рубашки. Пальцы блуждают по груди, щекочат спину. Чан опускается и немного задевает сосок. Парень под ним вздыхает и негромко простанывает. Хотел поиграть значит? Бан совсем без задней мысли опускает одну руку на пах Яна, чувствуя вставший член. — Ты так сильно хочешь меня? — Д-да…я хочу тебя, — Чонин задыхался, его мысли путались. Всё, что было между ними сейчас вообще необъяснимо. Хотя известна причина сильного возбуждения. Но учитывая то, что Чонин хотел Чана и ранее, до этого злосчастного стакана, то пламя страсти имело огромное значение. — Я не верю тебе, — Бан надавил на член и расстегнул ширинку парня. — Попроси меня. — Милый, оттрахай мою задницу. У тебя ахуительные руки. Воспользуйся ими по полной, — он качнул бёдрами вверх. — Презерватив есть в ящике напротив. — Я всё ещё не верю твоим мольбам, — Чан наклонился к его уху и прикоснулся члена, проводя рукой вверх-вниз. — Ты попросишь меня сильнее? — Да, да, да, — у Чонина полетели звёздочки в глазах. Из уст вырвался протяжный стон, который ласкал слух официанта. Он обхватил его спину руками и оставил алый засос на шее. — Давай, малыш, кончи для меня, — он увеличил темп и совсем чуть-чуть придержал руку на головке. Ещё пару секунд и Чонин кончает прямо в ладошку Бана. Такое было впервые в жизни. Ещё не один не кончал от пары прикосновений к члену, но Чонин смог это сделать. — Если ты не против. То повернись ко мне задом и выгнись так, как только можешь. За спиной парень услышал звуки открытия нового презерватива и немного напрягся. Кто же знал, что они зайдут настолько далеко. В голове было слишком пусто. Он таял в чужих руках, как мороженое на солнце. Тело всё ещё яро реагировало на чужие прикосновения. Один тёплый палец вошёл в него и стал разрабатывать его дырочку. После добавлялось по ещё одному пальцу и когда дошло до того момента, что Чонин чувствовал себя готовым, Чан медленно в него вошёл. То, что член у официанта был хороших размеров, чувствовалось сразу. Тот стал постепенно наращивать темп, вбиваясь в Яна до предела. Его ягодица была краснючая от звонких шлепков. — Тебе хорошо? — Чан прохрипел и прикусил Чонина за мочку уха. — Мне пиздец как хорошо. Быстрее, — парня пробивало током. Ещё пару резких толчков и он кончит окончательно. — Хочешь быстрее? Будет тебе быстрее, — он намеренно замедлился, чем вызвал недовольство снизу, что тот стал сам насаживаться бёдрами, пытаясь удовлетворить себя. Но руки Чана обхватили задницу Чонина и тот стал с громкими шлепками, буквально вбиваться в него. Он кончает одновременно с Чонином и остаётся на пару секунд внутри. А после достаёт член и выкидывает использованный презерватив. Чан обхватывает Яна за талию и валит на кровать. Он немного поглаживает того по животу и целует в плечо. — Ты знаешь, что наш секс слишком абсурдный? — Чонин внезапно стреляет вопросом. — Почему? — Мы выпили по половине стакана афродизиака. — Ты ебанутый? — Чан резко отпускает парня и смотрит на того с большим вопросом в глазах. — Да ладно тебе, я шучу. Не кипятись. Я бы в любом случае был рад с тобой потрахаться, — видимо правда Чану не понравилась, поэтому Чонину пришлось выкручиваться своим способом. — Спасибо, а что дальше делать будем? — Свадьбу играть… Жениться, — Чонин улыбнулся и затянул Бана в объятия, который вообще ничего сейчас не понял.