Я завоюю твоё сердце

      Спартанцы отличались краткостью речи, они не любили много впустую болтать, считали это тратой времени, которое можно использовать для чего-то более важного и полезного. И так как Ван Ибо был из этого рода благородных и смелых воинов, он тоже так думал.       

***

      Предыдущий царь Македонии после покорения Фив и Афин хотел завоевать и Спарту, но не успел. А нынешний правитель почему-то совсем к этому не стремился. Он хотел мира со спартанцами, не в последнюю очередь из-за необъяснимых чувств к одному из них. Нет, он не был влюблён в Ван Ибо, как убеждал себя Сяо Чжань. Это не душевная, а лишь телесная потребность. Правитель давно осознал свою ориентацию и принял, что ему нравятся мужчины. А так как Сяо Чжань с детства привык получать всё, что захочет, то теперь он стремился заполучить себе Ван Ибо. Но сколько бы он ни старался, никак не мог заинтересовать его. «Наши страны давно враждуют, мой отец мечтал завоевать Спарту, видимо поэтому Ван Ибо отказывает мне», – так думал македонский царь.       После того, как Сяо Чжань увидел Ван Ибо вживую, он окончательно потерял покой и написал ему множество писем, но ни на одно не получил ответа, пока однажды, отчаявшись и разозлившись, не отправил послание с текстом: «Если ты мне не подчинишься, я начну войну. И когда я завоюю Спарту, ты целиком и полностью станешь моим». После этого Сяо Чжань впервые получил ответ. Он с ухмылкой развернул свиток, думая про себя, что уж теперь то строптивый спартанец никуда от него не денется, но содержимое письма вызвало в нём огромную волну злости. В послании Ван Ибо было всего лишь одно ёмкое слово «если».       Через несколько дней Сяо Чжань отправил очередное письмо: «Моя армия настолько велика, что если мы выпустим стрелы, то вся Спарта погрузится во тьму. Сдавайся!». Он был доволен этим сообщением, думая, что на этот раз Ван Ибо точно согласится стать его.       Ответ не заставил себя долго ждать, и уже на следующий день царь в гневе рвал на клочки послание, гласящее: «Ничего, будем биться в темноте».       Сяо Чжань больше не мог терпеть, такой дерзкий отказ лишь больше распалил его. И на следующий день правитель Македонии, собравшись, в доспехах, во главе огромной армии выдвинулся в сторону Спарты.