Вода и Кровь

Пасмурное небо, тяжелые облака и моросящий дождь создавали впечатление, будто время замедлилось. Серые каменные здания, стоявшие уже веками, казались еще более древними и могущественными под тяжестью небесных гигантов. Листья на деревьях уже давно опали, голые кроны отбрасывали мрачные тени на старых стенах и площадях. Эта погода придавала городу особый вид, напоминая о его древних корнях, о временах Королей Высокой Башни. Лейтон любил такую погоду больше ярких солнечных дней, она помогала сосредоточиться или уйти в мысли. Он полюбил её ещё в отрочестве, когда гулял по берегу медовички под моросящем дождём. В те моменты Лейтон мог быть искренним с собой, мог снять маску и поразмышлять. Но, уходя с пустынного берега реки, он вновь становился сыном лорда Хайтауэра и наследником Староместа. Старомест, второй по величине город Вестероса, а ныне снова первый, при всей своей величине был более тихим и чистым. Здесь жили лучшие умы Вестероса, именно над Староместом возвышалась величественная Циатедель, правда она меркла на фоне Хайтауэра. Высокая Башня — бывшая твердыня Королей, а ныне Верховных Лордов Простора. Получить этот титул оказалась куда проще, чем многие думали: одна продажная девица с ядом и лорд-наёмник мёртв, а все "его" знаменосцы присягают Староместу. Практически все, Флоренты и Тарли не пожелали признать власть Хайтауэров, но первых неплохо удалось усмирить, взяв их замок в осаду. Через неделю лорд Алекин согласился присягнуть Лейтону, объясняясь, что не мог приехать в Старомест из-за внезапной болезни, а ворон таинственным образом недолетел до Высокой Башни. "Глупец, он думал, что я в это поверю?" — промелькнуло в голове Лейтона. После Ясноводной крепости сир Бейлор должен был отправится к Роговому Холму, но налёт Дотракийцев на Звено помешал этим планам. Бейлору пришлось вести войско на Север, чтобы окончательно разобраться с дикарями Драконьей Недокоролевы. Всё это замедляло выполнение его плана, хорошие новости шли только с Трезубца. Эдмар Талли созвал знамёна, и его войска овладели Золотым Зубом, замок сдался без боя, Алисанна Леффорд не хотела умирать за Беса и Северянина. И хоть Талли поддержали Робба в Войне Пяти Королей, для неё этот андальский род был милее варваров Старков и Беса-отцеубийцы. Пытаться отбить Золотой Зуб Бес не станет. Он знает, что у Талли недостаточно войск для полноценного вторжения в Западные Земели, но налёты он будет вынужден терпеть постоянно. Провал авантюры сына Кивана испортил общую картину Лейтона. "Я думал, что мальчишка способен на восстание в замке, видимо я ошибался", — подумал Хайтауэр. Он не надеялся, что Мартин сможет подчинить себе Западные Земли, хотя бы захватит замок и будет оттягивать силы Беса на себя. Утёс мог стоять долго, еды там хватало. А теперь даже не ясно, где находится сын Робба Старка. Теплилась надежда, что мальчишка додумался оставить его с мамашой в Скале, а не взять в Утёс. Если мальчик Старк окажется в руках Беса, то сможет сместить Короля-Колдуна и объявить королём малолетнего Эддарда Старка с собственным регенством. Он бы смог переманить Талли на пост десницы, и тогда Лейтону пришлось воевать со всем Вестеросом от Дорна до Стены. "Нет, этому не бывать, мальчик скорее умрёт, чем доберется до Королевской Гавани", — пронеслось в голове Старого Хайтауэра. Лейтон взглянул на стол, на котором лежало письмо, принесённое верным шпионом пару дней тому назад. "Лорд Джендри Баратеон созвал знамёна", — было написано в самом начале письма. Выскочка бастард, узаконненый королевой варваров, решил не предавать новых друзей и выступил за брата убийцы его достопочтенной королевы. Многие говорили, что бастард из Винтерфелла был чудесным образом выжившим бастардом Рейегара. Другие поговаривали, что он был даже законным сыном и наследником. Будто бы кронпринц женился на девке Старк при живой Элии. Всё это казалось Лейтону полным бредом, попыткой Паука посадить на трон лояльную марионетку, которая не будет раздражать знатных лордов и голодных крестьян. Но не вышло, заговор Паука раскрыл Бес, правда потом сам за это и поплатился. Однако и тут ему удалось выйти сухим из воды, став королём без короны. Люди винили во всём Короля-Колдуна, но будь Брандон Старк подобен Томмену и происходил из южных домов, чернь бы это не беспокоило. Бес прогадал, посадив на трон Брандона, так же как прогадала Серсея, посадив на трон Джоффри. Будь он умён так же, как его отец, сделал бы десницей любого бестолкового, но знатного лорда, который был бы верен ему, а сам занял менее значительный пост. И правил бы государством, не привлекая внимания, но Бес оказался не таким умным, что, конечно, облегчало план Хайтауэра. Из мыслей Лейтона вырвал стук в дверь. — Да, — спокойным голосом произнёс Старый Хайтауэр. Дверь отворилась, и в проёме показался худой мужчина двадцати пяти лет с каштановыми волосами, зелёными глазами и слабым подбородком. Своими тонкими, как спицы, пальцами он нервно чесал себе руки. — Милорд, найдены сведения о бастарде, как вы и просили, — поклонившись, доложил человек скрипучим голосом. — Какие именно? — указывая рукой на кресло, поинтересовался Лейтон. Послушно повинуясь, мужчина устроился на стуле и, кашлянув, продолжил говорить тем же голосом: — Мне сообщили, что некий мальчишка скрывается в Вольном Городе Браавос. У него волосы цвета угля, тёмно синие глаза, говорит, что прибыл из закатных Королевств. Так же с ним видели девку на три года старше с яркой Валирийской внешностью. У него есть небольшое судно, и на днях он должен отплыть. — Куда конкретно он направляется и как представляется? — взглянув в глаза человека, спросил Хайтауэр. — Об этом он не уточнил. — Видимо знает цену информации, — вставая, посетовал Лейтон. Подойдя к окну, лорд Староместа взглянул вдаль на морскую гладь: — Хорошо, более не задерживаю. Если твой информатор что-нибудь увидет, то я об этом должен узнать первым. Хайтауэры, так же как и Ланнистеры, платят свои долги. Встав и поклонившись, человек спешно покинул кабинет. Если бы нашёлся Эдрик Шторм, то штормовые лорды сразу бы предали Уотерса, как они многократно делали в Войне Пяти Королей. Они предали Станниса, поддержав Ренли. Но потом вернулись к нему, когда Бриенна Тарт убила младшего сына Стеффона Баратеона, а потом снова предали, присягнув Джоффри. Но след Эдрика пропал. Месяц тому назад Лейтону сообщили, что после Черноводный сир Давос Сиворт увёз его в Эссос. Но зачем, никто сказать не мог. Одни утверждали, что Станнис прятал племянника на случай поражения и его растят для будущего вторжения в Вестерос. Другие утверждают, что десница Станниса хотел спрятать Эдрика от Красной Жрицы. Третьи полагают, что Сиворт хотел посадить на трон Эдрика после победы Станниса. Самого Хайтауэру больше интересовало, в какой город был отправлен бастард, а не зачем. Зная прошлое главы дома Сиворт, мальчик может быть где угодно, от Браавоса до Асшая. Информация о браавоском мальчике не казалась ему убедительной, мало черноволосых беженцев из Вестероса при условии войны, которая длится уже шестой год. "Да и что за валирийка с ним? Мне просто опять хотят продать бесполезные сведения или предложить очередного самозванца", — подумал Старый Хайтауэр. В условиях постоянных войн и восстаний таковых развелось немало, несколько недель тому назад вблизи Хайгардена появился человек, выдававший себя за чудом спасшегося Гарлана Тиррела, и пытался выдвинуть свои претензии на Хайгарден. Что ж теперь его голова гордо смотрит на владения его "отца". Джейме Ланнистер оказал великую услугу, уничтожив всех Тиррелов, этим даже превзойдя своего отца. Кто остался в живых, говорили, что полы ещё несколько недель не могли оттереть от крови. — Великий дом стюардов был вырезан в замке своих прошлых сюзеренов, — взяв паузу, Лейтон перевёл свой взгляд на окно, из которого открывался вид на Старомест. — Забавно. *** Бухта была переполнена судами, из-за штормов ходить им было некуда. Ветер сильно трепал знамёна с белым маяком, из-за чего они гордо развевались на мачтах новых кораблей, построенных по заказу лорда Староместа. Из всех судов выделялась "Освещающая путь", большая трёхпалубная галея, она была флагманом флота Хайтауэров. Над её вёслами находилась малая палуба, которая была полностью покрыта скорпионами. После начала вторжения Дейенерис Таргариен, Лейтон приказал построить суда, оснащенные скорпионами для противодействия драконам. Но после гибели всех драконов и пропажи третьего, они не утратили необходимость. На форштевне судна стоял высокий мужчина двадцати восьми лет со светлыми волосами, имеющий гладкие черты лица. На нём были надеты доспехи из серой финифтяной чешуи, а спину укрывал серебрянный плащ. К судну в сопровождении четырёх гвардейцев приближался сам Старый Хайтауэр. Завидев самого Верховного Лорда Простора, моряки и торговцы отшатнулись с дороги и отвесили поклон. Подойдя к доске перекинутой между судном и причалом, мужчина тоже проявил глубокое уважение. — Рад видеть вас в добром здравии, отец, — легко улыбаясь, поприветствовал мужчина. — Гюнтор, — проходя на судно мимо сына, обратился Лейтон, — как продвигается работа? — В скором времени будет достроен "Разящий", через неделю или две, не больше, — Гюнтор устремился вслед за отцом к противоположному борту. Гвардейцы же заняли место около кнехтов. Взглядв двух мужчин устремились на морскую гладь, которую слабо разгонял северный ветер, из-за чего судно покачивалось. — Что ты видишь, сын мой? — переведя глаза на город, спросил лорд Староместа. — Вечный город, который переживёт всех нас, — чуть подумав, ответил младший Хайтауэр. — Годы обучения пошли тебе на пользу, но ты прав отчасти, — Гюнтор недоумевающе уставился на отца. — Это Простор, земля от Дорнийских гор на юге и верной марки на севере. Но его центром был не Старомест, а древняя твердыня Гарденеров... — Хайгарден, — не дав договорить отцу, вздохнул Гюнтор. — Ты прав, Хайгарден — центр Простора, оттуда правили Короли Гарденеры, а позже стюарды Тиррелы, этот замок должен принадлежать сильнейший семье Простора... — вытащив из рукава свиток пергамента, Лейтон протянул его сыну. Взяв свиток из рук, Гюнтор сломал печать с маяком и развернул его: — Его Светлость Верховный Лорд Простора... Лейтон из дома Хайтауэр своей милостью дарую титул лорда Хайгардена с замком и прилегающими территориями своему законному сыну сиру Гюнтору из дома Хайтауэр в вечное пользование с правом наследования, — закончив читать, младший Хайтауэр перевёл свой взгляд на Лейтона, — это великая честь, отец. — Не опорочь почтенный титул лорда Хайгардена.