Мальчик из Питера

Было около половины пятого утра, когда почти счастливый Фёдор ввалился в собственную квартиру, застав там лишь несколько заснувших в разной степени неудобства положениях молодых людей. Стараясь наступать на скрипучий паркет как можно тише, он прокрался на кухню и начал сметать всё подчистую - остатки риса, хлеб, мелкие зелёные яблоки, сворованные из городского сада - всё это сейчас казалось просто невероятно вкусным. Залив это всё небольшим глотком водки, стоявшей на столе, он всё так же тихо направился в ванную - приняв бодрящий холодный душ он быстро переоделся в чистое, кинул вещи в стирку, и, медьком глянув на себя в зеркало, вдруг замер. Подойдя поближе, он прикоснулся кончиками пальцев к стеклу и внимательно рассмотрел человека, недовольно кривящегося на него оттуда. Худой молодой человек с неприлично отросшими темными патлами - глаза красные и уставшие, как у животного. Под ними мешки - Саша наверняка думает, что в них картошка. Кожа болезненно бледная и сероватая - он с детства очень редко гулял, а днём вообще едва ли видел солнечный свет. Застиранная футболка с изображением волка из "Ну, погоди!" висит на нём мешком - он почему-то вспомнил, как купил её на секонде в первый же день после переезда от Пушкиных... Тогда он, не заботясь о возможных финансовых проблемах в будущем, выкинул все свои старые вещи подчистую - от трусов и носков до единственной спортивной сумки, кооторая у него имелась. Затем, взяв часть украденных у отца денег, прошёлся по магазинам и купил с нуля всё необходимое: средства гигиены, одежду, несколько пар обуви, канцтовары, несколько художественных книжек - конечно, что-то пришлось покупать подержанное, но зато оно никак не напоминало ему о том, что осталось позади. Новый этап - новая фаза. В супермаркете он купил шоколадный батончик, банку икры и бутылку водки - её остатки ещё долго стояли на верхней полке в кухонном шкафчике, пока в один прекрасный день их не вылакал Коля. Гоголь... И снова мысли возвращаются к нему. Фёдор отвернулся, неодобрительно хмыкнув напоследок, и тихо покинул ванную, направившись в гостинную. Коля спал на диване - точнее, голова, плечи и правая рука парня покоились на цаетастом покрывале, в то время как ноги покоились на ковре. Он тихонько похрапывал, иногда дергаясь. Выглядело это даже комично - Фёдор невольно засмотрелся на соседа. Затем, осознав что откровенно пялится, поспешил ретироваться. По безмолвному договору спальню, в которой он обосновался, Коля не трогал - но на всякий случай она оставалась запертой на ключ каждый раз, когда он уходил на выходные ночевать в общагу. Мало ли - зайдёт кто-нибудь вусмерть пьяный, разворошит всё, наблюет в углу и завалиться спать на хозяйскую кровать - как в сказке про трёх медведей. Вот только животное тут одно - завалившийся на законное место и блаженно закативший глаза Фёдор. Усталость постепенно брала над ним верх - глаза закалились сами собой, погружая парня в блаженный спасительный сон... Разлепив налившиеся свинцовой тяжестью веки, Фёдор услышал лишь шум ветра, гремящего по старым стоковыми трубам, гул проезжих машин и редкие голоса, доносящиеся с улицы. Голова страшно болела - казалось, её просто разрывало изнутри. Он тихонько застонал, ныряя под одеяло и сворачиваясь калачиком. Ну же, давай - надо лишь найти в себе силы встать и... Его вдруг резко осенило. Резко вынырнув - голова отозвалась страшной болью - он глянул на скромный пейзаж за окном. Небо затянуло серыми тучами - привычная для Питера картина. Из-за этого, наверное, и создавалось впечатление того, что на улице всё ещё утро - но будильник на тумбочке показывал ровно три часа дня. Он впервые в жизни прогулял пары. Вскочив, Фёдор помчался в ванную. Едва он успел добежать как его вырвало. От кашля у него заслезились глаза - он сидел, скрючившись, цепляясь пальцами за холодный фаянс и пытаясь выровнять дыхание. Слёзы медленно катились по щекам, стекая куда-то между щетины на плитку. Чёрт, он не мог, не мог... - Чёрт! - процедил он, вытирая слезы рукавом кофты и с силой приложился об стену головой. - Меня же отчислят... - Ты там в порядку? Похмелда мучит? - Коля вынырнул из-за дверного проема, насвистывая какую-то попсовую мелодию. - Эу, у тя всё окэй? - Фёдор отрицательно промычал что-то и сполз на пол. - Шо тра... Еба, ты шо, ревёшь? - он помотал головой, сворачиваясь в клубок и обнимая себя за плечи. Обычно это помогает успокоиться, но сегодня, видимо, был совсем не его день. Неприятный привкус обжигал язык, усиливая дискомфорт. - Уйди отсюда, - прохрипел Фёдор. Меньше всего он бы хотел, чтобы сейчас Коля начал громко комментировать всё, что с ним происходит, или ещё хуже - начнёт хохотать глядя на то, как его корёжит. - Бля, та тебя прямо трясёт... - неожиданно голос парня посерьёзнел. - Так, а ну, - крепкая ладонь обхватила его за плечо и потянула вверх. Фёдор лишь молча повиновался, принимая сидячее положение. Только сейчас он заметил, что его и впрямь трясёт - Коля лишь молча присел рядом и принялся пристально его разглядывать. От его обычной клоунады не осталось и следа. Брови нахмурены, губы нервно сжаты, взгляд обеспокоенный. Осознав, что он рассматривает его уже слишком долго, Фёдор отвернулся. Дыхание потихоньку возвращалось в норму, трясло уже не так сильно. - Скажи честно - у тя передоз? - напрямую спросил Коля. Фёдор мотнул головой. - Не. Пары прогулял. Впервые в жизни. - секунду между ними висела гробовая тишина, а затем Коля громко расхохотался. - Ты бля знущаешся? Чи просто еблан?! - Фёдор раздражительно поморщился. - Я очень боюсь вылететь со стипендии, так как это мой единственный шанс закончить университет, - тихо произнес он. Смех слегка притих, но всё же не прекратился. - Один. Один їбучий раз ты прогулял. Боже, да я в день столько пропускаю! - воскликнул он и для убедительности презрительно хмыкнул. - Чувак, ты слишком паришься. Ничё с твоей стипухой не случится, вот зуб даю. Всем ващще похуй так-то. Как там деды говорили - один раз не... - он выразительно замолчал и глубокозначно поднял брови. - Кароч, ничо те не буде. Завтра пойдёшь. Давай, не тупи, вставай, - он протянул руку, и Фёдор полностью доверился, опираясь на тёплую ладонь. Встав, он слегка покачнулся - его всё ещё тошнило, а мир вокруг противно кружился. - Спасибо, - тихо сказал он. Коля фыркнул. - Спасибо на хліб не намажешь, - Фёдор нашёл в себе силы, чтобы слегка улыбнуться. - Ага, понял. С меня причитается, - парень довольно кивнул и отпустил его руку, проходя на кухню. - Кстати, вже три, на сколько тебе на работу? - Фёдор налил в стакан воды из-под крана и залпом опрокинул (после такого нервного срыва только это и спасало). Тряхнув головой, он поставил стакан на раковину и инстинктивно глянул на часы - хотя ничего нового не узнал. - Где-то через полчаса надо выйти - работаю сегодня Бог знает где, - он потянулся и направился в ванную. Закрыв дверь и скинув футболку он сел на чугунный бортик и просидел там ещё добрых десять минут, сколупывая чешуйки краски и раздумывая об одном: что же это сейчас было?...