Мальчик из Питера

Дальше начался ад. Фёдор знал, что продаёт не мел или сахар, но чтобы люди специально покупали это... Воспоминания были расплывчатыми - кажется, сначала его вырвало прямо на пол, потом снова и снова... Он почувствовал, как Коля потащил его в ванную, умоляя немного потерпеть, и помог раздеться, а затем и залезть внутрь, включая холодный душ. Это слегка помогло успокоить разгоряченное сознание, но дрожь лишь усилилась. Он стоял на четвереньках, пока его рвало, а холодные струи воды стекали по телу и разбрызгивались на стены и пол. Коля всё это время был рядом - зачем-то убирал с лица волосы и просил держаться. Фёдор не понимал, зачем он это делает, но был ему благодарен. Наконец, его слегка отпустило. Он отполз подальше и просто сидел, бездумно глядя на стену, пока его не затошнило с новой силой. Это повторялось бесчисленное множество раз - цикл как будто бы замыкался и повторялся снова. Но всё это время Коля был рядом. Ближе к утру он отключился во второй раз - заботливая рука не дала ему стукнуться головой о бортик ванной. Через несколько минут он пришёл в себя - всё тело ужасно ломило, руки тряслись, а челюсть жила своей жизнью. Коля помог ему снова сесть и побежал на кухню - спустя минуту он вернулся и принёс с собой стакан воды. Он поднёс его к губам Фёдора и помог сделать несколько глотков - тот попытался его отобрать и нечаянно уронил. Стакан разбился, поранив ему ногу, но сейчас эта боль даже немного помогла прийти в себя. Он рвано выдохнул, слушая как Коля громко матерится, пытаясь собрать крупные осколки, и пробормотал ему, чтобы тот не утруждался сейчас - всё равно они никуда не денутся. Получив лишь наставление сидеть тихо и не рыпаться, тот всё же собрал их и снова убежал на кухню, вернувшись с веником и совком, но тут же зашипел - один из мелких осколков, кажется, всё же поранил его. Проклиная всё на свете, он достал его из ноги и кинул на пол, и принялся подметать. Фёдор внимательно следил за ним, истерически хихикая. Как только он отлучился, парень принялся внимательно смотреть на уже прозрачную воду, стекающую в слив. На периферии сознания промелькнула мысль, что их в этом месяце ждёт большой счёт, он лишь захохотал, подставляя голову под душ. Это оказалось более приятным, чем он ожидал - дрожь слегка утихла. Теперь он думал лишь о холодной воде, стекающей по его волосам. Коля вернулся и спросил его о самочувствии. Фёдор лишь захихикал, пытаясь помотать головой, но это действие сейчас было бы слишком затруднительным. Где-то на задворках сознания он слышал неразборчивые голоса - они шептали ему что-то на неизвестном языке. Постепенно он начал понимать, о чём они шепчут - это была длительная дискуссия о вечном. О вселенной, её природе и натуре, о человечестве, насилии и том, стоит ли вся эта игра свеч. Люди убивают, насилуют и причиняют друг другу столько боли, сколько ни одно живое существо на этой планете никогда бы не смогло. Он попытался что-то возразить - есть ведь и хорошие стороны существования. Любовь там, мелочи жизни, вся эта лабуда, которая заставляет людей оставаться людьми, даже в самые жестокие времена. Коля схватил его за плечи - хватка неприятно обожгла больные мышцы - и принялся трясти, крича, что тот не в себе. Он лишь посмотрел на его лицо - оно было невероятно красивым сейчас. Искаженное болью и отчаянием, но воистину человеческое. Все эти неровности, шрамы и морщинки - они делали его настоящим человеком. Не то, что он - сам себя он всегда считал чем-то за гранью человеческой натуры. Просто больное, мерзкое чудовище, которое сейчас блюёт в ванной от передоза. Он обнял его и расплакался. Коля был слишком прекрасен для этого мира. Он сейчас представлялся ему как ангел, снизошедший на грешную землю ради спасения. Мир не заслуживал его - такого эмоционального, честного, открытого, с его старой советской гитарой, попсовыми песенками и странной речью. Он был готов отдать всё, лишь бы тот был счастлив. Но сейчас... Сейчас он сам делал его таким несчастным. Он прошептал извинение. Затем ещё раз. Шепча бесконечное "прости", он остервенело пытался обнять его настолько крепко, насколько позволяли воющие от боли мышцы и холодный бортик ванной. Он почувствовал, как Коля слегка отстранился, но через секунду и сам залез в ванную - прямо в домашних штанах и футболке. Закрыв слив, он покрутил винтики на кране - вода стала чуть теплее, но всё ещё не была горячей. Наконец, Фёдор ощутил, как ему сейчас была необходима горячая ванная. Он тихо попросил сделать погорячее, и Коля послушно выполнил его просьбу. Сидя в набирающейся ванной, он продолжал рассматривать его лицо - теперь оно было невероятно опустошённым и уставшим. Их ноги соприкасались, а руки были сцеплены - он слегка сильнее, чем требовалось, сжимал колину руку, боясь, что тот попросту исчезнет. За все эти недели Коля стал первым человеком, с которым ему и впрямь было спокойно. Он бывал той ещё занозой в заднице, особенно последние недели, но... Фёдор понимал его. Сейчас он вдруг понял, что тот просто волновался за него. Бесился, что не может ничего сделать с ним, с его работой и зависимостью. Он пытался дистанцироваться, чтобы было не настолько больно. Он... Был готов его потерять? Он всхлипнул, осознав, насколько ужасной была их ситуация. И всё же... Он не ушёл. Он был рядом, хоть и злился. Он всё так же оплачивал счета, готовил ему, терпел его незаконную деятельность, даже старался отсрочить его неизбежную смерть. А сейчас он сидел с ним в ванной и держал за руку. Их странная связь получилась, сама того не осознавая, крепче, чем просто дружба. Крепче, чем сожительство, чем партнёрство, чем любовь... Он был готов доверить ему своё тело, свои секреты, своё прошлое. Свои грехи, свои страхи и опасения. Даже своё будущее - он был готов пойти с ним куда угодно и сделать всё, что угодно, лишь бы тот не переставал держать его руку и смотреть на него этим взглядом. Задумавшись, он не сразу заметил, что ванная наполнилась почти до предела - благо, Коля опомнился и прикрыл кран. Ванная наполнилась невероятной тишиной - она нарушалась лишь его тяжёлым дыханием и звуками плещущейся от редких телодвижений воды. Мышцы слегка расслабились, и тело как будто стало потихоньку отходить от этого кошмара. Он всё ещё чувствовал, как дофамин резко падает, и сознание проясняется, раз он наконец может думать, а вместе с этим накатывает и осознание всей мерзости ситуации. Он вздохнул, откидывая голову на бортик. Как же отвратительно он себя сейчас чувствовал. Спасало только то, что Коля был рядом. Его присутствие как будто вселяло лёгкую надежду на то, что всё наладится - он выберется и покончит со всем этим. Внезапно, его голову посетила одна ужасная мысль. А вдруг... Вдруг ему и впрямь нужно покончить со всем этим? Он поднял голову и внимательно рассмотрел слегка сонного Колю. Он, кажется, тоже был погружён в свои мысли. Он не бросит его, Фёдор знал - это доверие было двухсторонним. Но... Что если он сам его бросит? Бросит всё. Повесится. Это был ужасный вариант, но сейчас он просто не видел другого. Он задолжал достаточно большую сумму денег, нажил себе врагов в виде умалишённых кавказцев, был в шаге от того, чтобы тот, кого он когда-то считал хорошим знакомым, сдал его отцу. А он уж точно не станет с ним церемониться - он устроит ему самую жуткую смерть, которую только можно вообразить. Не лучше ли было сейчас просто довести дела до логического финала и умереть? Коля... Коля уж точно не заслуживал такого, как он. Проблемного монстра, который только доставляет всем неприятности. Ходячей проблемы. Он был достоин всех его любимых исполнителей, самой лучшей сцены, самых вкусных блюд и самого лучшего человека на планете. Но кто сказал, что все всегда получают то, что заслуживают? Недолго думая, он сократил расстояние между ними и накрыл его губы своими. Поцелуй вышел слегка скомканным, но зато честным: Коля, спустя секунду, ответил, слегка прикусывая его губу. Положив руки на его плечи, он легко притянул его к себе, обнимая. Они целовались, отчаянно ища друг в друге спасение, тот самый островок безопасности в бурлящем вокруг круговороте событий. В этом поцелуе было столько боли и отчаяния, но также нежности и заботы. Он не был страстным или возбуждающим - это была попытка окончательно слиться в одно целое, дабы защититься. Они лишь спокойно целовали друг друга, зная, что всё почти закончилось. Наконец, слегка отстранившись, Коля нежно поцеловал его в лоб, и предложил переодеться в сухое и пойти наконец поспать. Фёдор кивнул - им обоим нужно было хорошенько отдохнуть после случившегося. В ту ночь они с пали на одной кровати.