Doki Doki, guardhouse!

Я снова не заметил, как глубоко задумался. Если посмотреть на меня со стороны, то выглядел как идиот, вот ей богу: взгляд в никуда, шатаюсь в разные стороны... Но как вдруг из, так называемого, "транса" меня вывел громкий голос капитана. Капитан: "Бананы из ушей вытащи!" Я сразу почувствовал, как невольно вздрогнул. А ведь никак и возразить не можешь... Надо слушаться каждого слова этого отморозка в фуражке. Ну и каково жить во времена, когда всё решает лишь статус... Хотя, а были ли времена, когда он что-то не решал? Продолжая слушать, как разглагольствовал капитан, я услышал чей-то голос,который явно отличался от капитана. Звучал он словно так, как мой, если бы я не скрывал весь тот страх, который так усердно прятал от окружающих. Голос, легкими вибрациями, раздался по коридору. ???: "Товарищ капитан..." Капитан: "МОЛЧАТЬ! Скотина, блять. Только с моего разрешения." Ах, да... Это же охранник. Иными словами Александр Маслаев. А вообще, если сказать ещё проще, жалкая пешка капитана. Вроде и возрастом, как я, в таком же месте, но участи у нас разные. Интересное зрелище... Вроде и статусом тот выше, но он более беспомощный, нежели я в качестве младшего офицера. Сразу было видно, как после крика охранник замер, слегка неловко топчась на месте и спрятав руки за спину, словно маленький ребёнок которого спалили за кражей чего-то. В любом случае, ассоциации у меня были такие. Капитан, положив руки в свой темно-зеленый пиджак, коротко сказал. Капитан: "Чего тебе?" Хех. Вот бы также тот коротко свои лекции рассказывал... Но не суть. Охранник: "Вы... Точно уверены, что это принесёт какую-то пользу? То-есть... Никаких подготовок? Какой смысл, если результат... Вряд-ли будет радовать." Капитан, словно хищник перед нападением, впился своим острым взглядом на охранника который, каким-то образом, в таком месте посмел высказать своё мнение. После того, как охранник закончил, капитан твёрдым шагом подошел к нему. Так и чувствовалось со стороны тот гнев, который тот копил во время того, как тот излаживал свою позицию. С лёгкой усмешкой капитан, поправив фуражку, начал говорить. Капитан: "Какой смелый, сука. Твоё мнение - есть твоё мнение... Ведь другим оно нахер не нужно." Прошипел сквозь зубы капитан, схватив охранника за воротник и потянув к себе, приблизившись лицом к лицу охранника, говоря издевательским тоном. Капитан: "А, блять? Лучше бы сидел, блять, в кабинете своём и не вылазил, дерьмо. Да как ты посмел свой рот чёртов открывать, пока говорю Я?" Капитан оттолкнул охранника от себя, чуть-ли не свалив его с ног. По его взгляду сразу же можно было понять, что тот уже тысячу раз успел пожалеть о том, что решил влезть в разговор. Тем временем я, наблюдая за картиной, уже подумывал тихонько пойти обратно в свою камеру... Но нет, не всё так просто. Мельком взглянув на нас, капитан сделал пару шагов назад и обратился к охраннику. Капитан: "За компанию и ты будешь писать. Понял?" Охранник: "Понял." Капитан: "Понял?!" Охранник: "Да." Капитан: "Давай. Свободен." Сказал капитан. Честно, мне на это всё смотреть не хотелось... Пусть и подобные вещи стали для меня чем-то обыденным, в некоторые моменты это ужасно выводило. "Всех разъебал бы...", - как говорил охранник самому себе, когда проходил мимо наших камер во время того, как мы все спали. Сквозь поток своих мыслей я слышал шуршание бумаг и, позже, удаляющиеся шаги. Если судить по их тяжести то, видимо, это был капитан. Я и мой сокамерник уже собирались уходить, как вдруг...

"Ай! Это ещё что за черт возьми?!"

Что-то твёрдое прилетело мне в затылок...Тихонько про себя матернувшись, я взглянул назад. Это... Маленький блокнотик? Наклонившись и поднял, я не заметил, как передо мной появился сам охранник своей персоной, положив руки на бёдра, глядя с мелким раздражением. - Э.. Это ещё зачем? Охранник: "Бля... Совсем не слушал? Стихи писать будешь." Честно, мне сразу же хотелось смять этот блокнотик в руках и кинуть охраннику в лицо. Я всё ещё считал и буду считать, что это полная бредятина. Военная обстановка, возможность расстрела... Причём здесь это? Хотя, как можно не понять, что это очередная попытка капитана как-то над нами поглумиться. Военный социопат, большего и не скажешь про него. Охранник, сразу же, протянул ручку. Видимо, всё это дал ему капитан когда я, как обычно, летал в облаках. - Не буду ничего я писать! Я, словно как капризный ребёнок, рявкнул в ответ охраннику. Мне на этот листок и ручку, если честно и противно уже было смотреть, особенно зная, что мне обязательно надо сделать ерунду по приказу какого-то садистского недоумка, при-этом никак этого не избежав. И зачем я это делал, понимая, что мои протесты ни на что не повлияют? Не знаю... Ну, наверное привычка. Охранник строго скрестил руки и, словно научившись у капитана, таким же твёрдым шагом подошёл ко мне. Охранник: "Тц, говно... Будешь писать!" - Ёпт... Да отъебись ты со своим пи-... Не успел договорить я, как вдруг охранник твёрдо толкнул меня внутрь камеры вместе с Пахомом. Стоял я прямо возле двери в свою камеру, так что ему не составило труда меня затолкнуть туда. Ёпты... Вроде и хилый немного на вид, но силёнка долбит не хуже со стороны капитана. ""Если трусу возможность дать - все его жестокие мысли проявляться в явь", - сразу же пронеслась придуманная мной пословица в голове. Раздражённо зарычав сквозь зубы, глядя на захлопнувшуюся металлическую дверь, ко мне вдруг обратился Сергей. Пахом: "Браток... Листок дашь-то? Тоже напишу что-то... Ты как, первым или после меня?" -... После тебя лучше. Мне время для идей надо Пробормотал я тихо, открыв блокнотик и вырвав листок... Не идеально вырвал, конечно, помял его чуток... ну и так сойдёт, я думаю. Книгу по обложке же не судят? Хотя... Кого это волнует. Протянув слегка помятый листок в клеточку и ручку, я отступил и сел на один из деревянных поддонов на полу, выпрямив ноги вперёд. Пахом: "Ну хорошо... Сиди, сиди... Напишу щас быстренько." Сказал мой сокамерник и, запрыгнув на трубу, начал задумчиво глядеть на листок, держа ручку возле губ. Сначала я слегка обрадовался, что у меня появилось хоть малейшее время для отдыха, но... Как вдруг над головой Пахома, словно засветилась лампочка. В том смысле, к нему наконец пришло вдохновение и понимание того, что он делает... И тот начал что-то агрессивно писать, положив сам листок со своим будущим творением на трубу. Писал так, словно списывал какой-то текст... Я и сам поймал себя на мысли, что слегка растерялся. Но, пожалуй, отвлекать его не буду... Лучше уж напишет то, что хотел, лишь бы не получать пизды и за него, и за себя... Причём тут я, если виновен он? Ну, наверное из-за того, что в этой гауптвахте уже за одно твоё существование хотят стереть с лица земли. Спустя 15 минут, если судить по ощущениям, Пахом удовлётворенно выдохнул и, сложив листок, положив его себе в карман. С легкой улыбкой тот, с трубы, протянул мне ручку. Пахом: "Ну, братишка... Пиши, твори. Всё сможешь!" -... Я решил промолчать, чтобы Пахом не подхватил одну из моих фраз и, магическим образом, вспомнил бы одну из своих историй, которыми тот меня любил отвлекать. Вырвав очередной листок с блокнота, я положил листок себе на колено и начал размышлять.

"И что же приносит мне вдохновения? Тот жирдяй? Та муха, которая неустанно вертится у меня возле головы, словно как нимб? Эта капающая вода? А может... Лучше основываться на тех чувствах, которые я испытываю? Да, неплохая идея. Но только вопрос... А что я испытываю, если мои эмоции ещё окончательно не притупились?"

Тяжело выдохнув и слушая, как вода маленькими и редкими капельками капала на пол, я положил пишущий узел ручки на листок и начал писать то, что первое приходило в голову. Честно, для меня было важнее всего, чтобы это великое произведение как у уважаемого... Э-э... Как там его.. Степан Разин? Да, вроде так. Кхм, что-то я не о том думаю. В таком месте мне, кажется, любого бы охватило... Отчаяние. А также депрессия, постоянный стресс... Понимание того, как твоя жизнь стала жалкой и никому не нужной. Хотя, нужна ли она была кому-то раньше? А также чувство того, что твои мечты рассыпались в прах и ты будешь гнить здесь до конца своих дней. Но а также есть маленькие надежды о свободе, желание обрести своё "я".

Так... И какие темы я выбрал? Депрессия, отчаяние, стресс, жалость, бессмысленность, надежды, мечты, гниение, индивидуальность, свобода.

Фух... Это было, конечно, нелегко, но я справился! Хотя, честно, я даже перечитывать не хочу, чтобы портить себе впечатление... Пусть будет, как будет. Последовав примеру Пахому, я сложил листок и положил в карман шинели и блокнот с ручкой туда же. Запрыгнув на трубу, я лёг на спину, прислушиваясь к каждому звуку. Но, ничего любопытного не услышав, я закрыл глаза. Пусть и вся эта тема с поэмами казалась мне полным бредом, это было... Неплохой терапией, если так посудить. Вылить все свои эмоции и чувства в листок... Любым способом. И рисование, и писательство, и музыка... Так вот, что означает искреннее творчество. Завтра утром я услышу тот удар в дверь, завтра утром я услышу тот грубый голос начальника, завтра утром все прочтут мою поэму.