Какой бог войны!?

Пик Цин Цзин; Библиотека Пика Цин Цзин Переселенец глубоко вздохнул. - Наконец-то… наконец-то спокойствие… - Я так понимаю, пик Бай Чжань тебе не очень понравился? - Цзю передает ему бутылку воды, за что он не может не отблагодарить его. Он проглатывает почти половину напитка за один раз, восстанавливая водный баланс своего уставшего тела. Лю Фэйянь мог описать свой опыт похода на пик Бай Чжань только как хаотичный. Как только он приземлился на пороге дома первоначального владельца, на него напала группа шумных подростков, которые предложили ему спарринг с настоящими мечами в руках. Его буквально чуть не ударили мечом несколько раз, прежде чем ему удалось каким-то образом одержать верх и победить их, используя чудовищную силу этого тела. Когда он подумал, что наконец-то может вздохнуть с облегчением, на место происшествия прибыл щицзунь первоначального владельца этого тела, громко смеясь, и так сильно ударил его по спине, что он подумал, что его позвоночник сломается от внезапного удара. Он поклялся, что если бы не физическая выносливость этого тела, он бы уже кашлял кровью от удара. По крайней мере, каким бы избалованным ни был этот паршивец, он не пропускал тренировки, которые, по его мнению, на самом деле не были лучшим вариантом в этой безумной среде выживания наиболее приспособленных. Он искренне задавался вопросом, сможет ли он здесь выжить и вернуться домой с целым разумом... К счастью для него, слава небесам, шицзунь этого мальчишки, который сопровождал его на вершину по поручению, прочитал полную лекцию Лорду Пика Бай Чжань за то, что он почти вывел из строя пациента его пика, как только он наконец выздоровел. Пиковый Лорд уделял большое внимание хрупкому состоянию его здоровья, советуя своему боевому брату позволить мальчику постепенно реабилитировать свое тело и не оказывать на него ненужного давления больше, чем он уже оказывает! Если на этот раз он не сделает именно то, что он говорит, то, скажем так, он хотел в полной мере просветить своего брата в то, что значит навлечь на себя гнев целителя... Хорошо, это серьезно напугало его до чертиков. Это напомнило ему поговорку: «Никогда не делайте врага из тех, кто занимается медициной». Причина совершенно очевидна в том, как целитель сверкал иглами прямо на глазах у своего брата по боевым искусствам... Вернувшись домой, он поклялся, что будет вести себя более прилично в больницах и на самом деле прислушиваться к указаниям врача, независимо от его мнения. Затем целитель вручил ему руководство, описывающее его строгий режим физиотерапии, чтобы помочь восстановить утраченную выносливость и силу его тела во время посещения пика Цянь Цао для еженедельных осмотров и лечения иглоукалыванием, чтобы настроить его духовные вены и нервную систему. Ах да, он не забыл напомнить Лю Цингэ о своем наказании за то, что он не только не подчинялся старшим, но и безрассудно подвергал опасности себя и других во время этой миссии, которую, кстати, он взял на себя без разрешения своего шицзуня. Поскольку он был учеником Пика Бай Чжань, физическое наказание было для него невозможным, поскольку это вряд ли имело бы какой-либо эффект. Лучшим способом преподать урок для учеников Бай Чжаня было поручить им задания, требующие интеллекта, что, учитывая их характер, было одной из самых жестоких форм пыток. Но не для Лю Фэйяня. Он не из тех, кто умен, и в любой случайный день он мог бы избежать подобных задач, если бы у него был выбор. Однако вместо того, чтобы оставаться в этой сумасшедшей дыре, где его жизнь постоянно подвергалась опасности, он предпочел бы быть похороненным в бумажной волоките, большое вам спасибо! Хуже всего, продолжал пиковый лорд , то, что ему придется проводить свое наказание на пике Цин Цзин под присмотром своего ненавистного врага, этой отвратительной мрази. На самом деле Лю Фэйяню хватило ума не послать этих идиотов вслух. Однако он не мог позволить себе, чтобы его выгнали отсюда как самозванца и предали забвению его душу. Так что все, что он действительно мог сделать, это хрюкнуть, как ему приказал Цзю. Пиковые лорды намеревались использовать это наказание, чтобы силой исправить отношения между двумя главными учениками, чтобы они смогли сотрудничать друг с другом, когда придет время. Или хотя бы перестанут рвать друг другу глотки каждый раз, когда они встречаются. Теперь он наконец-то здесь, вдали от этих животных! Цзю вздохнул после того, как закончил слушать о его пребывании на пике Бай Чжань. - На самом деле, если бы не пик Сюнь Шу, я бы подумал, что пик Бай Чжан был зоопарком. Лю Фэйянь кивает в полном согласии: - Я говорю только о стае диких животных. Просто удивительно, как это место вообще умудряется существовать. - За это им следует поблагодарить пик Ань Дин. Этот пик является вершиной логистики и управляет финансами секты, а также поставками, ремонтом оборудования и, если быть честным, практически всем. Единственная причина, по которой пик Бай Чжан все еще сохраняет свое положение обусловлено их тщательным управлением. - Цзю объясняет ему. - О боже, мне их очень жаль. Я проделал свою долю работы по проверке и заполнению некоторых вопросов по снабжению и управлению складами, но на самом деле они были чертовой занозой в заднице. Не думаю, что мой слабый мозг справится с этим. - Лю Фэйянь стонет, вспоминая груды документов на своем столе в строительной компании, в которой он работал. Это была небольшая компания с небольшим штатом сотрудников, поэтому многим сотрудникам приходилось выполнять несколько задач одновременно, чтобы выполнить работу, что означало ведение документации, которой обычно должны были заниматься офисные работники. - Если у тебя есть опыт работы с документами, у тебя не должно возникнуть проблем с выполнением этой задачи. На самом деле это просто базовые вещи. Если есть какие-то слова, которые ты не можешь прочитать или понять, я их объясню. - Затем молодой человек передает ему порученные ему документы. Его бровь дёргается, когда он видит огромные чертовски жирные буквы «плата за ремонт здания», написанные в начале свитка. Даже такой идиот, как он, мог понять, что это такое. - Эти... Цзю кивает, подтверждая его подозрения. - Да, по сути, ваше тело должно ресторану за то, что он великолепно проделал две огромные дыры в потолке и крыше, а также разрушил большую часть интерьера. Лю Фэйянь серьезно хочет заплакать: - Прости, не слишком ли поздно покончить с собой прямо здесь и сейчас? Цзю быстро успокаивает его, видя расстроенное и бледное выражение его лица, а его глаза слезятся от того, что написано в свитке: - Не волнуйся, секта уже все это предусмотрела. Твоя задача — просто просмотреть эти свитки и подписать подтверждение на этих документах. - Слава богу — молодой человек вздохнул с облегчением. Но все же что-то продолжало грызть его разум... - Сколько же таких получил этот паршивец за те годы, что он здесь? Цзю на мгновение колеблется, прежде чем наконец ответить: - Достаточно, чтобы опустошить казну маленького процветающего королевства… - ... - атмосфера во всей комнате становится смертельно холодной, когда тишина пронизывает воздух. Тишина нарушается, когда Лю Фэйянь умудряется произнести: - Напомни мне поблагодарить и извиниться перед ребятами из логистики, если я когда-нибудь пересекусь с ними. - Конечно — кивает Цзю, соглашаясь напомнить ему. Уладив это, двое возвращаются к поставленной задаче. - В любом случае, все, что мне нужно сделать, это проверить счет и убедиться, что цифры верны, прежде чем подписать это, верно? - В принципе да. Повелители пиков дали нам целый месяц, чтобы завершить эту задачу, чего, на мой взгляд, было бы недостаточно, если бы это был настоящий Лю шиди. - Услышав слова «месяц» и «недостаточно», молодой человек задумался, насколько ужасно, что этот паршивец тратит так много времени на простое задание, с которым может справиться даже такой идиот, как он. Цзю продолжает отчасти осознавать его мысли, но предпочитает пока игнорировать их: - Но, поскольку это ты, нам следует сделать это довольно быстро. Тогда мы сможем начать твои учебные занятия. Мы можем использовать этот месяц, чтобы показать нашим шицзуням, что мы помирились друг с другом и продемонстрировать нашу готовность наладить наши отношения. Надеюсь, что даже после того, как месяц закончится, мы сможем продолжить наши учебные занятия, не создавая особого шума. Главное — убедить мою шицзунь, тогда она сделает все остальное за нас. Я уже объяснил тебе, что она имеет самое большое влияние после лидера секты, как лорд второго пика. Что бы она ни сказала, к ней прислушаются. - Отлично, так что нам просто нужно привлечь вашего менеджера на нашу сторону, убедив ее, что я вырос и, как вы это называете, каким-то образом увидел свою ошибку. - Лю Фэйяню удается уловить суть плана своего друга. - Да — усмехается Цзю. На самом деле ему искренне нравилось проводить время с этим человеком. Он был гораздо приятнее, чем любой из людей, которых он встречал в своей жизни, за исключением дам из Теплого красного павильона. Он может представить, как у дам отвиснут челюсти, если они когда-нибудь увидят эту сцену. После одного случая у дам затаилась жгучая злоба и обида на напыщенного и высокомерного мальчишку, чьи глаза были явно ослеплены собственным огромным эго. Как смеет этот отвратительный мусор называть их А-Цзю развратным отбросом, когда он был кем угодно, но только не таким! Юному подростку потребовалось некоторое время, чтобы успокоить разгневанных куртизанок, которые буквально хотели зарезать мужчину своими карманными ножиками и очень острыми шпильками... Но если это Фэйянь, он им наверняка понравится. Он не похож на этих идиотских молодых господинов и дам. Он на самом деле слушает, что говорит человек, прежде чем высказывать собственное мнение. Он уважает решения людей, даже если не согласен с ними. Он не слепо верит словам других, а предпочитает посмотреть на человека лично, прежде чем выносить какое-либо суждение. Он был добрым и заботливым, щедрым человеком, что бы он ни говорил. Мужчина умел читать между строк и проявлял большую заботу о благополучии других, даже таких как он. Это как бы вызвало у него любопытство, где лежат его пределы, и непреднамеренно, работая над своей задачей, он непреднамеренно выпалил: - Что ты думаешь о людях, использующих любые средства, чтобы заработать на жизнь? Например, продажа своего тела ... Лю Фэйянь был удивлен внезапным вопросом, который не был связан с поставленной задачей . Тем не менее, он ни капли не колеблется, прежде чем дать ответ, не раздумывая: - Я понимаю их. Я имею в виду, что мы делаем все возможное, чтобы выжить, верно? Я сделал некоторые вещи, которые другие люди сочли бы постыдными. Но благодаря этому мне удалось отправить Минъянь в школу и оплатить больничные расходы Най-наи. Так что я ни капли об этом не жалею. У каждого свои обстоятельства, если это то, что помогает им пережить день, что еще можно об этом сказать? Цзю ошеломленно смотрит на него после его ответа. - Ты действительно так считаешь? - Да, пока они не связываются с детьми или больными людьми, с ними все в порядке - молодой человек на мгновение задумывается, прежде чем добавить: - Хотя было бы лучше, если бы они не были убийцами или преступниками. Полагаю, у них тоже есть свои причины. Ну, я не тот, кто об этом говорит. - Что ты имеешь в виду? — спрашивает Цзю, любопытно наклонив голову. Мысли Лю Фэйяня возвращаются в то время, когда он еще находился в той адской дыре. Это был день, когда он взял сестру за руку и сбежал из этого проклятого места. Он вернулся в приют позже из-за каких-то контрактов и документов, которые ему нужно было прочитать и подписать при приеме на новую работу. Он заранее сообщил родственникам, что опоздает и что ужин в этот день ему не понадобится. Однако он пообещал, что вернется до комендантского часа. Он смог вернуться немного раньше, чем думал, и захотел сделать сестре сюрприз. Он еще не сообщил ей хороших новостей, так как хотел сделать это событие особенным для них. Ведь это было ознаменование их свободы. Первоначально он планировал рассказать ей об этом на следующее утро, но, поскольку он вернулся раньше, он собирался сказать ей, чтобы она наверстывала занятое время, которое он не мог проводить с ней в последнее время. Он захихикал при мысли о том, что увидит радостную и счастливую улыбку своей сестры. Он увидел, что свет в комнате уже выключен, но, зная его сестру, она, вероятно, все еще не спала, ожидая, пока ее Гэгэ уложит ее спать, как она обычно делает. Итак, Лю Фэйянь, не задумываясь, осторожно открывает дверь, стараясь никого не разбудить. Однако вместо того, чтобы его приветствовала его надутая сестра, как он ожидал, он увидел директора приюта, удерживающего его сестру и заглушающего ее крики рукой. Кровь прилила к его голове, и следующее, что он осознал, — это окровавленная фигура полуживого директора приюта, лежащая перед ним. Он был готов нанести ему последний критический удар, пока его сестра не прибежала и не схватила его за талию. Если бы не отчаянные просьбы Минъянь остановиться, он, без сомнения, стал бы убийцей и, вероятно, не пожалел бы об этом. Он ожидал, что консультант будет критиковать его за опасные мысли и полное отсутствие сочувствия к жизни человека, даже если этот человек был самым отвратительным отбросом в мире. Даже спустя все эти годы он не мог заставить себя стыдиться своего хладнокровия. То, с чем он тогда много боролся. Это заставило его чувствовать себя ужасно. Он действительно считал себя холодным бесчувственным монстром. Облегчение, которое он почувствовал, когда консультант сказал ему, что он не монстр из-за таких мыслей. На самом деле он был очень человечным, как и все остальные. Люди, доведенные до крайности, способны на все, особенно когда под угрозой находится их жизнь или выживание их близких. Реакция Лю Фэйяня была результатом накопленного стресса и давления со стороны стрессовой и оскорбительной среды, в которой он вырос. Было неизбежно, что однажды он сломается. То, что ему удалось продержаться так долго, было само чудом. Потом остановился в последнюю секунду... В тот момент Лю Фэйянь не мог быть еще более благодарен своей сестре. Если бы не она, он бы забрел на темную тропу без надежды когда-либо вернуться. Он также был в долгу перед своим боссом и Най-Най. Если бы его босс не дал ему тогда эту работу, кто знает, с какими людьми он бы связался, чтобы сбежать из этого проклятого места. Если бы его найнаи не дала ему свой номер, то, несомненно, в ту ночь, когда они сбежали, брат и сестра бродили бы по улицам бездомные. Ему действительно чертовски повезло, что рядом с ним было так много людей. Он знает, что не многим людям так повезло, как ему, и в результате они впадают в яму отчаяния. Вот почему он так заботился о них. Но разговор с консультантом заставил его осознать, что ему следует больше ценить время, проведенное с ними. В конце концов, у них осталось так много времени. Смерть Най Ная напомнила ему о хрупкости человеческой жизни. Поэтому он сделал все возможное, чтобы начать проводить больше времени с людьми, о которых он заботился и которых любил. - Это означает, что у каждого есть своя история, включая меня. Возможно, однажды, когда я буду готов, я поговорю с тобой об этом — Лю Фэйянь нежно улыбается, заставляя его прекрасный лик сиять. Цзю, казалось, уловил что-то в его настроении и после этого перестал задавать вопросы. После этого они быстро поработали над выполнением поставленной задачи, прежде чем перейти к учебному занятию, которое, честно говоря, заставило его плакать! Пик Цин Цзин; Помещения для главных учеников После того, как они закончили учебу, Шэнь Цзю пошел заполнить сегодняшний отчет о доверчивом духе за день. Что касается счета, Фэйянь был довольно приличным человеком, и у него не было особых проблем с его пониманием, в целом он лишь задавал несколько вопросов здесь и там. Его математические способности были неплохими. Конечно, по сравнению с учениками Пика Ань Дин или Пика Цин Цзин, их не хватало, но они были более чем не плохи, чтобы позволить ему обрабатывать некоторые основные документы здесь и там. Благодаря этому им удалось выполнить задачу за пару шиченов (Фэйянь был довольно тщательным и сказал, что не хочет совершать ошибки и попасть за это в суд), в отличие от Лю Цингэ, где на это ушло бы как минимум от 3 до 5 месяцев. Что касается учебы, то можно сказать, что он определенно видел хуже. Навыки каллиграфии у Фэйяна практически отсутствовали, если не сказать вовсе. По правде говоря, детская каллиграфия была бы лучше. Но, как говорится, практика ведет к совершенству, если человек, о котором идет речь, готов приложить усилия, а Фэйянь был готов это сделать. У него было базовое понимание написания символов, но им нужно было внести некоторые изменения кое-где, прежде чем он начнет изучать более сложные символы. Ценность денег он довольно быстро освоил, скорее всего, из-за своего плохого прошлого. В остальном им придется работать шаг за шагом. Этикет и социальные правила в особенности были для него настоящей головной болью. Но Фэйянь заявил, что он может адаптироваться, если знает, что от этого зависит его жизнь. История, политика, экономика и тому подобные вещи — это те вещи, в которых у него будут трудности. - Полагаю, вот каково это быть студентом, — проворчал мужчина, перелистывая страницы учебника. Шэнь Цзю смог понять, что Лю Фэйянь не смог получить формальное образование в юности, чем-то похожее на него. Все, что он узнал, было основано на практическом опыте. Весьма впечатляюще, если бы ему пришлось сказать это самому. Что ж, современный человек 21-го века должен благодарить за это Интернет. Интернет, по его словам, был инструментом, который позволял пользователям выполнять все виды задач одновременно, включая поиск информационных ресурсов в любом месте и в любое время, при условии, что у них были другие инструменты, называемые «компьютер» или «смартфон» с «подключением к Интернету». К сожалению, Фэйянь не смог многого прояснить по этому поводу, поскольку у него не было четкого понимания механизма этого процесса. В любом случае это был удобный инструмент, который позволял пользователям иметь доступ к любой информации, которую они хотели, и многому у нее научиться, не мучаясь с регистрацией и посещением престижных академий. Фэйянь также объяснил ему, что большинство людей в его эпоху, независимо от социального положения, были грамотными, поэтому у них не было особых трудностей с обращением с инструментом, в отличие от обычных людей этого мира. Мир, в котором жил Фэйянь, был не только технологически развитым, но и общество, проживающее в нем, было также очень просвещенным. Это так много объясняет человеческую непредубежденность, которую, откровенно говоря, было невероятно ожидать от кого-либо здесь, включая его самого. Шэнь Цзю почувствовал одновременно шок и облегчение, услышав, что этот человек практически не имел предубеждений против того, что большинство людей в этой империи сочло бы кощунственным и постыдным. Хотя он в некоторой степени ожидал этого, учитывая откровенность этого человека, но услышать эти слова, исходящие прямо из его уст... Действительно, как всегда, мужчина превосходит его ожидания, и при этом не в плохом смысле. Слова продолжали звучать в его ушах... Мы делаем все возможное, чтобы выжить, верно? У каждого свои обстоятельства, и если это то, что помогает им пережить день, то что еще можно об этом сказать? Хотя было бы лучше, если бы они не были убийцами или преступниками. Но опять же, я полагаю, что у них тоже есть свои причины. Это значит, что у каждого есть своя история, включая меня. У каждого своя история, да... Шэнь Цзю не мог не усмехнуться перед таким жалким оправданием. Но он не мог отрицать, что в словах этого человека была доля правды. У каждого были свои печальные истории. Однако это не освобождает их от грехов. Возможно, так оно и есть, но с ним это определенно было не так. Кому-то вроде него, родившемся гнилым с самого начала, нечего было рассказать, потому что, естественно, у него ее не было. Конечно, он может спорить и изрекать любую чушь, какую захочет, но, в конце концов, это не меняет того факта, что все его существование само по себе было самим определением греха. Он знает, что всем было бы лучше без него, но он просто не мог с собой поделать. Он все еще хотел продолжать цепляться за эту крошечную нить, до которой ему на самом деле не было никакого дела, несмотря на то, что он знал о трагедиях, которые последуют за этим, пока он отказывался отпускать ее. Он был обузой для всех, но даже в этом случае он отказывался опускать голову. Вот таким он был подонком. Не заблуждайся, Лю Фэйянь не был таким, как эти избалованные благородные дети, но он и не был таким, как Шэнь Цзю. Он хороший человек, который преодолел свои невзгоды и вышел победителем, в отличие от того, кого уже давно разбили на куски... Он не помнит, каково было быть невинным ребенком, не обращающим внимания на злобу мира. Скорее, он никогда им не был. Улицы были жестокими и порочными, и на них не было места мягкосердечной наивности, которая могла легко поглотить их целиком в любую секунду. Но опять же были такие люди, как его Ци-Ге, У-Ге и Сан-Цзе. Несмотря на трудности, через которые они прошли, они смогли сохранить свою добросердечную мягкую нежную натуру. У-Ге и Сан-Цзе слишком рано лишились жизни. В то время Шэнь Цзю считал, что это произошло из-за их глупости. Однако теперь, когда он вспоминает об этом, они не виноваты в том, что погибли, а из-за того, что существуют такие отбросы, как он, такие хорошие люди, как они, никогда не могли продержаться так долго, как следовало бы. Без него Ци-Ге смог подняться на вершину главного ученика самой престижной секты в империи. Мало того, что ему удалось захватить место наследника лидера секты. Поначалу его опустошало осознание того, каким бременем он был для своего бывшего названного брата все это время. В то время он был убежден, что из них двоих он умнее и зрелее. В его обязанности входило присматривать за своим легкомысленным братом, чтобы он не втянул их в беду. Однако реальность была такова, что именно Шэнь Цзю тянул его вниз. Он был цепями, которые связали крылья его названного брата, не позволяя ему реализовать свой истинный потенциал. Он был придурком, а его заклятый брат был настоящим золотым сияющим солнцем этой истории. С тех пор он снова и снова задавал себе один и тот же вопрос: была ли его вина в том, что У-Ге и Сан-Цзе встретили свой трагический конец? Логически он понимает, что его присутствие практически не повлияло на их судьбу, но, глядя на Юэ Цинъюаня, он не мог не задаться вопросом. Он также в одиночку разрушил жизнь молодой госпожи в тот день, зарезав ее брата в тот самый роковой день без особого сожаления прямо на ее глазах. (По правде говоря, он сожалел об этом каждый день. Его сознание давило на него в тот момент, напоминая ему, насколько ужасным монстром он был, он ничем не отличался от этого больного извращенного дерьма. Окровавленное безжизненное лицо Цю Цзяньлуо преследовало его по ночам, спрашивая, почему он сделал это. В других случаях он и слуги издевались над ним, когда они приходили, срывали с него одежду и удерживали его, оскорбляя его, говоря, что, несмотря на то, что он облачался в эти красивые одежды и сохранял вид ученого, это никогда не изменит того факта, что он был просто каким-то неблагодарным, грязным, скромныи раб, который попирал добрую волю своих хозяев... Затем они дергали его за волосы, чтобы показать ему его истинную форму, отраженную в зеркалах, изображающих его тело, покрытое грязью, кровью, гнилой плотью и другими вещами. он предпочитает не оглядываться назад. У Яньцзы время от времени появлялся, чтобы посмеяться над его жалкой формой. Он даже не удосужился его критиковать, потому что больше сказать было нечего. Он просто произносил слова: «Видишь, я тебе так и говорил». прежде чем исчезнуть в воздухе. Шэнь Цзю ненавидел это! Ему хотелось, чтобы они просто пошли к черту и оставили его в покое! Он знал лучше, чем кто-либо, что он отвратительный мусор, не стоящий ничьего времени и усилий. Не нужно напоминать ему каждый чертов день! Но что бы он ни делал, он не мог избежать этого, и ему некого было винить в этом, кроме самого себя. Это была его вина, что он был подонком. Если бы его не было, ничего бы этого не произошло. Его боль, страдания, печаль, гнев, обида, страх и сердечные демоны — это результаты последствий страданий, которые он принес в мир своим греховным существованием. Все, что он может сделать, это продолжать нести бремя своего существования до конца своей жизни... Он может только продолжать обманывать себя теми грандиозными иллюзиями, что, пока он продолжает усердно работать, возможно, несмотря на все свои усилия, он сможет хоть немного компенсировать свое жалкое оправдание существования... Закончив отчеты, он приступил к работе над стопками бумаг, скопившимися на его столе, и провел еще одну бессонную ночь.