Все способны на добро

Малфурион чинно шествовал по лагерю, его поступь была легкой и бесшумной, словно он ступал по воздуху, а не по твердой земле. Уже близился алый закат, как если бы пролитая кровь падших поднялась в небо, окрашивая горизонт в зловещие цвета. Задумавшись о судьбе своего народа и о том, как остановить Плеть, он не заметил, как к нему засеменила фигура, скромно остановившаяся возле него, ожидая, когда ее заметят. Краем глаза он увидел зеленое свечение и, опустив взгляд, он увидел Ишу. Ее глаза, словно изумруды, светились любопытством и волнением. "Что-то тебе нужно, Иша?" - мягко спросил Малфурион, его голос был спокойным и добрым. Переминаясь с лапы на лапу, девушка формировала вопросы, подбирая слова, чтобы выразить свои мысли. "Шан'до... Малфурион," - начала вежливо девушка, слегка склонив голову в знак уважения. "Я сегодня целый день провела, изучая лагерь и узнавая его жителей с Иллиданом." - Решила девушка первым делом отчитаться, как провела день. "Молодцы," - одобрительно кивнул друид, понимая, что девушка стесняется и старается быть вежливой. "А чему вы обучаете учеников, будучи друидом наставником?" - спросила Иша, ее голос был полон любопытства и жажды знаний. Ярость Бури тут же задумался, поглаживая свою лиственную бороду, словно пытаясь найти нужные слова. "Друиды - хранители мира, которые избрали путь природы," - начал Малфурион, его голос был глубоким и мудрым, словно он говорил от лица самой природы. "Мы следуем мудрости Предков и Кенария, исцеляя и оберегая мир. Природа для Друида - это хрупкий баланс, в котором самый небольшой дисбаланс может спровоцировать грозовые потрясения в мирных небесах. Мы черпаем свои силы в этой живой энергии, используя ее для смены форм и управления силами природы." Он сделал паузу, словно давая Ише время осмыслить сказанное. "Обычно Друиды выбирают путь конкретного тотемного животного," - продолжил он, указывая на свои оленьи рога. "Мы подчиняем себе силы природы, чтобы сберечь естественное равновесие и защитить окружающий мир. Опытный друид способен обрушить на врага чистую энергию природы, на огромном расстоянии поразив его небесной бурей, сковав цепкими корнями деревьев или оглушив яростным вихрем." "Например, в моем случае," - Малфурион протянул руку, и из земли вырвались толстые корни, обвиваясь вокруг его руки, - "Я могу научить управлять деревьями, хватать цепкими острыми шипами, защищаться и атаковать." "Ух ты," - засветилась призрак, ее глаза сияли от восхищения и удивления. Она протянула лапу, внимательно ощупывая появившиеся корни. Твердые и прочные, способные удержать кого угодно! Хмыкнув, словно довольный учитель, друид продолжил: "Через свою тесную связь с жизнью и природой друиды в состоянии брать необычайно большое разнообразие ролей. Вероятно, самая известная сторона друида - это целитель. Мы справедливо прославились своей способностью восстанавливать жизнь, очищать кровь от яда и снимать проклятия. Ведь восстановление и защита планеты - один из главных приоритетов для всех друидов." Он поднял палец, словно делая важное замечание. "Тем не менее, считать друида простым целителем - неверное предположение, опасное для противников. Сопереживание друида к диким существам природы также позволяет ему превращаться в формы других животных. Например, раненный друид, магические энергии которого истощились, может принять форму медведя, чтобы лучше противостоять своему ранению." Малфурион сделал шаг вперед, и его фигура на мгновение замерцала, превращаясь в огромного медведя с густой бурой шерстью. Затем он снова принял свой обычный облик. "Или же друид может выбрать форму большой кошки, подкрасться сзади, а затем внезапно нанести свирепую серию убийственных ударов," - продолжил он, его голос был полон уверенности и силы. "Даже самые глубокие океаны могут быть исследованы друидом, который может просто стать водным существом, позволяя ему остаться под водой, пока это необходимо." "Ничего себе," - удивилась Иша, ее хвост задорно завилял, а глаза вспыхнули еще большей жаждой знаний. Она не могла представить себе, что можно обладать такой силой и умением. "А жрицы Элуны?" - спросила она, ее голос был полон любопытства. "Как Тиранда?" - уточнил Малфурион, понимая, кого именно имеет в виду его ученица. "Дя," - кивнула Иша, ее глаза засияли еще ярче. "Бесстрашные лидеры армии Стражей, Жрицы Элуны, олицетворяют силу и изящество древней Лунной богини своей расы, Элуны," - начал Малфурион, его голос был полон уважения. "Жрицы, облаченные в серебристую светящуюся броню, отправляются в бой верхом на бесстрашных тиграх с Ледяными мечами из Зимнего Источника." Он поднял взгляд к ночному небу, вспоминая свою возлюбленную. "Ответственные за охрану земель ночных эльфов и вооруженные магическими энергетическими луками - жрицы не остановятся ни перед чем, чтобы избавить свою древнюю землю от зла," - закончил он, его голос был полон решимости и силы. "Это так замечательно! Я не понимаю, как из всего этого можно выбрать одно," - воскликнула Иша, ее глаза сияли от восторга и волнения. Но затем ее лицо омрачилось, и она приложила пушистый палец к губам, задумавшись. Друид миловидно улыбнулся, понимая ее сомнения. "Позволь своему сердцу выбрать твой путь - ты не ошибешься," - сказал он мягко. "Тем более, что можно изучать всё, просто углубиться только в что-то одно," - решил подбодрить призрака Малфурион. "Спасибо вам огромное," - кивнула призрак, ее лицо прояснилось. Но было видно, что она хотела еще кое-что спросить, что-то, что ее смущало. "Да, дитя?" - Малфурион готов был выслушать, он никуда не спешил. "А Иллидан..." - начала Иша, и Малфурион напрягся, но виду не подал, лишь нервно перебирая пальцы за спиной. "Что с его глазами?" Друид решил рассказать всё поподробнее, чтобы не выдать брата в плохом свете. Рано или поздно все равно пришлось бы рассказать: "В отличие от меня, Иллидан родился с глазами янтарного цвета, которые в то время означали великое предназначение, но сейчас это означает наличие друидического потенциала. Когда я и Тиранда нашли своё предназначение, Иллидан всё ещё был в поисках. Позже он нашел свое предназначение мага, после исполнения плана по спасению орка по имени Броксигар." Он вздохнул, вспоминая те далекие события. "Хоть он и не был высокорожденным, он стал личным волшебником военного лидера Гребня Ворона, из-за этого Иллидан стал повиноваться Азшаре. Когда вторжение Саргераса в Азерот началось, а о вероломстве Азшары стало известно всем, я убедил Иллидана оставить свою королеву. Иллидан послушал меня." "Но когда Кенарий и драконы вступили в битву, я понял, что соперник слишком силен, чтобы победить его в сражении. Полагал, что остановить вторжение можно, разрушив Источник Вечности. Эта идея потрясла Иллидана, так как это был источник его магии, и, скорее всего, эльфийского бессмертия, поэтому его потеря — слишком большая цена для него." "Кроме того," - продолжил Малфурион, - "Ночной эльф обнаружил, что его привлекают силы Пылающего Легиона, в которых он, за хаотическим поведением, увидел настоящую магическую чистоту. Сатир Ксавий увидел это и то что Тиранда выбрала меня. Сатир использовал его замешательство, чтобы «посадить» семя сомнения в разум Иллидана, заставившее эльфа воспользоваться мощью Пылающего Легиона, чтобы стать сильнее, в то время как сам Иллидан полагал, что помогает победить Легион. Это и привело к тому, что он отдал Душу Демона Саргерасу для усиления портала." "О нет!" - вздохнула Иша, ее сердце сжалось от сочувствия к Иллидану. Она понимала, как тяжело пережить неразделенную любовь и как легко поддаться отчаянию в такие моменты. "У Иллидана были сильные чувства к Тиранде Шелест Ветра, начинающей жрице Сестёр Элуны," - начал Малфурион, его голос был полон грусти. "Ночной эльф так желал впечатлить Тиранду, что часто действовал не подумав, особенно когда дело касалось магии; он так и не понял, что это совсем не то, что Тиранда хотела видеть в своем будущем супруге." Он опустил голову, вспоминая те далекие дни чувствуя тяжесть собственной вины. "Но пока Иллидан сражался за её сердце, никто ещё не знал, что эта битва закончилась сразу после её начала, так как почти сразу Тиранда выбрала меня, а не Иллидана." Малфурион поднял взгляд на Ишу, его глаза были полны горечи. "Ксавий знал об этом и использовал свою силу, чтобы натравить Иллидана на меня, убеждая его в том, что если бы я погиб, то Иллидану больше не придётся соперничать с ним за любовь Тиранды. Наконец, увидев возлюбленную со мной, он окончательно разорвал все связи с защитниками. Иллидан, вынашивая в голове новый план, отправился в Зин-Азшари. Там он фальшиво присягнул на верность Азшаре и Маннороту. План Иллидана состоял в получении души демона — артефакта великой силы, который был создан Смертокрылом, так же известным как Нелтарион Хранитель Земли. Данный артефакт обладал возможностью закрыть портал, через который демоны приходили в Калимдор. Чтобы этот замысел сработал, Иллидану потребовалось больше сил." Малфурион вздохнул, предчувствуя трагический финал. "В конечном счёте он предстал перед Саргерасом, который быстро раскусил план ночного эльфа по получению души демона для Легиона. Титан был доволен этим планом и дал Иллидану подарок в обмен на его верность. Его глаза были выжжены самим Саргерасом, который всё ещё находился по ту сторону портала, а вместо них появились огоньки, дающие возможность видеть любой вид магии, а на тело были нанесены татуировки для усиления эффекта тайной магии." Иша так и замерла, словно окаменев, не в силах вымолвить ни слова. История Иллидана была настолько трагичной и полной противоречий, что она не знала, как на нее реагировать. В ее голове роились мысли: сочувствие к отвергнутой любви, ужас перед жертвами, на которые он пошел. Ее взгляд был устремлен в пустоту, словно она пыталась увидеть в ней ответы на свои вопросы. Малфурион молча наблюдал за ней, понимая, что ей нужно время, чтобы переварить услышанное.        В этот момент, когда тишина повисла в воздухе, Малфурион почувствовал внезапный холодок, пробежавший по его спине. Он инстинктивно понял, что они не одни. Повернув голову, он увидел Иллидана, стоящего в тени деревьев. Его лицо было непроницаемым, но по напряженным линиям челюсти и холодному блеску в глазах, Малфурион понял, что брат слышал каждое слово, сказанное о нем. Сердце друида сжалось от предчувствия бури. Напряжение повисло в воздухе, когда Иллидан шагнул из тени, его взгляд был прикован к Ише. Малфурион затаил дыхание, ожидая гнева или обвинений брата. Но то, что произошло дальше, совершенно ошеломило его.        Иша, не замечая напряженной атмосферы, повернулась к Иллидану. Ее глаза наполнились сочувствием и пониманием. В следующее мгновение она бросилась к нему, обвив руками его шею в крепких объятиях, хвостом ухватываясь за торс. "О, Иллидан," - прошептала она, ее голос дрожал от сдерживаемых слез. Иллидан замер, словно громом пораженный. Он явно не ожидал такой реакции. Его тело напряглось, а затем медленно расслабилось, когда он почувствовал тепло ее объятий и услышал ее тихие рыдания.       Малфурион наблюдал за ними, не в силах скрыть своего удивления. Он никогда не видел брата таким растерянным и уязвимым что даже казалось будто это нереально.       Иллидан замер, словно статуя, в кольце неожиданных объятий. Его тело, привыкшее к битвам и лишениям, сейчас ощущало лишь тепло и мягкость Иши. Ее тихое посапывание, прерываемое всхлипами, резало его сердце острее любого демонического клинка. Он видел, как она пытается скрыть свою печаль, отворачивая голову от любопытных глаз.       Иша, словно раненая птица, искала утешения в его объятиях. Ее сердце разрывалось от сострадания к этому измученному, одинокому воину, который скрывал свою боль за маской гнева и жестокости. Она не видела в нем охотника на демонов, разрушителя, предателя. Она видела лишь его душу, полную боли и тоски по любви, по пониманию, , который он так отчаянно пытался найти.       Толпа зевак, привлеченная необычным зрелищем, росла с каждой минутой. Шепот и пересуды, словно рой назойливых мух, вились вокруг них. Но Иллидан и Иша были словно в коконе, сотканном из их взаимного тепла и понимания. В этот момент для них не существовало ничего, кроме друг друга, и даже самая темная тень прошлого не могла омрачить свет их единения.       Малфурион, наблюдая за сценой со стороны, ощущал смесь облегчения и беспокойства. Он был рад видеть, что Иша смогла достучаться до сердца Иллидана, но в то же время понимал, что внимание толпы может нарушить этот хрупкий момент. Сделав глубокий вдох, Малфурион шагнул вперед, его спокойный голос разрезал гул голосов: - "Прошу вас, разойдитесь! Дайте им немного пространства."- Его авторитет и аура спокойной силы возымели действие. Толпа начала медленно расходиться, бросая последние любопытные взгляды на Иллидана и Ишу.       Малфурион, понимая, что его присутствие сейчас излишне, тихо удалился, оставив брата и Ишу наедине с их чувствами.        Иллидан, словно очнувшись от долгого сна, почувствовал, как тепло объятий Иши согревает его изнутри. В ее присутствии боль и одиночество, которые он носил в себе долгие годы, начали отступать.       Когда толпа зевак рассеялась, Иллидан, ни на секунду не расслабляя объятий, решительно направился прочь. Его шаги были твердыми и уверенными, словно он обрел новую цель в жизни. В его сердце разгоралась надежда - надежда на то, что он наконец нашел свое место, свою родственную душу, которая принимала его таким, какой он есть, со всеми его шрамами и тенями прошлого.        Тишина окутала небольшую комнату, освещенную лишь тусклым мерцанием свечей. Иллидан сидел на краю кровати, погруженный в свои мысли, а рядом с ним лежала Иша, уставшая от слез и переживаний. Ее призрачный облик казался почти прозрачным в полумраке, а длинные, тонкие когти нервно теребили край покрывала. Она то вытягивала, то втягивала коготки, пытаясь унять внутреннее напряжение. Ее взгляд был направлен в пустоту, а на лице застыло выражение глубокой печали и задумчивости.       Иллидан наблюдал за ней, чувствуя, как его сердце сжимается от сострадания. Он понимал, что слова сейчас излишни, и просто протянул руку, осторожно касаясь ее лапки. В ответ Иша повернула голову и посмотрела на него своими большими, полными тоски глазами.        Полу-эльф молча сжал ее руку, давая понять, что он рядом и что он ее понимает. И в этом молчаливом жесте было больше тепла и сочувствия, чем в тысяче слов. Тишину комнаты нарушил тихий, мелодичный голос Иши. "Почему ты не хотел рассказывать о своих глазах? И вообще о своем прошлом?" - спросила она, глядя на Иллидана с нескрываемым любопытством и сочувствием. Иллидан отвел взгляд, не желая встречаться с ее проницательным взором. "Это долгая история," - пробормотал он, чувствуя, как старые раны начинают кровоточить.       Иша приподнялась на локте, ее призрачный облик приблизился к Иллидану. "Я хочу знать," - прошептала она, кладя свою полупрозрачную руку на его щеку. "Я хочу разделить с тобой твою боль, Иллидан." "Я не боюсь тебя, Иллидан," - прошептала она ему на ухо. "И я не ненавижу тебя. Я вижу твою боль, и я хочу помочь тебе ее исцелить." Ее слова, полные любви и принятия, проникали в самую глубину его души, растапливая лед одиночества.       Тепло слов Иши окутало Иллидана, словно целительный бальзам. Ее принятие и понимание были для него как глоток живительной воды в пустыне отчаяния. Он почувствовал, как напряжение покидает его тело, а на смену ему приходит долгожданное спокойствие. Он прижал Ишу к себе, ощущая ее хрупкость и невесомость. Ее призрачный облик, казавшийся ранее таким холодным и отстраненным, теперь излучал тепло и... Нечто что не поддавалось объяснению. "Ты не одинок, Иллидан," - прошептала она, прижимаясь к нему еще ближе. "Я всегда буду рядом." В этот момент Иллидан понял, что нашел нечто большее, чем просто сочувствие. Он нашел родственную душу, которая принимала его со всеми его демонами и шрамами прошлого. Внезапно на Иллидана нахлынула волна сомнений. Его новообретенное счастье показалось ему слишком хрупким, построенным на шатком фундаменте недосказанности. "Но ты не знаешь всей правды," - прошептал он укоризненно самому себе, его голос был полон горечи. "Я не заслуживаю твоей доброты, Иша." Иша почувствовала, как его тело напряглось, а тепло, исходившее от него, сменилось холодом. Она отстранилась, заглядывая в его скрытые повязкой огоньки. "Ты можешь постепенно мне рассказывать всё, если тебе так будет легче," - сказала она мягко, но с твердой уверенностью в голосе, - "А можешь прямо сейчас. Что бы ты ни сделал, я буду рядом. И я приму любое твое решение."       Ее слова были подобны лучу света, прорезающему тьму его сомнений. Иллидан понял, что не может больше скрывать от нее правду, что это лишь отдалит их друг от друга. Он должен был довериться ей, полностью и безоговорочно. В знак поддержки и понимания, призрачная лапка Иши легла на голову Иллидана, а ее хвост бережно обвился вокруг его шеи, не сдавливая, позволяя ей держаться с ним примерно на одном уровне. В этом жесте было столько нежности и заботы, что Иллидан невольно расслабился, чувствуя, как напряжение покидает его тело.       Иша, движимая желанием разделить с ним его бремя, осторожно потянулась к повязке, закрывающей его глаза. Но стоило ее когтям коснуться ткани, как Иллидан резко отстранился, словно от удара. "Нет," - прошептал он хрипло. "Слишком рано." Иша отдернула лапу, понимая, что он еще не готов открыть ей эту часть своей души. Она не настаивала, уважая его решение, и просто прижалась к нему еще ближе, давая ему почувствовать свое присутствие и поддержку. "Хорошо," - покорно ответила Иша, уважая его решение. Она понимала, что у каждого есть свои тайны, и что доверие нужно заслужить. "Ложись, может так тебе будет легче," - посоветовала она ему, ее голос был мягким и успокаивающим. Иллидан, чувствуя ее заботу, послушно лег на спину, и Иша, словно легкий туман, перетекла к нему на грудь, обволакивая его своим призрачным теплом. Ее присутствие было умиротворяющим, словно мягкое одеяло, укрывающее от всех тревог и страхов.        Устроившись на груди Иллидана, Иша слушала, как он начал медленно рассказывать о том, что произошло после того, как Саргерас выжег его глаза. Его голос был тихим и хриплым, полным боли и отчаяния. Он говорил о мучительной агонии, о тьме, поглотившей его мир, о том, как он отчаянно цеплялся за жизнь, боясь сойти с ума. Иногда он останавливался, боясь продолжать дальше, его тело содрогалось от воспоминаний. Но каждый раз, заглядывая в сострадательные глаза призрака, он находил в них понимание и поддержку, и это давало ему силы продолжать. Он рассказал ей о том, как Кил'джеден нашел его, ослабленного и сломленного, и предложил ему сделку - силу в обмен на служение Пылающему Легиону. Он рассказал о том, как он принял эту сделку, понимая, что это его единственный шанс отомстить Саргерасу и защитить свой народ.       Иша слушала, не перебивая, ее сердце сжималось от боли за него. Она видела, как он страдал, как мучился от осознания того, что стал тем, кого когда-то ненавидел - демоном. Когда Иллидан дошел до момента своего заточения на десять тысяч лет у ночных эльфов, Иша почувствовала, как ее сердце сжимается от боли и гнева. Она представила его одиночество во тьме, без единого лучика света, без возможности видеть мир вокруг. Она представила его отчаяние и безысходность, когда его почти не навещали, когда он был забыт всеми, кого любил. "Ни брат, ни Тиранда..." - прошептал он с горечью, и Иша почувствовала, как его тело напряглось от боли воспоминаний. - "Лишь Майев и та заходила редко."       В этот момент Ишу охватила ярость. Она представила самодовольную морду Майев, ее презрительный взгляд и жестокие слова, и ее призрачные когти невольно вытянулись, желая оставить глубокие царапины на лице этой "защитницы". "Как она посмела?" - прошипела Иша, ее голос был полон гнева и возмущения. - "Как они все посмели так обращаться с тобой?" Ее хватило чувство глубокого разочарования и обиды. Неужели Малфурион, которого она знала как доброго и справедливого, был настолько жесток, что оставил своего брата гнить в темнице на десять тысяч лет? Неужели он не понимал, что Иллидан пожертвовал собой ради спасения их народа? "Неужели Малфурион настолько был жесток?" - с сомнением подумала Иша. - "Может он и не изменился? Может, он всегда был таким - холодным и бесчувственным?" Ее вера в друида пошатнулась. Она не могла поверить, что он способен на такое предательство. Но слова Иллидана и его боль были слишком реальны, чтобы их игнорировать. Чувствуя ее негодование и боль, Иллидан ласково погладил Ишу по голове, словно успокаивая раненого зверя. Он понимал ее чувства и был благодарен за ее поддержку. "Не все так просто, Иша," - мягко произнес он. - "Малфурион... он верит, что поступает правильно. Он боится моей силы, боится того, что я могу стать опасен." Затем, вздохнув, он продолжил свой рассказ, поведав о том, как Тиранда, вопреки желанию его брата, освободила его из заточения. "Тиранда верила, что я могу помочь в борьбе с Пылающим Легионом," - продолжал Иллидан, его голос звучал тише, когда он вспоминал события тех дней. - "И я не мог отказать ей. Я помог ей и Малфуриону избавиться от лагерей нежити, очищая земли от скверны Плети." Он замолчал на мгновение, погрузившись в воспоминания. "Как-то по пути я встретил Артаса," - продолжил он, и Иша почувствовала, как его тело напряглось. - "Мы с ним схлестнулись в схватке, но оба поняли, что эта битва может быть бесконечна." Иллидан сжал кулак, его глаза сверкнули гневом. "Тогда он рассказал мне о черепе Гул'дана, из которого демоны черпают силу," - продолжил он. - "Там же стояли порталы, через которые Легион проникал в наш мир." Он замолчал, погруженный в свои мысли. Иша видела, как он сожалеет о том, что не убил Артаса, когда у него был такой шанс. "И я послушал его," - продолжил Иллидан, его голос звучал твердо, несмотря на терзавшие его сомнения. - "Я напал на лагерь демонов. Уничтожил портал... И поглотил силу черепа Гул'дана." Он поднял голову, и Иша увидела в его глазах смесь решимости и боли. "Я знал, что это изменит меня," - сказал он. - "Я знал, что эта сила может поглотить меня, но я был готов на все, чтобы остановить Легион." "И тогда я стал таким," - Иллидан указал на свои рога и измененное тело, покрытое татуировками. Его голос звучал ровно, но Иша чувствовала, что за этими словами скрывается глубокая боль и одиночество. "Это сейчас я в обычном состоянии такой," - продолжил Иллидан, проведя рукой по рогам. - "Если я буду использовать всю силу черепа, я стану вдвое или втрое больше, сильнее... Но я получил запрет на использование метаморфозы из-за того, что слишком ночные эльфы этого бояться." Горькая усмешка коснулась его губ. "Но тогда я использовал всю силу и убил натрезима Тихондрия," - в его голосе прозвучала гордость. - "Я спас их, но они все равно отвернулись от меня." "Никогда не забуду, что тогда сказал мой брат," - голос Иллидана дрогнул, и он отвернулся, чтобы скрыть боль в своих глазах. - "Он сначала выкрикнул что-то вроде 'мерзкий демон'. Даже тогда я был тронут тем, что он был готов сразиться с таким существом ради меня." Он замолчал, сжимая кулаки. "Но узнав, что это я был этим демоном," - продолжил он, - "Он изгнал меня с земель, сказав, что я потерял душу и зря пожертвовал всем, чтобы спасти эльфов." Иша ахнула, прикрыв рот рукой. Ей просто не верилось, что друид мог так поступить с собственным братом-близнецом. "Но он же... он должен был понять," - прошептала она, не зная, как выразить свое возмущение и сочувствие. - "Ты же спас их всех!" Иллидан невесело усмехнулся, прикрыв ладонью повязку на пустой глазнице. "Понять?" - переспросил он, и в его голосе прозвучала горечь. - "Понимания я не встретил ни у кого. Только страх и отвращение." Увидев искреннюю печаль в глазах призрака и её поникший вид, демон добавил более мягким тоном: "Я и сам потом наделал кучу ошибок, из-за которых меня так боятся.." Уточнять он не стал из-за того, что просто не хотел ворошить прошлое. Иша не настаивала, а лишь начала гладить его по могучей груди обеими лапками, прикрыв глаза. "Но я тебя не боюсь," - повторилась она, гордо выпятив грудку и виляя распушившимся хвостиком. Иллидан с непривычным для себя мягким оскалом улыбнулся, чувствуя, как напряжение с мышц под массажем спадает. А само сознание переходит в спокойный режим, так легко он себя никогда не чувствовал. Призрак улыбнулась в ответ, ложась на него по привычке, сворачиваясь в клубок. Наблюдая за девушкой, чувства полуэльфа разделялись... Что-то тёплое воротилось в груди, но одновременно ледяной хват острых когтей захватывало это тепло, не давая ему распространиться. Почему? "Иша..." - начал он, но тут же осёкся, не зная, что сказать. Девушка дёрнула остроконечным ухом и приоткрыла один глаз, вопросительно глядя на Иллидана. "М?" - промычала она сонно, ожидая продолжения. "Всё в порядке, Иллидан," - муркнула она, не дождавшись ответа. "Я здесь, с тобой" - её голос звучал мягко и успокаивающе, словно обещая защиту и понимание. Она встала и подошла ближе к лицу охотника на демонов. Его сердце забилось чаще, а дыхание стало прерывистым. Она наклонилась и потёрлась щекой о его щеку, словно лаская дикого зверя. Её прикосновение было лёгким, но оно словно прожгло его насквозь, растапливая лёд вокруг его сердца. В её глазах светилось мягкое понимание, словно она видела его насквозь, заглядывая в самые потаённые уголки его души. "Спокойных снов, Иллидан," - промурчала девушка, возвращаясь на своё прежнее положение, сворачиваясь калачиком на его груди. Её шёрстка приятно щекотала его кожу, а тепло её тела согревало его изнутри. "И тебе спокойных снов, Иша. Спасибо тебе за всё," - прошептал он, осторожно обвивая её своим сильным, но в то же время нежным, объятием. Впервые за долгие годы он чувствовал себя в безопасности, словно нашёл свой приют. Свою маленькую защитницу.