Женщина, что опровергла теорию добра

      Декабрь 1966 года.       Мэрил сидела на коленях у небольшой искусственной елки и рассматривала гуттаперчевые игрушки. Сколько уже рождественских праздников она встретила на своей памяти, столько они и украшали каждый год ель. Взяла в руку маленького белого кролика и осмотрела со всех сторон. Игрушка была хоть и обшарпанной, с кое-где отвалившейся краской, тем не менее несла в себе какой-то шарм. Интересно, сколько ей уже лет? Кажется, мать рассказывала, что все это еще игрушки ее детства.       — Такая старенькая, — прошептала Мэрил, поглаживая игрушку в виде кролика по уху.       Столько лет год за годом ее доставали на Рождество и вешали на елку. На ее глазах росли дети, взрослели, рожали своих. И вот уже новое поколение просыпалось в Рождественское утро и бежало под елку, в надежде получить желанный подарок. А кролик все висел и висел, безмолвно наблюдая за их улыбками и восторженными криками. Когда-нибудь повзрослеет и Мэрил. Выйдет замуж и нарожает детишек. И она обязательно покажет им эти самые игрушки, вспоминая что-то хорошее из своего детства. Хм, и о чем ты вообще думаешь, Мэрил? Тебе уже кто-то успел налить до застолья или что еще за милости такие?       — Так, все за стол, живо! — скомандовал Вуди, усаживаясь во главе. — Иначе никогда не сядем, вы еще сто лет будете тут все выставлять!       Взял салфетку и с важным видом заправил за воротник праздничной рубахи. В этот момент к столу подошел Джон и поставил на него блюдо с запеченной с яблоками уткой.       — Что ты делаешь, ёбаный ты шакал? — кивнул в его сторону Вуди. — Занимаешься бабьим делом! Пусть бабы и накрывают, а ты иди сюда, выпьем с дядей Вуди, — взял он бутылку самогона, откупорил деревянную пробку и стал разливать по двум рюмкам.       — Ну надо же помочь… — начал было Джон, вытирая о брюки руки, что каким-то образом успел перепачкать в утиный жир.       — Ой, вот только не надо мне тут оправдываться, — скривил губы Вуди, — На, — протянул он ему рюмку.       Джон, суетясь, быстро присел на соседний с ним стул и взял рюмку.       — Ну… — хотел было сказать тост Вуди.       — За тебя! — перебил его Джон, подняв рюмку над головой.       — Ну, за меня, так за меня, — пожал плечами Вуди, стукнулся с ним и опрокинул в себя самогон.       — Кажется, теперь все готово, — выдохнула Мэгги, поставив на стол миску с салатом.       Развязала на спине фартук, откинула на диван и села за стол. Тут уже подошли все остальные и также уселись, готовые приступить к праздничному обеду.       — Что как неродные? Давайте, накладывайте, — махнула ладонью Мэгги на стол, сама же стала нарезать мясной пирог.       — Стоп-стоп-стоп, — замотал носом Вуди. — Кто это садится и начинает сразу жрать? Сначала надо выпить!       Рейчел одернула руку от блюда с овощами и потянулась к бутылке вина. Рукав блузки немного задрался, демонстрируя следы синяков чуть выше запястья.       — А это что? — нахмурилась Мэгги, указав на синяк.       — Ой, ничего страшного, — поспешила одернуть рукав Рейчел. — Сама виновата. Оступилась, идя к вам… Чуть не упала, но Вуди успел поймать.       Мэйзи и Одри опустили взгляды в тарелки, покусывая губы.       — Ну хорошо, — кивнула Мэгги. — Будь осторожнее, Рейчел. Смотри под ноги, ведь в следующий раз Вуди может не оказаться рядом.       — Мхм, — буркнула под нос та, разливая по стаканам вино.       — Еще не зажил синяк под глазом от прошлого падения, и вот опять, — не унималась кудахтать Мэгги. — Тебя земля не держит, дорогая? Что не так? Может, стоит провериться у врача? Может, что-то с головой? Головокружения, например, не знаю…       — Да сама виновата во всем, — горестно помотала головой Рейчел, поглаживая под глазом пожелтевший синяк. — Голову надо включать, вот и все…       — Смотри, Рейчел, — поджала губы Мэгги. — А то сходим все же к доктору…       — Спасибо за заботу. Но я же говорю — все в полном порядке, — повторила Рейчел.       — Все у нее в порядке… Хах! Ну как же! — пизданула бабка Аннабель, что по-старинке сидела в кресле у окна, ковыряясь в похлебке. — Какие-то падения… Придумала мне тоже! Муж ейный и пиздит ее! Набухается и пиздит, а она вам тут сказки рассказывает, небылицы!       — Миссис Стрип, да как вы смеете?! — возмутилась Мэгги, смерив свекровь уничтожающим взглядом.       — Правду никто не любит слышать. Как и бревно в своем глазу не замечать. Бьеть он ее, а вы и не видите, ироды безглазые, — продолжала ворчать бабка.       Рейчел болезненно нахмурилась и отвела взгляд в сторону.       — Бабушка, хватит! — властно ударил по столу кулаком Джон.       — Ой-ой-ой, ты еще! Ну давай, давай, скажи хоть что-то, неудачник, — заскрипела бабка Аннабель.       — Немедленно прекратите говорить гадости о Джоне и Вуди, — фыркнула Мэгги. — Лучше бы за своим сыном последили, чем других осуждать!       — За кем следить? За Джеком? А? За Джеком что ль? А чего ж за ним следить? Пидераст он, уж всем знамо, — бабка замолчала, сбившись с мысли. Продолжая раскачиваться, уставилась за окно куда-то вдаль.       В комнате повисла неловкая старушечья пауза.       — Бабы, такие бабы, — усмехнулся Вуди и принялся обновлять рюмки себе и Джону.       — Миссис Стрип как всегда, придумает вот, — продолжила разливать вино и Рейчел.       — А мне, можно? — склонив голову набок, спросила у нее Мия, наблюдая за тем, как та наливает вино.       — Мия, нет, — строго сказала Мэгги. — У тебя эпилепсия. Алкоголь с ней мешать ни в коем случае нельзя.       — Хватит этой пустой болтовни, — раздраженно рявкнул Вуди. — Давайте уже выпьем, Рождество же, ну! А мы всё трезвые сидим! Выпьем за Иисуса, что в этот день пожаловал в наш мир, — пронес пьяную хуйню он.       Все чокнулись и выпили. Хотели уже было приступить к еде, как Мэгги остановила.       — А я хочу сразу же поднять еще один тост до того, как мы начали обедать, — поднялась она со стула и повернулась вполоборота к Вуди. — Джон, обнови дяде, — помахала она ладонью в сторону сына.       Тот засуетился, схватил бутылку и принялся наливать в рюмку самогон.       — Да что ж ты делаешь-то, блять, ебучий баран? — отвесил ему подзатыльник Вуди, когда самогон полился через края.       Выхватил бутылку и с грохотом поставил на стол. Затем наклонился к рюмке, приставил к краю губы и громко отпил. Одри скривилась в гримасе отвращения, наблюдая за отцом.       — Так вот, я хочу сказать спасибо нашему Вуди за то, что все мы сейчас собрались здесь, за этим столом, — громко заговорила Мэгги.       — Мэгги, ну брось, при чем здесь я? — весело отмахнулся Вуди, купаясь в лучах внимания.       — Ну как при чем? Не умаляй свои заслуги, — мягко улыбнулась Мэгги. — Вся та еда, что сегодня мы будем есть, досталась нам только благодаря тебе! Что-то ты купил, что-то взрастил, что-то поймал, а что-то вырастил, — указывала она на блюда и бутылки. — Ты тянешь на своих плечах две семьи! Я не знаю, что было бы со всеми нами, если бы не ты! Наверное, уже давно бы стали нищими и жили в какой-нибудь подворотне! А, может, и вовсе бы уже подохли. Но мы все сейчас сидим здесь: сытые, довольные и счастливые. У нас есть крыша над головой, есть небольшое, но хозяйство. Спасибо, Вуди! От всей души спасибо тебе за все это! Так что я хочу выпить за тебя. Если бы не ты, не сидели бы мы сейчас за таким роскошным столом!       — Вот же дура! Только послухайте, что мелет! Восхваляет этого пидерста, что жену свою мудохает, — вставилась бабка Аннабель. — Не верю я ему! Не верю! Как и всем вам. Сборище вонючих свиней…       — О, Мэгги, как приятно, — поднялся Вуди, обнял Мэгги и поцеловала в щеку, игнорируя слова старухи.       — За дядю Вуди! — вскочил с места Джон и поднял над головой рюмку, расплескав половину ее содержимого.       — За меня! — вскрикнул сам Вуди.       — За тебя, — прошептала Рейчел, поднимаясь и протянув бокал к остальным.       Наконец, праздничный обед начался, и по комнате стал разноситься звон посуды.       — Одри, — сказал Вуди, откусывая от утиной ноги большой такой кусок. Да так смачно, что по подбородку тут же потек жир.       — М? — промычала она, накладывая в миску салат.       — Что м? — раздраженно откинул он в тарелку мясо. — Ты как отцу отвечаешь?       Уставился на нее озлобленным стеклянным взглядом, и выглядело это довольно неприятно, ибо вокруг рта и на подбородке тут и там лоснился жир.       — Дядя Вуди, вы испачкались, — схватила салфетку Мэрил и спешно протерла ему рот.       — Спасибо, Мэрил, — рявкнул Вуди, не сводя взгляда с Одри. — Вон, у кузины своей поучись, как нужно разговаривать с родителями. А я ей даже и не отец, но ты посмотри сколько уважения!       — Прости, папа, я не хотела, — опустила взгляд Одри.       — Не хотела она… Не хотела… — укоризненно помотал головой Вуди. — Воспитание, что пиздец. Все в свою тупую мамашу пошли, — небрежно махнул он ладонью в сторону Рейчел и вновь налил.       — Выпьем еще? — вытер о рубашку ладони Джон и схватился за рюмку.       — Опять за меня? Заебало. Лучше я скажу тост! — важно заявил Вуди.       Мэрил в нетерпении поерзала на стуле, предвкушая услышать от него какую-то охуетительную жизненную историю или же просто мудрые слова и наставления.       — Хочу выпить за то, чтоб на следующее Рождество я уже нянчился с внуком, а, может даже и с двумя, — понес хуйню Вуди. — Потому, Одри, не расстраивай папку. Давай-ка займись делом. Восемнадцать стукнуло? Стукнуло. Школу закончила? Закончила. Теперь твоя задача искать хорошего мужика, выходить за него замуж да рожать детей. А заодно и нам будет новый помощник.       — Ну, кто знает, может Том проявит инициативу и сделает предложение, — мягко улыбнулась Рейчел, положа ладонь на ладонь Одри. — Вы с ним вместе уже полгода. Думаю, следующий шаг в ваших отношениях уже близко…       — Кто? — наигранно приставил ладонь к уху Вуди, подавшись вперед. — Прости, я не расслышал. Про кого это ты там говоришь, Рейчел?       — Ну как же, про Тома, — бестолково пожал плечами Джон. — Это же парень Одри и он…       — Да знаю я, кто это, — цокнул Вуди. — Что это ты мне поясняешь за этого долбоеба, будто я и сам долбоеб! Это был сарказм, Джонни!       — Аа… — почесал затылок Джон, подняв взгляд к потолку.       — Так вот про этого долбоеба ты забудь, милая, — обратился к Одри Вуди. — Этот Том — хуйло. Абсолютно бесполезный человек, толку с него хуй будет. Ты вообще видела его? Ебаный дрищ! Постоянно будто витает в облаках! Ходит со своим блокнотом, что-то там пишет…       — Том сочиняет стихи! — стала защищать своего бойфренда Одри. — И он хороший! Между прочим, он мечтает уехать в Нью-Йорк и стать там журналистом! Вот только заработает здесь и обязательно уедет! И меня с собой возьмет, так и сказал!       — Ооой, — с усмешкой отмахнулся Вуди. — Ты-то сама себя слышишь? Какую ерунду ты говоришь! Какой-то там Нью-Йорк, журналист… Это все так — прожекты! На деле знаешь, что будет с твоим Томом? Никуда не сможет он уехать, ибо таланта в нем никакого. Останется здесь, но на нормальную работу устроиться не сможет, ибо хуй что умеет такой хиляк. Ну и сопьется здесь, в нашей глуши, жалясь всем, насколько тяжела его жизнь. Но кто ж будет в этом виноват кроме него самого? Чьи проблемы, что он, вместо того, чтоб заняться делом, ходит и пишет вот эту вот свою хуйню, — артистично изобразил он, будто малюет в воображаемом блокноте. — Лучше б делом занялся, ёбаный недоносок!       — Ты ничего про него не знаешь, — воскликнула Одри, навернув на глаза слезы обиды.       — Да все там и так понятно, чтоб что-то знать, — фыркнул Вуди. — Тебе мало живого примера с дядей Джеком? И с этим Томом будет тоже самое. Так что бросай его как можно скорее, не трать свое драгоценное время на всякое отребье. Нам такой не нужен. Зачем нам бесполезный нахлебник? Стишки писать? Да это я и сам смогу! Тут ума много и не надо! А вот чтоб что-то делать для своей семьи, для своего хозяйства… Это уже другое дело! Тут нужен ум! — постучал он себя по виску двумя пальцами. — Сила! — поиграл он крепкими бицепсами.       — Отец прав, милая, — кивнула Мэгги. — Нам нужен хороший помощник. Все же мы не вечные, как вы потом будете со всем этим справляться?       — Да, это правда, — согласно закивала и Рейчел.       — Лучше бы присмотрелась к нашему соседу Тревору, — решила вставиться Мэрил. — Он, между прочем, только так за Одри ухлестывает. А она нос воротит и все тут!       — Что? Серьезно? За тобой бегает Тревор Сандерс? А почему тогда он еще не с нами за столом? — выкатил глаза дальше некуда Вуди, вновь посмотрев на Одри. — Ну ты и дура, раз все еще не с ним! Протри глаза, Одри! Он же вон какой сильный! А какая у их семьи ферма! У его отца целых десять свиней! Ты что, ёбнулась совсем, раз продолжаешь гулять с этим своим Томом?       — Тревор — дебил! — всплеснула руками Одри. — Он мне не нравится! И вообще, он тупой, грубиян и жирный!       — Он не жирный, а сильный. Это раз, — стал загибать пальцы Вуди. — Два — он ведет себя, как настоящий мужик, а не какой-то пидераст, что как баба ноет да витает в облаках. А три — посмотри, сколько у него братьев! И все ух какие крепкие, сильные, здоровые! Там генетика что надо, Одри!       — Да какая разница, если он мне не нравится! — возмутилась та.       — Да похую, кто там тебе нравится или нет! — ударил кулаком по столу Вуди, отчего все присутствующие вздрогнули. — Ты вообще слышишь, что я говорю?! У тебя в ушах вата?       — Мне кажется Тревор отличный вариант, — стала подпизживать Мэрил. — А если породнить нашу семью с семьей Сандерсов, то мы определенно заживем. Мало того, что у них столько скотины, так еще и плантация хлопка! Там уже много лет такие деньги крутятся!       — Вот! Вот опять! Ты послушай, что говорит Мэрил! Девке-то всего пятнадцать, а вон как здраво рассуждает! Не то, что ты в свои восемнадцать! — стал тыкать пальцем в сторону Мэрил Вуди.       — А то, что он не нравится тебе, так ты просто его и не знаешь, — не унималась строить из себя мудрую даму Мэрил. — Он парень неплохой, просто нужно пообщаться и дать ему шанс…       — Какой шанс? Он ведь тупой! Решил, что я обязана быть с ним! Он даже побил Тома! За что? Это мой выбор, я живу в свободной стране, чтоб выбирать с кем быть! Мы же не в средневековье, ей-богу!       — И правильно сделал, что побил! Это хуйло заслужило! А то придумал мне, тоже, дочку мою, кровинушку, в Нью-Йорк придумал увозить, — запричитал Вуди, опрокинув в себя не то что рюмку — стакан самогона.       — Я… — начала было Одри.       — Не надо, — шикнула Рейчел, погладив ее по ноге под столом. — Пусть говорит. Просто молчи…       — Так что, чтоб к Пасхе с нами тут уже сидел еще и Тревор, — пизданул Вуди. — Ну и ты, Мэйзи, уже бы присматриваться начала. В следующим году заканчиваешь школу. Завязывай хуи пинать и начинай подыскивать себе мужика.       — Ой, да мне-то зачем об этом думать? — вопросительно скривилась Мэйзи. — Ты же знаешь, что после того, как я закончу школу — уеду в Мичиган, чтобы выучиться на доктора…       — Боже мой, что я слышу! — перебил Вуди. — Опять эта вода! Бла-бла-бла! — закрыл он ладонями уши. — Мэйзи, не неси бред! Какой из тебя доктор, ну? Ты и к корове не подходишь, боясь, что она тебя лягнет.       — При чем здесь корова и человек? — развела ладони Мэйзи.       — Да то, что ты кровь увидишь и все! На том и закончится твое обучение на медсестру, доктора и кого бы там ни было еще, — отмахнулся Вуди. — И вообще, хватит уже этих глупостей. Придумала тоже — уезжать! Что одна, что вторая, — посмотрел он сначала на Мэйзи, затем на Одри. — Куда, блять, собрались? Сожрут вас города. Да и вообще, тут у нас дела семейные, хозяйство! Хочешь быть врачом — так иди и лечи кур, коров, свиней! Мало тебе? Вон бабкой займись, — указала он на старуху Аннабель. — Да лечи тут кого хочешь, только вот мне мозги ебать не надо, что ты поедешь в Мичиган. Денег у нас все равно на учебу нет, стипендию тебе не получить, ибо ты глупая. Так что осадись-ка давай. Все остаются на своем месте. Я так сказал.       — Здесь наш дом, Мэйзи, — обратилась к кузине Мэрил. — И мы не можем в такое трудное время бросить здесь все. Не можем поступить, как мой папаша. Это будет бесчестно! Это будет предательство!       — Ооо… Девкиии… — протянул Вуди, боком придвинулся к Мэрил и приобнял ее за плечи. — Да в кого ж вы такие дуры? А вот ты — нет! Моя ж ты маленькая! Моя ж ты хорошая! Как же все складно и верно говоришь! — уткнулся он в макушку Мэрил и поцеловал.       — Спасибо, — залилась краской та. — Но я говорю, как есть. Если это и есть правда. Тут и моей заслуги нет.       — Вот! Вот, где твоя заслуга! — постучал он ей по голове сбитыми костяшками пальцев. — Молодец, девка! Вот с тебя толк будет — сразу видно! А, может, и тебе пора бы кого подыскивать уже? — в прищуре стал он ее осматривать.       — Вуди, ей всего пятнадцать, — заметила Рейчел.       — А рассуждает поумнее, чем эти две кобылы, — небрежно махнул на дочерей Вуди, не сводя взгляда с Мэрил. — Вон уже, все при ней! И сиськи вон уже какие, и жопа! Еще годок и все тут с ума посходят! Каждый за нее захочет замуж пойти! А ты неее, — помотал он перед ее носом пальцем. — Не ведись! Выбирай с умом, чтоб самого лучшего! Не ведись на первого еблана!       — Почему ей можно так, а нам нет? — спросила хуйню Одри.       — Да потому что вы две дуры! Уж хоть кто бы взял нормальный, а не всякое отребье, — выпятил нижнюю губу Вуди.       — Спасибо, дядя Вуди, — хохотнула Мэрил. — Я вас не подведу и дальше.       — Ну уж надеюсь! — сказал тот и вновь повернулся к столу. — Так! — хлопнул он в ладоши. — Чтоб еще мне сожрать? — принялся изучать он голодным взглядом стол. — Не понял, а где рыба? Ты же жарила, я видел! — строго посмотрел он на жену.       — Ой, видимо, забыла, сейчас принесу, — подскочила со стула она.       — Да сиди ты, Рейчел, — остановила Мэгги. — Мэрил, встань и принеси рыбу, — надменно приказал она дочери.       Мэрил послушно поднялась и поплелась в сторону кухни.       — Да поживее! — поторопил Вуди и в догонку шлепнул ее по-отцовски по заднице. Мэрил подпрыгнула и весело взвизгнула. — Ух, девка! — сжал кулак он. — Точно пристроим ее хорошо! С какими-нибудь Адамсами с ней породнимся! А они-то, знамо какие хлопковые магнаты! А Мэрил будет у нас королева хлопка!       — Ну тут ты уже преувеличиваешь, — покачала головой Мэгги. — От нее толку-то тоже мало. Ничего не умеет делать нормально. И просить ее надо по сто раз! Всё эти книги на уме!       — Ничего! Ничего! Ей-то это зачем? Главное, чтоб ноги вовремя раздвигала да детей побольше рожала. Что еще мужу надо? Да ничего? С этим-то справишься, да? — спросил он у Мэрил, что поставила на стол блюдо с жареной рыбой, взяла кусочек и положила на его тарелку.       — Справлюсь, конечно, — улыбнулась та, мало понимая, на какую хуйню подписывается. Но это было и не важно, главное, что дядя Вуди восхищен ею, хвалит ее! А его мнение дорогого стоит! Все же он не просто какое-то хуйло и пустозвон, а человек с богатым жизненным опытом! И войну прошел и много чего еще повидал. Не это ли успех, когда такие люди восхваляют тебя?       — Умница! Оох, девка! А ты давай-ка еще и плесни мне! Плесни! — подставил он ей стакан.       Мэрил налила до краев, как бы показывая свое уважение.       — Наша надежда — прослезился Вуди, смахнув с глаза скупую пьяную слезу.       — Это вы — наша надежда. Наш герой! — склонил голову набок Мэрил, заглянув в его глаза.       Так и отметили Рождество, еще несколько часов слушая монологи Вуди и хвальбы Мэгги и Джона о том, какой же он классный. Не забывала вставляться и Мэрил, хохоча и то и дело подмазываясь к нему. Рейчел, Мэйзи и Одри в основном молчали, боясь сказать что-то не то и услышать со стороны Вуди какое-нибудь дерьмо в свой адрес. Мия же и вовсе молчала, находясь в каком-то пространстве.       Когда стрелка часов перевалила за десять, Рейчел сказала, что очень устала и хочет отдохнуть. Отправилась домой, а следом за ней пошли и дочери. Вуди же уходить не спешил. Оставалось еще две бутылки самогона! Разве мог он позволить себе так просто взять и уйти, не выпив их? Так и продолжил пить с Джоном и Мэгги. Несложно догадаться, что собутыльники у него были такие себе, так что Вуди приходилось пить за троих. И уже ближе к полуночи он надрался не то что в хлам — в хуй! Впрочем, как и Джон.       — Мне нужно домой, — еле ворочая языком, сказал Вуди, кое-как вставая со стула.       — Да как же ты дойдешь? Оставайся у нас, — предложила Мэгги, пытаясь поднять с пола Джона, что минутой ранее рухнул со стула, уснув крепким алкогольным сном.       — Дойду! — взмахнул рукой Вуди и чуть не пизданулся, но успел схватиться за скатерть и устоять на ногах. Со стола же полетели тарелки, вдребезги разбиваясь о деревянный пол.       Мэрил тут же кинулась на пол и принялась собирать осколки.       — Мэрил! — рявкнула Мэгги на дочь. — Доведи его домой, а я пока с ним разберусь, — тряхнула она сына за ногу. — Вернешься и уберешь.       — Да, мама, — кивнула Мэрил, встала и подошла к Вуди. — Давай, я тебе помогу, — положила она его руку себе на плечо, как бы давая опору.       — Я что? Инвалид ебаный? — взорвался Вуди.       — Пожалуйста, пусть она поможет, — сказала Мэгги. — Еще не хватало тебе упасть и что-нибудь сломать. Ты нужен нам здоровым, Вуди!       — Да и тем более нога уже травмирована на войне, будет плохо — повредить ее снова, — сказала Мэрил, пытаясь повести его на выход. Но не выходило ничего! Вуди был слишком огромным и тяжелым для нее.       — О! А это ты правильно говоришь, дитя, — скривился в довольном пьяном еблище Вуди. — Моя нога… Никогда не рассказывал, как получил ранение?       — Рассказывал, — кивнула Мэрил, направляя его на выход.       — А я тебе еще раз расскажу, — поплелся он за ней.       С горем пополам они вышли из дома и двинулись по направлению к дому семьи Харрельсон. Да вот незадача! Делая шаг вперед, пьяный Вуди делал два назад. Да такими темпами им идти лет десять!       Когда половина пути была пройдена, Вуди вдруг резко оступился, не устоял на ногах да и пизданулся в грязь, увлекая за собой и Мэрил.       — Ух ты ж ёб твою мать! — прокричал он. — Цела, бля? — тряхнул он Мэрил за плечо.       — Цела, — встала на ноги та и стала отряхивать с платья грязь, все больше и больше размазывая ее. — Ладно, потом отстираю. Вставай, — протянула она ему ладонь.       — Ээх! — сжал ее руку Вуди и попытался подняться, но нихуя не вышло — упал вновь.       С пятой попытки все же встал на ноги, навалился на Мэрил, и они опять вновь чуть не упали.       — Аккуратнее! — уперлась она ему ладонями в грудь, отставив ногу для упора.       — Ох ты и девка! Ох и кобыла! — бредил Вуди. — Ну все! Все сделать можешь! И кому такая девица достанется? Просто подарок!       — Спасибо, — вновь поплыла от похвалы Мэрил, положила его руку на себя и повела в сторону дома.       — Ну просто чудо, а не девка! — не унимался Вуди. — А красивой какой станешь, ты мне поверь! Все мужики будут падать штабелями! А будешь, я точно знаю! Вон уже как и грудь выросла! — он вывернул руку схватил ее за грудь и затрепал пятерней. — Ооо! Мясистая! А станет еще больше!       Мэрил, будучи той еще дурой, лишь улыбнулась.       — Вуди? Это ты? — выбежала на крыльцо Рейчел.       — А вот и она! Проститутка! — взмахнул рукой Вуди и вновь упал на землю.       — Черт, Мэрил, это ты с ним? Как же ты его ведешь, давай помогу, — побежала к ним Рейчел, укутываясь в платок.       — Да и похуй, посплю тут, — положил ладони под голову Вуди, решив подремать на земле.       Мэрил и Рейчел поднимали его с полчаса, а Вуди все кричал на них, корячился и проклинал. На подмогу вышла Мэгги, и лишь втроем они, все же наконец, смогли транспортировать его до дома.