Женщина, что опровергла теорию добра

      Декабрь 1974 года.       Мэрил, укутавшись в мягкий плед, сидела на подоконнике, с головой погрузившись в томик по биотехнологии. Рядом, на подоконнике, стоял бокальчик красного вина. Время от времени Мэрил пригубляла его, не на шутку кайфуя с охуетительно уютного вечера.       Вдруг в комнату зашла удрученная Лилитта и, не говоря ни слова, плюхнулась на свою кровать, уткнувшись носом в подушку и обняв ее.       Мэрил покосилась в ее сторону. Скорее всего у той что-то произошло. Но Мэрил не хотелось даже и спрашивать, наверняка Лилитта опять накрутила какую-то драму на пустом месте. Так не хотелось слушать ее истерик, слез и криков!       Мэрил сделала вид, что не заметила, как в комнату зашла Лилитта — настолько сильно увлекла ее книга, что связь с миром была утеряна.       — Ооо… — простонала спустя минуту Лилитта и перевернулась на спину, уставившись в потолок взглядом полным отчаяния.       Мэрил посмотрела на нее исподлобья сквозь очки и вновь опустила взгляд в книгу, продолжая игнорировать.       — Мэрил… — пролепетала Лилитта, даже не посмотрев на нее. — Мне пиздец… Я так попала… Так попала на этот раз…       — Мм? Что случилось? Что-то с учебой? — подняла на нее взгляд Мэрил, закрыв книгу и заложив палец на нужном развороте.       — Нет, все куда хуже… — нагнетала Лилитта, тяжело вздохнув. — Я сейчас была у врача…       — Иии? — протянула Мэрил, не понимая, что могло произойти. Лилитта даже и не болела в последние дни, не говорила про какое-то плохое самочувствие. Что же тогда?       — Я беременна… — тихо выдавила Лилитта. — Я, блять, беременна! — психовано выкрикнула она, ударив кулаками по кровати.       — Что?! — не на шутку охуела Мэрил с подобных новостей. — Как? Откуда? Почему? От кого? — стала задавать она ебаные вопросы, откинув книгу на кровать.       — Тебе видней! Ты же у нас умная! — закричала Лилитта и зашвырнула в Мэрил подушку. — А я просто дура и неудачница!       — Чего? Я-то здесь причем? — увернулась Мэрил.       — Я не знаю! — взвыла Лилитта, сдернула с кровати покрывало и зарылась в него лицом, продолжая истерично всхлипывать.       Мэрил скривилась в охуевающей гримасе и слезла с подоконника. Да, кажется, просто делать вид, что она не замечает Лилитту, не выйдет.       — Ну тише, тише, — присела Мэрил рядом с подругой и приобняла за плечи. — Все будет хорошо, не переживай, — приговаривала она, поглаживая Лилитту по спине.       — Ничего не будет хорошо! Как ты не понимаешь? — подняла голову Лилитта. — Это полный пиздец… Что мне делать?       — Ну а какие тут варианты? — пожала плечами Мэрил. — Это уже случилось…       — Я должна сделать аборт! — отпихнула ее Лилитта и подскочила с кровати. — Срочно! Пока срок еще не очень большой, а иначе позже врач уже откажется…       — А какой у тебя срок? — спросила Мэрил.       — Я не знаю! Врач сказал около шести недель или типа того, — заметалась по комнате Лилитта.       — Так, стоп! Что? — поднялась и Мэрил, вдруг нешуточно посерьезнев в лице, только сейчас поняв сказанное подругой. — Ты хочешь сделать аборт?       — Конечно! А что мне еще делать? — всплеснула руками Лилитта.       — Рожать? — развела ладони в стороны Мэрил.       — Серьезно? Или ты сейчас шутишь? — округлившимися глазами уставилась на нее Лилитта. — Да я даже не знаю от кого залетела! А ты предлагаешь мне рожать?       — Но ведь ребенок не виноват в том, что ты не знаешь, кто его отец! — возмутилась Мэрил. — А ты хочешь его убить!       Мэрил лишь на секунду представила процедуру абортирования и ее передернуло. В голове всплыло страшное воспоминание из детства. Маленькая окровавленная ручка, исполосанная глубокими ранами и свисающая из-под простыни. Почему-то представилось, что именно так и будет выглядеть плод, который врачи достанут из Лилитты. Мэрил зажмурилась и постаралась выкинуть это из головы. Но неприятные картинки так и вставали перед глазами. Врач засовывает в матку Лилитте какой-то жуткий инструмент, а крошка-зародыш пытается спрятаться. Ему страшно и одиноко, а острое лезвие так и приближается, чтобы изрезать его на куски, а затем извлечь несчастное кровавое тельце и выбросить в ведро с отходами.       — Даже не вздумай! — закричала Мэрил и бросилась к подруге. Схватила ее за плечи и затрясла, ловя ее отчаянный взгляд. — Слышишь меня? Не вздумай! Не вздумай его убивать!       — Он мне не нужен! — заорала и Лилитта, отцепляя от себя руки Мэрил.       — Тогда… — схватилась за голову та, пытаясь быстро придумать, как еще отговорить Лилитту от этого страшного деяния. — Тогда подумай о себе! Это же опасно! Ты же можешь умереть! Или тебе занесут какую-нибудь инфекцию! И неизвестно, сможешь ли ты после всего этого иметь детей, когда сама уже захочешь. Посмотри статистику! Ты знаешь сколько плачевных исходов?       — Да плевать мне! — не унималась кричать Лилитта. — Умру и пусть! Это лучше, чем рожать ребенка, которого я не хочу, даже и не зная от кого! Мне все равно, смогу ли я потом иметь детей! Все равно, какие будут последствия! Все равно, даже если я сдохну! Главное, что этого ребенка больше не будет! Я должна сделать аборт!       — Ты совершаешь ошибку, — нахмурилась Мэрил и замотала головой, совсем не замечая, что кажется у подруги нехило так сорвало планку. — Страшную ошибку…       — Я ее уже совершила, а теперь хочу исправить! — продолжила стоять на своем абортивном Лилитта.       — Так в чем проблема? — озлобленно взглянула на нее Мэрил, скрестив руки на груди. — Ты же была у врача, что же не попросила сразу убить ребенка? Сделала бы сразу аборт, зачем тянуть? Если тебе все равно на жизнь твоего ни в чем не повинного малыша?       — Да потому что на это нужны деньги! А у меня их нет, ясно? — схватила свою сумку Лилитта и со злостью швырнула в сторону.       — Ну так попроси своих родителей, — развела руками Мэрил.       — Ты издеваешься? — похлопала ресницами Лилитта. — Они никогда не позволят сделать этого, если узнают. Не дадут денег, а заставят рожать.       — И правильно сделают, — кивнула Мэрил, сжав губы в тонкую полоску.       Повисла неловкая осуждающая пауза.       — Мэрил… Помоги мне… — жалобно заскулила Лилитта.       — И как же? — изогнула пышную бровь Мэрил.       — У тебя ведь осталось еще немного денег из той банки, что отдала тебе сестра… Ты же оставляла там сколько-то на крайний случай… — осторожно заговорила Лилитта, опустившись на стул и нервно затеребив бахрому на штанах-клеш. — И ты получаешь стипендию, откладываешь к окончанию института…       — И? — заподозрила какой-то развод Мэрил.       — Дай мне в долг… — пробормотала Лилитта, потупив взгляд. — Я обязательно верну, как только смогу… Прошу тебя… У тебя ведь есть?       — Это шутка? — вылупилась на нее Мэрил.       — Нет, — помотала головой Лилитта. — Мне очень нужно, Мэрил. Кроме тебя мне некому помочь. И если я не сделаю аборт, то я не знаю, что будет… У тебя ведь есть деньги?       — Есть, — кивнула Мэрил, а Лилитта взглянула на нее с надеждой. — Но я не дам их тебе. Я не хочу, чтобы ты на мои деньги убила своего ребенка… Прости…       Из глаз Лилитты ручьями потекли слезы. Она обняла себя руками и закачалась взад-вперед, что-то невнятно бормоча под нос и всхлипывая.       — Прости, Лилитта… — подошла к ней Мэрил, присела рядом и обняла. — Я просто хочу уберечь тебя от ошибки, совершив которую, ты будешь жалеть всю жизнь.       Лилитта лишь продолжала рыдать, неразборчиво что-то воя и постанывая.       — Просто постарайся сейчас успокоиться, — продолжила Мэрил умиротворяюще. — Я понимаю, ты ошарашена случившимся, ты не была к этому готова. Но это не так страшно, как тебе кажется. Твои родители обязательно тебе помогут, быть может даже заберут на время твоего малыша, чтобы ты могла обустроиться после окончания институт. А ты к этому времени возможно найдешь достойного парня, который готов будет взять тебя с ребеночком, встанешь на ноги и поймешь, какую глупость хотела совершить…       Лилитта лишь промычала в ответ.       — Тебе надо просто все еще раз хорошенько обдумать, свыкнуться с этой новостью… — погладила ее по волосам Мэрил. — Ляг отдохни, поспи. А завтра после лекций, если хочешь, мы вместе с тобой сходим еще раз к врачу. Пусть он расскажет тебе, насколько опасно делать аборт. Покажет статистику и объяснит все риски. Ты сама поймешь, насколько глупую идею ты сейчас придумала…       Лилитта молчала. Безысходно уставилась в одну точку, а с ресниц на колени капали слезы.       — Хорошо? — настойчивее повторила Мэрил, сжав ее ладонь в своей.       Лилитта снова ничего не ответила. Перебралась на кровать, даже не снимая обуви, отвернулась к стене и стала водить пальцем по штукатурке.       Мэрил еще с минуту смотрела на подругу, затем тяжело вздохнула и вернулась на подоконник, решив вернуться к тому, чем занималась до ее прихода. Но, конечно, никакого настроя уже не было. То и дело лезли мысли о Лилитте и ее будущем ребенке. Как она могла вообще придумать сотворить такой кошмар? Убить своего же малыша! Мэрил бы никогда на такое не решилась. Даже думать о таком было страшно, не то что уж делать. Это казалось ей настоящим кощунством, самым что ни на есть преступлением, и каждый, кто свершит подобное — возьмет тяжкий грех на душу.       Мэрил размышляла обо всем этом еще до самой ночи, то и дело поглядывая на Лилитту. Но та больше ничего не говорила, да и вовсе не вставала с кровати — возможно уснула. Это хорошо, посчитала Мэрил, Лилитте сейчас стоит отдохнуть, переспать с этой новостью, а с утра уже встать совсем с другим настроем. Наверняка, когда она проснется, сама ужаснется своим сегодняшним намерениям. Оно и не мудрено! Разве кого-то может это не ужасать? Ну а то что она тут кричала сегодня — не более чем временное помутнение. Ну надо думать, такая неожиданность. Но главное, что все же, кажется, Лилитта успокоилась, и наверняка завтра она поймет, какого бреда тут наговорила.       Успокоив таким образом себя саму и решив, что ей удалось уберечь подругу от вечного горения в аду, довольная собой, Мэрил тоже отправилась спать. Перед этим подошла к кровати Лилитты и накрыла ее покрывалом. Пусть поспит, как следует. Поспит и Мэрил. А завтра они вместе сходят к врачу, и Лилитта точно и бесповоротно передумает делать аборт. Иначе и быть не может.              На утро, когда Мэрил проснулась, то обнаружила, что Лилитта по-прежнему спит. Кажется, даже и не сменив позу за всю ночь. Все также лежала, отвернувшись к стене и не издавала ни звука. Ну по крайней мере не плачет, это хороший знак. Пусть еще поспит.       Мэрил взглянула на часы и ахнула. Она уже опаздывает на лекции! Все эта Лилитта и ее беременность! Из-за этого Мэрил всю ночь видела страшные, неприятные сны про абортированных младенцев, что, конечно, не дало ей нормально выспаться. Вот и проспала! Ну ничего, если поспешить, то она опоздает не более чем на пять минут. Никто не станет на Мэрил ругаться из-за такой ерунды, она на хорошем счету у преподавателей.       Быстро умывшись, одевшись, и сунув на ходу в рот какое-то печенье, Мэрил схватила свою сумку с учебниками и помчалась на лекции. К концу третьей лекции она уже и думать забыла о Лилитте, постепенно уверив себя в том, что все же подруга точно не решится на такой скверный поступок.       Посему вернувшись в общежитие ближе к вечеру, Мэрил даже и не показалось странным, что дверь их комнаты закрыта. Наверно Лилитта куда-то пошла. Может сама решила отправится к врачу на консультацию и получить специальные витамины для беременных, а может просто захотела прогуляться.       Открыв дверь ключом, Мэрил зашла в комнату, бросила сумку на обувную полку и стала разуваться. И тут приметила, что плащ Лилитты висит на крючке у двери. Странно, сегодня достаточно прохладно, чтобы она пошла куда-то без него.       Мэрил хмыкнула и пожала плечами. Эта Лилитта — такая чудачка, от нее чего угодно можно ожидать.       Но вдруг Мэрил оглушил душераздирающий вопль, донесшийся из комнаты. Мэрил дернулась и подскочила от неожиданности. А когда поняла, что это был голос Лилитты, тут же побежала на крик.       Оказавшись посреди комнаты, Мэрил встала как вкопанная и в ужасе уставилась на кровать.       Там, стянув до колен штаны-клеш и трусы и раздвинув ноги, лежала Лилитта. Она в напряжении подняла голову с подушки, а двумя руками крепко сжимала рукоятку ножа.       От ужаса Мэрил потеряла дар речи и оцепенела.       Лилитта зажмурилась и занесла нож над собой, целясь незнамо куда, то ли в живот, то ли между ног. О, черт! Что она делает? Что придумала? Решила убить себя или сделать аборт в домашних условиях? Это точно безопасно? Лучше проконсультироваться с врачом.       — О боже, Лилитта! — завизжала Мэрил. — Кто-нибудь, на помощь! — бросилась она к двери и выглянула в коридор. А затем тут же побежала обратно.       — Уйди! — закричала Лилитта. — Только попробуй мне помешать! — приподнялась она, поднося нож к промежности.       — Что ты творишь, идиотка? — отчаянно заорала Мэрил и кинулась к Лилитте. — Отдай нож, ты сошла с ума!       — Не подходи! — махнула она ножом в сторону Мэрил, а затем взяла и резанула себя между ног.       Мэрил видела, как брызнула кровь, и тут же простыня под Лилиттой стала окрашиваться в красный. А она уже снова занесла нож, чтобы порезать себя еще глубже.       — Да помогите же, блять, кто-нибудь! — опять побежала в коридор Мэрил.       Выскочила и стала долбиться в ближайшие двери.       Через несколько секунд в коридор выбежали студенты.       — Лилитта! Она там! — охуевше махала руками Мэрил в сторону их комнаты. — У нее нож, она убьет себя!       Двое парней без лишних вопросов побежали на помощь. Мэрил за ними.       — Идите на хуй! Я все равно это сделаю! — безумно кричала Лилитта, то махая ножом по сторонам, то нанося себе новые порезы, уже не на шутку истекая кровью.       Парням с трудом удалось выбить нож из ее рук, и уже через несколько секунд они скрутили слетевшую с катушек Лилитту и прижали ее к кровати.       — Вызывай неотложку! — скомандовал Мэрил один из них.       Та тут же побежала прочь из комнаты. Промчалась по коридору и спустилась по лестнице на первый этаж. Оказавшись в холле, тут же рванула к телефону, что висел на стене, чтобы студенты могли звонить родителям, ну или на случай вот таких экстренных ситуаций.       Мэрил набрала «девять-один-один» и быстро объяснила оператору ситуацию. Тот уверил, что бригада выезжает и наказал ожидать.       Благо, оператор не наебал, и уже через несколько минут бригада врачей со смирительной рубашкой на готове ворвалась в холл общежития. Мэрил быстро отвела их в комнату, где они и повязали Лилитту.       Та все продолжала истерично орать и брыкаться, угрожая расправой. Тогда врачи, даба облегчить себе задачу и без лишних усилий погрузить взбесившуюся студентку в машину, вкололи ей нехилую дозу транквилизатора. Лилитта тут же обмякла, и они потащили ее из общежития. Сунули в карету скорой помощи, включили мигалки и помчались прочь, увозя Лилитту вдаль, а точнее в психдиспансер.       Мэрил в ахуе стояла у входа и смотрела на дорогу, пока через пару минут сирены окончательно не стихли. Тогда она вернулась в комнату.       Вся кровать и пол вокруг были в крови. Мэрил передернуло, а желудок неприятно скрутило от тошноты. Господи, да что нашло на Лилитту? Вчера ведь вроде она успокоилась. Мэрил думала, что подруга ее услышала, вняла ее словам. А тут такое… И на что Лилитта вообще рассчитывала? Думала вырезать ножом из матки плод? Это же глупо! Скорее всего она бы потеряла сознание от боли или потери крови прежде, чем добралась бы до матки. Но вроде все обошлось, кажется ей удалось лишь поверхностно себя порезать. Или нет? Или все же ее раны были глубже, чем казалось. Вдруг ей удалось задеть матку или самого ребенка? Да нет, бред какой-то. Это невозможно чисто физиологически. Вряд ли обычный кухонный нож достал бы так глубоко.       Рассуждая об этой хуйне с чисто научной точки зрения, Мэрил не учла лишь одно. Кажется, Лилитта просто ебанулась. Вряд ли в тот момент, когда она вообще это придумала и приступила к осуществлению, она думала об исходе. Но Мэрил никак не могла этого осознать, ведь изначально не понимала столь истеричной реакции Лилитты на беременность. Но ответ на все вопросы крылся в том, что Лилитта в принципе всегда была не в себе. Сколько раз она устраивала непонятные скандалы и истерики на пустом месте. Возможно, имеет место быть некое психическое отклонение. Но Мэрил считала, что все дело просто в слишком взбалмошном характере Лилитты. Да еще она и художница ко всему прочему. А эти творческие люди всегда немножко не в себе.       Мэрил собрала окровавленное белье в ком и кинула у входа. Затем решила, что стоит протереть пол, ведь и самой было не очень-то приятно находиться в такой обстановке.       Она набрала ведро воды, кинула в него тряпку и приступила к мытью. Но вдруг ее осенило. Ведь родители Лилитты не в курсе, что стряслось с их дочерью. Ни о беременности не знают, ни о сегодняшнем инциденте. Стоит сообщить им об этом и немедленно. Тогда Мэрил отложила уборку и принялась шарить по вещам Лилитты, дабы отыскать какой-нибудь способ связи с ее родителями. Она нашла номер домашнего телефона в ее ежедневнике, и снова отправилась в холл, чтобы позвонить.              Прошло несколько дней.       Все это время Мэрил не находила себе места. Она не знала ни в какую лечебницу отвезли Лилитту, ни смогли ли там вернуть ее в адекватное состояние. А главное, Мэрил не знала, сумели ли сохранить беременность.       Из-за всех этих переживаний Мэрил плохо спалось. Каждую ночь снились неприятные сны про Джейка, которые она почти перестала видеть с момента, как уехала из Луизианы.       Дабы отвлечь себя от всех этих гнетущих, тревожных мыслей, Мэрил с головой погрузилась в учебу, решив пока повременить со всякими развлечениями и прочими радостями. Во-первых, настроения на это совсем не было. Во-вторых, ей казалось каким-то негожим ходить туда без Лилитты. Наверняка сплетни про ее припадок разошлись уже по всему кампусу, и все непременно начнут выпытывать у Мэрил подробности. Ну, а в-третьих, все эти вечеринки часто заканчивались случайными связями с парнями, и Мэрил забеспокоилась о том, что вдруг и она попадет в такую ситуацию, как ее подруга. Нет, конечно, она не устроит такую истерику, не придумает делать аборт. Но все же, Мэрил прекрасно понимала, что для детей пока слишком рано. Она должна закончить институт, а с малышом это сделать ой как сложно. Мэрил ведь даже и помочь некому. Так что пока стоит быть максимально аккуратной, чтобы не оплошать.       В очередной вечер Мэрил вернулась с занятий и, быстро перекусив, уселась за курсовую работу по биоинженерии. Она так увлеклась, что даже не сразу заметила, как в дверь кто-то постучал.       — Войдите, — не поднимая голову от учебника, сказала она, когда стучали уже в седьмой раз, решив, что это скорее всего кто-то из соседей. Может хотят попросить помочь по учебе или одолжить какой-нибудь химический справочник, а может пришли позвать ее на вечеринку.       — Прошу прощения, мисс Стрип, — услышала она незнакомый мужской голос и обернулась.       На пороге стоял высокий мужчина, на вид лет сорока с хвостиком. Это еще кто? Какой-то преподаватель? Он точно не вел ничего у Мэрил. Странно…       — Эм… — вопросительно посмотрела на него Мэрил.       — Меня зовут Джон. Джон Лоу, — положила ладонь на грудь мужчина и приветственно кивнул.       — Ааа… Вы отец Лилитты, верно? — наконец дошло до Мэрил. — Заходите, присаживайтесь. Будете чай?       Мэрил встала из-за стола, быстро сгребла учебники и тетради в сторону и придвинула еще один стул.       — Нет, спасибо, — замотал руками мистер Лоу. — Я ненадолго. Просто хотел вас поблагодарить.       — Да что вы, меня не за что благодарить, — улыбнулась Мэрил.       — Как же не за что? Вы спасли нашу дочку, — с грустью улыбнулся мистер Лоу.       — Да вы садитесь, — указала на стул Мэрил. — Расскажите, как у нее дела? Она в порядке?       — Ох… — вздохнул мистер Лоу. — В порядке, если это можно так назвать. Она в лечебнице, у нее острый психоз. И врачи даже подозревают шизофрению…       — Оу… — округлила глаза Мэрил.       — Да-да, звучит страшно, — поджал губы мистер Лоу.       — А что с… — осторожно начала Мэрил, но тут же запнулась.       — С ребенком? — спросил Джон. — Все хорошо. Она только слегка ранила себя, пришлось наложить пару швов…       Мэрил с облегчением выдохнула.       — Наверно мне стоило позвонить вам сразу, как только она рассказала мне о беременности, — виновато опустила взгляд Мэрил. — Тогда бы ничего этого не случилось.       — Нет, что вы! — махнул ладонью мистер Лоу. — Вы же не могли знать, чем все обернется. Никто не мог. Разве только мы с женой…       — В смысле? — приподняла бровь Мэрил.       — Ну вы же знаете, Лилитта у нас художница. И она всегда была немного странной, взбалмошной, часто устраивала истерики на пустом месте и все в таком роде… Ну мы с Джуди — это моя жена, мама Лилитты — думали, что все творческие люди с причудами. Вот и наша Лилитта…       — Ну да, она бывает странной, — улыбнулась Мэрил, а мистер Лоу негромко засмеялся.       — Но думаю, мы закрывали глаза на проблему, не хотели ее замечать, — вздохнул он, убрав улыбку. — Еще и заставили ее поступить в этот проклятый институт! А она ведь хотел учиться в арт-колледже… Но я ей сказал тогда, Лилитта, какие художники, холодная война не утихает вот уже два десятка лет! Стране нужны ученые, а не художники! С таким образованием ты всегда найдешь себе хорошее местечко. А свои картины можешь оставить как хобби, никто же не против.       — Да, она рассказывала, что не хотела здесь учиться, — кивнула Мэрил. — Особенно последнее время очень часто истерила из-за этого…       — Вот видимо все это и привело к такому психозу… — поджал губы мистер Лоу. — Все я виноват! Не стоило ее заставлять!       Он закрыл глаза ладонью и замотал головой. Мэрил даже показалось, что он плачет, хоть и старается это тщательно скрыть.       — Я принесу воды, — сказала Мэрил и пошла к небольшому столику у окна, где стоял кувшин с водой.       Взяла стакан и стала наливать воду, все поглядывая на мистера Лоу. Тот выглядел подавленным и растерянным. Мэрил никак не могла понять, как относится к нему. С одной стороны, она была бы рада, если бы ее родители вот так позаботились о ее будущем и отправили учиться в Калтех. Но, с другой стороны, родители Лилитты сделали это против воли дочери, буквально заставили. И это получается примерно тоже самое, как Мэгги пыталась заставить работать Мэрил на ненавистной ферме. Возможно бы, если бы Мэрил не уехала в свое время из родительского дома, то сейчас бы уже также свихнулась, как Лилитта.       Мэрил вернулась к столу и поставила перед мистером Лоу стакан. Тот взял и сделал небольшой глоток, после чего промокнул губы носовым платком, утер им же нос и глаза.       — Так и что теперь? Что будет дальше с Лилиттой? — спросила Мэрил.       — Ну, пока мы с Джуди ждем, когда ее состояние стабилизируется. Но врачи сказали, что это процесс не быстрый, после такого срыва, — стал рассказывать Джон.       — А потом?       — Потом, заберем ее домой, — вздохнул Джон. — Других вариантов нету. Больше не станем заставлять ее учиться. Да и какая теперь учеба? К тому же, лучше, чтобы она всегда была под нашим присмотром. Доктор сказал, что беременность — это особо уязвимое состояние для слабой психики…       — Понятно… — протянула Мэрил, не зная толком, что и говорить. — С ней можно будет как-то увидеться? Я очень переживаю за нее и ее малыша…       — Ох… Не уверен, что стоит… — неловко оскалился мистер Лоу. — Врач сказал, что лучше оградить ее пока от всего, что будет напоминать ей о случившемся. Да и не знаю, захочет ли сама Лилитта, вспоминать все это… Но мы как-то постараемся с ней поговорить, передать ваше желание с ней увидеться, мисс Стрип. Если она сама захочет, то вы можете приехать к нам в гости. Мы живем недалеко от Лос-Анджелеса…       — Хорошо, я поняла, — улыбнулась Мэрил. — Думаю, если Лилитта захочет со мной встретиться, то сама об этом вас попросит. А если нет, то я не обижусь. Так что лучше не беспокойте ее по пустякам. Я переживу, главное, чтобы она сейчас не нервничала. Все же она носит малыша…       — Спасибо вам еще раз, милая леди, — взял ее за руки мистер Лоу и закачал их в своих ладонях, добро и печально заулыбавшись. — Если бы не вы, то мы бы могли потерять нашу дочь или нашего внука…       Мистер Лоу еще пару минут распинался в благодарностях, после чего вспомнил, что пришел, дабы забрать из общежития вещи Лилитты. Мэрил помогла собрать ему чемодан, пожелала Лилитте скорейшего выздоровления и распрощалась с мистером Лоу.       Оставшись одна, Мэрил снова села за учебу. Но мысли опять улетали в другое русло, все возвращаясь и возвращаясь к Лилитте. Так значит это не просто безумие на фоне новости о беременности. Выходит, у нее уже давно были проблемы с головой, а родители не придавали этому значения, считая это просто заскоками творческого человека. И возможно ничего бы этого не случилось, если бы они прислушались к дочери. Эх… Эти родители — вечно не желают понимать своих детей, думая, что им виднее, как для них лучше! Но все же это не со зла? Родители и впрямь хотят своим детям самого хорошего, и совсем не задумываются, что могут вот этим всем сломать им жизнь.       Но все же Мэрил была рада, что с Лилиттой все было в порядке. Да вот только теперь неясно, что будет с ней дальше. Ее подлечат и она станет нормальной? Родит и будет любить своего малыша? Но ведь, узнав о беременности, она кричала, что ей не нужен этот ребенок, что он сломает ей всю жизнь и прочие неприятные гадости. Что если это отношение никуда не уйдет? Что если ребенок родится, и вместо положенной материнской любви получит лишь ее неприязнь, ненависть и обвинения в том, что он причина всех бед? Так и в таком случае все же не лучше было сделать аборт? Тогда бы и не случилось всего этого пиздеца, что тут устроила Лилитта, ее не упекли бы в психушку, она бы закончила институт, а там уже глядишь и сама бы захотела детей. Мэрил еще долго гложила эта мысль, что возможно, именно ее слова осуждения и отказ одолжить деньги стали решающими в этой истории. И повторись все снова, она скорее всего не отказала бы. Все же аборт куда безобиднее того, что произошло, да и возможной не радужной судьбы этого ребенка с таким-то к нему отношением матери, когда он даже еще не рожден. Так вот Мэрил и пересмотрела свои взгляды на аборт, посчитав, что детоубийство — не всегда так уж и плохо.