Женщина, что опровергла теорию добра

      Октябрь 1983 года.       — Ну-ну, Томас, все хорошо… — приговаривал Крис, расхаживая по кабинету и поглаживая сына по спине.       Том судорожно кричал, порой закатываясь в плаче до такой степени, что не мог вдохнуть, но при этом продолжал сотрясаться в беззвучных рыданиях.       — Все хорошо, Том, все хорошо, папа с тобой, — нежным шепотом приговаривал Крис, целуя его в лоб и покачивая в объятьях.       — Что тут происходит? — вдруг распахнула дверь Мэрил и ворвалась в кабинет.       — Все в порядке, милая, не кричи, не пугай Тома, — приставил палец к губам Кристофер.       — Все в порядке?! Это ты называешь все в порядке? — воскликнула Мэрил. — Я проснулась, а его нет в кроватке! Услышала плач аж со второго этажа! Прихожу и что я вижу? Он без маски! Крис, ты не в себе? Быстро надень ее обратно! Что ты творишь?       Мэрил побежала к Крису, вытянув руки и намереваясь выхватить сына. Но Крис прижал его крепче и отступил, показывая, что не отдаст.       — Сейчас он успокоится, — спокойно сказал он и повернулся к окну. — Ох, смотри, Том, что это там сверкает? — указал он пальцем за окно, пытаясь переключить внимание сына. — Кажется, надвигается гроза. Видишь, как сверкают молнии вдалеке? Ох–ох, смотри-ка скорее, как интересно!       — Ты идиот? — закричала Мэрил. — Быстро надень ему маску! Ты не видишь — у него приступ!       — Это не приступ, ему просто нужно время, чтобы поплакать как следует и привыкнуть находиться без маски, — пояснил Крис.       — Да что ты такое несешь? Он уже синий! Он не может дышать! — заистерила Мэрил.       Схватила Криса за плечи, развернула к себе и стала выхватывать Тома из его рук. Малыш от этого закатился еще сильнее.       — Прекрати, Мэрил! — строго сказал Крис, отстранив Мэрил в сторону. — Я что по-твоему, совсем сумасшедший? Я знаю, о чем говорю. Он сейчас успокоится. Так всегда бывает, когда я ее снимаю.       — Что? — округлила глаза Мэрил. — Что значит всегда? Почему ты ее снимаешь? Какого хуя? Ты же знаешь, что ему нельзя без нее дольше пятнадцати минут!       — Это бред, Мэрил, — помотал головой Крис. — Вчера он пробыл без маски целых двадцать минут и ничего не случилось.       — Это шутка? — захлопала ресницами Мэрил. — Ты что, снимаешь ее без моего ведома?       — Да, Мэрил, да! Я это делаю! — не стерпел и тоже повысил голос Крис. — Пора уже от нее избавляться! Это уже ни в какие ворота не лезет! Он мучается в ней!       — Он живет благодаря ей! — взвизгнула Мэрил и предприняла еще одну попытку выхватить сына.       — Нет, это не так, — снова отступил Крис, не давая забрать ребенка. — Это издевательство и ничего больше.       — Да ты взгляни! Он не может дышать! — замахала руками Мэрил, указывая на Тома, что открыл рот в беззвучном плаче и, содрогаясь, пытался сделать вдох.       — Врачи говорят, что это нормально, такое бывает у младенцев, — пояснил Крис. — Это называется аффективно-респираторное расстройство. Такое случается у многих.       — Врачи? — прищурилась Мэрил. — Ты опять общался с этими бюрократами?       — Да, я общался! — уверенно заявил Крис. — Мы были с Томасом в Лондоне у лучшего пульмонолога, и он сказал так.       — Когда это вы там были? — непонимающе скривилась Мэрил.       — Пока ты выбирала себе шубу, — пояснил за времяпрепровождение Кристофер.       — То есть ты специально повез меня туда, заговорил мне зубы новой шубой, а сам потащил его к этим педерастам? — взорвалась Мэрил.       — Ты можешь не кричать? — раздраженно взглянул на нее Крис. — Томас уже почти успокаивается, а ты его пугаешь своими воплями.       — Это я его пугаю? — ткнула себя пальцем в грудь Мэрил. — Да это ты подвергаешь его смертельной опасности! Не видишь, он просто хочет дышать, но не может без маски!       — Хватит уже выдумывать! — возмущенно помотал головой Крис. — Я же сказал, что знаю, что делаю. Маску надо снимать и как можно скорее. Ты не понимаешь, что она не дает ему нормально развиваться?       — Это тебе твои врачи напели? — не унималась орать Мэрил.       — Да, они! И я им верю! — ответил Кристофер, поглаживая Тома по затылку. — Они видели твою маску, сказали, что это опасно — находиться младенцу в такой конструкции постоянно. Это не дает развиваться легким, травмирует его трахею, потом будут проблемы с речью и всем остальным. Легким нужен свежий воздух.       — И почему же тогда он так орет, когда ты ее снял? — взмахнула ладонью Мэрил.       — Потому что привык находиться в маске, ему нужно время, чтобы адаптироваться к обычному дыханию, — продолжил разъяснения Крис. — Трубка к тому же травмирует трахею, ему постоянно больно. А в маске он плакать не может, вот и плачет сейчас, когда ее нет.       — Чушь! Эти бюрократы ничего не смыслят! — стояла на своем научном Мэрил. — И какое вообще право ты имеешь делать все это за моей спиной?       — Потому что я его отец! — воскликнул Крис.       — А я — мать! Мне лучше знать! — топнула ногой Мэрил.       — Не истери! — процедил Крис. — Просто успокойся и понаблюдай вместе со мной. Еще немного и Томас успокоится. Смотри, он уже успокаивается. Почему ты просто не можешь довериться мне и попробовать сделать так, как я говорю? Я же поверил тебе и позволил надеть на него маску. Теперь поверь и ты и позволь ее уже снять.       — С чего бы мне тебе доверять? Ты ученый? — даже и не думала успокаиваться Мэрил, распаляясь от его слов еще сильнее. — Ты даже не врач! Ты простой бюрократ, что только и смыслит, как перебирать бумажки своей королевской старухи! На каком основании, я спрашиваю, мне тебе доверять! Не моим исследованиям, не моему изобретению, а тебе?       — Ученые ведь наблюдают, экспериментируют, — пожал плечами Крис. — Вот и ты просто понаблюдай, проведи эксперимент и посмотри, что будет. Откуда ты сделала такой расчет, что он не может без нее дольше пятнадцати минут? Я вот видел, что может, и очень даже хорошо.       — Ты совсем ебанулся? Предлагаешь мне проводить эксперименты на сыне? — взорвалась Мэрил. — О чем ты вообще думаешь? А если этот твой эксперимент окажется хуйней собачьей? Провалится? Что ты тогда скажешь, когда Том умрет прямо у тебя на руках?       — Да он не умирает! — возмутился Крис. — Открой глаза наконец, он уже почти не плачет! — похлопал он по спине Тома, что уже просто судорожно всхлипывал и потирал ручонками заплаканные глазки. — Он успокоился, он устал и хочет спать. Да, Томас? Ты хочешь баиньки?       — Он обессилен! У него кислородное голодание! — не унималась Мэрил.       — С его легкими все в порядке, — устало выдохнул Крис. — Врачи сделали рентген и подтвердили это. Они развились полностью, осталась лишь легкая астма. А это уже ерунда, для лечения которой не требуется эта безумная маска. Надо лишь наблюдать и ждать, возможно, он и вовсе просто перерастет этот недуг. А если нет, то достаточно просто всегда держать наготове баллончик…       — Отдай мне Тома немедленно! — злобно протянула Мэрил. — Ты не имеешь права…       — Еще как имею! — не собирался сдаваться Крис. — Он мой сын, мой единственный любимый сын, и я не дам над ним издеваться. Я хочу для него только лучшего. Уверен, и ты хочешь того же. Поэтому мы должны вместе избавиться от этого ужаса.       — Ты обещал, что мы будем действовать сообща, — сжала кулаки Мэрил. — Мы договаривались! Я держу свое обещание, стала меньше пить вино, а ты в это время творишь вот это вот все за моей спиной. Возишь Тома по своим бюрократам, снимаешь маску, что жизненно ему необходима. А мне даже и слова об этом не сказал. Получается, ты пиздабол, Крис. Хотя чему я удивляюсь. С самого начала ты только и делал, что лгал мне. Даже про свое имя! Да, Том?       — Причем здесь вообще это? — вздохнул Крис. — Мы говорим сейчас о будущем нашего сына, к чему ты приплетаешь мою работу? И что это вообще за заслуга такая? Стала меньше пить… Да ты вообще пить не должна, если уж на то пошло. Раз ты так беспокоишься за Томаса, то должна проводить время с ним, а не с бутылкой и с кем ты там еще его проводишь…       — Ах так! — с новой силой закричала Мэрил. — То есть хочешь на меня стрелки перевести? Ну а хули ты в таком случае целыми днями торчишь на своей ебаной работе, а не проводишь время с сыном?       — Я провожу с ним все свое свободное время, — ухмыльнулся Крис. — Видишь, ты даже и не знала, насколько много я это делаю, раз была не в курсе, что я снимаю маску, что вожу его по врачам…       — Конечно, не знала, ведь ты делал все это тайком. Иначе бы я тебе не дала этого сделать никогда! — всплеснула руками Мэрил.       — И я бы тебе не дал надеть на него маску, если бы знал, что ты не собираешься ее с него снимать никогда, — пожал плечами Крис. — Вообще у меня такое ощущение порой возникает, что тебе куда важнее доказать важность и уникальность своего проклятого изобретения, чем здоровье и будущее нашего сына!       — Ха! Да что ты говоришь! — хлопнула себя по бедрам Мэрил. — А не ты ли, Том, изначально хотел этого ребенка! Я не хотела его и говорила тебе об этом! Знала, что все так и будет! Знала, что все пойдет по пизде! А теперь что? Я еще и получаю вот такую неблагодарность за спасение твоего отпрыска! Да ты должен мне в ноги кланяться! Если бы не я, то его бы давно уже у тебя не было! Хотя, как по мне, то лучше бы его и не было, лучше бы я сразу от него избавилась, сделав аборт. В тайне от тебя, обратилась бы к какому-нибудь бюрократу, как ты это делаешь сейчас. Он бы избавил бы меня от этого бремени, а ты бы и не узнал.       — Да пошла ты, Мэрил! — прорычал Крис, крепче прижав к себе Тома и пытаясь прикрыть ему уши, дабы тот не слышал таких гадостей от матери. — Ты уже совсем свихнулась! Кажется, я сильно ошибся, выбрав тебя своей женой и матерью моего сына. Ты совсем не такая, какой мне казалась изначально.       — Все, я больше не собираюсь слушать это дерьмо! — вскрикнула Мэрил, схватила со стола маску и протянула Крису. — Немедленно надень ее на Тома или я…       — Или ты что? — нахмурился Крис.       Тут за окном сверкнула молния, озарив яркой вспышкой света всю округу, и сразу же прогремел оглушительный раскат грома. В то же мгновение в кабинете стало темно. Том закричал с новой силой, вцепившись ручками в пиджак Криса.       — Вот проклятье… Кажется электричество вырубило… — пробормотал Крис. — Наверно молния попала в смотровую башню. Но почему резервный генератор не сработал…       Крис выглянул в окно, пытаясь понять, в чем дело. Вокруг поместья была кромешная тьма, хотя в других домах светились окна. Улицу то и дело озаряли яркие вспышки молний, почти непрерывно громыхало, а дождь влил стеной, из всех сил барабаня по стеклу.       Этим моментом воспользовалась Мэрил. Сунула маску подмышку, одним прыжком добралась до Криса, выхватила Тома и побежала прочь из кабинета.       — Стой! — бросился за ней Крис. — Мэрил, что ты делаешь? Остановись! Черт! — наощупь мчался он за ней, то и дело натыкаясь на мебель и углы.       Ворвался в спальню, куда за несколько секунд до этого забежала и Мэрил, и стал всматриваться в темноту. За окном сверкнула очередная молния, осветив комнату, и Крис смог в это время приметить Мэрил. Она, стоя возле люльки, взяла оттуда одеяльце и завернула в него Тома. Затем прижала его к себе и пошла к кровати.       — Мэрил, давай оба успокоимся, — тихо заговорил Крис и пошел к ней. — Кажется, мы оба наговорили друг другу много лишнего. Нам надо просто спокойно поговорить. Это ради Тома.       — Я не знаю, что тебе еще сказать, — пожала плечами Мэрил.       — Тогда просто послушай меня, — положил ей ладонь на плечо Крис. — Хорошо?       Мэрил лишь коротко мотнула головой, и Крис это принял за знак согласия.       — Нам обоим сейчас приходится нелегко, — продолжил Крис. — Тебе, как матери, особенно тяжело переживать все это. Болезнь ребенка — что может быть хуже? Ты себя накрутила, ты постоянно нервничаешь из-за этого, не можешь расслабиться и поверить, что с Томом уже все в порядке. Это превратилось уже в какую-то навязчивую идею, манию. Но пора уже включать голову. Ты ведь много раз слышала, что говорят врачи. Зачем им лгать? В этом нет никакого смысла.       — Я не хочу больше слышать ничего про врачей, — нахмурилась Мэрил. — Они уже сделали свое дело — превратили нашего сына в калеку.       — Это не так, Мэрил, — устало вздохнул Кристофер. — Это было лишь стечение обстоятельств. Никто не виноват. Ни врачи, ни я, ни тем более ты. Просто так вышло. Всему виной декстрокардия. Это наследственное, но это не смертельно. Я ведь с этим живу, и, как видишь, вполне себе здоров.       — Ты никогда меня не убедишь в том, что врачи не виноваты, — помотала головой Мэрил. — Не трать свои силы и время, это бессмысленно.       — Ладно, пусть так. Пусть виноваты врачи, — выставил ладони Крис. — Но это ведь не значит, что все они хотят навредить нашему мальчику. Они хотят помочь.       — Они не могут помочь. Это невозможно, — безысходно протянула Мэрил. — Я уже сделала это за них. Теперь Том может дышать самостоятельно, больше никому и ничего делать не нужно.       — Может дышать самостоятельно? — вскинул брови Крис. — Это ты называешь самостоятельно?       Он потянулся и отодвинул с лица Тома уголок одеяла, открывая обзор на маску, что снова была на нем.       — Просто посмотри. Как ему с этим жить? — вопросительно развел руками Крис.       — Сколько мы будем обсуждать одно и тоже? — раздраженно покосилась на него Мэрил. — Я говорила уже тысячу раз, что без нее он вообще не может жить.       — Он может без нее жить и может дышать самостоятельно, — пытаясь держать себя в руках, терпеливо сказал Крис. — Но просто дышать — недостаточно. Это сейчас он младенец, ему немного надо от жизни. Хотя он даже не может в ней поплакать. Но что будет дальше? Как ему научиться с этим говорить?       — Я с этим разберусь, что-то придумаю, — опустила взгляд на маску Мэрил. — Изобрету какой-нибудь динамик…       — Какой динамик, Мэрил? — закрыл глаза и помотал головой Крис. — Это бред! Не нужен ему никакой динамик. И никакая маска не нужна. Ему нужна нормальная жизнь. Нужны мы с тобой. Он должен быть окружен любовью и заботой. Должен видеть, как мы с тобой друг друга любим, а не слышать наши постоянные ссоры.       — Говоришь так, будто я одна виновата в наших ссорах, — цокнула Мэрил.       — Нет, не одна. Но у тебя явная послеродовая депрессия, и из нее надо выбираться, — приобнял ее за плечи Крис. — Мы обсуждали это. Я готов тебе в этом помочь. Но один вытянуть тебя я не смогу, тебе тоже надо прикладывать усилия. И на это нужно время. Но Том не может ждать, ему надо постепенно уже привыкать жить без маски.       Крис осторожно потянулся рукой к сыну, как бы прося позволить ему снять маску.       — Нет, даже не вздумай, Том, — отпихнула его Мэрил. — Он и так пробыл без нее слишком долго. Кислород в крови наверняка упал.       Крис тяжело вздохнул.       — Ты даже не пытаешься, Мэрил, — медленно покачал он головой из стороны в сторону. — Почему не можешь мне поверить? Неужели думаешь я желаю Тому зла? И я ведь не заставляю тебя снять ее в одночасье. Мы можем делать это постепенно, каждый день увеличивая время без нее, и тогда вскоре избавимся от нее навсегда. Давай попробуем.       Вдруг тишину пронзил телефонный звонок. Крис еще несколько секунд смотрел на Мэрил, ожидая от нее какого-нибудь ответа. Но та молчала. А телефон продолжал настойчиво трезвонить.       — Я должен ответить, — поднялся он и пошел к телефону, стоящему на его прикроватной тумбочке.       — Естественно, — процедила Мэрил. — Что может быть сейчас важнее…       Крис укоризненно на нее взглянул и поднял трубку.       — Да! — приложил он ее к уху. — Да, я слушаю… Что?.. Опять?.. Хм, да, я понял… А это не может подождать до утра?.. Ладно, я понял… Скоро буду… — расстроенно сказал он и повесил трубку. — Мэрил, мне надо ехать… — вновь подошел он к Мэрил.       Та лишь хмыкнула в ответ.       — Мэрил, я прошу, давай не будем друг на друга злиться, — вздохнул Крис. — Нам надо действовать сообща и уже наконец решить эту проблему.       — Я и так уже решила проблему. А ты поезжай, решай свои, — равнодушно пожала плечами Мэрил.       — Нет, так дело не пойдет, — строго сказал Крис. — Сейчас я уеду по работе, ты знаешь, что она не терпит отлагательств. А утром я вернусь, и мы продолжим наш разговор.       — Не теряй время, Том, работа тебя ждет, — встала с кровати Мэрил и пошла к люльке. — А сын будет со мной в безопасности, уж не сомневайся.       — Ты меня услышала, Мэрил? — спросил Крис. — С завтрашнего дня мы начнем снимать маску. Хочешь ты этого или нет.       — Я не дам, — помотала головой Мэрил.       — Неужели мы не сможем решить этот вопрос мирно? — нахмурился Крис и поджал губы. — Я же предлагаю по–хорошему…       — По-хорошему… — ухмыльнулась Мэрил. — То есть у тебя есть еще вариант по-плохому? Звучит, как угроза…       — Я не угрожаю, — спокойно ответил Крис, достав с вешалки пиджак и накинув его на плечи. — Но я готов и к более радикальным действиям, Мэрил. Если мы не можем справиться со всем этим сообща, как семья, то я начну действовать сам, как глава семейства, возьму это в свои руки. Нам всем нужна помощь. И тебе, и Тому. Ему в первую очередь. И я готов на все, чтобы он жил нормальной жизнью.       — Уходи, — прорычала Мэрил. — Поезжай уже на свою блядскую работу. Она для тебя — самое главное. Не я, не Том, а работа.       — Ты ошибаешься, — водрузил шляпу на голову Крис и подошел к двери. — Пусть сегодня Том побудет еще в маске, а завтра мы вместе с тобой ее снимем. Хорошо?       Мэрил проигнорировала его вопрос. Улеглась на кровать и положила рядом с собой Тома, заботливо накрыв одеяльцем и поправив ремни маски на его затылке.       — Кстати, представляешь, Мэрил, — пытаясь придать голосу беззаботность, снова заговорил Крис, не дождавшись никакого ответа на свой вопрос. — Это, как ты уже догадалась, звонили из Министерства… Как думаешь, почему меня вызывают?       Мэрил продолжила молчать, отстраненно глядя на капли, стекающие по оконному стеклу.       — Опять «код коричневый»! — натянуто улыбнулся Крис, хлопнув себя по бедрам. — Ну сколько можно! Уже пятый случай за последние полгода!       Ответом ему была тишина.       — Слушай, а может, ты для Королевы лучше что-нибудь изобретешь? Ну не знаю, какую-нибудь конструкцию, которая бы помогла избежать мне вот таких ночных выездов? Можно что-то придумать? — улыбнувшись, посмотрел он на нее. — Заодно отвлечешься на новое изобретение…       — Мне нет до этого дела, — равнодушно ответила Мэрил. — Иди уже.       — А ты отдохни и успокойся, — взялся за ручку Крис и приоткрыл дверь. — Завтра нас всех ждет важный день. Хочешь, на обратном пути я заеду в булочную и куплю для тебя твои любимые сырные рогалики? — спросил он, решив показаться милым и закончить разговор на приятной ноте.       — Как хочешь, — пожала плечами Мэрил.       Крис тяжело вздохнул. Взял служебное пальто, зонт, поправил шляпу и вышел из комнаты.       Мэрил осталась одна наедине с Томом. Полежала пару минут, а затем встала и подошла к окну. Увидела, как Крис быстрым шагом спустился с мраморных ступеней, прошел мимо декоративного пруда, по каменной дорожке к воротам. За ними его уже ждала служебная машина. Крис на мгновение остановился, обернулся и поднял голову, глядя прямо в окно, через которое за ним наблюдала Мэрил. Она быстро шагнула в сторону и спряталась за тяжелой бархатной шторой, чтобы Крис ее не заметил. Совсем не хотелось, чтобы он знал, что она смотрит. Не хотелось встречаться с ним взглядами.       Наконец Крис отвернулся, уселся в машину, и та уехала.       Мэрил выдохнула, раздув щеки, и обернулась к Тому, что тихо лежал посреди их с Крисом кровати. Бедненький, кажется, уснул, вымотавшись от плача.       — Я не дам никому снять ее с тебя, не волнуйся, — присела Мэрил рядом и потуже затянула ремни маски, чтобы та точно никуда не сползла и держалась крепко.       Нет, она точно не позволит никому снять маску. Это равно тому, что убить Тома. Мэрил этого не допустит!       Но кажется не только она настроена решительно. Крис твердо намеревается снять ее уже завтра. Даже если Мэрил на шаг не будет отходить от Тома, пусть не завтра, но рано или поздно Крис это сделает. Уже делал за ее спиной. Чертов проклятый бюрократ! Угрожал Мэрил, что добьется своего любой ценой. Но что он имел ввиду?       Мэрил охватила паника. Она всегда считала Криса достаточно мягкотелым и безвольным. Но то, как он разговаривал сегодня с ней, ставило это под сомнение. Кажется, он настроен серьезно. Без всяких шуток и приколов хочет избавиться от маски. Но Мэрил же просто не позволит. Если придется, не будет и на шаг отходить от Тома, дабы бдить, контролировать и не допускать никакого самоуправства. А что, если Крис придумает действовать иначе? Он же говорил про то, что он тут главный, что он сам все решит, если Мэрил не захочет подчиняться. А ведь Крис не простой человек, а при власти и деньгах. Имеет связи. А Мэрил тут, можно сказать, на птичьих правах. Даже и не жена ему и вообще гражданка другой страны. Что если Крис придумает выдворить ее? Напишет на нее какой-нибудь донос, обвинив в шпионаже, или что он там еще может придумать, пользуясь своей властью. Вдруг он решит отнять у нее Тома? Заберет его и увезет в неизвестном направлении, отнимет у нее сына. Морган именно так ведь и поступил. Кто мешает сделать подобное Крису? Эти бюрократы ведь способны на что угодно, не чураются никаких методов. Готовы даже лишить ребенка матери, чувствуя свое превосходство и безнаказанность.       Нет, Крис не способен на такое. Он ведь не как Морган, не такая черная мразь, как тот. Он хороший, добрый белый человек. И он ведь любит Мэрил. Любит ведь? До сегодняшнего разговора она считала, что да. Но Крис сказал, что ошибся в ней. Чертов ублюдок! Знал бы он, как Мэрил разочарована в нем! Но она не могла при этом сказать, что разлюбила его. А он разлюбил? С каждым днем после рождения Тома, Мэрил все меньше ощущала его любовь. Казалось, теперь ему нужен лишь сын, а не она. Но и его он, если и любит, то слепо. Думает лишь о том, что подумают остальные, когда увидят Тома в его маске. Криса не волнует, что она ему жизненно необходима. Важно лишь, чтобы Том был как все. А он ведь не как все. Он несчастный инвалид, калека. Ничего хорошего его в жизни не ждет, все, чем он может довольствоваться — это просто сама жизнь, которую ему подарила и спасла Мэрил. А Крис этого не понимает. Напридумывал себе, что Том — обычный ребенок, такой же как все, способный жить в обществе наравне с другими. И ради этих своих глупых фантазий готов рисковать его жизнью. Готов снять с него маску, дав задохнуться, лишь бы никто не принял Тома за калеку.       Размышляя обо всем этом, Мэрил решила, что наверно Крис и правда может осмелиться на то, чтобы забрать сына. Нет, она не переживет повторения истории. Одного сына у нее уже украли. Второго она не отдаст ни за что.       Но что делать? Как не допустить этого? Мэрил не в силах этого сделать здесь, в Англии. Учитывая связи Криса, его работу на Королеву… Никто не остановит его, лишь будут подыгрывать. А если Мэрил станет противиться, то и вовсе рискует загреметь в психушку или тюрьму. Крис может выставить ее сумасшедшей, может придумать, что она издевается над Томом. И она никогда не докажет обратное. Все карты на руках Криса, и он может распоряжаться ими как посчитает нужным.       Получается, чтобы избежать такого исхода, Мэрил должна согласится на его условия. Самовольно снять с Тома маску, тем самым убив его. Нет, этот вариант точно не подходит Мэрил.       Значит, она в абсолютно безвыходном положении. Если не согласится добровольно избавиться от маски, Крис сделает это насильно. Так и так Тома ждет плачевный исход.       Мэрил этого не допустит. Не отдаст сына и не позволит его угробить. Значит, выход один.       Мэрил, все это время расхаживающая по спальне туда-сюда, резко остановилась. Обернулась на Тома, затем взглянула на часы. А после быстро побежала к шкафу, достала оттуда чемодан и принялась сгребать туда без разбора вещи.