Женщина, что опровергла теорию добра

      — Милый… Пора вставать… — нежно прошептала Мэрил, тихо войдя в шар.       Джейк лишь что-то профырчал и перевернулся на другой бок.       — Мой ты соня… — присела Мэрил на край кровати и потрепала сына по волосам. — Просыпайся, солнышко уже давно встало, а ты все спишь.       Джейк повернул голову и открыл один глаз.       — Давай, открывай глазки, — погладила она его по щеке.       Джейк сонно замычал, поднял руки над головой и потянулся.       — Вот так, давай, просыпайся, бодрись, — засюсюкала Мэрил, двумя ладонями проведя Джейку по бокам.       Тому стало щекотно от этого и он захихикал.       — Да мой ж ты сладенький! Такой вкусный-вкусный малыш! — не унималась умиляться Мэрил, жамкая Джейка по бокам и целуя в живот.       — Ммм… — спустя пару минут отстранил ее Джейк, когда ему надоели нежности матери.       — Ну все, все, — подняла ладони Мэрил и встала с кровати. — С добрым утром!       Джейк бодро подскочил с кровати и запрыгал на месте, схватившись двумя руками между ног.       — Писать? Побежали скорее! — взяла его за руку и Мэрил и потащила в сторону ванной комнаты.       В качестве нее выступал небольшой отсек внутри шара, отгороженный от основного пространства полиэтиленовой стенкой. Там было все необходимое. И надувной полиэтиленовый унитаз, и надувная ванна с не менее надувным душем.       Мэрил стянула с Джейка трусы и усадила на надувной унитаз. Сама оперлась на край надувной ванны и стала ждать, пока он сделает свои дела.       — Скажи, мой хороший, чем бы ты хотел сегодня заняться? — спросила Мэрил.       Джейк, сидя на унитазе и болтая ножками, лишь пожал плечами в ответ.       — Не скажешь, да? — вздохнула Мэрил.       Джейку уже вот-вот должно было стукнуть четыре, но он до сих пор не заговорил. Мэрил это беспокоило, и она всеми правдами и неправдами разговорить его, выудить хоть словечко. Но тот упорно молчал! Мэрил уже с ног сбилась, придумывая всякие методики развития речи. Не помогало ничего! Джейк лишь мычал да угукал, изъясняясь жестами. Мэрил была на грани отчаяния. Как же так? Ее самый прекрасный, самый замечательный, самый умный сыночка — не говорит! В чем дело? Неужто дрянные гены тупого как пробка Бена так подействовали? А может дело в вас, мисс Стрип? Может не стоило держать ребенка с рождения взаперти, лишая его возможности нормально развиваться? Нет? Ну ладно, вам виднее. Вы же мать!       — Ну ладно, раз ты не знаешь, то я уже кое-что придумала, — улыбнулась Мэрил. — Давай умоемся, почистим зубки и пойдем уже развлекаться и веселиться!       Джейк радостно помахала руками над головой, затем спрыгнул с унитаза, натянул трусы и поспешил к надувной раковине.       Сделав все утренние процедуры, в том числе и биометаллический, Джейк нетерпеливо побежал обратно в шар, чтобы скорее уже приступить к играм.       — Сначала еще надо покушать! — остановила его Мэрил и указала на поднос с космическими тюбиками.       — Бе! — скорчил недовольную гримасу Джейк.       — Надо, малыш! Чтобы ты рос сильным и здоровым, нужно хорошо кушать, — подняла указательный палец Мэрил. — Чего бы ты хотел на завтрак? Скажи.       Мэрил провела ладонью над широким ассортиментом тюбиков. Чего в них только не было! И несколько видов каш, и яичница с беконом, и панкейки с джемом. Все, конечно, в пюрированном виде. Мм, вкуснятина!       Джейк нахмурился, не желая отвечать.       — Просто скажи, чего бы ты хотел, и я тебе это дам, — мило продолжила Мэрил. — Быстро покушаешь, а уж потом играть!       Джейк возмущенно мотнул головой, подбежал к матери и быстро схватил первый попавшийся тюбик. Уверенно протянул Мэрил, чтобы та открыла, и стал ждать.       — Блинчики с арахисовой пастой? — взглянула на тюбик Мэрил. — Ты уверен? Просто скажи: да или нет.       Джейк быстро закивал, даже и не вникая, что там ему говорит мать. Главное уже скорее позавтракать, а чем — не так уж и важно. На вкус все это было одинаково противно.       — Ну что ж, как скажешь, — вздохнула Мэрил. — Каша так каша.       Мэрил открутила крышку и отдала тюбик Джейку. Тот быстро выдавил содержимое себе в рот, бросил тюбик на поднос и побежал в центр шара. Уселся на ковер и выжидающе уставился на мать. Где уже обещанные развлечения? У него уже нет сил терпеть! И он не собирается ждать более ни минуты!       — Как насчет рисования, мой милый? — взяла Мэрил из отсека для передачек стопку бумагу и краски. — Ты будешь мне говорить, что нарисовать, а я буду рисовать и учить тебя.       Джейк нахмурился и упер руки в бока. Что это за игра такая дурацкая? Почему рисовать будет мать, а не он? В чем прикол?       — А-а! — замотал головой Джейк.       — Но почему? — изумилась Мэрил. — Будет весело!       Джейк замотал головой пуще прежнего и стал тыкать себя пальцем в грудь.       — Ты сам хочешь рисовать? — спросила Мэрил, расшифровывая его жесты.       Джейк, даже ничего не отвечая, подскочил с пола, подбежал к Мэрил и выхватил у нее все рисовальные приблуды. Затем взял за руку и потянул за собой.       — Лааадно… Давай так… — быстро сдалась Мэрил.       И опять ее ученый план, как заставить Джейка заговорить с треском провалился! Она с какого-то хуя надеялась, что сын оценит идею того, что он говорит, а она рисует. Да вот только где-то просчиталась. Но где? Мэрил совсем не могла понять. И отказать сыну тоже не могла. Раз он хочет рисовать сам, то так тому и быть. Имеет ли она право с ним спорить и настаивать на своем?       Джейк сбегал в полиэтиленовую ванную комнату, набрал в баночку воды и уселся по-турецки на пол. Мэрил села перед ним, улыбаясь. Джейк промокнул в банке кисточку, затем поелозил ею в банке и поднес к бумаге, но рисовать не спешил, о чем-то призадумавшись.       — Что ты хочешь нарисовать, миылй? — мягко спросила Мэрил, склонив голову набок. — Может быть машинку? Точно! Давай нарисуем розовую машинку! У мамы когда-то такая была… — ностальгично вздохнула она.       Но Джейк никак не отреагировал. Нахмурил пышные брови и смотрел то на листок, то на руку.       — Знаешь как получить розовый цвет? Нужно смешать белый и красный. Покажи, где тут красный цвет. Может, вот этот? — спросила она, указав на зеленый.       Джейк и хуй собирался слушать бред матери. Конечно же он знал, как получить розовый цвет! Она же сто раз показывала! И вообще, что за глупости она делает? Зачем показывает на зеленый, ослепла?       Вместо того, дабы пообщаться с Мэрил, Джейк приставил кисточку к руке и сделал на коже полоску. Убрал кисточку и улыбнулся.       — Джейк, солнышко, ты что творишь! — безбашенно воскликнула Мэрил и выхватила у него из рук кисточку, прижав к груди. — Нельзя! Тебе ни в коем случае нельзя!       — Мм! — протестующе нахмурился Джейк, отпрянув от нее.       — У тебя нет иммунитета ни к чему, — стала объяснять Мэрил. — А на твоей кожи миллионы пор. Краска попадет в них, и проникнет в твой организм. Знаешь, из чего их делают? Сплошная химия! Сразу же пойдет аллергия, а там и еще чего хуже… Какая-нибудь зараза… Нет, нельзя.       Мэрил намочила слюной палец и принялась оттирать краску с руки сына, абсолютно уверенная в том, что уж что-что, а ее слюна обладает антибактериальным эффектом. Не зря же она ученая!       — Ммм, — насупился Джейк, опустив уголки губ.       — Давай лучше на бумаге, — пододвинула к нему листок Мэрил, оттерев с его кожи краску.       Джейк дюже тяжело вздохнул и печально уставился в сторону окна.       — Малыш, ну нельзя, — сочувствующе свела брови домиком Мэрил.       Джейк скрестил руки на груди и сильнее отвернулся от Мэрил.       — Ну пойми, это не моя прихоть, — положила ладонь на грудную клетку Мэрил, а сердце ее разрывалось в клочья из-за грусти сына. — Нельзя тебе заниматься такими вещами. Хочешь жить — нельзя!       Джейк в психах отодвинул в сторону краски, как бы показывая, что больше он не намерен сегодня рисовать.       — Ну давай порисуем на бумажке, пожалуйста, — мило протороторила Мэрил, хлопая ресницами.       Джейк быстро отрицательно помотал головой.       — Ну хочешь, порисуешь на мне? На моих руках? — предложила Мэрил, дабы хоть как-то поднять настроение сыну.       Джейк слегка повернул голову и в прищуре уставился на мать.       — Да-да! можешь рисовать прямо на мне! что захочешь! Только не расстраивайся и не грусти, я тебя очень прошу!       Джейк хитро улыбнулся, быстро развернулся к матери и вновь взялся за кисточки. Мэрил же протянула ему руки.       — Может, нарисуешь мне браслеты? Красивые, с драгоценными камнями! — стала предлагать она. — Чтоб мама стала еще красивее!       Джейк же промокнул кисть в зеленой краске, подался к Мэрил, чуть привстал и поднес кисточку ей к лицу.       — Ну нет, Джейк, руки. Мы договорились рисовать на моих руках, — улыбнулась Мэрил.       — Ммм, — слишком жалобно посмотрел на нее Джейк.       — Что? Либо так, либо никак? — вздернула пышную бровь Мэрил.       Джейк закивал.       — Ну ладно, рисуй на лице, — сдалась Мэрил, а Джейк счастливо улыбнулся, что стало самым настоящем бальзамом на душу матери.       И Джейк принялся разрисовывать ей лицо.       Рисовал старательно и увлеченно, высунув изо рта язык и приложив его к верхней губе. То и дело смачивал кисть в красках, даже забывая сполоснуть ее в воде, из-за чего скоро цвета стали смешиваться и превращаться в грязь. Джейк так размахивал кистью, что брызги летели по сторонам, пачка и напольный ковер, и стенки шара.       Мэрил же то и дело пыталась пиздануть что-то хвалебное сыну, но Джейк быстро прикладывал ей ко рту ладошку, как бы призывая замолчать. Он тут вообще-то старается, а она из-за своей болтовни ему все сбивает! Еще и дергается!       Вскоре Джейк откинул с банку кисточку, поднялся и отошел от Мэрил на шаг. Принялся склонять голову то на один, то на другой бок, рассматривая получившееся творение.       — Ну как? Красиво? — улыбнулась Мэрил.       — О! — воскликнул Джейк и показал большой палец вверх.       — Хочу скорее посмотреть! — воскликнула Мэрил.       Поднялась с пола, подошла к небольшому зеркалу, стоящему на комоде, и заглянула в него. Непроизвольно е брови взлетели к потолку — настолько Мэрил была поражена увиденному. Она даже слегка испугалась своего отражения. Что это за ведьма смотрит на нее из зеркала? Кожа раскрашена в серо-бурый цвет, под глазами — жуткие темно-синие круги, пушистые брови перекрашены в зеленый цвет, а от уголков губ отходят красные полосы, как бы продолжение улыбки.       — Мм? — довольно промычал Джейк, ожидая радостной реакции матери.       — О, милый! Как красиво! Так замечательно! Просто великолепно! — залепетала она, положив ладонь на грудь. — Ты — прирожденный художник! Творец!       Джейк улыбнулся и довольно закивал.       — А теперь, нужно умыться. Порисовали и хватит, — улыбнулась и Мэрил, и пошла в сторону полиэтиленового отсека, где стояла раковина, дабы скорее смыть с себя все это непотребство. Да и кожу уже стало стягивать от краски, еще не хватало, чтобы пошло какое-то раздражение! Нужно смыть и как следует увлажнить кремом, а лучше — биметаллом.       — Ааа! — остановил ее Джейк, схватив за юбку.       — Что такое, мой сладкий? — удивленно посмотрела на него Мэрил.       — А-а-а! — замотал он пальцем.       — Не хочешь, чтоб я смывала это сейчас? Мне нужно немного походить с твоим рисунком?       Джейк коротко кивнул.       — Ну ладно, хорошо, — слишком быстро прогнулась Мэрил. — Но убрать грязь придется. Нехорошо жить в грязи, — указала она на брызги красок на полу и полиэтиленовых стенах.       Джейк побежал к своей кровати, с разбега прыгнул на нее и улегся на живот. Подняв ноги и замотав ими по воздуху, взял книжку и с деланным видом принялся ее листать.       — Хочешь посмотреть книжку? А я думала, что ты поможешь мне с уборкой, — указала Мэрил ладонью на пятна красок на полу.       — Ммм, — промычал Джейк, поджав губы и постучал ладонью по книге.       — Хорошо, я уберу сама, — кивнула Мэрил. — Но, может, хотя бы почитаешь мне вслух? Чтоб мне веселее было.       — Ммм, — прорычал Джейк, сведя брови.       — Все-все, не злись, читай про себя, — выставила ладони Мэрил и пошла за ведром и тряпкой.       Джейк беззаботно перелистывал книгу, насвистывая под нос, в то время, как Мэрил, в поте лица отдраивала шар.       — Ну, почти все, — сказала она, распрямившись и вытирая со лба пот. — Еще помою пол антисептиком и точно тогда все. Но нужно убрать коврик.       Она взялась за край ковра и подняла его.       — А это еще что такое? — нахмурилась Мэрил.       Джейк заинтересованно вытянул шею, пытаясь рассмотреть, что же там нашла мать.       Мэрил наклонилась и подняла с пола четыре яблочных огрызка, что мгновение назад были спрятаны от посторонних глаз под ковриком.       — Джейк, что это такое? Как оно здесь очутилось? — охуевая и хлопая глазами, спросила Мэрил, повернувшись к сыну и протянув в ладони огрызки.       Джейк дернулся и изменился в лице. Нервно спрыгнул с кровати и поспешил к матери, дабы отнять у нее огрызки.       — Джейк, ты что… Ел яблоки?! — взвизгнула Мэрил. — Тебе нельзя! Нельзя есть твердую пищу! Ты мог подавиться! Твой желудок мог забиться этим дерьмом! Он не приспособлен для такой еды! К тому же яблоки! В кишечнике могло начаться брожение и тогда все!       — А! — психованно воскликнул Джейк, подпрыгнув и попытавшись отнять у матери огрызки, но та одернула руку.       Тогда Джейк скрестил руки на груди и затопал ногой, всем своим видом показывая, что недоволен тем, что Мэрил роется по его вещам.       — Я же говорила сто раз! Ты думаешь это шутки? Думаешь я просто так, от нечего делать, пюрирую тебе еду и заталкиваю в тюбики… Так, стоп! Как вообще яблоки оказались у тебя? — бросила она на Джейка возмущенный взгляд.       Джейк растерялся и забегал взглядом по шару. Вот ведь блядство! Да какого хуй она все это нашла! Так, спокойно, спокойно, нужно ее как-то отвлечь. Забить голову, чтоб она забыла про огрызки.       — Мм? — не придумал ничего лучше Джейк, чем показать в сторону альбома и красок.       — Джейк, милый… — сощурила глаза Мэрил. — Откуда у тебя взялись яблоки?       Джейк пожал плечами, не на шутку нервничая, и ткнул пальцем себе в грудь.       — Я поняла, что это твое. Но как они оказались у тебя? — не на шутку стала вскипать и одновременно нервничать Мэрил. — К тебе что… Приходило это чучело в маске?! — сказала она, а голову даже закружило от одной только мысли, что ее старший сын уебан-Том посмел не просто сунуться на второй этаж, но и имел наглость общаться с душкой-Джейком!       Джейк развел ладони в сторону, делая вид, что не понимает о чем речь.       — Джейк, милый, не ври маме, — нахмурилась Мэрил. — Это совсем не шутки! Ты даже не представляешь, что это за человек! Какую угрозу он несет для тебя! Так он был здесь? Приходил? Что еще он тебе принес?!       Джейк, хоть и нехуйственно труханул от сложившейся ситуации, попытался взять себя в руки. Прорычал и вновь попытался отобрать у Мэрил огрызки, так и давая понять, чтоб она не лезла в чужие дела! Пусть занимается своими, хули ей нужно?! Хули доебалась?!       — Значит, он был у тебя здесь! Это тупое чмо! — не стерпела и взорвалась Мэрил, сунув огрызки в карман юбки. — Какую заразу он посмел еще засунуть в твой шар?!       Она подорвалась с места и принялась шмонать шар. Джейк побежал за матерью и стал хватать ее за руки, не давай возможности шарить по его вещам. Но у Мэрил будто планку сорвало. Она не обращала внимания на сына и его попытки ее остановить, а лазила по ящикам и шкафам в поиске незнамо чего. Все это делала с не на шутку остервенелым лицом, что из-за стремного грма ведьмы выглядело и без того довольно жутко.       — Ах! — воскликнула она, вытащив из-под самого дальнего угла кровати куклу Барби, волосы которой были коротко подстрижены, отдаленно напоминая прическу Мэрил. На самой же кукле красовалось криво-сшитое бордовое пальто, сделанное из ткани точно такого же, что носила сама Мэрил. Хммм… Или это и есть ткань с того самого пальто? И все бы ничего было в этой кукле, если бы на ее лице и руках не красовались синяки, нарисованные гуашью. Ну в точности мисс Стрип! Не хватает лишь гима старой ведьмы, и будет прям один-в-один!       Джейк и вовсе остолбенел, когда мать достала куклу. Вылупил глаза и в шоке уставился на нее.       — Это… Это типа я?! Какой кошмар! — взвизгнула Мэрил. — Господи! Иисус Христос и мать его Мария, что же это такое творится! Он был здесь! Был! Приходил сюда!       Джейк хлопал длинными ресницами и судорожно соображал, что ему делать. Черт, кажется, мать спалила, что у него есть тайный лучший друг по имени Томми. И, кажется, мать этим крайне недовольно.       — Он напугал тебя, да, детка?! — залепетала Мэрил, обращаясь к Джейку. — Конечно, да! Он ведь такое чудовище!       — Ааа! — взвизгнул Дежйк, отрицательно покачав головой.       Но Мэрил было уже не остановить. Она видела только то, что представляла в своей ученой, больной и блядской голове.       — Он угрожал тебе? Запугивал?! — молола она хуйню, с каждой секундой начиная вскипать по новой. — Урод! Британский ублюдок! Бюрократский выродок! Это ему просто так с рук не сойдет! — рванула она на выход из шара.       — А! — бросился за ней Джейк.       — Он же мог отравить тебя! Убить! Заразить тысячами микробов, заразить тупостью! Привить бюрократию! — в психика расстегнула зип-замок Мэрил, выскочила из шара, и закрыла его за собой.       — Ааа! А! Аааааа! — закричал Джейк, застучав кулаками по полиэтиленовой стенке.       Пытался как-то остановить ее, достучаться. Но Мэрил ослепила злость, и ничто сейчас не было для нее важно, кроме как разобраться как следует с Томом и устроить ему пиздец за непослушание.       Мэрил пробежала по лестнице и спустилась вниз. Том как раз сидел на кухне и ковырялся в манной каше, то и дело брезгливо кривляя губами.       Мэрил подбежала к нему и, не говоря ни слова, схватила за ухо и подняла из-за стола.       — Ааай! — запищал Том, зажмурившись.       Мэрил с силой сжала ему ухо, после чего толкнула на пол. Том, потеряв равновесие, упал вперед, успев сделать упор на вытянутые руки.       — Мама? — испуганно залепетал он, обернувшись к Мэрил и тут же вздрогнул от ее вида.       Мэрил смотрела на него обезумевшим взглядом, интенсивно раздувая ноздрями. Но это не пугало Тома, он часто видел мать во взбешенном состоянии. Жутко было другое — ее странный макияж на лице. Зачем она себя так разрисовала? Вроде бы сегодня не Хэллоуин. Да и если бы даже был он, Мэрил считала этот праздник — праздником бюрократов и никогда не отмечала. Может быть тогда ответ прост — она просто сошла с ума? Окончательно и бесповоротно!       — Я сейчас все съем… Не злись, пожалуйста, — сказал Том, решив, что вызвал вспышку агрессии матери за то, что опять слишком медленно ел ее излюбленную манку.       Медленно перевернулся и стал подниматься на ноги.       — Закрой свой рот, мерзкий бюрократ! — взвизгнула Мэрил и отвесила сыну пощечину. Такую хлесткую, такую жгучаю, что Том тут же вновь упал на пол и схватился за щеку.       В ушах Тома раздался звон, и он зажмурился, кажется, потеряв ориентацию в пространстве.       — Что это такое? — спокойным, холодным голосом спросила Мэирл и кинула перед Томом на пол изуродованную куклу-мать и четыре яблочных огрызка.       Том в мгновение побелел и невооруженным взглядом стало заметно, как его всего затрясло. Том растерянным взглядом смотрел то на мать, то на куклу, то на огрызки, но совсем не понимал, что следует говорить в подобных ситуациях. Сделать вид, что не понимает, о чем речь? Слишком опасно. Том хорошо усвоил подобный урок на мышах.       — Что это такое? — вкрадчиво повторила вопрос Мэрил, двигая зубами из стороны сторону и мерзко скрипя ими.       Том продолжал безумно молчать, судорожно соображая, что ему делать.       — Я прибиралась на втором этаже и нашла там вот это все… — пояснила за шмон Мэрил. — Но я не приносила туда ни яблоки, ни уж тем более эту блядскую бюрократку, — пренебрежительно махнула она ладонью в сторону куклы. — Повторяю вопрос. Что это такое и как оказалось на втором этаже?       — Мама… — трясущимся голосом залепетал Том. — Пожалуйста, прости… Прости… Я не… Я… Я… Не…       — Ты ослушался меня, британский выродок! — перебила Мэрил. — Ты — самое бестолковое и ничтожное существо на всей планете! Так и знай! Я подарила тебе жизнь, вытащила с того света, когда остальные опустили руки и поставили на тебе жирный крест. И что я получаю взамен? Твое непослушание? Твое хамство? Твое предательство? Я же миллиард раз говорила тебе, что на второй этаж подниматься нельзя! Нельзя! Не-ль-зя! Понимаешь, нет?! — покрутила она ладонью у лица сына.       — Мама, пожалуйста, прости меня… — растерянно и нелепо пытался оправдаться Том.       — Не перебивай меня! — завизжала Мэрил, затопав дюж квадратными каблуками. — Ты нарушил главное для себя правило в этом доме! И теперь ты проебал все! Ничего теперь не будет для тебя прежним! Ни твоя жизнь, ни мое отношение к тебе! Ты воткнул мне нож в спину таких размеров, что ты даже и представить себе не можешь! — впала в шизу она. — С этой минуты для тебя наступает новая жизнь! Отныне, я не спущу с тебя глаз! Ты даже в туалет будешь ходить только после моего разрешения! И если не разрешу — будешь ссать в штаны!       — Но… — хотел было сказать Том, подняв взгляд к потолку и услышав, как оттуда раздается раздраженный стук. Видимо, Джейк пытается как-то привлечь к себе внимание, прыгая по полу или стуча по нему кулаком.       — А про то, что увидел на втором этаже — даже и думать забудь! — кричала как ненормальная Мэрил, не слыша ничего и никого вокруг себя. — С этого дня у тебя нет туда пути! Я запрещаю тебе там появляться! Запрещаю тебе даже думать про второй этаж! И не дай бог я узнаю, что ты просто подумал! Просто визуализировал в своей бестолковой, конченой голове то, что увидел там! Ты понял меня?!       По-хорошему, Тому следовало бы промолчать. Но на него вдруг нахлынула такая ярость, такая злость! Он долго терпел ее насмешки, ее запреты и приказы! Но теперь он не хочет молчать! Он не будет лишаться своего единственного друга Джейка, только потому, что так захотела мать. Почему все должно быть так, как угодно ей?! Почему она никогда не может подумать о других? О том, как лучше им?       — Да почему?! — возмущенно воскликнул Том, разгневанно уставившись на мать. — Джейк — мой лучший друг! И я буду с ним общаться дальше! Мы дружим с ним уже не один год! И ты даже и не знала! Не найди ты вот это вот все, — пнул он кроссовком огрызки. — Никогда бы и не узнала про нашу дружбу!       — Что ты сейчас сказал?! — даже растерялась с его слов Мэрил. — Не один год? Не один год?! Да как ты посмел вообще общаться с малышом Джейком?! Хотел превратить его в тупого, беспомощного дегенерата? Подстроить под себя? Специально принес ему эту куклу, чтобы сделать из него такого же пидераста, как ты сам?       — Нет, все не так! — заверещал Том. — Я же уже сказал, что Джейк — мой лучший друг, а я — его! И у тебя нет права запрещать нам дружить! — молол отважные речи он.       — Что, думаешь, Джейку с тобой интересно общаться? — зло усмехнулась Мэрил. — С тобой — глупым, необразованным увальнем? С такой нелепой рохлей, не умеющей и позаботиться о себе?       — Да, интересно! — стоял на своем бесстрашном Том. — И я буду с ним общаться! Ты не запретишь! Да и вообще, хватит меня называть глупым! Надоело! — всплеснул руками он. — Кто из нас еще тут глупый? Я — маленький мальчик, который почти два года тайно ходил на второй этаж, или ты — взрослая женщина, которая даже ничего и не подозревала все это время? Ты думала, что твои слова как-то остановит? Я даже был там один раз при тебе, в том самом шаре, прямо под твоим носом! А ты и не заметила! Так и кто тогда из нас двоих глупый?       На кухне повисла неловкая дерзкая пауза.       Мэрил не на шутку охуела от услышанного. Она даже не могла понять какие чувства сейчас испытывает больше. То ли злиться, то ли растерянна. Но одно она поняла точно — Том превратился в неуправляемого бюрократа. Он посмел перечить ей, посмел обзывать ее и кидать в лицо столь дерзкие речи. Что он задумал? Хочет настроить против нее Джейка? Определенно! Хочет сделать так, чтоб солнышко Джейк ненавидел маму, отказался от нее! Том хочет подмять под себя Джейка, подчинить! Точно также, как Крис в свое время пытался подчинить Мэрил!       Мэрил прошибло холодным потом от подобных умозаключений. Но ведь еще что-то можно сделать? Не все же еще кончено! В конце-концов, она все еще ученая, а Том — умственно отсталый дебил! Да, он прошел по краю, по тонкому льду, но авторитет все еще в руках Мэрил! И она отрубит на корню его попытку перехватить себе власть в доме! Она возьмет ситуацию под контроль, и покажет, кто тут тупой, а кто нет!       — Я повторюсь, — сквозь зажатые зубы прорычала она, закрыв глаза. — Ты немедленно забываешь про Джейка и больше никогда не…       — Я буду общаться с Джейком! — перебил Том.       — Нет, не будешь! — взвизгнула Мэрил.       — Буду! Буду! Буду! — безбашенно закричал Том, в такт стуку со второго этажа.       И тут в голове Мэрил будто перещелкнуло. Раз он с ней по-плохому, то и она прибегнет к более радикальным способам. Рукоприкладство он не понимает, слова тоже. Что ж, будет по другому.       Мэрил схватила со стола маску Тома и подняла на вытянутой руке.       — Ты не будешь общаться с Джейком, — вкрадчиво повторила она, буравя сына безумным взглядом.       — Я буду с ним общаться! Он мой друг! Я его друг! Мы нужны друг другу! — продолжал стоять на своем Том.       — Нет, не будешь! И если ты сейчас же не послушаешь меня, то я уничтожу твою маску, а, значит, и тебя! Еще пару минут без нее и все — ты умрешь! — затрясла маской Мэрил. — Сначала почувствуешь, как воздуха в легких становиться все меньше и меньше. Затем он пропадет совсем, и ты почувствуешь как задыхаешься. Уверена, это очень и очень страшно. Ты будешь хрипеть, хлопать ртом, пытаться сделать вдох. Но ничего не выйдет без маски… Ты схватишься за шею, вопьешься в кожу руками. Начнешь драть ее до крови, но ничего не поможет. Воздух все равно не поступит в твои никчемные легкие. И ты будешь извиваться по полу несколько минут, бьясь в агонии мучений. Будешь впиваться себе в лицо ногтями… Возможно, даже успеешь выцарапать себе глаза. И ты будешь молить меня отдать маску. Но я не сделаю этого. Не-а! — помотала она пальцем, превратившись в самую, что ни на есть, блядскую паскуду. — Я буду смотреть на тебя и уповать в моменте! Смотреть на твою ничтожность, на то, какой же ты жалкий, тупой бюрократ! Просто маленький мальчик, перешедший дорогу взрослой ученой женщине! Ну и кто теперь тут тупой, а?       Услышав такое жуткое дерьмо из блядского рта матери, Том не на шутку испугался и взглянул на маску. Внутри будто что-то оборвалось. Тому стало страшно. Неужели мать способно на такое? Неужели она просто так может взять да и убить собственного сына? Позволить умирать ему в страшных муках! Способно ли на такое хоть одна мать на планете? А Мэрил? Тому в голову пришла мысль, что он для нее также неугоден, как и те мыши, которых она хладнокровно потравила. Как они мешали ей жить, гадя в доме и грызя мебель, так и Том для нее — никчемный бесполезный крест. Так и что ей мешает сделать все то, о чем она поведала ему сейчас?       — Мама, отдай… — жалобно промямлил Том, не спуская взгляда с маски. — Я без нее уже почти… А сколько я без нее? — перевел он испуганный взгялд на Мэрил.       — Скажи, что не будешь общаться с Джейком — сразу же получишь ее обратно, — с улыбкой сказала Мэрил.       — Отдай маску! Я не хочу умирать! — отчаянно воскликнул Том, заметно запаниковав.       — Ты забудешь дорогу на второй этаж? — вызывающе приподняла пышную бровь Мэрил.       Том судорожно стал вспоминать, сколько минут назад он снял маску. Кажется, давно. Даже очень давно! Пятнадцать минут вот-вот на исходе, если не уже! От осознания этого, а еще и от услышанного из рассказа от Мэрил про свою смерть, Тома бросило в жар. Он рвано выдохнул, а голову закружило.       Том упал на колени и положил ладони на солнечное сплетение. Шумно и глубоко задышал, а по телу побежала дрожь. Он так испугался, так запаниковал, и уже через мгновение ощутил чувство, что воздуха совсем не хватает! Том будто разучился дышать!       — Мама, отдай мне ее! — зарыдал он, хлопая ртом. — Я умираю!       — Сначала попроси прощение за то, что нагрубил мне! За то, что обозвал тупой! — ебанулась рассудком Мэрил.       — Прости меня, мама… Пожалуйста, прости… — впал в истерику Том, пытаясь справиться с приступом, на деле же разгоняя его еще больше.       — А теперь пообещай, что никогда больше не сунешь свой мерзкий нос на второй этаж!       — Я… Я… Обещаю… — чуть ли не хрипел Том, хватаясь за шею. Уж очень ему не хотелось умирать. Так жутко, так страшно.       — А еще, что не будешь общаться с Джейком!       — Обещаю… Отдай… — выл Том.       — То-то же! — самодовольно воскликнула Мэрил. — Хочешь свою маску обратно, долбоеб? Попробуй отними! — помотала она ею из стороны в сторону, высунув язык и кривя ебалом.       Том поднял на нее взгляд, полный страха, тоски и унижения.       — Что так смотришь на меня? — не унималась ебано ёрничать Мэрил. — Совсем нету сил? Или ты просто тупой? Скажи, что ты тупой, и я отдам тебе ее!       — Я тупой… — еле вымолвил Том, опущенный матерью ниже некуда.       — Следовало понять это раньше, — улыбнулась Мэрил и кинула ему на пол маску.       Том схватил ее и судорожно стал надевать. Как только маска оказалась на лице, Том сделал глубокий вдох и обессиленно рухнул на пол.       — Ты такой же урод, как и твой папаша, — фыркнула она, скривившись в гримасе отвращения.       Гордо задрав нос, подошла к кухонному ящику, достала оттуда бутылку вина и, перешагнув через лежащего на полу Тома, пошла на второй этаж.