Молчание – знак согласия...

Все последующие дни всё шло обычно. День за днём его вечером трахали, и со временем он привык, и даже получал от этого какое-то удовольствие. Утром он просыпался, ел, в основном ничего не делал, кроме того, как лежал. Дофламинго мог частенько утром куда-то уходить за едой, так как Трафальгар уже адаптировался и стал кушать побольше. Но этот день отличался от других.

***

Ло спокойно лежал у стены, и наблюдал за часами, посматривал на языки огня, задумывался, но уже не испытывал эмоций ко своему врагу, так как они уже прижились. Короткая стрелка уже была на 8 вечера, длинная примерно на 28 минутах, и обычно в такое время Донкихот уступал место своим потехам. Если проще сказать его ебали. Но Дофламинго не спешил, даже не задумывался. Время пришло к 9, но привыкшее молодое тело уже как-то поторапливало, будто ждало в нетерпении потрахаться с его же врагом. Ну вообще, Дофламинго сегодня какой-то дёрганный, раздражённый, молчит. И ещё постоянно по максимум 2 часа куда-то уходит. Ло уже весь ныл в ожидании и трепете, чтобы Дофламинго его наконец-то так умопомрачительно вытрахал. Низ живота начало сводить судорогами, и Трафальгар закусил губу. Донкихот никакого внимания не обращал на Ло, сидел и чем-то занимался, порой что-то зло бурча себе под нос. Обычно Дофламинго уделял его вниманием, целовал, кусал, ласкал, мурлыкал как хочет из него вытрахать всё нехорошее. Сначала Ло сопротивлялся, бил его, материл, вырывался, но потом сдался. Всё таки какую-то долю удовольствия он выхватил. Ему скрытно это нравилось, особенно когда его заполняли на всю длину, целиком... Грёбанные воспоминания заставляли его больше хотеть. Его молодое тело было всю жизнь лишённое интима, и сейчас он впервые испытал этот опыт, который время от времени нужен телу. Особенно такому. Конечно, он не тянка, чтобы тут крутить попой, стягивать с себя трусики, стонать, просить выебать его и т д. Он адекватный человек, и как любой понимает, что телу не докажешь, что не хочешь ложиться под попугая, не хочешь трахаться с ним, не хочешь вообще даже соприкасаться. Ло пододвинулся ближе, и его взгляд сразу упал на пах своего "любовника", затем он закусил губу, представляя себе, как насаживался на такой. Ненависть и вся его гордость, память о Корасане всплыла, и Трафальгар отвёл взгляд. Нет, нет, нет! Неужели его поражает такая штука под названием «любовь»?! Живот содрогается, доказывая всю правду. Боже, он выглядит, как сука в течке. Пиздец. Но надо держаться, держаться до последнего, пока отсюда не уйдёт. Донкихот встаёт и снова уходит на улицу. Ло облегчённо выдыхает, потому что иначе бы набросился на него, чтобы расцеловать. Мда. Он понимает, что у него достаточно времени, поэтому он решает себе подрочить. Животик изнылся совсем. Трафальгар расстёгивает ширинку на джинсах, освобождает свой член, а потом кладёт на него руку, громко выдыхая. Ло оборачивает колечко и начинает движения по стволу, вверх вниз. Рука ударяется о яйца, что заставляет его вздрагивать, и ускорять темп. Вскорос времени он чувствует, что вот-вот кончит, поэтому снижает скорость. Бархатистый стон вылетает из его рта, так как на него напало облегчение, и ушло почти половина сил. Руку надо бы вытереть. Застёгивая джинсы, он встаёт, берёт с изголовья кровати небольшое полотенце, которым Дофламинго не пользуется ВООБЩЕ, вытирает руку, и тяжело дыша, стоит. К счастью трахаться больше не хочется. Ло ложится на кровать, закатывается, хотя в комнате уже достаточно тепло. Улаживается поудобней и с усталостью засыпает.

***

Вернулся Донкихот только в 11 вечера. Где он всё время был неизвестно. Ло просыпается от движения рядом, заворочался и поднял голову, сонно шатаясь с прикрытыми глазами. Дофламинго тоже уложился под одеяло, фыркнул, повернулся к Трафальгару спиной. Ло пополз к нему, шатался, будто бы пьяный, сиплым шёпотом говорил имя врага. Потом улёгся, прижался, и вновь возобновил сон.

***

На следующий день снова Ло изнывал. Молодое тело хотело уже дёрнуться к врагу, соблазнить, привлечь внимание, а потом потрахаться. Блять, Ло об этом стал часто задумываться из-за себя же. Донкихот спокойно сидит и тычет палкой в огонь, разрыхляя уже сгоревшие дровишки, давая огню возможность проще пожирать дерево. Кстати. Трафальгар ещё раз отчётливо заметил, как Дофламинго ест человека. Это было два дня назад. До того, как ему хотелось трахаться. Так вот, Ло проснулся, и лёг он в такое удачное место, что аж скрипа не было, когда он сел. Трафальгар смотрел на склонившегося врага, который предал тушку какого-то человека. Ло пригляделся, и понял, что этот пацан был там, в таинственной комнате с тряпкой во рту, связанный. Получается, это его запасы..? Ло видел, как Дофламинго лёгкими движениями под сочный хруст ломал детские кости, для него. Пацан был ещё живой, поэтому орал, кричал, ревел, чтобы тот остановился. Зрелище вызывало холодок в жилах, отвращение, и захотелось вовсе отвернуться и закрыть уши руками, чтобы не слышать. Он вскрыл брюхо, и вытащил печень, она была здоровой и была в слизи, как рыба капля. Дофламинго схватил её зубами, а затем взмахнув головой вверх, проглотил целиком, отчего сердечко Ло заметно ускорило ритм. Донкихот хищно облизался, длинный язык прошёлся по губам, собирая остатки крови, а после на лицо наполз дьявольский оскал. Он схватил пацана за бока, поднял, подтащил к себе, ещё раз плотоядно облизнулся, а потом вгрызся в плечо. Паренёк заорал, на глазах были видны слёзы. Дофламинго терзал его тушку с большим аппетитом, словно акула, отрывал куски, ломал кости. Ещё запомнился момент, когда Донкихот сжал челюсти на плече. Он сжал на плече, начиная смыкать их. Было видно, как кожа натягивается, и как акульи зубы дробили его кости, желая сорвать сочный кусочек. Вся боль отразилась на лице парня. Он взвыл, глаза открылись широко, он дёрнулся, и начал просто в окровавленную тряпку орать. Когда послышался хруст, то крик стих, и Дофламинго бросил его на пол, облизываясь. Потом он его доел, но Ло уже смотреть не хотел дальше. Для него это уже был перебор. Он даже таких трупов у себя в операционной не видел, а тем более как их расчленяли. Ло помнит, как ему принесли одного пацана, который рыдал, всхлипывал, и был чем-то напуган. Тогда он рассмотрел следы зубов на плече, на ляжке, и на боку. Сейчас Трафальгар сравнил те укусы, и укусы на этой тушке паренька, и теперь убедился откуда они.. Но даже несмотря на это его организм явно хочет обычного режима, который был нарушен. Трафальгар сидит и смотрит на своего врага, осматривает каждый сантиметр, постепенно с ног добираясь до груди. Сам Ло невидимой оставляет уже свои следы, а то на его шее скопилось их достаточно. Закусив губу Трафальгар, поборов стеснение и страх, решил сделать то, что хочет. Это неправильно. Ему не нравится, что Донкихот не обращает внимания совсем. К чему-то новому он привыкает довольно быстро, но вот отвыкать будет очень сложно. Немного больный процесс. Ло садится попой на чужие ляжки, раздвигая ноги, и смотрит прямо в глаза. Дофламинго поворачивает взгляд на него. Он выглядит тускло и скучно. Трафальгар рассматривает его получше. Он выглядит серо. Ло зло смотрит, а потом сворачивает правую руку в кулак. Целится прямо в щёку, и успешно попадает в неё, так как Дофламинго его не остановил. На лбу ожидаемо вздулись вены, а рот искривился. Его в ответ берут за горло, приподнимают, и держат так. – И для чего это всё? –раздражённые нотки в голосе играли, угрожали, что ещё что-то сделаешь – тебе конец. Ответа не следует. Донкихот бросает его на кровать, на живот, а после рука вцепляется в волосы, оттягивает назад. Ло стискивает зубы от злости. Спина выгибается, от этого задница была выше, он явно хотел показать что-то большее. Донкихот пристроился сзади, и кажись понял намерения. Зад впечатался в пах врага, и Ло закусил губу, двинул бёдрами назад. Дофламинго склонился и закусил шею, сильнее, видать отвечал за случай. Руки Донкихота поставились по бокам, он практически легонько лежал на Ло, отчего тот тут же выдохнул. – Ло, Ло, ты действительно по своей воле хочешь меня? –он стянул джинсы до тазовых косточек, покусывая шею. Трафальгар сейчас впервые возбудился от таких фраз, захотел, чтобы он уже снял с него джинсы. – Просто выеби меня, – попросил, задыхаясь Ло. Донкихот рассмеялся, но отказаться не мог. Он с треском стянул джинсы и отбросил в конец кровати, после начал стягивать чёрные обтягивающие трусики. Трафальгар закусил губу, ожидал. Вскором времени Ло сжимал в себе пальцы, которые размазывали смазку по стенкам. Они толкались по самое "не хочу!", задевали простату, отчего колени раздвигались. Трафальгар душил в себе ненависть, понимал насколько он грязная блядь, и понимал, что это должно выглядеть тошнотворно. Но поделать что-то со своим телом не мог, которое охотно отозвалось на пальцы, и у него уже крепко стоит. Когда пальцы выходят, потому что достаточно его растянули, то Донкихот не особо спешит развязать и расстегнуть молнию на штанах. Трафальгар только расслабился, как вдруг в него вцепляются две руки, сомкнувшиеся на талии, и Дофламинго двигает его на себя, насаживая на всю длину сразу. Бархатистый стон вырывается из его горла, превращаясь в чуть ли не крик, так как обычно в него входили медленно, постепенно, но сейчас это было совсем другое ощущение. Донкихот начинает размашисто двигает бёдрами, со шлепком вгоняя свой член до конца, и слыша со стороны младшего громкий стон. Ло держался на руках, но все последние силы выбивал Дофламинго своими толчками, поэтому он лежал на груди, а его зад был наверху. Для этого его держали за талию. Трафальгар развернул голову, смотря прямиком на свои ноги, на чужие, и на свою татуированную грудь. Он видит, как его живот натягивается бугорком с каждым толчком, а затем опадает. Всё это добавляет ему желание насаживаться. Тут в его волосы вцепляется чужая рука, и оттягивает вверх, заставляя стоять на коленях. Ло краем глаза отчётливо видит, как на несколько сантиметров больше бугор натягивает живот. Трафальгар стонет ещё громче, так как член входил глубже, и ударялся о простату. Вокруг его стояка обвилась чужая рука, начиная надрачивать ему. Ло двинул бёдрами вперёд, толкаясь в руку, а потом двинулся назад, насаживаясь уже на чужой член. – Хороший мальчик, – промурлыкал Дофламинго, резко вдалбливаясь ещё сильнее. Ло закусил губу, тяжело дышал, уже хрипло стонал, живот сводило судорогами. Последний толчок вперёд, и Трафальгар кончает, толчок назад, в тело уже изливается Донкихот. На этой ноте они останавливаются. Оба дышат рвано, особенно Ло, его громкие вздохи и всхлипы от удовольствия вместе с хлюпаньем и бульканьем спермы внутри Трафальгара, вырывались из горла, грудь ходила ходуном. Потом они перебрали себя в порядок, а Ло вовсе не мог нормально ходить. Ноги раздвигались, он ходил зигзагами. Дофламинго уложил его, и они в тепле легли спать. Трафальгар быстро отключился, засопел. Дофламинго пристроился недалеко, поудобнее лёг, и спустя минут 20 уснул.

***

Неожиданный рёв и грохот раздался. Ло резко вскочил, паника охватила его. Очередной дракон уже белого цвета, сливался с окружающей средой, шагал недалеко от их поместья. Трафальгар понял, что сам не справится из-за кайросеки, поэтому начал будить старшего. Тот встал, отряхнулся, фыркнув на крик дракона, он направился к двери. Открыв её понеслась метель в дом, заметая снежинками силуэт 3-х метрового Дофламинго. Ло укутался в одеяло, со страхом наблюдая. Адреналин вскочил в кровь от такого неожиданного случая, и Трафальгар с широкими глазами смотрел на дверь, на окно. Дверь закрылась и вместе с ней пропал Донкихот. Ло встал, укутал себя так, чтобы ничего не упало, решил из-за любопытства глянуть. Он приоткрыл дверь, и смотрел. Видать тут это было обычным случаем. Дракон до 6-7 метров в высоту стоял и разрушал один из холмов, при этом огромные куски камня падали на корабль, и он ломался, из-за этого они могли потерять равновесие, и обломок на котором находится их "дом" упал бы в воду. Дофламинго пустил нить из воздуха, натягивая её как струну, но она ударяясь о дракона сломала ему только немного брони. Кажись дело дрянь Неожиданный дым, который обвил Донкихота, застелил немного обзора, а затем из этого дыма на дракона напрыгнуло что-то большее, и громкий рёв, который перекрывал практически крик дракона, издался от этого существа. Затем Ло наблюдал, как дракон падает, рычит и валяется на земле спиной. Спустя пару секунд он замирает и перестаёт двигаться, а его голова спокойно без звука отделилась от тела. Наконец существо показывается во весь рост, а Дофламинго из дыма он дольше не видел, да и никого не было. У существа лапы, как у теризинозавра, ходит на двух ногах, но и может на четвереньках, чёрного цвета с полосой как у того хвоста у Дофламинго, только вдоль всего тела по бокам. Линия розового цвета. Длинный мощный хвост мог запросто уложить себе равного. Когти на лапах вызывали ужас, а морда была страшной красоты. Длинные кривые зубы, внушительная пасть, и какие-то очень тоненькие шипы во многом количестве находились на затылке. Они двигались и кажись нужны были для того, чтобы показывать его настроение, и для осязания. Служили по типу компаса, важной вещи в ориентировании. Это существо не 3 метра в высоту, а уже 4. Он возвышался на двух ногах, к чему-то принюхивался. (Я за основу взяла индораптора, и решила сделать его в виде индораптора из Юрского Периода. Для лучшего понимания описания лучше в инете забить "индораптор" и самим посмотреть его картинки, и тогда поймёте. Это важно!) Ло ужаснулся, увидев на нём знакомые очки причудливой формы. Он рыкнул, и бегом направился к месту где находился Ло. Бегал, как дейноних antirrhopus (на нём как раз основан велоцираптор из ЮП- юрский период). Добежал до подъёма, прыгнул, зацепившись за доски, поднялся и начал приближаться к Ло. Младший попятился назад, а потом его прижали к стене. Дофламинго обнюхал его, фыркнул, и подхватил его. Дальше они бежали по заснеженным холмам, а Ло закутанный розовой шубой лежал на руках. Громкий хруст снега слышался снизу от лап динозавра. Дофламинго немного рвано дышал, так как они уже пробежали довольно внушительное расстояние. Куда он бежал, и зачем прихватил Ло неизвестно.. В итоге они прибежали к Полярному Тану, подлодке, и Трафальгар не понимал, чего хочет Дофламинго. Он поставил Ло на ноги, а после способностями фрукта и своими силами, свдинул подлодку в воду. Трафальгар наблюдал. Донкихот обернулся и рыкнул, позвал Ло. Тот подошёл, его подхватили и мигом закинули в подлодку. – Уплывай. И всё. Ло вскочил, побежал смотреть подлодку. Она была полностью целая, и по памяти точно помнит что тут была дыра... Она залотана. Все эти дни Донкихот чинил его подлодку..? Ради него..? Ло сжал шубу, и только сейчас понял, что она ещё на нём. Надо отдать этот предмет ему, он же дорог этой птице-монстру. Трафальгар завёл Полярный Тан, направился к выходу, подлодка медленно плыла, и он надеясь, на то что Дофламинго с помощью нитей подлетит и заберёт её, вышел на палубу. Донкихот развернулся и улыбаясь помахал ему рукой на прощание, а потом скрылся в снежной метели. Ло ничего не оставалось, кроме как уплыть отсюда. Ещё дракон вышел из пещеры и направился на место происшествия. Он собирается драться в одиночку против стольких врагов? Надо снять кайросеки. Иначе, мало ли на него напрыгнут, а ему нужно защитить себя и подлодку. Он находит отмычку в виде проволоки, сгибает, и копается ей в замке кайросеки. Они со щелчком отцепляются, и падают на пол. Ло встаёт, подбирает нодати, который он забрал вместе с собой, и берёт контроль водить Полярный Тан на себя. По пути собирает свою команду, те удивляясь и явно поражённые тем, что у него до боли знакомая шуба, всё равно забирались на борт. Они все были живы. Хорошо. Они находились на небольших мини островах, где прожили всё время. Трафальгар указал направляться по компасу на северо-запад. Грустный и усталый взгляд бросился на место его прошлого выживания. Дофламинго....

***

Тоскуя по своему врагу он занимается обычными делами, но никакого удовлетворения он не находит. Всё стало безвкусно. Сейчас он вовсе перестал улыбаться и выглядел ещё мрачнее. Команда не желала его тревожить, видя как тот страдает, и видать произошло что-то действительно ужасное. Но ночью Ло снова засыпал на своей койке, привыкал по новому к ней. Теперь засыпать было тяжелее. Мысли переполняли голову, заменяли другие, не давали за себя ухватиться. Будто бы борщ варится у него в башке. Неожиданный стук заставляет его вздрогнуть. Команда спит, поэтому это не мог быть кто-то из ребят. Ло поворачивает взгляд, и видит кого-то большого, больше него. Он встаёт и мигом подхватывает Кикоку, напрягается. Неожиданный блеск очков заставляет его засыпать любопытством. Позже из темноты выходит чёрное существо, а если проще Дофламинго. Он опускает Кикоку обратно в ножны, и ставит рядом с койкой. Донкихот подходит к нему, фыркает, а потом идёт тискаться к нему. Трафальгара обронили на койку, начали тереться об него, мурлыкать. Кажись он был рад. Ло тоже рад. – Доффи! На лицо Трафальгара наползла улыбка, а он отпустил все тревожные мысли. – Ты справился с теми драконами? Их же там было море. – Фу-фу-фу! Ло, хоть это и была достаточно сложной задачей из-за их брони, но я всё равно справился, потому что захотел увидеть тебя. Ты рад? – В какой-то степени да. Возможно ты прав на все сто. – Давно я не видел у тебя улыбки на лице. – Правда? Улыбаться я с тобой никогда не буду. Ни за что. – Ты меня расстраиваешь, мальчишка! А затем его обронили, и когти вцепились в стену, очень опасно близко к его голове. – Ты меня убить хочешь? – Что ты! – Ага, знаю я твои цели и намерения... Его за такое укусили за руку, отчего он дёрнулся, руками отодвигая рожу динозавра от себя. – Я же говорю. – Фу-фу-фу, Ло, хватит играть в «люблю/ненавижу». Отпусти себя и признайся хотя бы самому себе, что ты чувствуешь. – Ладно, давай спать, а то команда щас прибежит и увидит тебя. Я не хочу тут резню и месиво из подлодки делать. Они же за меня горой стоят, поэтому ради своей смерти на тебя набросятся. – Как пожелаешь. Дофламинго расположился на полу, а Ло на койке. Они так заснули и проспали до утра. Всё таки, Доффи прав. Ему надо признаться себе в чувствах к нему, принять это. А так всё в порядке. Ло понимает что завтра ему придётся распинаться перед командой, кто это, почему Дофламинго тут делает, объяснять все проведённые дни с ним и блаблабла. С такими мыслями он засыпает, желая, чтобы следующий день был лучше. Конечно, он просит прощения у Корасана, мысленно, но кажись мертвец ничего не имел против, так как это его жизнь. «Лучше иметь умного врага, чем глупого друга, так как умный враг может быть более предсказуем и честен».