Чудеса в эпицентре хауса

РИД — Что же привело тебя ко мне, дорогая сестра? — с хорошо ощущаемой язвой и шуткой говорил я. Мы оба знали эту интонацию, и она никогда не предполагала ничего плохого. — Ничего особенного, мы с Гвин лишь шли кушать, ведь сегодня готовит Луиза, а это значит, будет вкусно. Ты сам всегда оцениваешь её еду чрезмерно хорошо, — глаза сестры блистали, передразнивая меня, ведь она давно подозревала и недавно узнала о моей симпатии к нашей младшей. Если бы Гвин узнала об этом, то отругала бы меня, ведь с Лу-Лу у нас разница в восемь лет и это непростительно много для неё. Но я лишь улыбнулся и ответил на её предложение положительно. Сестра вскочила с лавочки быстрее, чем я успел это сделать. Её рука, лежавшая на моём плече, схватила мой локоть и потянула всего меня за собой. Единственным выбором было лишь встать и не сопротивляться, что я и сделал. Как только мы вошли в дом, нос пронзил запах специй от разных блюд. Оказавшись в гостиной, перед нами стоял стол с множеством блюд, каждое из которых привлекало глаз и не давало сосредоточиться на другом. Но мой взгляд перенял силуэт юной девушки, вошедшей в комнату. В её руках виднелись два подноса, что казались тяжёлыми. Не зависимо от её личности, я был обязан ей помочь — так меня воспитали мои родители. Практически сразу я оказался там, где нужно и с лёгкостью подхватил их. Донеся до стола, выслушав все указания, данные мне, я опустил подносы на стол и отправился за следующими. В комнате было просторно и достаточно тепло, но свет уже исходил из ламп, чей блеск перемешался с лучами заходящего солнца, а это затрудняло работу девушек. Среди всех служанок, форма которых не отличалась друг от друга, стояла девушка, вся запачканная специями, мукой и пятнами от жира и грязи. Волосы, сформированные в низкий пучок, со временем начали распадаться, спадая прядями на лицо и шею. Вид Лу-Лу привлекал всё больше и заставлял взгляд задержаться, а оторваться от неё заставила лишь новая порция подносов с едой от пухленькой бабушки, волосы которой уже поблёскивали сединой среди русых волос. — Ступай, хлопчик, нечего тут стоять, ежели помогать вызвался — видимо, у женщины был плохой день, либо же её характер таков, но это не заставило меня расстроиться ни на миг. В руках вновь оказались подносы, а затем ещё одна пара, и так ещё ни один раз. Через не один десяток минут за столом сидели за столом не только наша труппа, но и хозяйка, чей дом мы выбирали в качестве пристанища каждый год, как только начали ездить в этот город. Женщину звали Энри́ка. Её рост не превышал и метра шестидесяти сантиметров, фигура женщины сохранилась ещё с молодости, поэтому она отличалась от всех старушек своей худобой. Кожа, хоть и сморщилась с годами, что свойственно людям, но её цвет остался таким же смуглым и имел здоровый блеск. Что до цвета глаз они — карие. Их не дополнял какой-либо другой оттенок, они были чисты от украшений. Губы имели ели розоватый оттенок, что казался совсем не бледным из-за кожи, а волосы ещё больше придавали им яркости. Об оттенке самих волос: хоть они и приобрели седой цвет к старости женщины, но концы остались более тёмными, нежели корни. Наш обед прошёл за приятной бедой о планах на вечер, происшествиях в городе за период нашего отсутствия. Многие новости — обычные сплетни, но моя сестра с радостью обсуждала их с миссис Энри́кой. Иногда в беседу вступали и Гвин с Луизой, но быстро отдалялись от неё к более личным темам. Они всегда предпочитали провести больше время наедине. За многие годы совместной работы девушки стали друг для друга некровными сёстрами, но в последнее время их отношения по-особенному сблизились, хоть и явной причины на то не было. Кстати, если говорить о еде, то на ужин были поданы салат из овощей, заправленный маслом и щепоткой соли. Так же в разнообразие салатов уместился тёплый салат, состоящий из кусочков курицы, обжаренных до золотистой корочки, листьев салата, нескольких долек апельсина, который являлся сезонным фруктом, а особенно в ожидании праздника не было магазина, где его нельзя было бы найти. Заправкой выступила смесь горчицы, лимонного сока и растительного масла. Главными блюдами стола стали картофельное пюре и мясной рулет из говядины. В самом конце трапезы все сказали большое спасибо кухаркам и Луизе, которые старались над сегодняшней трапезой. После раннего ужина девочки начали готовиться к празднику. Гвин взяла на себя ответственность за макияжи и первой на очереди стояла Куара, ведь она — единственная, кроме меня кто был без дела. Луиза занялась платьями, каждое из которых требовало отдельного внимания, ведь костюмы и движения пишут историю всего танца и являются главными деталями, помогающими нам передать её. Я так же решил не лениться. Не желая мешать работе Гвин и Куары, я заглянул в комнату Луизы. Девушка не сразу заметила моё присутствие, а из-за этого продолжала увлечённо доводить костюмы до совершенства. Её вид казался поистине завораживающим. Волосы, основная масса которых были заплетены в пучок, а остальные спадали прядями на её лицо, сейчас были полностью распущены. Они ложились на плечи и спину девушки ровной гладью, которая будто светилась от лучей заката, проглядывающие через незашторенное окно. Глаза оливкового цвета сосредоточились на действиях собственных рук, искусно управляющихся с иголкой и ниткой.