Безумие одиночества

Команда «Жди здесь» была озвучена, с этих пор робот не мог покинуть свой пост, наблюдая за порядком в пустой спальне. «Порядком» уж точно это не назовешь, к слову. Ученый копошился в другой комнате, а Биографт анализировал разбросанную одежду на полу, кучи исписанных и скомканных бумаг, а также хитро спрятанные под кроватью упаковки любимых чипсов вместе с тысячами крошек по всему ковру. Гуляя взглядом по полу, машина замечает возле своих ног прямоугольный предмет. «Перевернутая рамка, очевидно не на своем месте» — логически решил робот и опустился, чтобы поднять вещицу, объявив незаконную уборку помещения ученого-отшельника. Биографт выпрямляется и переворачивает рамку лицом к себе, с любопытством прильнув взглядом к фото за треснутым стеклом.     Какой знакомый образ. Это Сабспейс в молодости? Рога точь-в-точь его, ярко-розовые, стремящиеся вверх. На лице рогатого счастливая улыбка, та, которая никому из ныне живущих не снилась еще, а на голове демона пышная шевелюра — длинные, распущенные пушистые волосы с вкраплениями пунцовых прядок. Не то, что сейчас. Голова гениального ученого почти гладкая, в процессе гниения год за годом его прическа начинала пустовать, покуда абсолютно все локоны не пропали в один день, оставив открытую лысину и отчетливо виднеющийся гнилой шрам на пол лица... Биографт без проблем узнал создателя на снимке, но силуэт напротив ученого из прошлого заставил его одуматься. Тот прищурился, разглядев форму зеленых рогов и лица, что изначально были заложены в базе каждого Биографта и вызывали активацию режима нападения. Коллега с изумрудными глазами аналогично излучал радость в момент запечатления, но его взгляд был будто уставшим, даже слегка веял меланхолией, что не скажешь об энергичном Сабспейсе. — ЦЕЛЬ ОБНАРУЖЕНА, — вслух заявил механический голос с настроем уничтожить бездушное изображение, на котором имеет место быть предатель.     Железный кулак медленно поднимался над беззащитной хлипкой рамочкой в его руке. Робот прекрасно был осведомлен о битве на кулаках и мог применять в бою любые приемы, даже находясь без доступа к собственным клинкам, как и велел создатель недавно.     Вовремя в комнату вошел Сабспейс, который сначала не понял, что пытается вытворить его изобретение, приподнимая бровь в недоумении, но затем его глаза распахнулись и, за секунду сократив расстояние между ними, хозяин смог накинуться на Биографта и отобрать фотографию, роняя стопку салфеток и пульверизатор, которые только что притащил. — Ч-что ты творишь! — Сабспейс отворачивается от андроида и крепко прижимает к себе единственное воспоминание о своем прошлом, пряча фоторамку у груди, — НИЧЕГО больше не трогай! — чуть ли не всхлипывая повышает голос, кинув гневный взгляд в сторону Биографта, который всего лишь так запрограммирован своим же создателем.     Дрожащими руками парень отрывает от себя рамочку, бегло проверяя ее состояние. Благо, с фотографией ничего не случилось. После робота осталось лишь небольшое пятнышко крови, в которой железяка с ног до головы была выпачкана. Сердце бешено колотилось, Саб до боли в груди дорожил почему-то именно этим снимком. На глазах снова выступают крохотные слезинки, но тот быстро подтирает их розовеньким рукавом. — Всего лишь… Хах, всего лишь небольшой сувенир из прошлого, — уже спокойным голосом говорит тот, улыбаясь, — Но больше без моего разрешения ничего не делай!     Сабспейсу снова приходится прятать фото в ящичке, прикрывая ее стопкой бесполезных бумажек, что там лежали. «На чем мы остановились… Ах, да!» — захлопывая ящик, воскликнул он, поворачиваясь снова к своему чумазому гостю. Хозяин подбирает салфетки и берет пульверизатор, внутри которого специальная жидкость для мытья поверхностей, что могут подвергаться коррозии. Кстати, это еще одно не мало важное изобретение ученого, дабы обрабатывать детали для своих изобретений, которым необходим особый уход. Процесс чистки Биографта не отличался от той же мойки оконного стекла. Пару нажатий, чтобы намочить поверхность, а затем — интенсивное потирание салфеткой. Понадобилось очень много бумажных полотенец… Целое мусорное ведро было переполнено спустя каких-то там пять минут. Уставший ученый начал с низу, протирал каждую выпуклость и впадинку механизмов, особенно на стыке соединений крупных деталей — в коленном «суставе», соединении таза и бедра… Сабспейс даже как-то с головой погрузился в процесс, подходя к нему с особой педантичностью. Не сказать, что алая жидкость могла как-то навредить работе внутренностям искусственного создания, Саб добровольно решился отмыть его благодаря своей брезгливости.     В какой-то момент Сабспейс выпрямляется и берется за поясницу, «грациозно» выгинаясь назад с протяжным стоном и дрожью. Постоянно наклоняться ему было уже тяжеловато, признаться честно, его годы дают о себе знать. Демон хоть и отвлекся, но усталость преследовала его по пятам. Приземляясь на кровать, он осматривает со стороны Биографта. Совсем немного остался след грязных журналюг на его верхней части туловища, лице и рожках. — На колени, — приказывает хозяин роботу, на что гость беспрекословно выполняет его желание, груда метала падает на колени, смотря на своего создателя все теми же злыми глазками снизу вверх.     Сабспейс ухмыляется, видя, как перед ним сидят на коленях, почувствовав на секунду в себе превосходство. Он дает в руки Биографту коробку салфеток с фразой «держи крепко» и продолжает распылять жидкость уже на грудь роботу, но теперь в более удобном положении – сидя. Его тонкие пальцы гладят отполированную поверхность через салфетку, проходятся по святящемуся логотипу БлэкРок, что так торжественно расположен на торсе робота. Сабспейс безусловно гордится собой, являясь истинным патриотом БлэкРок. Перебираясь с тела к голове приятеля, ученый дотрагивается до щек солдата, слегка поглаживая их большими пальцами с обоих сторон, заодно заставляя его поднять подбородок выше. Ученый почему-то ощущает некое смущение, когда их взгляды сталкиваются. Отрывая еще одну салфетку на вооружение, он аккуратно удаляет темно-красные следы с белесого лица машины, делая это максимально аккуратно, потому что материал здесь уже отличался, и его голова была более мягкой, нежели корпус. Тем временем Биографт прикрывает глаза, как будто наслаждается этим. — Ну, вот, почти все, хех… — Сабспейс доволен своей работой и радуется, что не оказался бытовым инвалидом, раз смог совершить такую чистку. Осталось только прибраться вокруг и было бы неплохо…     Биографт так и не раскрыл глаза, в руках создателя ему, кажется, было совершенно комфортно. Умиляясь этому моменту, ученый не находит ничего лучше сделать, как погладить робота. Ладонь ложится на макушку и нежно поглаживает холодную поверхность лба, пока вторая ладонь отшивалась где-то на щеке. Со стороны это выглядело максимально странным явлением. Но никого помимо этих двоих в комнате не было, и Сабспейс в праве творить все, что вздумается. Нахмуренный робот приоткрывает глаза и даже слегка склоняется к ладони хозяина, смотря на него преданным собачим взглядом. Немного грустная улыбка возникает на лице парня.     Когда последняя салфетка была откинута в ведро, Биографт поднимается с колен, а тем временем Сабспейс наоборот, отчаявшись, опускает голову, смотря в ноги, предполагая, что его совсем скоро оставят снова гнить наедине с собой в четырех стенах. Какое дело роботу до занятого профессора, у него есть свои задачи и функции, которые не терпится выполнить… Но конкретно у этого Биографта планов не намечалось в программе. — КАКОВА МОЯ СЛЕДУЮЩАЯ МИССИЯ, СОЗДАТЕЛЬ? — встав в стойку «смирно» интересуется он, ожидая следующих приказов.     Этот вопрос немного сбил с толку Сабспейса. Голова все еще была пуста, единственное, что было необходимо этому эгоисту — так это расслабиться и ни о чем больше не думать. Озадаченный взгляд поднимается на Биографта, голова проваливается в плечах. На данный момент он просто не хотел видеть спину робота, не хотел, чтобы он покидал его. Пауза затянулась, один видящий глаз ученого постепенно намокал, а тело начало дрожать. Не в силах ничего ответить из-за горького комка в горле, Саб крепко сжимает подол халата. — ЧТО С ВАМИ, СОЗДАТЕЛЬ? — робот вопросительно клонит голову вбок, очевидно не понимая эмоций, что испытывает одинокий ученый, но содрогающийся вид немного пугал робота, заставляя задаваться вопросами.     Сабспейс срывается на жалкие всхлипы, снова его мучают эмоциональные качели. Выдался настолько плохой день, что сдерживаться оказалось настоящей пыткой, как бы он не отвлекался на прочие занятия. Подавленный демон поднимается и тут же падает в объятия холодного создания, крепко обвивая руками, утыкаясь лицом в его железную твердую грудь. — Пожалуйста, останься! О-останься со мной на ночь… — какая наивная и жалкая просьба от такого могущественного и великого ученого, как он. Ничего кроме как умолять остаться рядом, он не в состоянии сделать. Все живые существа отклоняют эту просьбу раз за разом, но у Биографта выбора не было помимо послушного выполнения приказов. — УТВЕРЖДАЮ, — гласит робот в ответ, намереваясь остаться, как и просит создатель.     Увы, искусственный интеллект, заложенный в основу Биографта не мог никак поддержать или успокоить эмоционального демона, будучи направленным больше на составление тактик и боевых приемов. Но вскоре Саб ощущает тяжелую руку, что придерживает его за спину, на что он незаметно вздрагивает. Облегчение снизошло на Сабспейса, тихий вздох срывается с губ. Саб находился в лютой тактильной голодовке, даже от таких холодных и безэмоциональных объятий ему стало так спокойно на душе, что тело буквально обмякает.