Шутки

***

      Фагот любит дразнить, бесить и выводить окружающих из себя так, что те принимаются противно визжать от бешенства. В основном из-за этого страдают смертные, коим не счастливится встречать на пути противного "переводчика", не умеющего слышать слов «отвали», «прекрати» и «закрой свой рот, сволочь поганая».       Воланда Фагот боится трогать: знает, что "начальнику" ничего не стоит прихлопнуть объект раздражения. Шутки Воланду нравятся, ему доставляет удовольствие наблюдать за тем, как его шут измывается над другими, но при этом не терпит издёвок над собой. Фагот хоть и любит видеть, как другие из-за него сходят с ума, понимает, что босс шутит никогда не станет и всегда выполнит каждую из своих угроз.       Геллу Фаготу трогать неинтересно: она прикрикнет, но в основном будет стойко терпеть, пронзать убийственным взглядом, а потом подождёт удобного момента и подожжёт клетчатый костюм. Мстить эта дама умеет, потому её не стоит лишний раз дёргать, да и шуток она почти не понимает. Мысли Геллы всегда сосредоточены на поручениях Воланда и редко от них отходят. Слишком уж она послушная и правильная.       Драконить Бегемота — гиблая затея. Он является копией Фагота относительно юмора, потому и не злится, а только перенимает цель довести и принимается капать на мозги. Бегемот ещё более приставучий, чем сам Фагот, потому из него выходит отличный партнёр для шуток, но никак не жертва, которую возможно довести до психиатрической лечебницы, как того же поэта Ивана Бездомного, или до слёз.       Раздражать смертных тоже, на самом деле, не особенно интересно. Они все крайне скупы на реакцию. Да, та всегда бурная, сильная, но такая однообразная, что хочется самому начать выть. Фагот доводил многих людей: богатых и бедных, молодых и старых, женщин и мужчин – и выделил для себя всего несколько типов реакций. Они за сотни лет существования и службы дьяволу успели надоесть до чёртиков.       Раньше Фагот гордился тем, что люди «инстинктивно знают, как на него реагировать». Теперь же он прямо-таки изнывает от бесконечной скуки, что расплывается по подобию тела. Наверное, это и есть вечное наказание – быть не просто шутом, вспоминая былое величие рыцаря, а быть вечно скучающим шутом, не способным удовлетворить потребность раздражать других и сеять вокруг себя интересный хаос.       Но кое-что интересное в существовании Фагота есть.       Эти кое-что является Азазелло, «коллега, так сказать, товарищ по службе и самый интересный на реакцию из окружающих.       Он нервный, но довести его – отдельный вид искусства, который Фагот не устаёт постигать. Сперва он заметил, как Азазелло реагирует на запахи и стал использовать их, но оно быстро приелось. Тогда на смену пришла любимая людьми тема совокуплений и из них вытекающих извращений на любой вкус и цвет.       Азазелло их не любит, избегает и, кажется, презирает. Фаготу они неинтересны, но он продолжает флиртовать с «коллегой», прижимать его к стенам (благо разница в росте позволяет так делать) и пошло шутить, вгоняя Азазелло в сконфуженное состояние, последствием которого становятся либо пенки, либо что-то поинтереснее.       Так, прямо сейчас Фагот лежит на столе перед Азазелло в самой бессовестной позе и предлагает «уединиться вечерком».       – В СССР секса нет, – рявкает Азазелло и и щелчком пальца роняет на гогочущего Фагота люстру.

***